Апелляционное определение по делу № 33-15047/2023 от 28.09.2023.

№ 33-15047/2023 (2-1-14/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 28.09.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Черепановой А.М.

судей

Карпинской А.А.

ФИО1

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Тошовой В.Х., рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства в помещении суда гражданское дело по иску акционерного общества «СОГАЗ» (далее АО «СОГАЗ») к ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации, поступившее по апелляционной жалобе третьего лица ФИО3 на решение Красноуфимского районного суда Свердловской области от 02.05.2023.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя ответчика ФИО4, действующего на основании доверенности от 04.10.2022, представителя третьего лица ФИО3 – ФИО5, действующего по доверенности от 15.12.2022, судебная коллегия

установила:

АО «СОГАЗ» обратилось в суд с вышеуказанным иском, ссылаясь в обоснование требований, что <дата> по вине водителя автомобиля «Хендай Солярис» госномер <№> (далее «Хендай Солярис») ФИО2 произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием трех транспортных средств, в результате которого был поврежден автомобиль «Ауди А8» госномер <№> (далее «Ауди А8») застрахованный по договору добровольного страхования (КАСКО) в АО «СОГАЗ». В связи с повреждением автомобиля «Ауди» в указанном ДТП истец выплатил страховое возмещение по договору КАСКО в сумме 840 490 руб. 20 коп. путем оплаты восстановительного ремонта на СТОА. Гражданская ответственность причинителя вреда на момент ДТП застрахована по договору ОСАГО в АО «ГСК «Югория», которое исполнило свои обязательства перед АО «СОГАЗ» и выплатило 400000 руб. (лимит страхового возмещения). Убытки сверх страхового возмещения по договору ОСАГО в сумме 440 490 руб. 20 коп. подлежат возмещению ответчиком в порядке ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, истец просил взыскать с ответчика в возмещение причиненного ущерба 440 490 руб. 20 коп., расходы по уплате госпошлины – 7 604 руб. 90 коп.

Заявление истца об увеличении исковых требований (л.д. 164-172 т. 1) не было принято судом (л.д. 216 оборот т. 1).

Решением Красноуфимского районного суда Свердловской области от 02.05.2023 исковые требования удовлетворены частично. С ФИО2 в пользу АО «СОГАЗ» взыскано в возмещение ущерба в порядке суброгации 20245 руб. 10 коп., судебные расходы в сумме 365 руб. 04 коп., всего взыскано 20610 руб. 14 коп. В удовлетворении остальной части требований отказано.

В пользу ФБУ «Уральский региональный центр судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации взыскана стоимость судебной экспертизы с ФИО2 в сумме 2 640 руб., с АО «СОГАЗ» в сумме 52360 руб.

В апелляционной жалобе третье лицо ФИО3 просит решение суда отменить и вынести новое решение, которым установить вину ФИО2 в размере 100%, исковые требования удовлетворить. Полагает, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие существенное значение для дела и неправильное применение норм материального права. Выводы суда о нарушении ФИО3 п.п.9.1, 10.1 ПДД РФ противоречат выводам судебной экспертизы. Суд не указал, почему не принял во внимание выводы судебной экспертизы о том, что в причинно-следственной связи с ДТП находятся исключительно действия ответчика, предотвращение ДТП зависело от соблюдения ответчиком ПДД РФ, а не от технической возможности. В чем конкретно выразилась вина ФИО3, суд не указал, а сама по себе ссылка на необходимость руководствоваться п. 10.1 ПДД РФ не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и наступившим вредом. Вменяя ФИО3 нарушение п. 10.1 ПДД РФ и распределяя степень вины, суд не учел вину водителя автомобиля «Ауди А8», нарушившего правила парковки.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель третьего лица ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ответчика возражал против доводов апелляционной жалобы, полагая решение суда законным и обоснованным.

