Дело № 33-2080 судья Бездетнова А.С.
УИД 71RS0028-01-2022-003679-61
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
4 июля 2023 г. город Тула
Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе:
председательствующего Абросимовой Ю.Ю.,
судей Старцевой Т.Г., Быковой Н.В.,
с участием прокурора Лазукиной О.Г.,
при секретаре Жуковой Е.Н.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-47/2023 по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о восстановлении на работе, взыскании незаконно удержанной заработной платы, процентов, взыскании премии, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов по апелляционной жалобе ПАО СК «Росгосстрах» на решение Советского районного суда города Тулы от 20 марта 2023 г.
Заслушав доклад судьи Старцевой Т.Г., судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд с иском, впоследствии уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ПАО СК «Росгосстрах» о восстановлении на работе, взыскании незаконно удержанной заработной платы, процентов, взыскании премии, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов.
В обоснование заявленных требований сослался на то, что ДД.ММ.ГГГГ приказом №-лс он был принят на работу на должность заместителя директора департамента регионального развития Блока регионального бизнеса.
ДД.ММ.ГГГГ приказом №-лс он уволен с занимаемой должности на основании подп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ (в связи с отсутствием на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены) - прогул).
Увольнение по указанному основанию истец считает незаконным, поскольку в связи со вспышкой пандемии работники ПАО "Росгосстрах", в том числе и он, были переведены на удаленный режим работы, он осуществлял свою трудовую деятельность совмещенно: и удаленно, и в офисе, периодически по необходимости или в случае невозможности проведения встреч и совещаний в формате онлайн, прибывая на место работы.
ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением эпидемиологической обстановки и ростом заболеваемости коронавирусной инфекцией работодателем в адрес сотрудников структурных подразделений, в том числе истцу, путем направления Блоком по работе с персоналом информационного письма на рабочую почту, было рекомендовано перевести максимально возможное количество сотрудников на удаленный режим работы. По согласованию с руководителем Блока регионального бизнеса ФИО2 истец вновь стал использовать совмещенный режим работы, претензий к нему за весь период работы не предъявлялось.
Однако ДД.ММ.ГГГГ заместителем директора по персоналу Блока по работе с персоналом ФИО3 по телефону истцу было предложено уволиться по соглашению сторон до ДД.ММ.ГГГГ в связи с оптимизацией персонала, на что он ответил отказом и продолжил работать. ДД.ММ.ГГГГ истцу поступил запрос на представление письменных объяснений от начальника управления кадрового делопроизводства Департамента кадрового администрирования Блока по работе с персоналом ФИО4 о необходимости представления письменных объяснений о причинах его отсутствия на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также о причинах позднего прихода и ухода с работы ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ истец представил свои объяснения, указав, что осуществлял трудовую деятельность на удаленном рабочем месте, периодически приезжал в указанные временные периоды на работу для проведения встреч и совещаний, которые невозможно провести онлайн ввиду их конфиденциальности. К своему объяснению истец приложил информационное письмо Блока по работе с персоналом с рекомендацией перевода сотрудников на удаленный режим работы от ДД.ММ.ГГГГ, календарь рабочих встреч за август 2022, информацию о работе во внутренних IT-программах ответчика (СЭД Тезис). С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на больничном. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в адрес истца ответчиком были направлен запрос экспресс-почтой на предоставление письменных пояснений о причинах отсутствия на рабочем месте или несвоевременного прихода и ухода с работы по тем же и более ранним датам, обращено внимание, что дополнительное соглашение с истцом о переходе на удаленную работу не заключалось. В своих объяснениях, представленных работодателю, он пояснял, что осуществлял трудовую функцию при удаленном графике работы и привел доказательства этого.
ДД.ММ.ГГГГ ему была выплачена заработная плата, рассчитанная за весь отработанный период августа 2022, в том числе и ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, что, по мнению истца, является свидетельством составления актов об отсутствии на рабочем месте «задним числом».
