Решение по делу № 2-142/2025 от 21.02.2025 - о возмещении ущерба, причиненного преступлением.

66RS0006-01-2024-003742-31

№ 2-142/2025 (2-4851/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 21 февраля 2025 года

Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лащеновой Е.А., при секретаре Кузнецовой И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в рамках уголовного дела № 1-6/2024 по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 330 Уголовного кодекса Российской Федерации был заявлен гражданский иск к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного преступлением.

В обоснование гражданского иска ФИО1 указал, что в производстве Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга находится уголовное дело в отношении ответчика, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данным преступлением истцу причинен имущественный и моральный вред. До совершения преступления ответчиком, истец, будучи зарегистрированной в качестве индивидуального предпринимателя, сдавала принадлежащее ему офисное помещение № 401 в аренду третьим лицам и получал от такой сдачи в аренду доход на постоянной основе. В настоящее время такой же доход в виде арендной платы извлекает ответчик. В результате захвата помещения 14 сентября 2019 года у истца пропало имущество на общую сумму 1210000 рублей. Кроме того, ответчиком истцу причинены моральные и нравственные страдании. Моральный вред истец оценивает в размере 500000 рублей. Из-за действий ответчика истец утратил дорогостоящее имущество, претерпел переживания морально-нравственного характера из-за того, что его права до настоящего времени не восстановлены. На основании изложенного, истец просил взыскать с ответчика имущественный вред в виде неполученной арендной платы в размере 1210000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

Приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 26 февраля 2024 года гражданский иск ФИО1 в части компенсации морального вреда разрешен, с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 50000 рублей.

Определением суда от 13 ноября 2024 года к производству суда принято новое требование и заявление об увеличении размера исковых требований, в котором указано, что истец по уголовному делу признан потерпевшим, за ним признано право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения ущерба в порядке гражданского судопроизводства. Истцом был заключен договор < № > оказания услуг эксплуатацию административно-торгового центра с ООО «АСК РАДА» от 01 февраля 2016 года. Указанному лицу осуществлялись платежи. Помещения сданы в аренду 12 апреля 2017 года ООО «ОПТЭК СКВ». В счет уплаты аренды по договору истцу передано имущество: система кондиционирования стоимостью 165000 рублей и система питания стоимостью 1 047 089 рублей 50 копеек. Указанное оборудование после действий ответчика по самовольному завладению офисными помещениями истца утрачено. Начиная с августа 2019 года по настоящее время истцом не дополучена арендная плата, размер которой составляет с сентября 2019 года по октябрь 2024 года из расчета 55000 рублей в месяц, общая сумма недополученной прибыли 3465000 рублей. Истец просит взыскать с ответчика стоимость утраченного имущества 1210000 рублей, прибыль в виде арендной платы за период с августа 2015 года по октябрь 2024 года в размере 3465000 рублей с продолжением ее взыскания до даты фактического исполнения решения суда из расчета 55000 рублей в месяц.

Определением суда от 24 декабря 2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика АО «Уралтрансмаш», ИП ФИО3, ООО «АСК «Рада», ЗАО «ВиП-Трейдинг», ООО «ОПТЭК СКВ», ООО ПКФ «Бизнес Содействие».

Также определением от 24 декабря 2024 года к производству суда принято заявление об уменьшении исковых требований, в котором указано, что приговором установлено, что ответчик 16 сентября 2019 года самовольно лишил истца доступа в офисное помещение 401. Срок совершения преступных деяний – с 16 сентября 2019 года по 27 февраля 2023 года. Однако, до настоящего времени преступление не окончено, права истца не восстановлены. Истец считает возможным заявить требования в части неполученной прибыли за период с 16 сентября 2019 года по 27 февраля 2023 года в сумме 2310000 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д. 34), в судебном заседании требования иска поддержали по изложенным в нем доводам и настаивали на его удовлетворении, также поддержали доводы, указанные ходатайстве о восстановлении срока исковой давности.