Представитель истца, ответчик, третье лицо ФИО3, третье лицо ФИО6, представители третьих лиц АО ГСК «Югория», САО «РЕСО-Гарантия», Фонд «Возрождение», ООО «Ресо-Лизинг» в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации о времени и месте рассмотрения дела на сайте Свердловского областного суда oblsud.svd.sudrf.ru в соответствии с ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; об уважительности причин неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили, в связи с изложенным, в силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав представителя ответчика, представителя третьего лица ФИО3, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с положениями ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В соответствии с положениями ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (п. 1).

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (п. 2).

В силу п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п.1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п.2).

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п.1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Согласно ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу п.п. «б» ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее Закон об ОСАГО) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что <дата> в 10:50 около <адрес> в <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием трех автомобилей: «Хендай Солярис» под управлением ФИО2, «Фольксваген Поло» госномер <№> (далее «Фольксваген Поло») под управлением ФИО3, и принадлежащего на праве собственности Фонду "Возрождение" автомобиля «Ауди А8», застрахованного в АО «СОГАЗ» на основании полиса страхования средств транспорта <№> МТ 0921/АОN от <дата> по риску «АвтоКАСКО» (л.д. 11-12 т. 1). В результате ДТП транспортные средства получили повреждения.

Признав причинение ущерба в связи с повреждением автомобиля «Ауди А8» в результате данного ДТП страховым случаем по договору КАСКО, АО «СОГАЗ» выплатило выгодоприобретателю страховое возмещение, оплатив стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Ауди А8» на СТОА ООО «Концепт Кар» в сумме 840 490 руб. 20 коп. (л.д. 27 т. 1), а затем доплатив еще 50531 руб. (л.д. 166-171 т.1).

На момент ДТП гражданская ответственность владельца автомобиля «Хендай Солярис» была застрахована по договору ОСАГО в АО «ГСК «Югория» (л.д. 33 т. 1), которое выплатило истцу страховое возмещение по договору ОСАГО в сумме 400000 руб., что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Заявленный истцом размер убытков лицами, участвующими в деле, не оспаривался.

Постановлением по делу об административном правонарушении <№> от <дата> установлено нарушение водителем ФИО2 п. 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ), поскольку он при повороте налево не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части (л.д. 32 т. 1).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе административный материал: объяснения участников ДТП (д.<адрес> оборот-36 т. 1), схему ДТП (л.д. 36 оборот т. 1), файлы видеозаписи с видеорегистратора, расположенного в автомобиле «Хендай Солярис» (л.д. 60 т. 1), фотоматериалы (л.д. 173 т. 1) экспертное заключение <№> от <дата> об исследовании обстоятельств ДТП, выполненное экспертом ООО «Независимая экспертиза и оценка» ФИО7, далее заключение специалиста (л.д. 99-122 т.1), а также заключение <№>, 194/08-2 от <дата>, выполненное экспертами ФБУ УрЦСЭ, далее заключение судебной экспертизы (л.д. 176 -187 т.1), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО2, который в нарушение дорожного знака 4.1.1 "Движение прямо" осуществил поворот налево, в нарушение п.п.9.1, 9.7 ПДД РФ двигался по середине проезжей части одновременно по двум полосам, обозначенным дорожной разметкой 1.5, а также по вине водителя ФИО3, которая в нарушение п.п. 9,10, 10.1 ПДД РФ вела автомобиль со скоростью, не обеспечивающей водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, не соблюдала дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая бы позволила избежать столкновения, не приняла возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, выехав на полосу встречного движения. Исходя из обстоятельств дела, суд первой инстанции установил, что степень вины водителей ФИО2 и ФИО3 в ДТП является равной (50 %). При этом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что нарушение водителем «Ауди А8» ФИО6 п.п. 12.1, 12.2, 12.5 ПДД РФ не находятся в причинно-следственной связи с ДТП.

