Дело № 2-488/2022

УИД 21RS0015-01-2022-000588-21

Решение

именем Российской Федерации

22 ноября 2022 года г. Цивильск

Цивильский районный суд Чувашской Республики в составе: председательствующего судьи Петрова С.Г., при секретаре судебного заседания Стёпкиной И.В., с участием представителя истца по доверенности ФИО1, представителя ответчиков по доверенности ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании договоров купли – продажи недействительными и применении последствий недействительных сделок, по иску ФИО1 в защиту интересов ФИО6 к ФИО4 и ФИО5 о признании выданной нотариальной доверенности и признании договоров купли – продажи недействительными и применении последствий недействительных сделок,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными: договора купли – продажи жилого <адрес> Чувашской Республики № от 27 ноября 2014 года, заключенного между Д. и ФИО4 и договора купли – продажи <адрес> Чувашской Республики, заключенного 6 апреля 2015 года под № между ФИО4 и ФИО5

Указывает, что проживала в зарегистрированном браке с Ш. в <адрес> Чувашской Республики, с регистрацией по месту пребывания.

Последние годы с ними проживал родной брат мужа – Д., являвшийся инвалидом I – ой первой группы с детства, за которым она осуществляла уход. До этого Д. проживал в д. <адрес> со своей матерью – О., умершей 23 декабря 1987 года. Наследство после ее смерти принял Д.

В 2012 году Д. оформил доверенность на истца для оформления наследственных прав после смерти матери.

1 октября 2014 года умер её муж Ш., а 27 ноября 2014 года умер и Д. После их смерти, она безвыездно проживала в <адрес>, без чьей – либо финансовой помощи содержала и ремонтировала дом, поменяла котлы, насосы, газифицировала его, провела в нем системы водоснабжения и отопления.

В начале июня 2021 года приехала ее дочь ФИО5 и выгнала ее из указанного дома, отобрав деньги, банковские карты, телефон, и документы, уничтожив квитанции на бытовую технику и забрав документы на дом и частично уничтожив их. В связи с этим она проживает на съемных квартирах.

Среди сохраненных тайком бумаг, зимой 2022 года истец обнаружила завещание Д., составленное 14 ноября 2014 года в с. Богатырево Цивильского района Чувашской Республики и удостоверенное администрацией Богатыревского сельского поселения Цивильского района. Из его содержания следует, что он завещал ей все свое имущество, в состав которого входит дом и хозяйственные постройки, расположенные по адресу: <адрес>

Из предоставленной по запросу выписки из ЕГРП от 28 марта 2022 года ей стало известно, что на основании договора купли – продажи от 27 ноября 2014 года, Д. передал ФИО4 указанный выше дом с хозяйством. Государственная регистрации права была произведена 27 ноября 2014 года. Поскольку Д. умер на ее руках в этот день, считает, что этот договор не мог быть зарегистрирован рано утром и с момента его смерти прекращается действие доверенности (если она была им выдана).

На основании договора купли – продажи указанного дома от 6 апреля 2015 года, его собственником стала ее дочь ФИО5. Каким образом ФИО4 оформила на себя спорный дом с хозяйством и продала его ФИО5, истцу не известно.

В силу своего заболевания и невозможностью передвигаться, Д. из дома не выезжал и полагает, что самостоятельно он не мог оформить доверенность на заключение договора купли – продажи спорного дома от своего имени и ссылаясь на положение ст. ст. 166, 167 и 181 ГК РФ, просит признать указанные сделки недействительными (л. д.5 том №1).

ФИО3 уточнила заявленные исковые требования (л. д.94 том №) и просила признать недействительным договор купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером № под номером государственной регистрации права № от 27 ноября 2014 года, заключенной между Д. и ФИО4, недействительным. Признать недействительным договор купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес> Чувашской Республики, заключенной 6 апреля 2015 года под номером государственной регистрации права №06.04.2015 № между ФИО4 и ФИО5 Применить последствия недействительности ничтожных сделок и признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на земельный участок площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес> Чувашской Республики и восстановить в ЕГРП запись о регистрации право собственности на земельный участок, площадью 0,33 га на Д., умершего 27 ноября 2014 года.