Представитель истца ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании настаивала на требованиях, суду пояснила, что офис 401 на протяжении с 2017 года на правах аренды находилось ООО «ОПТЭК СКВ», которое оплачивало арендную плату посредством зачета имущества. Это подтверждает тот факт, что арендные отношения имелись и не расторгались. Исковые требования о взыскании недополученной арендной платы подлежат удовлетворению за период неправомерного завладения имуществом. Судьба имущества до настоящего времени истцу не известна. В рамках уголовного дела давались показания свидетеля ФИО7 о том, что он арендовал офис и там имелось имущество в виде кондиционеров, в материалы дела представлены схемы их расположения, а также системы питания. Истец обратился в суд в рамках производства по уголовному делу, далее был заявлен гражданский иск, что не противоречит действующему законодательству. Ранее, чем уголовное дело было возбуждено, а оно фактически было возбуждено значительно позднее, чем совершено уголовно наказуемое деяние, в связи с чем, до возбуждения уголовного дела истец не имел возможности обратиться в суд с гражданским иском. Имеются основания для восстановления срока исковой давности.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, доверил представлять свои интересы представителям ФИО5, ФИО6

Представитель ответчика ФИО5, действующий на основании доверенности (л.д. 56), в судебном заседании возражал против заявленных требований, представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором указано, что из приговора следует, истец узнал о нарушении своего права ФИО2 12 апреля 2020 года, что подтверждается показаниями истца, свидетелей. С 14 сентября 2019 года истец знал о нарушении своего права. Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании имущественного вреда в виде недополученной арендной платы за период с сентября 2019 года по 06 февраля 2021 года. Истцом не доказана реальная возможность получения доходов от сдачи помещений. Истцом в материалы дела не представлены доказательства реальной возможности сдачи офисных помещений в аренду и как следствие получения от этого дохода в заявленном размере. Здание, в котором находятся офисные помещения, не введено в эксплуатацию, находится в промышленной зоне, права собственности на офисные помещения не оформлены, что является основной причиной отказа от аренды офисных помещений. Таким образом, истцом не доказано, что нарушение прав, допущенное ответчиком, стало единственным препятствием в получении доходов в период с сентября 2019 года по февраль 2023 года. Если предположить, что присутствовала реальная возможность получения доходов от сдачи помещений, то истцом не доказан размер упущенной выгоды. Как следует из искового заявления к взысканию заявлена упущенная выгода, выразившаяся в недополучении арендной платы. До настоящего времени доказательства, свидетельствующие о том, что в указанный период времени истец получил заявленный размер дохода в материалы дела не представлены. Сумма в размере 55 000 рублей, указанная истцом в исковом заявлении, не подтверждает размер упущенной выгоды. Данная сумма, согласно представленным в материалы дела истцом документам, определена исходя из условий договора аренды нежилого помещения, заключенного между аффилированными лицами ФИО1 и ООО «ОПТЭК СКВ». Таким образом, основания для удовлетворения требования о взыскании убытков в виде недополученной арендной платы за период сентябрь 2019 года по февраль 2023 года в размере 2 310 000 рублей отсутствуют.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании пояснил, что требование о стоимости утраченного имущества не подлежит удовлетворению. Фактически истец обвиняет ответчика в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 УК, что не подтверждается ни одним судебным актом. Кроме того, истцом не доказано, что именно ответчиком причинен данный вред относительно кражи этого имущества. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в результате каких-либо противоправных действий ответчика было утрачено имущество. Отсутствие вины и причинно-следственной связи говорит о том, что ответчик не является лицом, в результате действий или бездействий которого возник ущерб, относительно стоимости утраченного имущества. Истцом пропущен срок исковой давности. Истец узнал о нарушении своего права 14 сентября 2019 года, что подтверждается показаниями как самого истца, так и свидетелей. Истец обратился в суд с иском только 07 февраля 2024 года, то есть по истечении трехлетнего срока для защиты нарушенного права. В связи с чем в период с сентября 2019 года по 6 февраля 2021 года находятся за пределами срока исковой давности, при этом уважительные причины пропуска срока отсутствуют.