С учетом уточнений истец просил суд признать незаконным и отменить приказ ПАО «СК «Росгосстрах» от ДД.ММ.ГГГГ №-лс о прекращении с ним трудового договора, восстановить его на работе в должности заместителя директора департамента регионального развития Блока регионального бизнеса ПАО «СК «Росгосстрах» с ДД.ММ.ГГГГ, взыскать с ответчика заработную плату за весь период вынужденного прогула по день восстановления на работе, взыскать необоснованно удержанный заработок за 25 и ДД.ММ.ГГГГ в сумме 35391,31 руб., за три дня сентября 2022 – 52397,76 руб., проценты за пользование этими денежными средствами в сумме 3131,54 руб., премию по итогам работы за 3 квартал 2022 в размере 411315,07 руб., компенсировать судебные расходы в виде уплаченной стоимости нотариального удостоверения протокола осмотра доказательств в размере 16755 руб., по оплате юридических услуг в сумме 70000 руб., взыскать компенсацию морального вреда в сумме 30000 руб.
В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО5 заявленные исковые требования с учетом уточнений поддержали и просили их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчика ПАО СК «Росгосстрах» по доверенности ФИО6 заявленные исковые требования не признал, полагал, что увольнение истца по основаниям, предусмотренным подп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ, в связи с отсутствием истца на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ более 4 часов подряд в течение дня подтверждено представленными доказательствами, в том числе актами об отсутствии на рабочем месте. Никаких дополнительных соглашений к трудовому договору о переходе истца на удаленный либо смешанный режим работы, как это производилось в отношении других сотрудников, не заключалось, в связи с чем переход на удаленный режим истцом не был согласован с работодателем. О необходимости оформления дополнительных соглашений истцу было известно, поскольку он сам по роду своей деятельности касался и кадровой работы с подотчетными подразделениями. При определении вида дисциплинарного взыскания работодателем принято во внимание, что нарушения трудовой дисциплины имели место у истца неоднократно, поскольку нарушения режима рабочего времени у него отмечались и предыдущие периоды, он не приходил на работу вовремя, раньше уходил с работы и присутствовал на работе не все рабочее время. Просил в удовлетворении иска отказать.
Прокурор Кузнецова И.А. в своем заключении полагала, что увольнение истца было произведено незаконно, поскольку представленные доказательства свидетельствуют о выполнении им своей работы удаленно, такой режим работы был согласован с непосредственным руководителем, что последний подтвердил в судебном заседании. Работодатель уклонился от оформления дополнительного соглашения об удаленном графике работы истца. Полагала, что приказ о применении дисциплинарного взыскания подписан неуполномоченным лицом. Кроме того, при определении вида дисциплинарного взыскания работодателем не обсуждались сведения о личности работника, не дано оценки его поведению в предыдущие периоды, тогда как ФИО1 имеет трех малолетних детей, его супруга находится в отпуске по уходу за детьми, в связи с чем истец является кормильцем в семье, ранее никаких нареканий в его работе не имело место. Просила удовлетворить требования о признании приказа незаконным и восстановить истца на работе, остальные требования разрешить в соответствии с действующим законодательством.
Решением Советского районного суда г. Тулы от 20.03.2023 с учетом определения суда об исправлении арифметической ошибки от 31.03.2023 иск ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о восстановлении на работе, взыскании незаконно удержанной заработной платы, процентов, взыскании премии, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворены частично. Приказ ПАО СК «Росгосстрах» №-ЛС от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора и увольнении ФИО1 с должности заместителя директора Департамента регионального развития Блока регионального бизнеса по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ признан незаконным. ФИО1 восстановлен на работе в ПАО СК «Росгосстрах» в должности заместителя директора Департамента регионального развития Блока регионального бизнеса. С ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 взыскана незаконно удержанная заработная плата в размере 87789,07 руб., проценты в размере 4227,04 руб., недоплаченная премия в размере 411315,07 руб., средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 3886938,71 руб., компенсация морального вреда в размере 20000 руб., судебные расходы 50000 руб., расходы на нотариальное закрепление доказательства 16755 руб., всего 4477024,89 руб. В остальной части требований ФИО1 отказано. Решение в части восстановления ФИО1 на работе в ПАО СК «Росгосстрах» в должности заместителя директора Департамента регионального развития Блока регионального бизнеса и взыскания заработной платы за время вынужденного прогула в части суммы 1906150,8 руб. обращено к немедленному исполнению.