Представитель истца по доверенности ФИО1 в защиту интересов ФИО3 уточнил заявленные исковые требования (л. д.213 том №1) и просил признать недействительным договор купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес> и <адрес> Чувашской Республики с кадастровым номером № от 14 ноября 2014 года и зарегистрированной в Росреестре Чувашской Республики 27 ноября 2014 года, заключенный между Д. и ФИО4. Признать недействительным договор купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес> и <адрес> Чувашской Республики с кадастровым номером № заключенной 24 марта 2015 года и зарегистрированной в Росреестре Чувашской Республики 6 апреля 2015 года между ФИО4 и ФИО5 и прекратить право собственности на них за ФИО5. Применить последствия недействительности ничтожных сделок и признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на земельный участок площадью 0,33 га с кадастровым номером №, расположенного по <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес> Чувашской Республики и восстановить в ЕГРП запись о регистрации право собственности на земельный участок, площадью 0,33 га на Д., умершего 27 ноября 2014 года.

Представитель истца по доверенности ФИО1 в защиту интересов ФИО3 уточнил заявленные исковые требования (л. д.1 том №) и просил признать доверенность за № от 15 июля 2014 года, выданное Д. на продажу дома и земельных участков ФИО3 нотариусом Цивильского нотариального округа недействительным. Признать недействительными договор купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес> Чувашской Республики с кадастровым номером № от 14 ноября 2014 года и зарегистрированной в Росреестре Чувашской Республики 27 ноября 2014 года, заключенный между Д. и ФИО4. Признать недействительными договор купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> д. <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес> Чувашской Республики <адрес> с кадастровым номером №, заключенный 24 марта 2015 года и зарегистрированной в Росреестре Чувашской Республики 6 апреля 2015 года между ФИО4 и ФИО5 недействительными и прекратить право собственности на них ФИО5. Применить последствий недействительности ничтожных сделок и признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на земельный участок площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес> Чувашской Республики и восстановить в ЕГРП запись о регистрации право собственности на земельный участок, площадью 0,33 га на Д., умершего 27 ноября 2014 года.

На судебное разбирательство истица ФИО3 не явилась и в своём заявлении в адрес суда просила данное дело рассматривать без её участия, делегируя свои полномочия представителю ФИО1 (л. д.129 том №1).

Представитель истца по доверенности ФИО1 (л. д.26 том №1), заявленные исковые требования поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить.

Ответчики ФИО4 и ФИО5, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явились. В отзыве на исковое заявление ответчик ФИО4 (л. д.195 том №1) просила данное дело рассматривать без её участия и в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, в том числе по причине срока исковой давности. ФИО5 в отзыве на исковое заявление (л. д.175 том №1) также указала аналогичные основания. ФИО4 и ФИО5 делегировали свои полномочия представителю ФИО2

Представитель ответчиков по доверенности ФИО2 заявленные исковые требования не признала и просила в иске отказать, в том числе в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

В отзыве на исковое заявление представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике просил данное дело рассматривать без их участия (л. д.138 том №1).

Нотариус Цивильского нотариального округа также просила рассмотреть дело без её участия (л. д.240 том №1)

Выслушав представителя истца и представителя ответчиков, изучив предоставленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

15 июля 2014 года, на все своё имущество Д. оформил нотариальное завещание за № на ФИО5 (л. д.166 том №1).

14 ноября 2014 года главой администрации Богатыревского сельского поселения Цивильского района ЧР удостоверено завещание Д., который все свое имущество завещал ФИО3 (л. д.57 том №1).

15 июля 2014 года (л. д.149 том №), Д. выдал нотариальную доверенность № на ФИО3 быть его представителем в Управлении Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по ЧР по вопросу регистрации права собственности на его имя жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: <адрес> ЧР, а в последующем права продажи жилого дома и земельных участков, расположенных в <адрес> жилого дома и земельного участка, расположенных в <адрес>, то есть спорных земельных участков и жилого дома.