Представитель ответчика ФИО6, действующая на основании доверенности (л.д. 56), в судебном заседании возражала против заявленных требований, представила письменный отзыв на исковое заявление, в котором указано, что приговор не устанавливает факт кражи имущества истца. Истцом не доказано, что ответчик является лицом, причинившим вред. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что именно в результате противоправных действий ответчика произошла утрата имущества истца. Истцом не доказан состав гражданско-правовой ответственности для взыскания стоимости утраченного имущества. Нет действий повлекших причинение убытков, отсутствует вина, причинно-следственная связь между действиями ответчика и убытками. Документы, представленные истцом, не могут быть приняты в качестве надлежащего доказательства. Согласно договору аренды нежилого помещения от 12 апреля 2017 года, срок аренды установлен с 01 мая 2017 года по 03 марта 2020 года, на срок более года. Данный договор заключен между аффилированными лицами. На протяжении длительного времени истец и директор ООО «ОПТЭК СКВ» ФИО7 являются партнерами по бизнесу. Дополнительное соглашение < № > от 03 июля 2017 года не устанавливает стоимость системы кондиционирования, а устанавливает стоимость работ. Приложение < № > к договору аренды от 12 апреля 2017 года не подтверждает факт установки заявленного имущества. Согласно дополнительному соглашению < № > от 20 декабря 2017 года система питания выкупалась арендатором (ООО «ОПТЭК СКВ») у арендодателя. Учитывая вышеизложенные обстоятельства невозможно сделать вывод о том, что данное оборудование в принципе закупалось и устанавливалось в спорном нежилом помещении. Истец не вправе претендовать на спорное нежилое помещение. 08 ноября 2013 года ООО «Солнышко», первоначальный дольщик по договору < № > от 25 мая 2004 года, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «ВиП-Трейдинг» заявлено требование об установлении размера требований кредиторов. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23 декабря 2013 года требования ООО «Солнышко» в размере 2 600 000 рублей включена в реестр требований кредиторов ЗАО «ВиП-Трейдинг». При этом, судом первой инстанции отмечено волеизъявление ООО «Солнышко» на расторжение договора. ООО «Солнышко» выразило свою волю, которую следует расценивать как отказ стороны, фактически утратившей интерес в получении причитающегося ей товара, от исполнения договоров, что влечет за собой установленные законом правовые последствия - прекращение обязательства по передаче вещи. У истца отсутствуют права на спорное помещение, ввиду отказа от исполнения договора долевого участия в строительстве, следовательно, отсутствует и право требовать возмещения ущерба в виде недополученной арендной платы, поскольку не установлено нарушений прав истца со стороны ответчика. Приговор не является безусловным доказательством для взыскания с ответчика недополученной арендной платы. Истцом не обоснован не только размер недополученной арендной платы, но и в принципе наличие объективной возможности сдавать нежилое помещение в аренду по указанной цене. Истцом длительное время не предпринимались меры по возврату спорного помещения. Представитель ответчика просит отказать в удовлетворении исковых требований.

Представитель третьего лица ООО «ОПТЭК СКВ» ФИО7, действующий на основании решения < № > единственного учредителя о создании ООО «ОПТЭК СКВ», в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором указано, что он является директором ООО «ОПТЭК СКВ», которое арендовало офисное помещение 401. В рамках уголовного дела он давал показания как свидетель. Исковые требования истца поддерживает и просит суд их удовлетворить. Между ООО «ОПТЭК СКВ» и ИП ФИО1 12 апреля 2017 года был заключен договор аренды офисного помещения 401. Арендная плата установлена 55000 рублей. В связи с тем, что в офисном помещении работали сотрудники ООО «ОПТЭК СКВ», было предложено истцу приобрести кондиционеры, так как в кабинете было душно, а открывать окна проблематично из-за шума. Истец согласился при условии, что кондиционеры перейдут в его собственность, а ООО «ОПТЭК СКВ» при этом будет освобожден от оплаты арендной платы на период с октября по декабрь 2017 года включительно. Соглашение оформили письменно дополнительным соглашением < № > от 03 июля 2017 года к договору аренды. За счёт средств ООО «ОПТЭК СКВ» были приобретены кондиционеры за 102 739 рублей у ООО «Трейдкон». ООО «ОПТЭК СКВ» торгует электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами. Истцу для диагностики ремонтируемого им оборудования требовалась система питания высокой мощности, истцу было предложено за свой счет и также передать ему в собственность в счет оплаты арендной платы, он согласился. Оформили 02 декабря 2017 года дополнительное соглашение к договору аренды, которым зачли стоимость этой системы в счёт арендной платы за 19 месяцев. ООО «ОПТЭК СКВ» работало в офисе 401 постоянно, истец приходил периодически по мере необходимости использовать какое-то специальное оборудование. 13 сентября 2019 года директор ушел из офиса, поставил его на сигнализацию, договор с охранной компанией был оформлен именно на ООО «ОПТЭК СКВ», а 14 сентября 2019 года позвонил истец и сообщил, что в офисе произошла сработка сигнализации на открытие входной двери. Подъехать в офис не мог. На момент, когда был закрыт офис, в нём находились кондиционеры, система питания, столы, стулья, тумбочки, унитаз, умывальник. 16 сентября 2019 года с истцом утром приехали, но охранник внизу совместно с ответчиком в помещения не допустили. Позднее истец сообщил, что заходил в свой офис с работником полиции. Его офис был сдан какой-то компании в аренду, его имущества в офисе не оказалось. Указанные действия ответчика по самовольному завладению помещением истца фактически послужили причиной того, что имущество истца было утрачено. Представитель третьего лица просит удовлетворить исковые требования.