В апелляционной жалобе ПАО СК «Росгосстрах» просит постановленное решение отменить ввиду неправильного применения норм материального и процессуального права, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, указывая на недоказанность перевода истца на дистанционную работу и выполнения им своих должностных обязанностей в спорный период, на соблюдение ответчиком процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности, на неверную оценку доказательств по делу, ошибочность расчетов в отношении трудовых выплат.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения представителей ответчика ПАО «СК «Росгосстрах» по доверенностям ФИО7, ФИО8, ФИО9, истца ФИО1, его представителя по доверенности ФИО5, заключение прокурора Лазукиной О.Г., полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным, исследовав письменные доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-лс ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на работу на должность заместителя директора департамента регионального развития Блока регионального бизнеса.
ДД.ММ.ГГГГ приказом №-лс он уволен с занимаемой должности (в связи с отсутствием ДД.ММ.ГГГГ на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены)) на основании подп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ (за прогул).
В основаниях приказа об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ №-лс указано на акты об отсутствии на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, служебные записки от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, запросы на предоставление письменных объяснений от ДД.ММ.ГГГГ №-к, ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №-к.
Из буквального содержания актов от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ следует, что данные акты составлены по адресу: <адрес>, в 17 часов 30 мин. каждого дня заместителем начальника отдела кадров Управления кадрового делопроизводства Департамента кадрового администрирования Блока по работе с персоналом ФИО10, главным специалистом того же отдела ФИО11, специалистом Группы охраны труда Управления кадрового администрирования Блока по работе с персоналом ФИО12, о том, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ отсутствовал на рабочем месте. Период отсутствия в актах не указан.
В служебной записке от ДД.ММ.ГГГГ начальник управления кадрового делопроизводства Департамента кадрового администрирования Блока по работе с персоналом ФИО4 в адрес директора по персоналу ПАО СК «Росгосстрах» ФИО13 сообщила, что составлены акты об отсутствии на рабочем месте заместителя директора департамента регионального развития Блока регионального бизнеса ФИО1, а также о полученных ею данных Системы учета рабочего времени сотрудников ПАО СК «Росгосстрах», по которым следует, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также поздно пришел на работу ДД.ММ.ГГГГ в 11:26:49, ушел с работы в этот день 16:46:36, ДД.ММ.ГГГГ пришел на работу 11:13:30, ушел с работы в 15:29:54. При этом в табеле учета рабочего времени с 01 по ДД.ММ.ГГГГ проставлены явки, табель за вторую половину месяца не закрыт. В связи с изложенным начальник управления кадрового делопроизводства просила о согласовании служебной проверки.
ДД.ММ.ГГГГ в адрес истца был направлен запрос о предоставлении письменных объяснений по фактам отсутствия его на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также позднего прихода на работу ДД.ММ.ГГГГ в 11:26:49, ухода с работы в этот день 16:46:36, ДД.ММ.ГГГГ прихода на работу 11:13:30, ухода с работы в 15:29:54.
ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в адрес истца также были направлены запросы на представление письменных объяснений по поводу отсутствия на рабочем месте в вышеназванные периоды, а также позднего прихода и раннего ухода с работы, а также отсутствия на работе в периоды: июнь 2022 – ДД.ММ.ГГГГ июль 2022- ДД.ММ.ГГГГ, позднего прихода на работу 1-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, раннего ухода с работы ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.
Как следует из объяснений представителей ответчика и представленных письменных возражений, сведения об отсутствии истца на рабочем месте в названные периоды работодателем были получены, в том числе, по данным компьютерной Системы контроля и управления доступом (СКУД) сотрудников ПАО СК «Росгосстрах», скрин-шоты которой представлены суду.
Удовлетворяя требование о признании незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-лс о прекращении трудового договора, восстановлении на работе, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 21, 57, 61, 67, 72, подпунктом "а" пункта 6 части 1 статьи 81, статьей 139, пунктом 3 части 1 статьи 192, статьей 193, статьей 312.1, статьей 312.9 ТК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные в материалы дела письменные доказательства, показания свидетеля, исходил из того, что в спорный период ФИО1 был переведен на удаленный (дистанционный) режим работы, располагал предоставленным ему работодателем техническим оборудованием (ноутбук, док.станция) для выполнения его трудовой функции дистанционно, в том числе 25 и ДД.ММ.ГГГГ, осуществлял трудовые функции не по месту нахождения работодателя.