По запросу суда (л. д.39 том №), Управлением Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по ЧР предоставлены копии документов, в том числе и договор купли – продажи от 14 ноября 2014 года (л. д.49 том №1), в соответствии с которым ФИО3, действуя на основании выданной ей доверенности от Д. от ДД.ММ.ГГГГ, как продавец продала, а ФИО4, как покупатель приобрела земельный участок с кадастровым номером № площадью 0,33 га, расположенный в <адрес> жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по указанному адресу, а также земельный участок с кадастровым номером № площадью 0,34 га, расположенный в <адрес> жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по указанному адресу.

В п. п.3 и 4 данного договора отражено, что земельный участок с кадастровым номером № площадью 0,33 га, расположенный в <адрес> жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по указанному адресу оценены соглашением сторон в 35 000 рублей, которые переданы продавцу до подписания настоящего договора. Земельный участок с кадастровым номером № площадью 0,34 га, расположенный в <адрес> жилой дома с кадастровым номером № оценены соглашением сторон в 50 000 рублей, которые переданы продавцу до подписания настоящего договора.

24 марта 2015 года (л. д.50 том №1) составлен договор купли – продажи между ФИО4 и ФИО5, по условиям которого продавец ФИО4 продает, а покупатель ФИО5 приобретает земельный участок с кадастровым номером № площадью 0,33 га, расположенный в <адрес> жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по указанному адресу, а также земельный участок с кадастровым номером <адрес> площадью 0,34 га, расположенный в <адрес> жилой дом с кадастровым номером №, расположенного по указанному адресу.

В п.3 договора сумма сделки определено сторонами и денежные средства переданы продавцу до подписания настоящего договора.

Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости (л.65 том №) следует, что правообладателем жилого дома, с кадастровым номером №, расположенного по <адрес> ЧР является ФИО5

Оспаривая договора купли – продажи спорных земельных участков и жилых домов от 14 ноября 2014 года и от 24 марта 2015 года, истица ФИО3 указала, что она безвыездно проживала в <адрес> и без чьей – либо финансовой помощи содержала и ремонтировала дом считая, что он принадлежит ей, но в начале июня 2021 года приехала её дочь ФИО5 и выгнала ее из указанного дома, в связи с чем она проживает на съемных квартирах. Среди сохраненных тайком бумаг, зимой 2022 года она обнаружила завещание Д., составленное 14 ноября 2014 года в с. Богатырево Цивильского района Чувашской Республики, где последний всё свое имущество завещал ей. Каким образом ФИО4 оформила на себя спорный дом с хозяйством и продала его ФИО5, истцу не известно. В силу своего заболевания и невозможностью передвигаться, Д. из дома не выезжал и полагает, что самостоятельно он не мог оформить доверенность на заключение договора купли – продажи спорного дома от своего имени и ссылаясь на положение ст. ст. 166, 167 и 181 ГК РФ, просит признать указанные сделки недействительными, суд считает их не состоятельными по следующим основаниям.

Согласно п.71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ за № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу ч.1 ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

Оспаривая данную сделку, истица указывала о предполагаемом праве на наследство по завещанию от Д., составленного 14 ноября 2014 года главой администрации Богатыревского сельского поселения Цивильского района ЧР.

В ч.1 ст.35 ГПК РФ предусмотрено, что лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В соответствии с ч.ч.3 и 4 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ).

15 июля 2014 года, Д. выдал истцу ФИО3 нотариальную доверенность № на представительство в Управлении Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по ЧР по вопросу регистрации права собственности на его имя жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: <адрес>, а в последующем права продажи жилого дома и земельных участков, расположенных в <адрес>, жилого дома и земельного участка, расположенных в <адрес> то есть спорных земельных участков и жилого дома.

Воспользовавшись указанной доверенностью, истица ФИО3 продала земельные участки и жилые дома, расположенные в <адрес> и <адрес> ЧР ФИО4, что подтверждается предоставленным по запросу суда из Управления Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по ЧР копиях документов, в том числе и договором купли – продажи от 14 ноября 2014 года, в соответствии с которой ФИО3, действуя на основании выданной ей доверенности от Д. продала, а ФИО4 приобрела спорные земельные участки и дома.