Выводы суда о том, что ДТП произошло по вине водителя автомобиля «Хендай Солярис» ФИО2 который совершал поворот налево в нарушение знака 4.1.1. «Движение прямо», при этом в нарушение п.п.9.1, 9.7 ПДД РФ двигался по середине проезжей части одновременно по двум полосам, обозначенным дорожной разметкой 1.5, лицами, участвующими в деле, не оспариваются.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о наличии вины водителя ФИО3 в ДТП, поскольку они не соответствуют представленным в материалы дела доказательствам и не основаны на правильном применении норм материального права.

Судом установлено и из обстоятельств дела следует, что непосредственно перед столкновением транспортных средств автомобиль «Ауди А8» был припаркован на <адрес>, рядом с домом <№>. Автомобиль «Хендай Солярис» под управлением ФИО2 и автомобиль «Фольксваген Поло» под управлением ФИО3 двигались в попутном направлении по <адрес> в сторону <адрес>, автомобиль «Хендай Солярис» впереди, автомобиль «Фольксваген Поло» сзади автомобиля «Хендай Солярис», который начал совершать маневр поворота налево.

Согласно выводам судебной экспертизы первоначально произошло столкновение автомобиля «Фольксваген Поло» и автомобиля «Хендай Солярис», который находился передней частью на полосе встречного движения. В результате контакта автомобиль «Хендай Солярис» развернуло против часовой стрелки, а автомобиль «Фольксваген Поло» в свою очередь, изменив траекторию движения, совершил наезд на припаркованный вдоль проезжей части автомобиль «Ауди А8» (л.д. 181 т.1)

Из схемы ДТП (18 т.1) следует, что по <адрес> движение осуществляется в обоих направлениях, транспортные потоки разделены двойной сплошной линией разметки 1.3 Приложения <№> к ПДД РФ, которая имеет разрыв напротив <адрес>.

Полоса движения <адрес> в сторону <адрес> в месте ДТП имеет две полосы движения, разделенные разметкой 1.5. Напротив <...> по направлению движения в сторону <адрес> установлен знак 4.1.1 «Движение прямо», который разрешает движение только прямо и его действие запрещает поворот налево в месте, где намеревался совершить поворот налево водитель автомобиля «Хендай Солярис» ФИО2 (л.д. 96 т.1)

Из заключения судебной экспертизы следует, что исходя из положения автомобиля «Хендай Солярис» на проезжей части в момент контакта с автомобилем «Фольксваген Поло», а также локализации повреждений на автомобилях и с учетом угла между продольными осями судебный эксперт установил наиболее вероятное место столкновения в разрыве разделительной полосы (л.д. 187 т.1), а также механизм столкновения транспортных средств (л.д. 182 об. т.1), согласно которому первоначально автомобили двигались в попутном направлении по <адрес> в сторону <адрес> «Хендай Солярис» при приближении к месту разрыва двойной сплошной разметки, смещается правее и занимает положение на двух полосах движения в попутном направлении, при этом линия разметки, разделяющая транспортные потоки в одном направлении, находится примерно посередине автомобиля относительно габаритной части, с этого положения автомобиль «Хендай Солярис» совершает маневр в левую сторону. В момент, когда автомобиль «Хендай Солярис» частично находится на полосе встречного движения, происходит контакт с автомобилем «Фольксваген Поло».

Автомобиль «Фольксваген Поло» контактировал передней правой угловой частью с левой боковой частью автомобиля «Хендай Солярис». В результате контакта автомобиль «Хендай Солярис» развернуло против часовой стрелки, после чего произошел второй контакт автомобилей. В этот раз контактировала передняя левая угловая часть автомобиля «Хендай Солярис» с правой боковой частью автомобиля «Фольксваген Поло». Автомобиль «Фольксваген Поло» в свою очередь в результате первичного контакта с автомобилем «Хендай Солярис» изменил траекторию своего движения и продолжил перемещаться к краю проезжей части поперек полос движения, в результате чего совершил наезд на припаркованный автомобиль «Ауди А8».