Проведя выборочный анализ данных из системы СКУД в отношении сотрудников ответчика ФИО1, ФИО10, ФИО11, ФИО12 за спорный период, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что он свидетельствует о несовершенности данной системы при контроле нахождения работников на рабочих местах, в частности ДД.ММ.ГГГГ в 16:24:36 ФИО1 зафиксирован находящимся на 11 этаже здания ПАО СК «Росгосстрах», при этом регистрация входа истца в здание ДД.ММ.ГГГГ отсутствует; имеют место случаи перемещения по зданию по гостевым пропускам, в том числе при временном отсутствии собственных пропусков. Кроме того, сотрудники, составившие акты об отсутствии на рабочем месте ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО10, ФИО11, ФИО12 прибыли на свое рабочее место на 5 этаже, перемещались в пределах здания не выше 5 этажа, тогда как рабочее место истца располагается на 10 этаже здания, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что непосредственно на рабочее место истца указанные работники не приходили и факт его отсутствия в спорный период достоверно удостоверить не могут.
При этом факт дистанционной работы ФИО1, в том числе ДД.ММ.ГГГГ, подтвердил свидетель ФИО2, являющийся непосредственным руководителем истца, который пояснил, что в период пандемии и после нее, в том числе 25 и ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 работал как в офисе ПАО СК «Росгосстрах», так и удаленно, о чем ему (ФИО2) было известно, претензий к истцу относительно его работы и дисциплины труда он не имел, руководствуясь эффективностью работника, которому в связи с этим регулярно выплачивались премии за высокие показатели труда. Служебные задания и вопросы направлялись руководителем на электронную почту и мессенджеры работника. ФИО2, также как и ФИО1, работал дистанционно без оформления соответствующего дополнительного соглашения.
Доводы апелляционной жалобы о несогласии с оценкой судом показаний свидетеля ФИО2 судебная коллегия не может признать состоятельными, поскольку указанная оценка произведена судом в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, показания свидетеля подтверждены данными протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, а позиция ответчика в этой части направлена на переоценку данного доказательства в более выгодном для работодателя варианте, однако правовых оснований для этого не имеется.
По делу также установлено, что в табелях учета рабочего времени истца за август 2022 года все остальные дни, за исключением ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ, с которого у истца имелась временная нетрудоспособность, указаны как рабочие. При этом первоначально даты ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в указанном табеле непосредственным руководителем истца проставлены как рабочие дни, однако по результатам служебной проверки работодателем в названный документ были внесены изменения проставлением в данные дни прогулов.
Вместе с тем, по делу установлено, что несмотря на то, что исходя из представленных ответчиком сведений СКУД и протоколов соединений с рабочего компьютера истца с учетом удаленного доступа, истец не находился на стационарном рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, однако он фактически осуществлял удаленный доступ к рабочему компьютеру через системы коммуникаций, используемые для работы в таком режиме, на протяжении всего рабочего дня в указанные периоды, а также и за пределами рабочего времени, установленного Правилами внутреннего трудового распорядка ПАО СК «Росгосстрах» (с 9 до 18 часов с перерывом в течение часа в период с 12:30 до 15:30).
Из представленных истцом распечаток писем, направленных с электронного адреса его рабочей электронной почты, достоверность которых ответчиком не оспаривалась, и подтверждена протоколом осмотра доказательств от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенным нотариусом г. Тулы ФИО14, зарегистрированным в реестре за №, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ отправлял электронные письма на протяжении всего рабочего дня с 09:45 до 17:25 в адреса сотрудников филиалов по рабочим вопросам, получал ответы, связанные с деятельностью организации-работодателя и ее филиалов.
К объяснениям на запросы работодателя о предоставлении письменных объяснений истцом прилагался рабочий график, в соответствии с которым указаны расписания встреч, совещаний, конференций и консультаций, назначенных на ДД.ММ.ГГГГ с указанием времени их проведения и фактического выполнения, в том числе, на 11:50 часов ДД.ММ.ГГГГ была назначена аудиоконференция с директорами филиалов по линии Блока регионального развития, что свидетельствует о планировании работы истца в спорный период.
Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что некоторые мероприятия из указанного графика не состоялись, сами по себе при изложенных выше обстоятельствах не ставят под сомнение факт выполнения иной работы ФИО1 в указанное время, в том числе и ДД.ММ.ГГГГ.