14 ноября 2014 года, в Управлении Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по ЧР сторонами сделки (ФИО4 и представителем Д. по доверенности ФИО3) были сданы на регистрацию договор купли – продажи домов и земельных участков, заявление о государственной регистрации права, доверенность, о чем имеется расписка в получении документов на государственную регистрацию, в связи с чем, изложенные доводы истца и её представителя о порочности оспариваемого документа (договора купли – продажи) в связи со смертью Д., умершего 27 ноября 2014 года безосновательны и ничтожны, потому как волеизъявление сторон по сделке произошло 14 ноября 2014 года и дата государственной регистрации перехода права правового значения не имеет.

В указанном договоре от имени продавца поставлена собственноручная подпись и расшифровка подписи истца ФИО3

Указанный договор и подписи в нём от имени истца, ФИО3 и её представителя, не оспаривается.

Как указал представитель истца ФИО1 в этой части, истец не помнит обстоятельства заключения указанного договора купли – продажи спорных земельных участков и жилых домов.

В отзыве на исковое заявление ФИО5 – дочь истицы ФИО3 указала, что 15 июля 2014 года Д. все свое имущество, которое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, где бы оно не находилось и в чем бы оно не заключалось он завещает ей, то есть ФИО5 и когда её мать – ФИО3 продала вышеуказанное имущество, которое на самом деле ФИО7 завещал ей, это было странным и непонятным поступком со стороны матери. После этого она обратилась к покупателю ФИО4 и попросила продать ей все обратно и та согласилась и продала данное имущество, в связи с чем был заключен договор купли – продажи от 24 мая 2015 года.

В отзыве на исковое заявление ФИО4 указала, что на момент заключения сделки, она знала ФИО3 как добросовестную и законопослушную жительницу деревни. Она оплатила денежные средства за переданные объекты недвижимости и 14 ноября 2014 года был заключён договор купли – продажи. По истечении пары месяцев со дня сделки, к ней обратилась ФИО5 с вопросом, на каком основании с ней был заключен договор купли – продажи, а в последующем ей стало известно, что ФИО7 оставил завещание на ФИО5 на указанные объекты. Заключая договор купли – продажи с ФИО3 она не могла предположить, что данное имущество станет спорным и после просьбы ФИО5 вернуть вышеуказанные объекты недвижимости, она согласилась заключить договор купли – продажи по той же цене, что и приобрела. 24 марта 2015 года между ней и ФИО5 был заключен договор купли – продажи.

Ей не понятно, почему по истечении 7 лет, ФИО3 действуя по нотариальной доверенности предложила ей купить объекты недвижимости, совершила сделку, сама подписала договор, совместно подали заявление на государственную регистрацию перехода права собственности, а в последующем обращается в суд с иском о признании договора недействительным.

Заключая договора купли – продажи недвижимости от 14 ноября 2014 года, она сама действовала добросовестно и предполагала добросовестность ФИО3, в связи с чем просит в иске отказать, указав, что у ФИО3 отсутствует защищаемое право.

В отзывах на исковое заявление ФИО4 и ФИО5, а также их представитель по доверенности ФИО2 ссылались на пропуске срока исковой давности истца, что является основанием отказа истца в иске.

Согласно ч.1 ст.181 ГК РФ, течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (ч.1 ст.166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких – либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.

Таким образом, срок исковой давности по искам о применении последствий недействительности (ничтожности) договора купли – продажи исчисляется со дня, когда ФИО3, действуя по нотариальной доверенности совершила продажу объектов недвижимости, то есть с 14 ноября 2014 года.

Доводы истца ФИО3 о том, что она только 28 марта 2022 года узнала, что собственником всего имущества является ее дочь ФИО5, не состоятельны и не соответствуют материалам дела.

15 июля 2014 года Д. выдал нотариальную доверенность ФИО3, на основании чего последняя 14 ноября 2014 года совершила сделку по отчуждению имущества. В договоре купли – продажи от имени продавца поставлена собственноручная подпись и расшифровка подписи истца ФИО3

Кроме того, в отзыве на исковое заявление ФИО5 указала, что она сообщила матери ФИО3 о совершенной сделке по приобретению ею спорного имущества 24 марта 2015 года.