Как правильно установил суд первой инстанции, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Хендай Солярис» в соответствии с требованиями дорожного знака 4.1.1 «Движение прямо», п.9.1 и п. 9.7 ПДД РФ должен был двигаться только прямо, строго по полосам, разделенным разметкой.

При этом, водитель автомобиля «Фольксваген Поло», который двигался по левой полосе своего направления движения в прямом направлении имел преимущественное право проезда.

В соответствии с положениями п. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с п. 9.10 ПДД РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Доказательств тому, что скорость движения автомобиля «Фольксваген Поло» «Фольксваген Поло» под управлением ФИО3 превышала допустимое на данном участке дороги ограничение скоростного режима (60 км/час) в материалы дела не представлено и указанное из обстоятельств дела не следует.

Из представленного ответчиком экспертного заключения <№> от <дата> специалиста ООО «Независимая экспертиза и оценка» ( заключение специалиста) (л.д. 99-122 т.1) также следует, что точную скорость автомобиля «Фольксваген Поло» установить не представляется возможным, со слов водителя она оставляла 55 км/час, что соответствовало требованиям ПДД и дорожным условиям на данном участке. (л.д. 113 т.1).

Из заключения судебной экспертизы следует, что в данной дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения момент возникновения опасности для водителя автомобиля «Фольксваген Поло» определяется моментом видимого начала движения автомобиля «Хендай Солярис» налево (л.д. 184 об. т.1).

Судебная коллегия соглашается с такими выводами судебного эксперта, поскольку в силу п. 8.2 ПДД РФ подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности, кроме того, в данной ситуации, поворот осуществлялся в нарушение дорожного знака 4.1.1 «Движение прямо», тогда как водитель «Фольксваген Поло» вправе была в силу п. 1.3 ПДД РФ рассчитывать на то, что водитель автомобиля «Хендай Солярис» соблюдает ПДД РФ.

Из заключения судебной экспертизы также следует, что в рассматриваемой ситуации не представляется возможным определить в полной мере экспертным путем, соответствовали ли действия водителя автомобиля «Фольксваген Поло» требованиям абз. 2 п.10.1 ПДД РФ в связи с отсутствием данных о перемещении автомобиля «Фольксваген Поло» в заторможенном состоянии для расчета технической возможности предотвратить столкновение при возникновении опасности для движения.

При этом, из объяснений ФИО3, данных в ГИБДД (л.д. 33 об. т.1) следует, что когда водитель «Хендай Солярис» начал поворот на <адрес>, она предприняла экстренное торможение, но столкновения избежать не удалось.

Таким образом, доказательств тому, что со стороны водителя ФИО3 имело место нарушение п. 10.1 ПДД РФ не имеется, в том числе отсутствуют доказательства тому, что водитель «Хендай Солярис» имела техническую возможность предотвратить столкновение автомобилей. При этом, в заключении судебной экспертизы судебный эксперт указал, что предотвращение данного ДТП зависело не от технической возможности у водителей автомобилей, а от соблюдения водителем автомобиля «Хендай Солярис» относящихся к нему ПДД РФ.

Выводы суда о нарушении водителем ФИО3 дистанции до впереди идущего автомобиля «Хендай Солярис» (п. 9.10 ПДД РФ) не могут быть признаны состоятельными, поскольку судом установлено, что автомобиль «Хендай Солярис» двигался с нарушением п. 9.1 ПДД РФ и создал помеху для движения автомобиля «Фольксваген Поло» не в результате торможения, а в результате поворота налево в нарушение ПДД РФ.

Также не могут быть приняты во внимание выводы суда о том, что водитель автомобиля «Фольксваген Поло» выехала на полосу встречного движения, поскольку отсутствуют доказательства тому, что выезд на полосу встречного движения явился следствием совершения водителем преднамеренного маневра, а не следствием создания водителю «Фольксваген Поло» помехи для движения. Доводы представителя ответчика о том, что водитель ФИО3 совершала обгон автомобиля «Хендай Солярис» с выездом на встречную полосу, не могут быть приняты во внимание, поскольку доказательств этому не имеется. Из объяснений ответчика, данных им в ГИБДД, следует, что автомобиль «Фольксваген Поло» двигался слева от него, по левому ряду прямо в сторону <адрес> (л.д. 35 т.1).