Третьи лица АО «Уралтрансмаш», ИП ФИО3, ООО «АСК «Рада», ЗАО «ВиП-Трейдинг», ООО ПКФ «Бизнес Содействие» в судебное заседание не явились, извещены надлежаще путем направления судебных повесток по юридическим адресам и адресу регистрации, причины неявки суду неизвестны.

Суд с учетом мнения истца, представителей сторон, в соответствии с ч. 3, 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил дело рассмотреть при данной явке.

Заслушав истца, представителей сторон, исследовав материалы дела и представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд приходит к следующему.

Вступившим в законную силу 24 июня 2024 года приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 26 февраля 2024 года (л.д. 10-31, 116-141) ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 Уголовного кодекса Российской Федерации. За потерпевшим ФИО1, признано право на удовлетворение гражданского иска в части недополученной арендной платы, с передачей вопроса для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Заявленный гражданский иск потерпевшего ФИО1 в части взыскания компенсации морального вреда удовлетворен частично, с ФИО2 в счет возмещения морального вреда в пользу ФИО1 взыскано 50000 рублей.

Поскольку требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда являлось предметом рассмотрения суда в рамках уголовного судопроизводства, данное требование разрешено, приговор суда вступил в законную силу, гражданский иск передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства только в части требований о взыскании недополученной арендной платы, судом разрешаются только эти требования.

Приговором суда от 26 февраля 2024 года установлено, что ФИО2 совершил самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, с применением насилия и с угрозой его применения.

Согласно приговору в период времени с 01 января 2017 года по 27 февраля 2023 года, ФИО2, находясь в помещении офисного здания административно-делового центра, расположенного по адресу: ул. Фронтовых бригад, 29 (31), в Орджоникидзевском районе г. Екатеринбурга, выполняющий управленческие функции единственного участника и директора ООО АСК «РАДА», оказывающего услуги управляющей компании по эксплуатации и обслуживанию административно-делового центра, действуя вопреки установленному законом порядку совершил действия, правомерность которых оспаривается гражданином, причинив такими действиями существенный вред, с применением насилия, то есть совершил самоуправство в отношении ФИО1, которым приобретено право требования передачи в собственность нежилых помещений по адресу: <...> (31), в рамках договоров долевого участия в строительстве, заключенных с застройщиком ЗАО «ВиП-Трейдинг», и принятых по актам приема-передачи от застройщика ЗАО «ВиП-Трейдинг», на которого возложены функции застройки (достройки) объекта незавершенного строительства-реконструкции недостроенного здания поликлиники под административно-торговое здание на земельном участке с кадастровым номером < № > по адресу: ул. Фронтовых бригад, 29 (31) в г. Екатеринбурге.

25 мая 2004 года между застройщиком ЗАО «Вип-Трейдинг» и дольщиком ФИО1 заключен договор долевого участия от < № >, в соответствии с п.1.1 которого застройщик осуществляет своими силами строительство административно-делового центра на земельном участке, принадлежащем ФГУП «Уральский завод транспортного машиностроения» на праве постоянного (бессрочного) пользования по ул. Фронтовых бригад, 29 (31) в г. Екатеринбурге за счет привлеченных средств дольщика. Строительство ведется на основании: Договора долевого строительства < № > от 01 августа 2002 года, заключенного между «Застройщиком» и ФГУП «Уральский завод транспортного машиностроения», Письма Министерства управления государственным имуществом Свердловской области < № > от 12 ноября 2003 года. В соответствии с п.1.2 указанного договора ФИО1 приобрел право требования и оформления в свою собственность 161,3 кв.м. нежилых помещений, расположенных на 4 этаже административно-делового центра по ул. Фронтовых бригад, 29 (31) в г.Екатеринбурге в соответствии с планом, указанным в приложении < № >, являющимся неотъемлемой частью договора < № >. По акту приема-передачи помещений от 09 сентября 2010 года по договору < № > от 25 мая 2004 года ЗАО «Вип-Трейдинг» переданы, а ФИО1 приняты вышеуказанные нежилые помещения, в соответствии с нумерацией в здании №401. При этом ФИО1 в качестве оплаты по договору долевого участия < № > от 25 мая 2004 года внесены денежные средства 2 600 000 рублей.

