Дело №2а-2168/2022

11RS0005-01-2022-002726-13

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе:

председательствующий судья Утянский В.И.,

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 1 июня 2022г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН России, УФСИН России по РК и ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК о взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с указанным административным исковым заявлением, в котором просит взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-19 (г. Ухта) за период с 30.04.2021г. В обоснование заявленных требований административный истец указал, что при прибытии не был предоставлен медицинский осмотр, помывка в бане и короткая стрижка, содержался в исправительном учреждении в общежитии отряда №2 секция №2. В секции площадью 91,85 кв.м. содержалось 43 человека, в результате не соблюдалась норма 3 кв.м. В каждой спальной секции находится от 40 до 50 человек. В отряде в одной туалетной комнате 4 унитаза и 4 умывальника, имеется еще одна, оборудованная 6-10 умывальниками. В отряде отсутствует горячая вода. Комната приема пищи 27 кв.м., в ней может поместиться до 8 человек. В отряде нет комнаты психологической разгрузки. В помещении воспитательной работы недостаточно мест. Выдача посылок производится на улице и приходится даже в мороз стоять в очереди. Истец просит взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 500 000 руб.

Определением суда к участию в деле в качестве административного ответчика привлечено ФСИН России.

Административный истец ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства извещался надлежащим образом, о личном участии в судебном разбирательстве не ходатайствовал, в исковом заявлении изложил просьбу рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель административного ответчика ФКУ ИК-19 УФСИН России по Республике Коми ФИО2, представляющая также на основании доверенности ФСИН России, полагает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 55 Конституции РФ определено, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2); права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3).

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При этом Европейский Суд по правам человека неоднократно указывал на то, что заявление лица о том, что оно подверглось обращению, нарушающему ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должно соответствовать требованиям доказуемого утверждения. Что касается вопроса о том, был ли спор между сторонами «подлинным и серьезным», то Европейский Суд отмечает, что по российским законам компенсация морального вреда присуждается только в случае доказанного вреда, вытекающего из действий или бездействия органов государственной власти, нарушающих права истца. Для применения положений Конвенции требуется только наличие доказуемого требования с точки зрения Конвенции (например, постановления ЕСПЧ по делу «С. (Skorobogatykh) против России» (жалоба № 37966/02); по делу «Степанов (Stepanov) против Российской Федерации» (жалоба № 33872/05); по делу «Погосян и Багдасарян (Poghosyan and Baghdasaryan) против Армении» (жалоба № 22999/06). При отсутствии доказательств причинения истцу морального вреда правовых оснований для удовлетворения требований заявителя не имеется.

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ст. 11 УИК РФ).

Норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров (ч. 1 ст. 99 УИК РФ).

В силу ч. 2 и ч. 3 ст. 99 УИК РФ осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности, осужденные обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин).

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Нормы материально-бытового обеспечения осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Материалами дела подтверждается, что административный истец осужден приговором суда к уголовному наказанию в виде лишения свободы. В ФКУ ИК-19 (г. Ухта) осужденный отбывал наказание с апреля 2021г. при прибытии был осмотрен медицинским работником, предоставлена возможность помывки в бане. После карантинного отделения был распределен в отряд №2.

Отряд №2 расположен на 1 этаже здания «Блок общежития №2», имеет общую площадь 658,1 кв.м., состоит из 3 спальных помещений. Спальное помещение №1 имеет площадь 91,6 кв.м., рассчитано на 45 осужденных, спальное помещение №2 – 87,9 кв.м. на 43 осужденных, спальное помещение №3 – 87,0 кв.м. на 43 осужденных. Среднесписочное число осужденных в отряде не превышало 129 человек.

Тем самым, норма жилой площади в отношении истца нарушена не была. Отсутствие свободной площади материалами дела не подтверждаются. В свободе передвижения истец ограничен не был, имел возможность выхода в прогулочный дворик для прогулок на свежем воздухе, что по делу не оспаривается.

Доводы о несоблюдении нормы площади в 3 кв.м. на 1 осужденного подлежат отклонению как не основанные на законе. Нормы жилой площади в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы России установлены национальным законодательством, в частности ст. 99 УИК РФ, в силу которой такая норма в исправительных колониях составляет 2 кв.м. на 1 человека.

В отряде имеется 2 умывальных помещения (9,4 кв.м. и 11,2 кв.м.), а также 2 туалета, в которых 8 унитазов и 6 писсуаров, кроме того имеется 10 умывальников. В соответствии с табл. 14.3 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20.10.2017г. №1454/пр, умывальная комната должна содержать 1 ножную раковину и 1 умывальник на 15 осужденных, а уборная 1 унитаз на 15 осужденных. Указанный Свод правил является документом по стандартизации и входит в перечень документов, которые применяются на добровольной основе (п. 373 приказа Росстандарта от 02.04.2020г. №687).

Тем самым, доводы истца о недостаточности сантехнического оборудования подлежат отклонению.

Оценивая доводы иска в части недостаточности площади комнаты для приема пищи, недостаточности мест в комнате воспитательной работы, отсутствия комнаты психологической разгрузки, выдачи посылок на улице, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 227 КАС РФ решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконным действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением права, свобод и законных интересов административного истца.

По мнению суда, отсутствие ряда помещений в общежитии отряда, а равно организация выдачи посылок (передач) в том виде, как это установлено в ИК-19 (через окно выдачи) само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав истца.

Установленные обстоятельства безусловно свидетельствуют об отсутствии со стороны администрации учреждения нарушения прав административного истца на материально-бытовое, санитарно-эпидемиологическое обеспечения.