При таких данных суд пришел к верному выводу о том, что представленные доказательства, в том числе пояснения допрошенного в качестве свидетеля непосредственного начальника истца ФИО2, свидетельствуют о фактическом допущении работодателем истца к работе на условиях дистанционной работы, и в указанных условиях трудовую функцию он выполнял в полном объеме, действий, описанных в разделе 7 Положения о дистанционной (удаленной) работе в ПАО СК «Росгосстрах», а именно, когда в период выполнения трудовой функции дистанционно работник без уважительной причины не взаимодействует с работодателем по вопросам, связанным с выполнением трудовой функции, более двух рабочих дней подряд со дня поступления соответствующего запроса, истцом не совершалось.
Ссылка в апелляционной жалобе на IT-отчеты, не содержащие данных о дистанционном соединении истца по удаленному доступу его ноутбука ДД.ММ.ГГГГ, о невыполнении должностных обязанностей ФИО1 в указанный день в дистанционном режиме не свидетельствует, поскольку, как достоверно установлено судом, выполнение им своих трудовых обязанностей, в том числе необходимое дистанционное взаимодействие по вопросам трудовой деятельности, осуществлялись им иным способом - посредством электронной почты.
Доводу ответчика о том, что работодателем с истцом не было заключено дополнительных соглашений о переводе последнего на дистанционный режим работы, судом первой инстанции дана надлежащая оценка, с которой суд апелляционной инстанции соглашается. Так, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено и подтверждено доказательствами, представленными работодателем, что истец фактически был допущен к выполнению своей трудовой функции дистанционно, и осуществлял ее в соответствии с требованиями работодателя, нареканий по работе не имел. При этом сам факт не оформления с ним соответствующего дополнительного соглашения кадровой службой работодателя не может быть поставлен ему в вину с учетом и того обстоятельства, что до разбирательства по поводу отсутствия его на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о необходимости оформления изменений к трудовому договору истцу, как он пояснял в судебном заседании, не было известно. Никаких документов, подтверждающих ознакомление истца с действующим с ДД.ММ.ГГГГ в ПАО СК «Росгосстрах» Положением о дистанционной (удаленной) работе не представлено. При этом, как пояснил в судебном заседании непосредственный руководитель истца свидетель ФИО2, он лично также осуществлял свои трудовые функции и дистанционно, однако дополнительного соглашения с ним не оформлялось, к дисциплинарной ответственности по этому поводу он не привлекался.
Кроме того, в соответствии со ст. 312.9 ТК РФ при временном переводе работников на дистанционную работу в случае катастрофы природного или техногенного характера, производственной аварии, несчастного случая на производстве, пожара, наводнения, землетрясения, эпидемии или эпизоотии и в любых исключительных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия всего населения или его части согласие работника на такой перевод не требуется. При временном переводе на дистанционную работу по инициативе работодателя по основаниям, предусмотренным данной статьей, внесение изменений в трудовой договор с работником не требуется.
Согласно представленному в материалы дела скрин-шоту, электронной информационной рассылкой по ПАО СК «Росгосстрах» от ДД.ММ.ГГГГ сотрудникам сообщалось, что в связи с ухудшением эпидемиологической обстановки и ростом заболеваемости коронавирусной инфекцией в структурных подразделениях предлагалось определить целесообразность присутствия сотрудников в офисе в зависимости от стоящих задач и перевести возможно большее количество работников на удаленный режим работы. Определение таких работников было возложено на руководителей структурных подразделений, к числу которых относится и непосредственный руководитель истца.
При таких данных суд правильно признал, что отсутствие заключенного с истцом дополнительного соглашения о дистанционной работе при условии фактического допуска ФИО1 его непосредственным руководителем к такому режиму работы, не может служить основанием для выводов о наличии у истца вины в нарушении трудовой дисциплины.
Также судебная коллегия принимает во внимание, что увольнение ФИО1 произведено ответчиком в нарушение требований статьи 192 ТК РФ без учета предшествующего поведения истца, его отношения к труду, длительности работы в указанной организации, отсутствия у него дисциплинарных взысканий, оценки возможности применения к истцу иного, менее строгого вида дисциплинарного взыскания, учета семейного положения истца, являющегося отцом троих малолетних детей и единственным кормильцем многодетной семьи по причине нахождения супруги в отпуске по уходу за ребенком, принятия во внимание общих принципов дисциплинарной ответственности (справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм). Доказательств обратного ответчиком не представлено.