Согласно выводам судебной экспертизы с технической точки зрения именно действия водителя автомобиля «Хендай Солярис» не соответствовали требованиям п.1.3, дорожного знака 4.1.1. «Движение прямо», а также требованиям п.п. 9.1. и 9.7 ПДД РФ и находятся в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП. Предотвращение данного ДТП зависело не от технической возможности у водителей автомобилей, а от соблюдения водителем автомобиля «Хендай Солярис» относящихся к нему требований ПДД РФ.

Судебный эксперт также пришел к выводу о том, что в действиях водителя автомобиля «Ауди А8» несоответствий требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения могли находиться в причинно-следственной связи с произошедшем ДТП, не усматриваются.

Оснований сомневаться в выводах судебной экспертизы не имеется, поскольку они основаны на всестороннем исследовании материалов дела, видеозаписи, фотоматериалах, последовательны и не противоречивы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложного заключения. Доводы представителя ответчика о том, что судебные эксперты имеют незначительный опыт, не могут быть приняты во внимание, поскольку само по себе данное обстоятельство не может явиться основанием для признания выводов судебной экспертизы недостоверными.

Суд первой инстанции согласился с выводами судебной экспертизы, признав, что вины владельца автомобиля «Ауди А8» в ДТП не имеется, и у судебной коллегии исходя из установленных по делу обстоятельств отсутствуют основания не согласиться с такими выводами суда первой инстанции.

Представленное истцом экспертное заключение <№> от <дата> специалиста ООО «Независимая экспертиза и оценка» (далее заключение специалиста) (л.д. 99-122 т.1) выводов судебной экспертизы не опровергает. Вывод специалиста о том, что исходя из представленной видеозаписи, схемы ДТП, ширины проезжей части, расположения припаркованных у правого края дороги автомобилей, автомобиль «Фольксваген Поло» не имел технической возможности двигаться слева от автомобиля «Хэндэ Солярис» без выезда на полосу, предназначенную для движения в противоположном направлении (л.д. 108 т.1) какими-либо доказательствами не подтвержден, кроме того, противоречит выводам данного специалиста, изложенным на л.д. 107 т.1 о том, что автомобиль «Хэндэ Солярис» двигался по центру проезжей части, далее принял левее, ускорился, двигался около 7 секунд, после чего начал поворот налево, при этом положение автомобиля «Фольксваген Поло» на проезжей части до момента столкновения установить не представляется возможным.

При этом, из указанного заключения следует, что аварийная обстановка создается в тот момент, когда автомобиль «Хэндэ Солярис» осуществляет поворот на <адрес>, а автомобиль «Фольксваген Поло» выезжает на полосу, предназначенную для движения в противоположном направлении (л.д. 112 т.1).

В этой связи, выводы специалиста о том, что автомобиль «Хэндэ Солярис» двигался по крайнему левому ряду непосредственно перед столкновением, в связи с чем водитель автомобиля «Фольксваген Поло» должен был руководствоваться положениями п. 9.10 ПДД РФ не могут быть признаны состоятельными.

Выводы специалиста о том, что поскольку расстояние между автомобилем «Хэндэ Солярис» и горизонтальной дорожной разметкой 1.3 не позволяло проехать другому транспортному средству без его частичного выезда полосу встречного движения, то у водителя автомобиля «Хэндэ Солярис» при повороте налево отсутствовала обязанность пропустить транспортные средства, которые двигались за ним попутно, в том числе в его полосе движения, и автомобиль «Фольксваген Поло», двигающийся за автомобилем «Хэндэ Солярис» не имел перед ним преимущество в движении, не могут быть признаны состоятельными.