С учетом изложенного, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что приведенные выше отклонения унижали достоинство заявителя и причиняли ему расстройства и неудобства, степень которых превышала неизбежный уровень страдания, неотъемлемый для содержания в исправительных учреждениях с учетом режима места принудительного содержания, и являются основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Между тем, по делу сторонами не оспаривается отсутствие горячего водоснабжения в отрядах, карантинном отделении, блоке ШИЗО/ОК ИК.

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10 июня 2010 года № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Обеспечение горячим водоснабжением являлось и является обязательным.

Иное применение закона ставит в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия Свода правил, по сравнению с теми, кто отбывает наказание в исправительных учреждениях, введенных в эксплуатацию после 2003 года.

Согласно правовой позиции, изложенной пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

В силу ч. 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Согласно п. 43 ПВР при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Для поддержания удовлетворительной степени личной гигиены недостаточно еженедельной двухразовой помывкой, в связи с чем администрацией исправительного учреждения должны были быть приняты дополнительные компенсационные меры.

Стороной ответчика не представлено каких-либо доказательств принятия компенсационных мер, в том числе путем размещения в свободном доступе водонагревательных приборов либо ежедневную выдачу горячей воды либо ее выдачу по требованию. Следует учесть, что по указанным нарушениям закона прокурором ранее было направлено исковое заявление, которое удовлетворено решением Ухтинского городского суда.

В постановлении по делу «Торреджиани и другие против Италии» (Torreggiani and Others v. Italy) от 8 января 2013г., жалоба №43517/09 и шесть других) Европейский суд по правам человека пришел к выводу о том, что серьезная нехватка пространства, которой семь заявителей подвергались в течение периодов от 14 до 54 месяцев, что само по себе составляет обращение, противоречащее Конвенции, по-видимому, усугублялось иными условиями. Отсутствие горячей воды в обоих учреждениях в течение длительных периодов и плохое освещение и вентиляция в камерах тюрьмы хотя и не составляли сами по себе бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, тем не менее причиняли заявителям дополнительные страдания. Если принять во внимание также длительность лишения свободы заявителей, условия содержания под стражей подвергли их страданиям, выходящим за рамки неизбежного уровня интенсивности страданий, присущего содержанию под стражей.

Следовательно, следует признать доказанным обстоятельства отсутствия горячего водоснабжения в общежитии отряда, в котором проживал истец.

В Постановлении по делу «ФИО3 и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia) от 10 января 2012г., жалобы №42525/07 и 60800/08, § 122) Европейский суд по правам человека отметил, что заявитель должен представить тщательную и последовательную оценку условий своего содержания под стражей, отражающую конкретные данные. Только достоверное и обоснованное подробное описание предположительно унижающих человеческое достоинство условий содержания под стражей делает доказуемой жалобу на неудовлетворительные условия содержания под стражей и служит основанием для коммуницирования жалобы государству-ответчику.

Следует отметить, что доводы заявителя в большинстве своем носят не конкретный характер, истец не указывает конкретные периоды, в которые по отношению к нему были допущены нарушения, иную достаточную и необходимую информацию, которая могла бы являться предметом проверки и оценки в рамках разрешения настоящего спора.

Следовательно, в данной части доводы иска подлежат отклонению.

При изложенных обстоятельствах, требования истца подлежат частичному удовлетворению в части взыскания с ФСИН денежной компенсации за нарушение условий содержания, выразившихся в отсутствии горячего водоснабжения, и отказе в остальной части исковых требований и к остальным ответчикам.

Согласно пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 2 постановления от 27.06.2013г. №21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней», с целью эффективной защиты прав и свобод человека судами учитываются правовые позиции Европейского Суда по правам человека, изложенные в ставших окончательными постановлениях, которые приняты в отношении других государств - участников Конвенции. При этом правовая позиция учитывается судом, если обстоятельства рассматриваемого им дела являются аналогичными обстоятельствам, ставшим предметом анализа и выводов Европейского Суда по правам человека.

Из анализа действующего законодательства следует, что размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых были допущены нарушения условий содержания в исправительном учреждении, и индивидуальных особенностей каждой отдельной ситуации. Оценка разумности и справедливости размера компенсации относится к прерогативе суда. В соответствии со ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При определении размера компенсации, по мнению суда, следует учитывать и следующие обстоятельства.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Исковое заявление поступило в суд 28.04.2022г., по истечении более года после событий, с которыми истец связывает начало нарушения его прав на надлежащие условия содержания. Однако, обращение в суд спустя столь длительный период времени не свидетельствует о том, что истцу были причинены страдания в достаточной степени, что позволило бы делать вывод о достижении минимального уровня суровости. Суд обращает внимание на то обстоятельство, что у истца имелась возможность в случае ненадлежащих материально-бытовых условий содержания обращаться с соответствующими жалобами, инициировать судебные разбирательства, иным способом защищать свои нарушенные права, поскольку препятствий в направлении обращений у него не имелось. Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в размере, указанном самим заявителем в иске.

Разрешая вопрос о размере компенсации, суд в соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принимает во внимание объем и характер причиненных истцу страданий, длительность периода, в течение которого в отношении истца допускались нарушения (на протяжении не более четырех лет), в том числе в части отсутствия горячего водоснабжение, принятие администрацией ИУ компенсационных мер в виде предоставления помывки в бане (душе) для снижения негативных последствий отсутствия горячего водоснабжения, отсутствие исковых требований в части ухудшении состояния здоровья истца, требования разумности и справедливости и приходит к выводу о взыскании с ФСИН России в пользу истца компенсации в размере 10 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,

решил:

Взыскать с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России в пользу ФИО1 денежную компенсацию за нарушение условий содержания в размере 10 000 рублей.

В остальной части административных исковых требований ФИО1 к ФСИН России и ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК о взыскании компенсации за нарушение условий содержания – в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 10 июня 2022г.).

Судья В.И. Утянский