По смыслу закона увольнение признается законным при наличии соответствующего основания увольнения и соблюдении установленного трудовым законодательством порядка увольнения.
Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обязанность доказать законность основания увольнения и соблюдения порядка увольнения возлагается на работодателя.
Доводы представителя работодателя о постоянных нарушениях ФИО1 трудовой дисциплины, невыполнении трудовых обязанностей, являются необоснованными с учетом установленных обстоятельств выполнения им своей трудовой функции, наличии постоянных высоких результатов труда, что являлось условием периодической выплаты ему премии по итогам работы и не оспаривалось представителем ответчика.
В соответствии с частью 1 статьи 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
С учетом установленных по делу обстоятельств суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии правовых оснований для признания незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-лс о прекращении трудового договора с ФИО1 на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации и для восстановления его на работе в прежней должности.
Доводы апелляционной жалобы о несогласии с выводом суда первой инстанции об отсутствии у заместителя начальника отдела кадров Управления кадрового делопроизводства Департамента кадрового администрирования Блока по работе с персоналом ФИО10 права подписи оспариваемого приказа об увольнении, при наличии приведенных выше обстоятельств, установленных по делу, сами по себе правильности вывода суда об отсутствии в действиях ФИО1 дисциплинарного проступка, а, соответственно, о незаконности приказа об увольнении, не опровергают.
Как следует из расчетного листка ФИО1 за сентябрь 2022, из его заработной платы были произведены удержания в размере 35391,31 руб. из должностного оклада (за 2 дня прогула ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) и 52397,76 руб. за 3 дня оплаты ежегодного отпуска.
Статья 137 ТК РФ предусматривает возможность удержаний из заработной платы работника только в случаях, предусмотренных данным Кодексом и иными федеральными законами. Частью 2 указанной нормы установлен исчерпывающий перечень случаев, в которых работодатель вправе произвести удержание из заработной платы работника. К числу таких случаев заработная плата, удержанная работодателем как оплаченные дни прогула, не относится, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно признал, что данное удержание незаконно.
Кроме того, фактов допущения прогулов в августе 2022 со стороны ФИО1 по делу не установлено, в связи с чем судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца незаконно удержанной заработной платы за 2 рабочих дня ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в размере 35391,31 руб.
Согласно представленной карточке формы Т-2 в отношении ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему было предоставлено 3 дня оплачиваемого отпуска. По делу также установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на больничном, в связи с чем был отозван из отпуска и не израсходовал предоставленные ему 3 дня отпуска, а поэтому основания для оплаты ему отпускных за указанный период отпали.
При этом согласно ч. 1 ст. 14.1 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» назначение и выплата застрахованным лицам, указанным в части 1 статьи 2 настоящего Федерального закона, пособия по временной нетрудоспособности в случаях, предусмотренных пунктом 1 части 1 статьи 5 настоящего Федерального закона, за первые три дня временной нетрудоспособности (далее - пособие по временной нетрудоспособности за первые три дня временной нетрудоспособности) осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица. Выплата пособия осуществляется в порядке, установленном для выплаты застрахованным лицам заработной платы.
Как следует из расчетного листка за сентябрь 2022 г., ФИО1 ПАО СК «Росгосстрах» были оплачены первые 3 дня больничного, пришедшиеся на время изначально предоставленного истцу отпуска, из которого он отозван, в размере 7717,8 руб. При этом при увольнении истцу произведена выплата компенсации за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (за 7 месяцев=28 дн.:12мес.х7мес.=16,33 дня), то есть с учетом всех неиспользованных дней отпуска, включая и 3 дня отпуска, из которого истец был отозван в связи с болезнью.
Таким образом, основания для взыскания с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 правомерно удержанной суммы отпускных в размере 52397,76 руб. у суда первой инстанции отсутствовали. Однако данное обстоятельство судом первой инстанции не учтено, в связи с чем постановленное по делу решение в указанной части подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в иске в этой части.