В период с 01 января 2017 года по 27 февраля 2023 года, ФИО2, являясь единственным руководителем, единоличным исполнительным органом с управленческими функциями ЗАО «ВиП-Трейдинг», ООО АСК «РАДА» находился в помещении здания административно-делового центра, расположенного по адресу: ул. Фронтовых бригад, 29 (31) в Орджоникидзевском районе г.Екатеринбурга, где у него в результате возникших разногласий с ФИО1 по осуществлению необоснованных платежей под надуманным предлогом, не имея правомочий по владению и пользованию помещениями, принятыми потерпевшими в период с 09 сентября 2010 года по 03 декабря 2010 года по актам приема-передачи от застройщика ЗАО «ВиП-Трейдинг» в пользование и владение на основании договоров долевого участия в строительстве, возник преступный умысел, направленный на самовольное, вопреки установленному законом и иным нормативно-правовым актам порядку совершения действий, правомерность которых оспаривается гражданином, с причинением существенного вреда, то есть на самоуправство, с применением насилия и целью воспрепятствовать доступу вышеуказанных лиц в помещения, принятые ими в пользование и владение для последующего личного пользования и владения данными помещениями и сдачей их в аренду неопределенному количеству лиц.

Осуществляя задуманное, в период времени с 01 января 2017 года по 27 февраля 2023 года ФИО2, не являясь собственником здания АДЦ, расположенного по адресу: ул.Фронтовых бригад, 29 (31), действуя самовольно, незаконно воспрепятствовал доступу, в том числе Г.В.ЮБ., в нежилые помещения, принятыми потерпевшими в период с 09 сентября 2010 года по 03 декабря 2010 года по актам приема-передачи от застройщика ЗАО «ВиП-Трейдинг» в пользование и владение, лишив их возможности пользоваться и владеть занимаемыми помещениями, незаконно ограничил доступ к находящемуся внутри указанных помещений имуществу и документации, причинив существенный вред, нарушил охраняемые государством права и свободу человека и гражданина, предусмотренные ст.ст.17, 45 Конституции Российской Федерации, в том числе право на охраняемое государством достоинство личности, гарантированное ст. 21 Конституции Российской Федерации, на свободу и личную неприкосновенность, гарантированное ст. 22 Конституции Российской Федерации, право на свободное использование своего имущества для предпринимательской деятельности, гарантированное ст. 34 Конституции Российской Федерации и право частной собственности - владения, пользования, распоряжения имуществом, гарантированное ст.35 Конституции Российской Федерации.

В период с 01 октября 2018 года по 27 февраля 2023 года, у ФИО2, находящегося в здании АДЦ, расположенного по адресу: ул. Фронтовых бригад, 29 (31) в Орджоникидзевском районе г.Екатеринбурга, не являющегося собственником указанного здания, под надуманным предлогом возникли разногласия с ФИО1, у которого в пользовании и владении находилось помещение № 401 в данном здании по поводу возмещения понесенных ФИО2 расходов в результате приобретения акций ЗАО «ВиП-Трейдинг» и оплаты стоимости оказания услуг по эксплуатации и обслуживанию АДЦ, которые путем переговоров между сторонами разрешены не были.

14 сентября 2019 года ФИО2, находясь по вышеуказанному адресу, умышленно, вопреки установленному законом порядку, в целях воспрепятствования ФИО1 в доступе в занимаемое им помещение № 401, ограничивая его право пользования и владения указанным помещением, а также распоряжения находящимся в помещении имуществом и документацией, желая причинить существенный вред потерпевшему, самовольно в нарушении его имущественных прав, права частной собственности (владения, пользования, распоряжения), дал указание неустановленному лицу, не осведомленному о его преступных намерениях, сменить замок на входной двери в помещение № 401, тем самым, лишив возможности ФИО1 доступа в занимаемое им помещение № 401 и ограничив прав ФИО1 пользоваться и владеть указанным помещением, в том числе, распоряжаться находящимся в помещении имуществом и документацией. Неустановленное лицо, не осведомленное о преступных намерениях ФИО2, действуя по указанию последнего, извлек замок на входной двери в помещение № 401, занимаемое ФИО1, в результате чего произошла сработка системы охранной сигнализации ООО «ЧОП «СОВА-4», установленной в указанном помещении. ФИО1, 14 сентября 2019 года, получив тревожное извещение системы охранной сигнализации ООО «ЧОП «СОВА-4», прибыл к зданию АДЦ по адресу: ул. Фронтовых бригад, 29 (31), входная дверь которого была запертой. Для получения доступа к офисному помещению № 401 ФИО1 в ходе телефонного соединения связался с ФИО2, который продолжая свои преступные действия, умышленно и самовольно, вопреки установленному законом порядку разрешения гражданско-правовых споров, с целью причинения существенного вреда ФИО1, в нарушении перечисленных конституционных прав и свобод человека, незаконно отказал ФИО1 в доступе в здание, ограничивая его право пользования и владения помещением, расположенным в вышеуказанном здании, в том числе, права распоряжения находящимся в помещении имуществом и документацией.

