Дело № 2-2022/2022
УИД: 61RS0013-01-2022-003208-94
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 декабря 2022 г. г. Гуково, Ростовская область
Гуковский городской суд Ростовской области
в составе: председательствующего судьи И.Г. Петриченко
при секретаре Воркуновой Е.А.,
с участием помощника прокурора г. Гуково Мажуриной М.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Управление строительства № 30» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
представитель ФИО1 - ФИО2, действующий на основании доверенности, обратился в суд с иском, ссылаясь на то, что 27.02.2021 при исполнении трудовых обязанностей в АО «Управление строительства № 30» с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он повредил здоровье. Вина ФИО1 в несчастном случае не установлена, а работодателем не были созданы условия труда, исключающие повреждение здоровья. Решением бюро МСЭ от 06.06.2022 ФИО1 установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности на срок с 22.03.2022 до 01.04.2023. В результате несчастного случая на производстве ФИО1 повредил здоровье, в связи с чем испытывает физические и нравственные страдания, которые заключаются в следующем. Он постоянно испытывает боли в груди и в пояснице, ему трудно находиться долгое время в одной позе, испытывает онемение в пояснице и в груди, нарушен сон. Часто тяжело (больно) сделать вдох (выдох). Потеряна возможность нормального, тем более быстрого, передвижения. Он быстро утомляется. Чтобы облегчить боль и ограничения, ФИО1 вынужден постоянно проходить лечение, в том числе в больнице, принимать лекарства. В связи с этим ФИО1 испытывает моральную (психологическую) неуверенность. 30.06.2022 ФИО1 вынужден был уволиться из организации ответчика и в настоящее время не имеет возможности трудоустроиться ввиду отсутствия работы, соответствующей состоянию его здоровья. Такое физическое и нравственное состояние ФИО1 явилось следствием трудовой деятельности у ответчика и является невосполнимой утратой здоровья, в связи с чем на ответчика должна быть возложена обязанность по возмещению ему морального вреда. Размер компенсации морального вреда ФИО1 оценивает в 700000 рублей. Ответчиком в выплате ФИО1 компенсации морального вреда 25.07.2022 отказано. На основании изложенного просит взыскать с АО «Управление строительства № 30» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей.
В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержали по доводам, указанным в исковом заявлении, просили удовлетворить.
Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на отсутствие вины АО «Управление строительства № 30» в несчастном случае, произошедшем с ФИО1
Выслушав стороны, заключение помощника прокурора г. Гуково, полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению, с учетом принципов разумности и справедливости, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, подтверждается представленными по делу доказательствами и не оспаривается ответчиком, 27.02.2021 при исполнении трудовых обязанностей в качестве проходчика 5 разряда с полным рабочим днем в подземных условиях в АО «Управление строительства № 30» с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, о чем составлен акт по форме Н-1 от 01.03.2021 №
Согласно указанному акту, несчастный случай произошел в шахтном клетьевом стволе № 2 Талицкого горно - обогатительного комплекса, пострадавший проходчик ФИО1 на момент несчастного случая находился на проходческим полке отметке 351,9, который представляет собой металлическую многоярусную конструкцию, подвешенную в стволе на канатах подъемных лебедок, производил зацеп монорельсы. После натяжки каната лебедкой нижний ярус проходческого полка развернуло и приподняло. ФИО1 не успел покинуть опасную зону, был сброшен с демонтируемого сегмента и зажат между тюбингом и металлоконструкцией проходческого полка. В результате несчастного случая на производстве ФИО1 повредил здоровье <данные изъяты>.
Таким образом, установлено, что несчастный случай на производстве произошел с истцом ФИО1 при исполнении им трудовых обязанностей в интересах работодателя - ответчика АО «Управление строительства № 30».
В связи с указанными травмами 06.06.2022 бюро МСЭ впервые установило истцу ФИО1 30 % утраты профессиональной трудоспособности.
Согласно трудовой книжке, 30.06.2022 ФИО1 уволен из АО «Управление строительства № 30» по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в связи с медицинским заключением.
В силу статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.
Согласно части 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.
В соответствии с частью 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ (в соответствующей редакции) «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 N 81-ФЗ (в соответствующей редакции) «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.
В соответствии со статьей 212Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.
Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.
