Дело № 2-276/2023
44RS0002-01-2022-003996-96
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
18 января 2023 года г. Кострома
Ленинский районный суд г. Костромы в составе:
председательствующего судьи Балаевой Н.С.,
при секретаре Поповой А.Р.,
при участии истца ФИО1, ее представителя ФИО2, ответчика ФИО3, ответчика ФИО4, его представителей ФИО5 и ФИО6,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о признании права собственности на долю в жилом доме и земельном участке,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, в котором просит право собственности на ? долю в жилом домовладении с мансардой, подвалом и пристройкой, общей площадью 206 кв.м., расположенном по адресу: ..., а также право собственности на ? долю земельного участка (для эксплуатации жилого дома), общей площадью 612,45 кв.м, расположенного по адресу: ....
Требования мотивированы тем, что dd/mm/yy между истцом ФИО1 и ФИО7, dd/mm/yy года рождения, был заключен брак. В период брака приобретено совместное недвижимое имущество: жилой дом с мансардой, подвалом и пристройкой и земельный участок для эксплуатации индивидуального жилого дома, расположенные по адресу: .... Брак был расторгнут по взаимному согласию сторон 25 января 2001 года. 01 марта 2022 года ФИО7 умер, и до момента его смерти раздел совместно нажитого имущества между супругами не производился, супружеские доли в имуществе не выделялись. После смерти ФИО7, с заявлением о принятии наследства по закону обратились ответчики ФИО4 и ФИО3. Ссылаясь на положения ст. 256, 1113, 1150, 1153 Гражданского кодекса РФ, ст. 34, ст. 38 Семейного кодекса РФ, истец указывает, что право на раздел общего имущества в настоящее время фактически может быть реализован путем признания за истцом права собственности на ? долю в имуществе, нажитом в период брака.
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала. Из объяснений истицы в предварительном судебном заседании следует, что строительство дома было начато в 1989 году, для чего ФИО7 брал ссуду. Дом введен в эксплуатацию после расторжения брака. Раздела имущества не производился. После расторжения брака, она (истец) выкупила долю ФИО7 в квартире, расположенной по адресу: ..., т.к. ФИО7 было трудно оплачивать налоги и за квартиру и за дом. Налоги за дом не оплачивала, т.к. на тот момент они уже были разведены. Фактически брачные отношения прекратились в 1999 году, она осталась проживать в квартире на ..., а ФИО7 стал проживать в доме. В доме на момент прекращения брачных отношений не были проведены только внутренние отделочные работы. О том, что дом введен в эксплуатацию, ФИО8. Ю.И. ей сообщил в 2003 г., но сделать она ничего не могла. После развода в доме на земельном участке не бывала. ФИО7 вступал в другой брак, жил в доме с другой супругой. После прекращения брачных отношений в 1999 году, она на протяжении года находилась в депрессии. После прекращения брачных отношений ФИО7 забрал машину, стиральную машину и уехал жить в дом. ФИО9 была куплена на её личные деньги, но в браке, т.к. до брака отработала три года на Сахалине и заработала приличную сумму. Для строительства дома, возведения стен нанимали строителей, примерно в 1990 году. Перекрытия крыши помогали класть друзья, примерно с 1994 по 1996 года. В доме зарегистрирована не была. Разговор о том, что ФИО7 оформил квартиру состоялся с ним в 2003 году.
В судебном заседании ФИО1 пояснила суду, что после того, как ФИО7 съехал из квартиры по ..., она привозила ФИО7 пса и заходила в дом, где увидела, что в доме уже была отделана кухня, стоял кухонный гарнитур и холодильник, он готовил на своей плите. Каким образом оформлены были права на земельный участок ей известно не было. Долю в квартире по ... ФИО7 в 2004 году предложил ей выкупить, чтобы он не продал ее кому-нибудь другому. Когда ФИО7 съезжал с квартиры, он собрал рюкзак со своими вещами, она же забрала у него ключи от машины, но он начал взламывать машину, и тогда она отдала ему ключи. С ФИО7 взаимоотношений не было, не общались и не виделись, за исключением того, что она привела ему пса в 1999 году, отношения были конфликтными. Вопрос оформления доли в доме и земельном участке, которую она считала своей, с ФИО7 не обсуждала. Ключей от дома у нее никогда не было.
Представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 поддержал исковые требования. Полагал, что между супругами ФИО1 и ФИО7 отсутствовал спор относительно дома и земельного участка, а потому с требованиями о разделе имущества ФИО1 не обращалась ввиду отсутствия такой необходимости, от прав на дом и земельный участок не отказывалась. Права истца были нарушены, только когда ответчиком стал оспариваться режим совместной собственности на дом и земельный участок, следовательно срок исковой давности не истек. Земельный участок был предоставлен не на основании безвозмездной сделки, а на основании акта государственного органа, и также является совместно нажитым имуществом.
Ответчик ФИО3 исковые требования истца признала, суду пояснила, что она является дочерью наследодателя и истца. Родители строили дом вместе, со стороны отца имело место применение насилия к ней и к истице. С отцом связь она (ответчик) поддерживала, каждое лето проводила в доме. В настоящее время истец заехала в дом по её (ответчика) просьбе, так как за домом нужно смотреть.
Ответчик ФИО4 с требованиями истца не согласился, возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что истец пропустила сроки исковой давности обращения в суд. Из его объяснений следует, что о строительстве дома ему ничего неизвестно в силу возраста. С ФИО7 он общался, на все праздники к нему приходил. В доме ФИО7 вел все хозяйство сам, баню построил, тогда ему (ответчику) было 12 лет. На тот момент он проживал с другой супругой ФИО10. Также он построил беседку, потом начал кроликов разводить, теплицу поставил. В доме истицу ФИО1 он (ответчик) никогда не видел.
Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 с требованиями истца не согласилась, суду пояснила, что в доме бывала лично, когда ФИО4 было три года, приходила в дом в гости, на тот момент на втором этаже комнату отделывали, тогда ФИО7 уже жил в доме с супругой ФИО10. В 1999 году дом уже был под крышей. ФИО11 считал дом своим, делал в доме ремонт. Полагала, что раздел имущества был произведен, но достоверно ей об этом ничего неизвестно.
Представитель ответчика ФИО4 – ФИО6 полагала, что требования истца удовлетворению не подлежат, поскольку права собственности на дом и земельный участок ФИО7 оформил после прекращения брака, о чем было известно истцу в 2003 году, однако на протяжении длительного времени она с требованиями о разделе имущества не обращалась, тем самым пропустила срок исковой давности.
Суд, заслушав стороны и свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что dd/mm/yy между ФИО1 и ФИО7 заключен брак.
ФИО7 на основании решения исполкома от 09 февраля 1989 года отведен земельный участок № по ... для строительства жилого дома. Согласно государственному акту данный участок был выделен на праве бессрочного и бесплатного пользования.
06 марта 1989 г. заключен договор о возведении индивидуального жилого дома на праве личной собственности на отведенном земельном участке.
dd/mm/yy брак между ФИО1 и ФИО7 расторгнут по взаимному согласию сторон.
11 декабря 2002 г. утвержден акт приемки государственной комиссией индивидуального жилого дома по ....
06 февраля 2003 года за ФИО7 зарегистрировано право собственности на жилой дом.
14 января 2003 г. Постановлением Администрации г. Костромы на основании заявления ФИО7 земельный участок по адресу: ... переоформлен на праве собственности.
17 января 2013 года право собственности на земельный участок зарегистрировано за ФИО7 в ЕГРН.
dd/mm/yy года ФИО7 умер, что подтверждается свидетельством о смерти 1-ГО № от dd/mm/yy, выданного отделом ЗАГС по городскому округу города Костромы. Наследниками, принявшими наследство, являются ответчик ФИО3 и ФИО4, что следует из материалов наследственного дела.
Между ФИО1 и ФИО7 соглашение о разделе имущества не заключалось, раздел имущества в судебном порядке не производился.
В силу ст. 1110 ГК РФ, при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.
Согласно пункту 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.
В соответствии с пунктом 1 статьи 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.
В силу пункта 3 статьи 38 СК РФ в случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке.
Пунктом 7 статьи 38 СК РФ предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.
Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Таким образом, срок исковой давности по требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, исчисляется с момента, когда бывшему супругу стало известно о нарушении своего права на общее имущество, а не с момента возникновения иных обстоятельств (регистрация права собственности на имущество за одним из супругов в период брака, прекращение брака, неиспользование спорного имущества и т.п.).