Из видеозаписи с видеорегистратора, установленного в автомобиле «Хендэ Солярис» следует, что до того момента, как водитель «Хендэ Солярис» начал маневрировать, слева от данного автомобиля беспрепятственно проехало два автомобиля ( л.д. 60 т.1).

Кроме того, специалист не учел, что поворот налево в месте ДТП запрещен, что исключает преимущественное право проезда уже в силу нарушения данного знака. Также специалист указывает, что достоверно установить, включал ли водитель при выполнении маневра сигнал левого поворота, не представляется возможным ( л.д. 113 т.1), при том, что в своих объяснениях, данных в ГИБДД, ФИО3 указывала на то, что «Хендэ» двигался справа от нее с аварийными сигналами (л.д. 33 об. т.1). Исходя из изложенного, отсутствуют доказательств тому, что водитель «Хэндэ Солярис» заблаговременно обозначил свой опасный маневр.

Не подтверждены какими-либо расчетами и ссылками на доказательства выводы специалиста о том, что водитель «Фольксваген Поло» двигался на достаточном для принятия решения расстоянии за автомобилем «Хендэ Солярис», и ему не требовалось применение экстренного торможения, при снижении скорости в рабочем режиме и дальнейшем движении по своей полосе движения, траектории транспортных средств не пересекались (л.д. 116 т.1).

В этой связи, выводы суда первой инстанции о том, что в действиях водителя ФИО3 имеет место нарушение ПДД РФ, которые состоят в причинно-следственной связи с ДТП, не доказаны.

Кроме того, у суда первой инстанции не имелось оснований для снижения размера убытков, подлежащих взысканию с ответчика, поскольку в данном случае вред автомобилю «Ауди А8», который был припаркован и не находился в движении, подлежит возмещению по правилам абз. 1 п. 3 ст. 1079, п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации независимо от вины водителей «Хендэ Солярис» и «Фольксваген Поло», при взаимодействии которых был поврежден автомобиль «Ауди А8» (в результате столкновения с автомобилем «Хендэ Солярис» автомобиль «Фольксваген Поло» допустил наезд на стоящий автомобиль «Ауди А8».

При этом в силу п. 1 ст. 323 Гражданского кодекса Российской Федерации при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Требования истцом заявлены о взыскании убытков в полном объеме только к ответчику ФИО2

Учитывая изложенное, решение суда не может быть признано законным и обоснованным, в связи с чем в силу п.п. 2, 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оно подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В этой связи, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 840 490 руб. 20 коп. - 400000 руб. = 440 490 руб. 20 коп.

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по госпошлине 7 604 руб. 90 коп.

Также подлежит изменению решение суда о распределении между сторонами расходов по оплате судебной экспертизы в сумме 55000 руб., которые в силу п. 4 ст.1, ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в полном объеме подлежат взысканию в пользу экспертного учреждения ФБУ "Уральский региональный центр судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации с ответчика.

Руководствуясь ч. 2 ст. 328, ст. 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Красноуфимского районного суда Свердловской области от 02.05.2023 изменить.

Взыскать с ФИО2 (паспорт серии <№> <№>) в пользу акционерного общества "СОГАЗ" (ИНН <***>) в порядке суброгации возмещение материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 440 490 руб. 20 коп., а также расходы по госпошлине в сумме 7 604 руб. 90 коп.

Взыскать с ФИО2 (паспорт серии <№> <№>) в пользу ФБУ "Уральский региональный центр судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации (ИНН <***>) стоимость судебной экспертизы в сумме 55 000 руб.

Решение суда в части взыскания с АО "СОГАЗ" в пользу ФБУ "Уральский региональный центр судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации расходов по судебной экспертизе в сумме 52 360 руб. отменить.

Председательствующий : А.М. Черепанова

Судьи А.А. Карпинская

ФИО1