16 сентября 2019 года ФИО2, продолжая свои преступные действия, находясь в здании административно-делового центра по адресу: ул. Фронтовых бригад, 29 (31), игнорируя законные требования ФИО1 об обеспечении последнему доступа в занимаемое им помещение № 401 по вышеуказанному адресу, умышленно и самовольно вопреки установленному законом порядку разрешения гражданско-правовых споров, с целью причинения существенного вреда ФИО1, в нарушении его права частной собственности (владения и пользования), ограничил ФИО1 в период с 14 сентября 2019 года по 27 февраля 2023 года доступ в занимаемое помещение № 401, лишив его возможности пользоваться и владеть указанным помещением, в том числе, распоряжаться находящимся в помещении имуществом и документацией, чем причинил ФИО1 существенный вред, выразившийся в нарушении конституционного права на свободное использование своего имущества для предпринимательской деятельности, нарушении имущественных прав и причинении нравственных страданий последнему. Правомерность данных умышленных самоуправных действий ФИО2 оспаривается ФИО1

В соответствии со ст. 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Вступившим в законную силу приговором суда за ФИО1 признано право на удовлетворение предъявленного к ФИО2 гражданского иска в части упущенной выгоды в виде неполученной арендной платы с передачей вопроса о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 04 июля 2017 года № 1442-О Конституция Российской Федерации устанавливает, что признаваемые и гарантируемые в Российской Федерации права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием; гарантируется государственная, в том числе судебная, защита прав и свобод человека и гражданина, каждому обеспечивается право защищать права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, а решения и действия (бездействие) органов государственной власти и должностных лиц могут быть обжалованы в суд; права потерпевших от преступлений охраняются законом, государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (часть 1 статьи 17, статьи 18 и 45, части 1 и 2 статьи 46, статья 52).

Право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты, обеспечивающей эффективное восстановление нарушенных прав и свобод посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства.

Гарантируя права лиц, потерпевших от преступлений, Конституция Российской Федерации не определяет, в какой именно процедуре должен обеспечиваться доступ потерпевших от преступлений к правосудию в целях защиты своих прав и законных интересов и компенсации причиненного ущерба, и возлагает решение этого вопроса на федерального законодателя, который, в свою очередь, вправе устанавливать различный порядок защиты прав и законных интересов лиц, пострадавших от преступлений, - как в рамках уголовного судопроизводства, так и путем искового производства по гражданскому делу.

Гражданский иск в уголовном деле вправе предъявить потерпевший, который признается гражданским истцом, к лицам, которые в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации несут ответственность за вред, причиненный преступлением, и признаются гражданскими ответчиками; он разрешается в приговоре суда по тем же правилам гражданского законодательства, что и иск в гражданском судопроизводстве, однако производство по гражданскому иску в уголовном судопроизводстве ведется по уголовно-процессуальным правилам, которые создают для потерпевшего повышенный уровень гарантий защиты его прав.

К таким гарантиям относится предусмотренная ч. 2 ст. 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации возможность признания в приговоре суда за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска и передачи вопроса о размере возмещения (при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства) для разрешения в порядке гражданского судопроизводства.

Из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а также нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений, вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Следовательно, факты, установленные вступившим в законную силу приговором суда, имеющие значение для разрешения вопроса о возмещении вреда, причиненного преступлением, впредь до их опровержения должны приниматься судом, рассматривающим этот вопрос в порядке гражданского судопроизводства. Если же во вступившем в законную силу приговоре принято решение по существу гражданского иска, в том числе в случае, когда такой иск разрешен в отношении права на возмещение вреда, а вопрос о размере возмещения передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, оно является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц, в том числе для судов, рассматривающих гражданские дела.

Удовлетворение гражданского иска по существу в приговоре – в части признания права за гражданским истцом на возмещение ему гражданским ответчиком вреда, причиненного непосредственно преступлением, - означает установление судом общих условий наступления гражданской деликтной (внедоговорной) ответственности: наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя, а также специальных ее условий, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий.

В этом случае приговор суда не может рассматриваться как обычное письменное доказательство, обладающее свойством преюдициальности, так как этим приговором разрешен по существу гражданский иск о праве с определением в резолютивной части судебного акта прав и обязанностей участников материально-правового гражданского отношения, что нельзя игнорировать в гражданском деле.

Игнорирование в гражданском процессе выводов о признании права потерпевшего на возмещение вреда, содержащихся во вступившем в законную силу приговоре, может привести к фактическому преодолению окончательности и неопровержимости вступившего в законную силу судебного акта без соблюдения установленных законом особых процедурных условий его пересмотра.