О применении срока исковой давности заявлено ответчиком ФИО4 – наследником умершего ФИО7. Данное заявление мотивировано тем, что право собственности ФИО7 на жилой дом зарегистрировано 06 февраля 2003 года, а право собственности на земельный участок 17 января 2013 года, то есть уже после расторжения брака, в связи с чем в данном имуществе не может быть выделена супружеская доля ФИО1, т.к. срок исковой давности истцом пропущен.
В суд с данным исковым заявлением ФИО1 обратилась 07 сентября 2022 года.
Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что он является соседом ФИО7 по дому, знаком был с умершим с 1989 года, вместе начинали строить дома. В 1989 году у ФИО7 уже был подготовлен участок под строительство дома. В 1991-1993 году были возведены стены. К 1995 году дом был под крышей. О разделе имущества между Н-ными ему ничего неизвестно. С 1998 года он (свидетель) начал держать телят, а потому бывал в своем доме каждый день, ФИО7 передавал ему отходы, значит, он там уже жил. Проживала ли в доме ФИО1 ему неизвестно. С 1998 по 2022 год ФИО7 точно проживал в доме, а также иные женщины.
Свидетель Свидетель №2 пояснила, что является учительницей ФИО1 и навещала ее дважды в доме по ..., когда дом строили Н-ны. В 1995 году на участке шла стройка, стены стояли из кирпича, крыши не было, но были перекрытия, жить в доме было еще нельзя. В1997 году, когда женился её сын, она вновь приезжала в гости к ФИО1, привозила фотографии. В доме уже заходили на кухню, ФИО1 показала ей будущие комнаты, возле дома уже был огород.
Свидетель Свидетель №3 суду пояснила, что бывала в доме в 1998 году, он уже был построен, но внутренней отделки не было. Дом Н-ны строили вместе, им помогала мама ФИО1 О разделе имущества Н-ных ей ничего неизвестно. После расторжения брака ФИО1 проживала в квартире на ....
Свидетель Свидетель №4 пояснила, что знала ФИО7 на протяжении 20 лет. Бывала в доме на ..., ходила поздравлять его по праздникам. Она работала отделочником и ФИО7 просил её сделать ремонт в доме. Ремонт делали бригадой отделочников, точные даты не помнит. Она в доме шпаклевала, клеила обои, тянула плинтуса. Когда ФИО7 просил, привозила продукты. В 1998 г. в доме не бывала. На втором этаже дома делала первоначальный ремонт, а в остальном делали повторный ремонт. ФИО7 проживал один, на участке была баня, теплица. На работе ФИО7 рабочие говорили про то, что он расторг брак и переехал в дом, а квартиру оставил жене с ребенком, но он сам об этом ничего не говорил.
Свидетель Свидетель №5 суду пояснила, что устраивалась на работу в СУ-7 в 1995 году, ФИО7 был начальником, с его супругой ФИО1 не знакома. В доме на ... в первые побывала в 1999 году, в доме были голые стены, она с другими работниками штукатурили стены, клеили обои. Примерно в 2004 году, работы делали на втором этаже. В 1999 году ФИО7 уже встречался с женщиной из бригады, и проживал в доме. Квартиру на ... строила организация, в которой работал ФИО7, в квартире остались проживать его жена, дочь, а он переехал в дом и проживал в нем до смерти. В 2001-2002 г. была построена баня. О разделе имущества ничего ей не рассказывал.
Свидетель Свидетель №6 пояснила, что была знакома с ФИО7 с 1986 г., он был её начальником, но потом отношения переросли в дружеские. Она в доме красила окна, приходила делать потолки. С 1999 года он жил в доме, к нему приходила К подруга, а потом был женат на Оксане. ФИО7 на праздновании его дня рождения два года назад в доме говорил, что оставил квартиру дочери на ... разговоре были Свидетель №4 и Свидетель №5, они всегда собирались вместе, ходили к нему на день рождения.
Свидетель Свидетель №7 пояснила, что является дальней родственницей ответчика ФИО4 Она (свидетель) общалась с ФИО7, ездила к ФИО7 в баню. В доме бывала, только когда дом уже был достроен, лет 7 или 8 назад. ФИО7 при жизни говорил, что строит дом один, а квартиру он оставил жене и дочери. Она спрашивала у него не жалеет ли, что он расстался с Н., он относился к ней неадекватно, говорил, что не хочет слышать о ней.
Оценивая доводы сторон, доказательства собранные по делу, как в отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к выводу, что срок исковой давности истцом ФИО1 в данном случае пропущен, что является основанием к отказу в удовлетворении исковых требований.