В силу абз.2 ч.2 ст.199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку исковое заявление подано по истечении срока исковой давности и ответчиками заявлены ходатайства о пропуске срока исковой давности, что является основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.

Заявленные требования истца и её представителя о признании недействительным договора купли – продажи спорных земельных участков, заключенного 24 марта 2015 года и зарегистрированного в Росреестре Чувашской Республики 6 апреля 2015 года между ФИО4 и ФИО5, а также прекращения право собственности на них ФИО5, судом также не могут быть удовлетворены по следующим основаниям.

Заявленный иск производен от иска ФИО3 к ФИО4 о признании недействительным договора купли – продажи спорного имущество от 14 ноября 2014 года, где заявленные требования истца и её представителя признаны не состоявшиеся.

Каких – либо иных оснований о признании указанной сделки истцом и её представителем, суду не предоставлены, и иных оснований признания их недействительными, судом также не выявлены.

Требования истца и её представителя о применении последствий недействительности (ничтожности) сделок и признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на спорные имущества, и восстановить в ЕГРП запись о регистрации право собственности на Д. умершего 27 ноября 2014 года, не состоятельны.

Как установлено, прежний собственник спорных имуществ Д. умер.

В силу ст.17 ГК РФ, правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

Договора купли – продажи спорного имущества подписанный ФИО3 от имени Д., заявления о государственной регистрации перехода права собственности по данным договорам поданы в период действия доверенности и в период, когда правоспособность Д. еще не была прекращена его смертью, на что также ссылался Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по ЧР в своем отзыве на исковое заявление.

Судом также проверены доводы истицы ФИО3 о том, что в июне 2021 года, её дочь ФИО5 выгнала её из спорного дома, отобрала деньги, банковские карты, телефон, и документы и она проживает на съемных квартирах, что не соответствует материалам дела.

Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости (л. д.167 том №1) следует, что ФИО3 является собственником квартиры, расположенной в <адрес>.

Представителем истца по доверенности ФИО1 в защиту интересов ФИО3 заявлены требования о признании выданной доверенности Д. на продажу дома и земельных участков ФИО3, недействительным.

В обосновании указанного иска представитель ФИО1 указал, что в момент оформления доверенности Д. находился в болезненном состоянии, что видно из амбулаторной карты и патологоанатомического вскрытия трупа. Находился в лежащем положении, не мог ходить в туалет, не выходил из дома, был больной, и была ли от него доверенность на оформление договора купли – продажи, истцу не известно и доверенность ей не выдавалась. Нотариус к ним в дом не приходил.

Заявленные требования представителя истца в защиту интересов ФИО3 не состоятельны и не соответствуют материалам дела по следующим основаниям.

По запросу суда (л. д.146 том №), нотариусом Цивильского нотариального округа дан ответ о том (л. д.148 том №), что журнал выезда к клиентам за 2014 год не заводился.

В выданной доверенности от 15 июля 2014 года за № № (л. д.149 том №) следует, что она составлена в <адрес> ЧР. Выданная доверенность подписана Д. в присутствии нотариуса, личность установлена, дееспособность проверена. В тексте доверенности также отражено, что Д. текст доверенности понятен, смысл, значение и юридические последствия документа разъяснены и соответствуют его намерениям.

В доверенности также отражено, что оно составлено в <адрес> Чувашской Республики. В выписке из реестра для регистрации удостоверения доверенностей (л. д.150 том №) видно, что имеется соответствующая запись о совершении регистрационных действий.

В силу абз.2 ст.15 ФЗ «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате», нотариус имеет право совершать предусмотренные настоящими Основами нотариальные действия в интересах физических и юридических лиц, обратившихся к нему, за исключением случаев, когда место совершения нотариального действия определено законодательством Российской Федерации или международными договорами.

Ст.54 вышеуказанных Основ предусматриваете, что нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона.

Доводы представителя истца ФИО1 о том, что нотариус не участвовал и не приезжал в <адрес> для составления доверенности, не состоятельны.

Указание представителя истца о необходимости назначении посмертной комплексной психолого – психиатрической судебной экспертизы для определения того, мог ли Д. осознавать свои действия и их значение при составлении и подписании доверенности, заверенной нотариусом, а также, мог ли он в обстоятельствах окружающей психологической обстановки осознавать свои действия их значения при подписании доверенности по делу, также не состоятельны.