Отказ суда, рассматривающего в порядке гражданского судопроизводства вопрос о размере возмещения причиненного преступлением вреда, руководствоваться приговором о признании за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска являлся бы прямым нарушением предписаний ч. 1 ст. 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ч. 8 ст. 5 Федерального конституционного закона от 07 февраля 2011 года № 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации», ч. 1 ст. 392 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ч. 2 ст. 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми вступившие в законную силу акты федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации обязательны для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

При вынесении приговора в отношении ФИО2 за ФИО1 признано право на удовлетворение гражданского иска в части взыскания упущенной выгоды в виде неполученной арендной платы.

Как указано в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Материальный ущерб причинен истцу в результате преступных действий ответчика, его вина, факт причинения убытка истцу, причинно-следственная связь между преступными действиями ответчика и возникшим у истца ущербом, установлены вступившим в законную силу приговором суда, следовательно, ответчик должен нести гражданско-правовую ответственность за причиненный им ущерб истцу лишением его возможности в период с 14 сентября 2019 года по 27 февраля 2023 года доступ в занимаемое помещение № 401, здания административно-делового центра, расположенного по адресу: <...> (31), ограничив его право пользования и владения указанным помещением, причинив истцу существенный вред, выразившийся в нарушении конституционных прав и свобод человека на свободное использование своего имущества для предпринимательской деятельности, нарушении имущественных прав.

В обоснование суммы материального ущерба истцом представлен договор аренды нежилого помещения от 12 апреля 2017 года, заключенный между истцом и ООО «ОПТЭК СКВ» на нежилое помещение, общей площадью 161 кв.м., расположенное по адресу: <...> с целью его использования в качестве офисного помещения. Стоимость аренды составила 55000 рублей в месяц (л.д. 99-101).

Согласно дополнительному соглашению < № > от 03 июля 2017 года к договору аренды нежилого помещения от 12 апреля 2017 года (л.д. 103) арендатор за свой счет и своими силами производит закупку и монтаж системы кондиционирования воздуха в арендуемом офисном помещении по адресу: <...>. Стоимость работ составляет 165000 рублей и производится за счет арендной платы за три месяца: октябрь, ноябрь, декабрь 2017 года. По окончании проведения работ сторонами подписывается акт сдачи-приемки в эксплуатацию. Право собственности на установленные системы кондиционирования воздуха переходят к арендодателю после подписания данного акта.

Соответствующий акт подписан истцом и ООО «ОПТЭК СКВ» 15 января 2018 года (л.д. 105).

Дополнительным соглашением < № > от 20 декабря 2017 года к договору аренды нежилого помещения от 12 апреля 2017 года (л.д. 104) стороны согласовали, что арендатор предоставляет арендодателю систему питания GUARDIAN CENTRAL (GDN.M29-49.3kW) в арендуемом офисном помещении по адресу: <...>. Стоимость данной системы питания составляет 1047089,5 рублей, что подтверждается товарной накладной < № > от 18 сентября 2017 года (л.д. 113-114). Стороны договорились, что арендатор выкупает у арендодателя данную систему питания путем ежемесячных платежей в течение 19 месяцев, исходя из расчета 55000 рублей в месяц. Данные оплаты будут компенсироваться взаимозачетом в счет арендной платы в соответствии с п. 3.1 данного договора. Таким образом, арендатор с 01 января 2018 года по 31 июля 2019 года не вносит арендную плату по настоящему договору. Право собственности на систему питания GUARDIAN CENTRAL (GDN.M29-49.3kW) переходит к арендодателю 31 июля 2019 года после проведения всех взаимозачетных платежей. По окончании между арендатором и арендодателем подписывается акт о передаче права собственности на данную систему питания.

Соответствующий акт подписан истцом и ООО «ОПТЭК СКВ» 31 июля 2019 года (л.д. 106).

Из представленных истцом документов следует, что по договору аренды нежилого помещения от 12 апреля 2017 года истец сдавал нежилое помещение № 401 ООО «ОПТЭК СКВ» за 55000 рублей в месяц, получал арендную плату, в том числе в виде приобретения в собственность за счет арендных платежей оборудования, что подтверждается дополнительными соглашениями к договору и актами передачи оборудования.

Истец заявляя исковые требования просит взыскать с ответчика в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, недополученную прибыль в виде арендной платы в сумме 2310000 рублей за период с 16 сентября 2019 года по 27 февраля 2023 года из расчета 55000 рублей в месяц за 42 месяца.