Судом установлено, что в 1999 году брачные отношения ФИО1 с ФИО7 фактически были прекращены, к тому моменту спорный дом был возведен, но отсутствовала внутренняя отделка помещений. После прекращения брачных отношений ФИО7 стал проживать в доме по ..., а ФИО1 и дочь ФИО3 в квартире по ..., а в 2001 году брак Н-ных прекращен. В 2003 году ФИО7 сообщил ФИО1 о том, что он оформил документы на жилой дом по ..., на тот момент брак между ним был прекращен. С 1999 года у ФИО1 отсутствовал свободный доступ в жилой дом и на земельный участок, данным объектом недвижимости пользовался исключительно ФИО7, достраивал его, занимался вводом дома в эксплуатацию, оформлением прав собственности не только на дом, но и на земельный участок, нес расходы на его содержание.
ФИО1 не могла не знать о нарушении своих прав на спорное имущество, поскольку об оформлении прав на дом ФИО7 сообщил ей лично в 2003 году, что следует из ее объяснений в судебном заседании, при этом между ними имели место конфликтные отношения, исключающие возможность совместного пользования жилым домом и земельным участком, к тому моменту истец ФИО1 и ФИО7 проживали раздельно. ФИО1 лично не участвовала в оформлении прав на дом, не занималась вводом дома в эксплуатацию, не участвовала в несении расходов на содержание данного имущества, у нее отсутствовали ключи от дома, а следовательно и доступ в дом, что следует из ее объяснений. Данные обстоятельства указывают на то, что ФИО1 не имела возможности распоряжаться жилым домом, пользоваться и владеть им, то есть осуществлять правомочия собственника, поскольку ФИО7 совместно с ней вопросы владения, пользования домом и земельным участком не решал, нес бремя содержания имущества единолично, а также единолично оформил право собственности на дом и земельный участок на свое имя после прекращения брачных отношений и расторжения брака.
ФИО1 зная, что брак с ФИО7 расторгнут, а у нее отсутствуют какие-либо документы на дом (как подтверждающие строительство дома, так и введение его в эксплуатацию), отсутствуют ключи от дома, отсутствует доступ в дом, считая себя собственником жилого дома, не могла не понимать, что единственным способом защиты ее прав как собственника в таком случае может быть только обращение в суд с иском о разделе имущества либо заключение соглашения с ФИО7 о разделе имущества. В суд за защитой своих прав ФИО1 не обратилась, давность такого положения вещей указывает на то, что у нее отсутствовал интерес в данном имуществе как его собственника.
С учетом изложенного суд приходит к выводу, что о нарушении своих прав истцу ФИО1 стало известно не позднее 31 декабря 2003 года, то есть еще при жизни ФИО7, однако в суд с данным исковым заявлением она обратилась лишь после его смерти, 7 сентября 2022 года.
Правопреемники ФИО7, в частности, ответчик ФИО4 вправе заявлять о применении срока исковой давности. С учетом характера спорного правоотношения в данном случае заявления одного из ответчиков о применении срока исковой давности является основанием к отказу в удовлетворении иска. Признание иска ответчиком ФИО3 в данном случае не влечет удовлетворения исковых требований, поскольку вторым наследником по закону ФИО4 требования истца не признаны, а заявлено о применении срока исковой давности, которое суд находит в данном случае обоснованным.
Доводы истца о том, что между ней и ФИО7 отсутствовал спор о разделе совместно нажитого имущества противоречат письменным доказательствам, собранным по делу, показаниям свидетелей, ответчиков, из которых следует, что ФИО11 считал себя собственником дома, единолично нес бремя его содержания, достраивал дом. На то, что ФИО7 не желал сохранения режима совместной собственности в отношении объектов, приобретенных в браке с ФИО1, указывает факт продажи им доли в праве собственности на квартиру ФИО1 по возмездной сделке, а также оформление документов на дом после прекращения брачных отношений без учета интересов ФИО1, и сообщение ФИО1 об этом в 2003 году.
Таким образом, исходя из обстоятельств установленных судом по делу, с учетом положений закона, регулирующих спорные правоотношения, требования истца удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст. ст. 194, 198, 199ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о признании права собственности на долю в жилом доме и земельном участке - отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной форме.
Судья Н.С. Балаева
Мотивированное решение изготовлено 25 января 2023 года.