Актом о несчастном случае на производстве от 01.03.2021 № 15, установлено повреждение здоровья истца, которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых истец работал у ответчика. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, указаны проходчик ФИО1 - личная неосторожность, нарушение п. 1.8 инструкции по охране труда для проходчика, мастер горный ФИО4 - снижение контроля при выполнении наряд - задания, нарушение п.п. 2.1, 2.30 должностной инструкции мастера горного.
Вместе с тем, какое именно нарушение п. 1.8 инструкции по охране труда для проходчика ФИО1 допущено, в акте о несчастном случае на производстве от 01.03.2021 № 15 не указано, как и не установлена степень его вины в производственной травме.
При этом, согласно ст. 230 Трудового кодекса РФ, в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.
Однако, ответчиком в нарушение ст.ст. 56, 57 ГПК РФ доказательств грубой неосторожности ФИО1, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, суду не представлено, степень его вину не установлена.
На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что причинителем вреда здоровью истца в данном случае является работодатель - АО «Управление строительства № 30», во время работы у которого у истца установлена утрата трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для работников.
Суд приходит к выводу, что в результате несчастного случая на производстве истцу причинены нравственные и физические страдания, вызванные болезненными ощущениями, необходимостью периодического обращения за медицинской помощью, а также переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможности выбирать работу по своему усмотрению, сложности материального обеспечения семьи, то есть моральный вред, компенсацию которого он вправе требовать в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Истец уволен из АО «Управление строительства № 30» 30.06.2022, то есть после установления утраты профтрудоспособности в результате несчастного случая на производстве. В настоящее время, находясь в трудоспособном возрасте, не имеет возможности продолжать работу по специальности по состоянию здоровья, нуждается в периодическом лечении, требующем материальных затрат.
В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно пункту 27 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
В пункте 28 Постановления разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29). При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30). Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем. В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Пунктом 8.6.1 Коллективного договора АО «Управление строительства № 30» на период с 11.03.2022 по 10.03.2025 предусмотрено, что в случае утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, работодатель производит единовременную выплату в счет возмещения морального вреда в случае утраты от 10 до 30 % профессиональной трудоспособности 3 прожиточных минимума.
Указанные выплаты ответчиком ФИО1 не производились, что сторонами не оспаривается и подтверждается пояснениями в судебном заседании.
В своих письменных и устных пояснениях ФИО1 указал, что в результате несчастного случая на производстве, помимо физических страданий, причиненных травмами, и связанных с постоянным претерпеванием боли, ему причинены нравственные страдания, поскольку он лишен возможности вести полноценный образ жизни, имеются посттравматические последствия в виде нарушения сна, онемения в пояснице и в груди, затрудненное дыхание, быстрая утомляемость. Также, ФИО1 указал на нравственные страдания из - за утраты достаточного для обеспечения семьи уровня дохода, страховые выплаты компенсировали часть утраченного заработка, но не в полном объеме.
Суд принимает во внимание длительность нахождения истца ФИО1 на лечении, невозможность продолжить трудовую деятельность по выбранной истцом профессии, а также учитывает указание в акте о несчастном случае на производстве на личную неосторожность, в том числе самого работника, без установления степени его вины.
Исследовав юридически значимые обстоятельства в данном случае, и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, приняв во внимание, что в нарушение требований статей 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель не обеспечил ФИО1 безопасные условия труда, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, повлекший за собой причинение ему вреда здоровью, и стойкую утрату трудоспособности, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности возместить истцу компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей, при суд учитывает все заслуживающие внимание обстоятельства, в том числе степень испытываемых истцом физических и нравственных страданий, исходя из установленной бюро МСЭ степени утраты профессиональной трудоспособности 30 %, и полагает, что такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации), принципами разумности и справедливости.
Учитывая, что истец при обращении в суд с настоящим исковым заявлением неимущественного характера, в силу закона освобожден от уплаты госпошлины, в соответствии с ч. 1 ст.103 ГПК РФ и п.п.3. п.1 ст.333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина в размере 300 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,
решил:
исковые требования ФИО1 удовлетворить.
Взыскать с Акционерного общества «Управление строительства № 30» (ИНН № в пользу ФИО1 (паспорт серия №) компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей.
Взыскать с Акционерного общества «Управление строительства № 30» (ИНН №) госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Гуковский городской суд Ростовской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья И.Г. Петриченко
Решение в окончательной форме изготовлено 22.12.2022.