При таких обстоятельствах, изменению подлежит и определенный судом размер подлежащей взысканию в пользу ФИО1 предусмотренной ст. 236 ТК РФ компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, который исходя из размера незаконно удержанной заработной платы истца составит 3408,18 руб., исходя из следующего расчета:
Расчёт процентов по задолженности зарплаты за август 2022
Задолженность
Период просрочки
Ставка
Доля ставки
Формула
Проценты
с
по
дней
35 391,31
ДД.ММ.ГГГГ
ДД.ММ.ГГГГ
9
8,00 %
1/150
35 391,31 ? 9 ? 1/150 ? 8%
169,88 р.
35 391,31
ДД.ММ.ГГГГ
ДД.ММ.ГГГГ
183
7,50 %
1/150
35 391,31 ? 183 ? 1/150 ? 7.5%
3 238,30 р.
Итого:
3 408,18 руб.
Сумма основного долга: 35 391,31 руб.
Сумма процентов по всем задолженностям: 3 408,18 руб.
Поскольку увольнение истца является незаконным, суд правильно признал, что в соответствии с ч. 2 ст. 394 ТК РФ с ПАО СК «Росгосстрах» в его пользу подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула.
Статьей 139 ТК РФ установлено, что для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).
Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного ст. 139 ТК РФ, определены в Положении об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденном Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 №922.
При определении среднего заработка за время вынужденного прогула используется средний дневной заработок, который определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. Средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с п. 15 Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней (п. 9 Положения).
ФИО1 уволен ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, как правильно установил суд, средний заработок за время вынужденного прогула подлежит взысканию за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (дата решения суда) включительно.
Между тем, при определении размера среднего заработка за время вынужденного прогула судом первой инстанции была допущена ошибка в связи с неверным указанием заработка истца за декабрь 2021 г., необоснованным учетом в нарушение п. 5 Положении об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденном Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, средней зарплаты истца во время нахождения в командировке в июле 2022 г., а также двойным учетом незаконно удержанной суммы за август 2022.
В связи с этим судебная коллегия приводит свой расчет среднего заработка, подлежащего взысканию с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 за расчетный период 12 месяцев с сентября 2021 по август 2022 г., который составляет 3828124,17 руб., исходя из следующего: (389304,35 руб. (заработная плата за август 2022 г. с учетом незаконно удержанной суммы за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в размере 35391,31 руб.) + 299523,81 руб. (за июль 2022 г.) + 708752,53 руб. (за июнь 2022 г.) + 287777,78 руб. (за май 2022 г.) + 552180,95 руб. (за апрель 2022 г.) + 776793,01 руб. (за март 2022 г.) + 311578,95 руб. (за февраль 2022 г.) + 370000 руб. (за январь 2022 г.) + 675146,89 руб. (за декабрь 2021 г.) + 129500 руб. (за ноябрь 2021 г.) + 193809,53 руб. (за октябрь 2021 г.) + 761462,97 руб. (за сентябрь 2021 г.)) / 181 рабочий день х 127 дней вынужденного прогула.
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № в ПАО СК «Росгосстрах» утверждено Положение о мотивации работников Центрального офиса ПАО СК «Росгосстрах», в соответствии с которым действие Положения распространяется на все виды штатных работников Центрального офиса, осуществляющих свою деятельность на основании заключенных с Обществом трудовых договоров по основному месту работы, в части премий – за исключением работников, для которых установлен иной порядок премирования отдельными Положениями.
Из раздела 3.1 Положения о мотивации работников Центрального офиса ПАО СК «Росгосстрах» следует, что премирование по результатам текущей деятельности осуществляется по итогам работы за месяц/квартал, распространяется на работников, состоящих в трудовых отношениях с Обществом в отчетном периоде, уволившихся в отчетном периоде по уважительным причинам.
Однако, удовлетворяя требования истца о взыскании премии за 3 квартал 2022 г. исходя из ранее исчисленного размера премии за предыдущий квартал, судом первой инстанции не принят во внимание пункт 3.1.7 Положения о мотивации работников, согласно которому для расчета ежемесячной и квартальной премии применяется следующая формула: ПР = Кпк х ((БЗП х БПП) х ?Квып)) х Ккор, где ПР – расчетный размер премии по результатам текущей деятельности; БЗП – сумма ежемесячных базовых заработных плат за отчетный период с учетом отработанного времени в отчетном периоде; БПП – базовый процент премии определяется в соответствии с Приложением № к Положению; Кпк – коэффициент выполнения порогового показателя, определяется в соответствии с матрицей:
Вид порогового показателя
Выполнение показателей
Коэффициент (Кпк)
Сборы
>100%85% - 100%< 85%
1Фактсб/плансб0
Сборы + технический результат
Сборы>100%85% - 100%< 85%
Технический результат>100%85% - 100%< 85%
1Фактсб/плансб х Факттр/плантр0
Проверив, справочный расчет премии истца за 3 квартал 2022 года, представленный ответчиком в суд апелляционной инстанции, судебная коллегия находит его верным, соответствующим Положению о мотивации работников Центрального офиса ПАО СК «Росгосстрах». Размер невыплаченной ФИО1 премии согласно данному расчету составляет 183504,51 руб.