Однако с таким расчетом истца согласиться нельзя, поскольку месяц начала и окончания расчета являются неполными, тогда как истцом принята к расчету полная стоимость арендной платы за месяц. В связи с чем размер ущерба за сентябрь 2019 года и февраль 2023 года подлежит определению следующим образом: 55000 : 30 х 17 = 31166,67; 55000 : 28 х 27 = 53035,71. Общий размер ущерба составит 2284202 рубля 38 копеек (55000 х 40 + 31166,67 + 53035,71 = 2284202,38) и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением. Оснований для взыскания ущерба в большем размере суд не усматривает.

Ответчиком не доказано и судом при рассмотрении дела не установлено, что убытки от преступления ответчика истец понес в меньшем размере, чем определено судом.

Доводы стороны ответчика об аффилированности истца и ООО «ОПТЭК СКВ» (арендатора), судом во внимание не принимаются, поскольку закон не содержит прямого запрета на сдачу недвижимости в аренду аффилированной организации. Договор аренды нежилого помещения от 12 апреля 2017 года никем не оспорен, недействительным не признан. Ответчик стороной договора аренды не является, его ссылка на мнимость договора несостоятельна, поскольку объективными доказательствами не подтверждена.

Что касается требований истца о взыскании с ответчика стоимости оборудования в размере 1 210000 рублей, то оснований для их взыскания в качестве ущерба, причиненного преступлением, суд не усматривает.

Вопреки доводам истца при рассмотрении уголовного дела обстоятельства утраты истцом оборудования стоимостью 1210000 рублей не устанавливались, так же как и вина ответчика в утрате данного оборудования. Согласно установленным приговором суда обстоятельствам, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно в совершении самоуправства, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, с применением насилия и с угрозой его применения, в частности в отношении ФИО1 в период с 14 сентября 2019 года по 27 февраля 2023 года, которое выразилось в ограничении доступа истца в занимаемое помещение № 401 по адресу: <...>.

В совершении иных преступлений, в том числе и преступлений против собственности в отношении указанного истцом имущества, которое он полагает утраченным, ответчик виновным не признан, связь между действиями ответчика и утратой истцом имущества (оборудования) судом при рассмотрении уголовного дела не устанавливалась, право на удовлетворение гражданского иска признано за ФИО1 признано и вопрос о взыскании ущерба передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства только в части требований о взыскании упущенной выгоды в виде неполученной арендной платы, о чем прямо указано в приговоре от 26 февраля 2024 года. Никаких иных вопросов для разрешения в порядке гражданского судопроизводства в порядке ч. 2 ст. 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации приговором суда не передано.

Таким образом, поскольку связь между действиями ответчика и утратой истцом имущества (оборудования) судом при рассмотрении уголовного дела не устанавливалась, вопрос о взыскании стоимости оборудования не разрешался, право на удовлетворение гражданского иска в части стоимости имущества (оборудования) за ФИО1 не признано и не передано на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, заявленная истцом стоимость оборудования не может являться ущербом от преступления, а его требования в части взыскания стоимости оборудования 1210000 рублей не подлежат удовлетворению по заявленным основаниям.

Разрешая заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности и применения последствий пропуска срока исковой давности суд учитывает следующее

Согласно п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что ФИО1 принимал участие в рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО8 и признан потерпевшим, право на удовлетворение гражданского иска за ФИО1 признано приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга, оставленным без изменения апелляционным постановлением Свердловского областного суда от 24 июня 2024 года, на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства был передан только вопрос о размере взыскания упущенной выгоды в виде неполученной арендной платы.

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела о возмещении вреда, причиненного преступлением, необходимо учесть, что право ФИО1 на возмещение ущерба было защищено в порядке уголовного судопроизводства в установленный законом срок, право на получение возмещения в конкретном размере, определенном судом, возникло у истца только после вынесения приговора, с момента вступления в законную силу которого и начинал течь срок по заявленным требованиям, поскольку именно в этот момент ФИО1 узнал о данном праве.

В настоящем случае истцом трехлетний срок исковой давности не пропущен, и в удовлетворении заявления ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности надлежит отказать.

По правилам ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации учитывая, что истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчик в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально удовлетворенной части исковых требований в размере 19216 рублей 01 копейка.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт < № >) в пользу ФИО1 (паспорт < № >) недополученную прибыть в виде арендной платы за период с 14 сентября 2019 года по 27 февраля 2023 года в размере 2284202 рубля 38 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 (паспорт < № >) государственную пошлину в доход бюджета 19 261 рубль 01 копейку.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга.

Мотивированное решение будет изготовлено в течение десяти дней.

Судья Е.А. Лащенова

Мотивированное решение изготовлено 07 марта 2025 года.

Судья Е.А. Лащенова