В силу требований ч.2 ст.12 ГПК РФ суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч.1 ст.57 ГПК РФ, доказательства предоставляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Как следует из заявленного ходатайства, представитель истца ссылался о болезненном состоянии Д., указав о подозрении у данного лица заболевания, лишающего последнего осознавать свои действия и поступки при составлении и подписании доверенности. В то же время указанная доверенность выдана ФИО3, то есть истице, которая воспользовавшись данной доверенностью, оформила договор купли – продажи спорного имущества и выручила от этого денежные средства, а впоследствии представитель истца стал ссылаться на то, что на спорное имущество имеется завещание от 14 ноября 2014 года, заверенное главой администрации Богатыревского сельского поселения Цивильского района ЧР, где Д. завещал все своё имущество ФИО3 и последняя уже на основании этого завещания вступает в наследственные права после смерти Д.

В соответствии с ч.1 ст.43 «Основы законодательства Российской Федерации о нотариате», при удостоверении сделок нотариус осуществляет проверку дееспособности граждан и правоспособности юридических лиц, а также наличия волеизъявления заявителей.

Содержание нотариально удостоверяемой сделки, а также заявления и иных документов должно быть зачитано вслух участникам (ст.44 Основ о нотариате).

Документы, оформляемые в нотариальном порядке, подписываются в присутствии нотариуса.

Таким образом, удостоверение доверенности нотариуса дополнительно свидетельствует о том, что гражданин, совершивший сделку, был способен понимать характер своих действий и руководить ими.

Иных сведений о том, что у Д. имелись подозрения о его заболевании, судом не установлена.

Кроме того, представитель истца по доверенности ФИО1 в защиту интересов ФИО3 о признании доверенности недействительным от 15 июля 2014 года, обратился в суд по истечении трехлетнего срока и ответчиками в этой части также заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности, что является самостоятельным основанием отказа в иске.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданско процессуального кодекса Российской Федерации,

решил :

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными договоров купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером № под номером государственной регистрации права № от 27 ноября 2014 года, заключенной между Д. и ФИО4 недействительным; признании недействительными договоров купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по ул. Ахазова д. Хорнзор Цивильского района Чувашской Республики и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенной в <адрес>, заключенной 6 апреля 2015 года под номером государственной регистрации права №06.04.2015 № между ФИО4 и ФИО5, недействительным; применения последствий недействительности ничтожных сделок и признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на земельный участок площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером № расположенной в <адрес> и восстановить в ЕГРП запись о регистрации права собственности на земельный участок, площадью 0,33 га на Д., умершего 27 ноября 2014 года; по исковому заявлению представителя истца по доверенности ФИО1 в защиту интересов ФИО3 о признании доверенности за № от 15 июля 2014 года, выданной ФИО7 на продажу дома и земельных участков ФИО3 нотариусом Цивильского нотариального округа и о признании недействительным договора купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенный в <адрес> с кадастровым номером № от 14 ноября 2014 года и зарегистрированный в Росреестре Чувашской Республики 27 ноября 2014 года, заключенный между Д. и ФИО4, признании договора купли – продажи земельного участка площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером № расположенный в <адрес> с кадастровым номером №, заключенный 24 марта 2015 года и зарегистрированный в Росреестре Чувашской Республики 6 апреля 2015 года между ФИО4 и ФИО5 недействительными и прекращении права собственности на них ФИО5; применения последствий недействительности ничтожных сделок и признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на земельный участок площадью 0,33 га с кадастровым номером № по <адрес> и земельного участка площадью 0,34 га с кадастровым номером №, расположенный в <адрес> и восстановить в ЕГРП запись о регистрации право собственности на земельный участок, площадью 0,33 га на Д., умершего 27 ноября 2014 года, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики в течение 1 (одного) месяца со дня его вынесения через Цивильский районный суд Чувашской Республики.

Мотивированная часть решения суда составлена 28 ноября 2022 года.

Председательствующий С.Г. Петров

Решение01.12.2022