Довод истца о некорректности указанного расчета по причине неверного, по его мнению, указания работодателем значения КПК (коэффициента выполнения порогового показателя) в размере 0,4009, судебная коллегия не может признать состоятельным, так как он опровергается представленным ответчиком в суд апелляционной инстанции обоснованием применения данного коэффициента, которое приведено уполномоченным лицом - директором по персоналу, в надлежащем образом оформленной справке, содержащей подпись должностного лица и печать, с учетом решения Правления ПАО СК «Росгосстрах» от ДД.ММ.ГГГГ № и данных о выполнении плановых финансовых показателей работы подразделения истца. Доказательств, опровергающих вышеупомянутый расчет, не представлено.
Таким образом, решение суда в части размера незаконно удержанной заработной платы, процентов, недоплаченной премии, среднего заработка за время вынужденного прогула подлежит изменению.
Признавая верным вывод суда первой инстанции о наличии правовых оснований в соответствии с положениями ст. 237 ТК РФ для компенсации причиненного истцу морального вреда, судебная коллегия соглашается с взысканным судом размером данной компенсации в сумме 20 000 рублей и полагает, что указанная сумма, с учетом требований разумности, справедливости, периода нарушения трудовых прав истца, характера нарушенного права, а именно конституционного права на реализацию возможностей к осуществлению трудовой деятельности и получению дохода, степени перенесенных им нравственных страданий, соразмерна характеру причиненного вреда, в связи с чем изменению не подлежит.
Судебные расходы в пользу истца в размере 50000 руб. – оплата услуг представителя, 16755 руб. – нотариальное заверение доказательств, взысканы в соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ.
Иные доводы апелляционной жалобы фактически повторяют правовую позицию ответчика, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, которые получили надлежащую оценку в постановленном по делу решении, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения решения по существу, влияли бы на обоснованность и законность решения, фактически они сводятся к несогласию с той оценкой, которую исследованным по делу доказательствам дал суд первой инстанции. Однако для переоценки выводов суда, соответствующих фактическим обстоятельствам дела и нормам закона, регулирующим спорные правоотношения, судебная коллегия не усматривает.
С учетом положений статей 88, 103 ГПК РФ, пункта 8 части 1 статьи 333.20 НК РФ государственная пошлина, от уплаты которой при подаче иска истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в размере 29052 рублей (28452 руб. (требования материально-правового характера) + 600 руб. (компенсация морального вреда + требование неимущественного характера – восстановление на работе).
Руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Советского районного суда города Тулы от 20 марта 2023 г. в части размера незаконно удержанной заработной платы, процентов, недоплаченной премии, среднего заработка за время вынужденного прогула изменить.
Абзац 4 резолютивной части указанного решения суда изложить в следующей редакции:
Взыскать с Публичного акционерного общества Страховой компании «Росгосстрах» № в пользу ФИО1 незаконно удержанную заработную плату 35391,31 руб., проценты в размере 3408,18 руб., недоплаченную премию в размере 183504,51 руб., средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 3828124,17 руб., компенсацию морального вреда в размере 20000 руб., судебные расходы 50000 руб., расходы на нотариальное закрепление доказательства 16755 руб., а всего 4137183,17 руб.
Указанное решение в части взыскания удержанных ответчиком отпускных выплат истца отменить. В этой части постановить по делу новое решение об отказе в иске.
Взыскать с Публичного акционерного общества Страховой компании «Росгосстрах» в доход бюджета муниципального образования г. Тула государственную пошлину в сумме 29052 руб.
В остальной части решение Советского районного суда города Тулы от 20 марта 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ПАО СК «Росгосстрах» - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи