Решение по делу № 2-941/2022 от 08.12.2022 | Зареченский городской суд (Пензенская область)

Дело №2-941/2022 (УИД : 58RS0009-01-2021-003481-31)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 декабря 2022 года г. Заречный

Зареченский городской суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Каштановой И.В.,

при участии помощника судьи Фролова Ю.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в г. Заречном Пензенской области гражданское дело по иску ООО «МИПО-СЕРВИС» к ФИО1 о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ :

ООО «МИПО-СЕРВИС» обратилось в суд к ФИО1 с данным иском, указав, что между ООО «МИПО+» и ФИО1 06.12.2018 заключен трудовой договор (Номер) о принятии ответчика на должность водителя-экспедитора, 06.12.2018 между ООО «МИПО+» и ФИО1 также заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, в этот же день ответчик был ознакомлен с должностной инструкцией водителя.

01.11.2019 между ООО «МИПО+» и ООО «Оптимальная логистика» заключен договор заявка № 27 491, по условиям которого ООО «МИПО+» приняло на себя обязательство по транспортировке груза по маршруту Москва, <...> стр.3, склад 2А – <...>, нежилое здание-склад продовольственных товаров. Разгрузка должна была быть осуществлена 09.11.2019 в 05:00-05:00, перевозка груза поручена ФИО1

Ответчик прибыл по адресу выгрузки с опозданием – 07 час. 23 мин., в результате чего ООО «МИПО+» был причинен ущерб в размере 495 529 руб.

Право требования к ответчику было уступлено ООО «МИПО-СЕРВИС» в результате заключения договора уступки.

На основании изложенного истец просил взыскать с ФИО1 в пользу ООО «МИПО-СЕРВИС» убытки в размере 495 529 руб., судебные расходы отнести на ответчика.

Представитель истца ООО «МИПО-СЕРВИС» по доверенности ФИО2 в судебном заседании просил удовлетворить заявленные требования. Пояснил, что ООО «МИПО+» и ответчик заключили договор о полной материальной ответственности, ответчик являлся водителем-экспедитором, опоздал на выгрузку, факт причинения ущерба, вина ответчика, размер ущерба истцом доказаны, таким образом исковые требования должны быть удовлетворены. Работодатель проводил проверку по факту данного нарушения, и ответчик в своей объяснительной подтвердил факт опоздания к месту выгрузки груза.

Поскольку данное требование о возмещении материального ущерба было уступлено ООО «МИПО+» в пользу истца ООО «МИПО-СЕРВИС», оплата уступки права (требования) произведена путем зачета платежа, размер ущерба подтвержден судебными актами арбитражного суда, вина водителя доказана товарно-транспортной накладной, объяснениями водителя и имеется причинно-следственная связь между действиями работника и причинением ущерба третьим лицам, представитель истца полагал, что имеются все условия для возложения на ответчика – работника ФИО1 гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков. По мнению представителя истца, прямой ущерб является составляющей частью убытков.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, о причинах своей неявки суд не уведомил.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании просил отказать в иске в полном объеме, указав, что полная материальная ответственность работника состоит в обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим ТК РФ или иными федеральными законами, в том числе, случаи недостачи ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу, причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом. До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. К обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается. В виду того, что истцом ни одно из подлежащих доказыванию обстоятельств не доказано, оснований к удовлетворению иска не имеется. Прямой действительный ущерб ФИО1, работодателю не причинялся. Описанные истцом обстоятельства, не относятся к случаям полной материальной ответственности, установленным ст. 243 ТК РФ, т.к. не было недостачи, утраты товарно-материальных ценностей, а убытки третьему лицу по причине опоздания водителя к прямому действительному ущербу не относятся. Полагал, что истцом не доказана как вина водителя, так и размер ущерба.

Просил суд применить срок давности к заявленным требованиям, поскольку истцом срок обращения в суд за защитой нарушенного права по индивидуальным трудовым спорам, указанный в ч.2 ст.392 ТК РФ (1 год со дня обнаружения причиненного ущерба), пропущен.

Указал, что поскольку истец не являлся работодателем по отношению к ответчику, он в принципе не обладает правом взыскания полного материального ущерба.

Представитель ответчика пояснил, что в виду болезни другого водителя, который должен был быть доставить груз, в срочном порядке обязанность по доставке груза была возложена на ответчика. В установленную дату 09.11.2019 ФИО4 прибыл примерно в 02 часа 00 минут. Вместе с тем, вручить груз не представилось возможным, так как водителю было сообщено о том, что приемка груза начнется только в 07 часов 30 минут.

В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав пояснения представителей сторон: истца, ответчика, изучив материалы гражданского дела и, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства и фактические обстоятельства дела, приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод (часть 1 статьи 45, часть 1 статьи 46). Право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17, статьи 18).

Способы защиты права определены в ст.ст. 12 ГК РФ.

Исходя из принципа диспозитивности гражданского судопроизводства заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом. В силу положений части 1 статьи 3 и части 1 статьи 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации условием реализации этих прав является указание в исковом заявлении на то, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца.

В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы этих требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет в каком объеме требовать от суда защиты, соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 24.10.2013 № 1626-О, ОВС РФ -08.11.2020 №41-КГ22-30-К4).

Согласно ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе равноправия и состязательности и сторон и в силу ст.ст. 56-57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать свои требования и возражения по иску и представить этому доказательства.

В ст. 1064 ГК РФ указано, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности (в том числе пределы такой ответственности), регулируются главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации.

По общему правилу, предусмотренному статьей 241 ТК РФ во взаимосвязи со статьей 233 данного кодекса работник несет материальную ответственность за ущерб, причиненный в результате его виновного противоправного поведения, в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 ТК РФ).

Частью 2 статьи 242 ТК РФ установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами. Основания для полной материальной ответственности перечислены в статье 243 кодекса.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от представления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном ТК РФ (ст. 247 ТК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 52 от 16.11.2006 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба.

Кроме того, по смыслу статьи 250 ТК РФ и разъяснений по ее применению, содержащихся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. В случае если такого заявления от работника не поступило, суду при рассмотрении дела с учетом части 2 статьи 56 ГПК РФ необходимо вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и для решения этого вопроса оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения работника.

При этом в рамках применения норм трудового законодательства возможно возложение или освобождение работника от обязанности по возмещению материального ущерба, причиненного работодателю, а также снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника.

В судебном заседании установлено, что между ООО «МИПО+» и ФИО1 06.12.2018 заключен трудовой договор №17 о принятии ответчика на должность водителя-экспедитора, 06.12.2018 между ООО «МИПО+» и ФИО1 также заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, в этот же день ответчик был ознакомлен с должностной инструкцией водителя.

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что ответчик, являясь водителем исполнителя заявки на доставку груза прибыл по адресу выгрузки с опозданием – в 07 час. 23 мин., в результате чего ООО «МИПО+» был причинен ущерб в размере 495 529 руб., который подлежал выплате ООО «Оптимальная логистика» и был погашен путем зачета в счет суммы убытков, возникших у ООО «Оптимальная логистика» перед ООО «Белуга Маркет».

Несмотря на то, что обстоятельство прибытия ответчика по адресу выгрузки с опозданием подтверждается вступившим в законную силу решениями Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-81617/20-102-794 от 04.09.2020, №40-143724/21-102-1452 от 19.10.2021, указанные судебные акты не содержат выводов о причинах опоздания исполнителя к месту выгрузки, т.е. однозначно не подтверждают вину ответчика. При этом, участия в указанных арбитражных судебных процессах ФИО1 не принимал, свое отношение к обстоятельствам дела не высказывал, возможность оспорить размер ущерба ему предоставлена не была.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела.

Истец, обосновывая исковые требования в настоящем деле ссылается в том числе на факт проведения работодателем проверки в отношении ФИО1, его письменную объяснительную, однако данные документы подтверждающие соблюдение процедуры привлечения работника к материальной ответственности суду не предоставляет.

Представитель истца в судебном заседании свои требования основывает на положениях ст. 15 ГК РФ, ссылаясь при этом на договор уступки права требования и, полагает, прямой действительный ущерб работника третьему лицу является составной частью убытков, с чем суд не соглашается.

Из материалов дела следует, что между ООО «МИПО+» ООО «МИПО-Сервис» заключен договор уступки требования от 28.05.2021, предметом которого является требование к ФИО5 о возмещении ущерба на сумму 495529, 55 руб., возникшего на стороне цедента в результате ненадлежащего исполнения должником своих трудовых обязанностей, повлекшего совершение ООО «Оптимальная логистика» одностороннего зачета обязательств ООО «Мипо +» по возмещению ущерба ООО «Оптимальная логистика» в сумме 495529,55 руб., возникшего в результате ненадлежащего исполнения ООО «Мипо+» обязательств из договор на оказание услуг по транспортировке автомобильным транспортом № 27 491 от 01.11.2019, в счет обязательств ООО «Оптимальная логистика» по оплате услуг ООО «Мипо+» по договорам на оказание услуг по транспортировке автомобильным транспортом в междугороднем и городском(пригородном) сообщении №783 от 17.01.2020, № 672 от 16.01.2020, № 2280 от 04.02.2020, № 1594 от 29.01.2020 на сумму 495529, 55 руб.( пункт 1 договора).

Стоимость передаваемого права требования составляет 496 000 руб.(п.3 договора).

В п. 5 содержится условие об обязанности цедента передать цессионарию все документы, удостоверяющие требование. Вместе с тем, истец никакие документы, подтверждающие проведение работодателем проверки по факту причинения работником ущерба при исполнении трудовых обязанностей, соблюдения процедуры привлечения работника к материальной ответственности, суду не предоставил, на конкретные из перечисленных в ст. 243 ТК РФ основания для полной материальной ответственности работника не указывал.

Истец ссылается на то, что по данному договору право требования ООО «Мипо+» с ФИО1 указанной суммы ущерба перешло к ООО «МИПО-Сервис». Принятое ООО «МИПО-Сервис» требование полностью оплачено путем зачета встречного требования. Уведомление об уступке права требования, а также досудебная претензия были направлены ООО «МИПО-Сервис» в адрес ФИО1 21.10.2021 г.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Правоотношения по уступке права требования регулируются положениями главы 24 ГК РФ.

Поскольку целью сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, вытекающее именно и исключительно из гражданско-правового обязательства, а цессионарий соглашается принять или принимает это право, а также цена договора.

По смыслу статьи 5 ТК РФ трудовые отношения не регулируются нормами гражданского законодательства, что следует также из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

При этом нормы трудового законодательства, в отличие от норм гражданского законодательства, не предусматривают возможности уступки работодателем права требования к работнику о возмещении причиненного ущерба иному лицу. Аналогия закона или аналогия права в данном случае не применима. Очевидно, что в трудовом правоотношении работник является экономически более слабой стороной, что налагает на государство в силу статьи 37 Конституции Российской Федерации обязанность обеспечивать надлежащую защиту его прав и законных интересов.

Как следует из пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

С учетом приведенных выше положений законодательства, поскольку требования истца о возмещении ущерба вытекают изначально из трудовых правоотношений между ответчиком и его работодателем, установленная трудовым законодательством процедура привлечения работника к материальной ответственности не соблюдена, доказательств того суду не предоставлено, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для применения к спорным трудовым правоотношениям аналогии права или закона и, как следствие, заключения договора уступки права требования (его ничтожности), поскольку из него следует, что денежное обязательство возникло у ООО «Мипо+», а затем ООО «МИПО-Сервис» в результате выполнения ответчиком ФИО1 трудовых обязанностей. Существенным условием применительно к договору цессии является условие о предмете - уступаемом праве требования, вытекающем из гражданско-правового обязательства, а в данном случае, как установлено судом, обязательство возникает из ненадлежащего исполнения ФИО1 своих трудовых обязанностей. Истец не является работодателем ответчика и не вправе требовать от него возмещения материального ущерба.

Вследствие изложенного, суд считает необходимым отказать в удовлетворении заявленных исковых требований. Приведенные стороной истца доводы в обоснование иска судом отклоняются, как основанные на неверном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Одновременно суд находит обоснованными возражения стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для предъявления данного требования.

Согласно части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

В абзаце третьем пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что работодатель вправе предъявить иск к работнику о взыскании сумм, выплаченных в счет возмещения ущерба третьим лицам, в течение одного года с момента выплаты работодателем данных сумм.

Из приведенных положений части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что срок на обращение в суд работодателя за разрешением спора о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, составляет один год. Начало течения этого срока начинается с момента, когда работодателем осуществлены выплаты третьим лицам сумм в счет возмещения причиненного работником ущерба.

Руководствуясь ст.ст. 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ООО «МИПО-СЕРВИС» к ФИО1 о взыскании убытков – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Зареченский городской суд Пензенской области в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 15.12.2022.

Судья - И.В.Каштанова