Судья Яруллин И.А. УИД 16RS0049-01-2023-001893-71

дело № 2-1898/2023

дело № 33-10901/2023

учет № 200г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 июля 2023 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Назаровой И.В.,

судей Гильманова А.С., Сафиуллиной Г.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Садыковой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Сафиуллиной Г.Ф. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от 17 апреля 2023 года, которым постановлено:

«в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, отказать.».

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступление представителя ФИО2 ФИО3, возражавшей доводам жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о защите чести, достоинства, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что с 2017 года истец не состоит в браке с ответчиком. ФИО2, по мнению истца, преследуя цель забрать сына, который проживает с ФИО1, распространяет среди родственников и иных лиц сведения клеветнического характера о том, что истец <данные изъяты> и дружит <данные изъяты>.

При проведении психологической диагностики 13 января 2023 года ФИО2 в присутствии педагога-психолога и эксперта-психолога заявила, что у ФИО1 есть «друг», который <данные изъяты>» и его поведение вызвано <данные изъяты>». Эти пояснения нашли отражение в экспертном заключении комиссионной психолого-педагогической экспертизы от 31 марта 2023 года.

Ссылаясь на несоответствие высказываний ответчика действительности, клеветнический и оскорбительный характер, истец просил признать вышеуказанные сведения не соответствующими действительности, взыскать компенсацию морального вреда в размере 25000 руб., в возмещение расходов на уплату государственной пошлины 300 руб.

В заседании суда первой инстанции представитель истца исковые требования поддержал.

Ответчик исковые требования не признал.

Суд принял решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика с доводами апелляционной жалобы не согласился.

Истец в судебное заседание не явился, явку представителя не обеспечил уведомлены о времени и месте слушания дела, а также о принятии апелляционной жалобы к производству, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

При таких обстоятельствах в соответствии со статьей 167, частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.

Проверив оспариваемое решение в пределах доводов апелляционной жалобы согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них (части 1 и 3 статьи 29).

Положения части 1 статьи 21, статей 23 и 34, статьи 45 и части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантируют каждому право на судебную защиту своей чести и доброго имени.

В силу предписания части 3 статьи 17, статьи 29 Конституции Российской Федерации устанавливается возможность выражения каждым своего мнения и убеждения любым законным способом, не нарушающим права и свободы других лиц. Это обязывает суд как орган правосудия при разрешении возникающих споров обеспечивать баланс конституционно защищаемых прав человека на свободное выражение взглядов и прав на защиту всеми своей чести, достоинства и деловой репутации.

Реализация конституционных прав, направленных на защиту чести, достоинства, деловой репутации и доброго имени, осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 12, пунктом 5 статьи 19, статьями 150, 152, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам относятся, в том числе, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 6 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года, также указано, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях оценочные суждения, мнения, убеждения могут являться предметом судебной защиты по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации, если они носят оскорбительный характер. Действия виновного лица по оскорблению потерпевшего направлены на унижение личного достоинства человека, посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, что порождает у потерпевшего право требовать в связи с этим компенсации морального вреда.

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не установлено федеральным законом.

Как следует из материалов дела на основании определения Советского районного суда города Казани от 22 ноября 2022 года, постановленного по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО1 об определении места жительства ребенка по месту жительства матери, государственным автономным общеобразовательным учреждением «Центр психолого-педагогической реабилитации и коррекции «<данные изъяты>» проведена комиссионная психолого-педагогическая экспертиза, в ходе которой был продиагностирован ФИО4 в целях определения психологической и эмоциональной потребности несовершеннолетнего в присутствии в его жизни каждого из родителей (сторон по делу), к кому из родителей более привязан несовершеннолетний, проживание с кем из родителей будет для него более комфортным. Исследование проведено в том числе с участием ФИО10 ФИО2

ФИО1 ссылается на то, что в процессе проведения психологической диагностики ответчиком распространены сведения не соответствующие действительности в форме высказываний следующего содержания: « …<данные изъяты>. И такое агрессивное поведение бывшего супруга может вызвано употреблением тоже каких-нибудь веществ. Я знаю, что он <данные изъяты>

Разрешая исковые требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 150, 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пунктах 7, 11 постановления Пленума от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц». При этом суд первой инстанции исходил из того, что высказывания ответчика, данные при проведении исследования, не могут быть признаны сведениями, порочащими честь и достоинство истца, поскольку являются мнением, основанном на личном суждении по оценке поведения истца. Объяснения ФИО2, данные при проведении комиссионной психолого-педагогической экспертизы, по смыслу статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являются источником получения доказательств, которые проверяются и оцениваются судом при рассмотрении дела.

Судом учтены положения пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 3 от 24 февраля 2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», устанавливающие, что в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвовавших в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлен специальный порядок исследования и оценки данных доказательств. Такое требование, по существу, является требованием о повторной судебной оценке этих сведений, включая переоценку доказательств по ранее рассмотренным делам.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда, отмечает, что спорное высказывание является объяснением стороны в ходе проведения судебной психолого-педагогической экспертизы и не может быть отнесено к распространению сведений в смысле статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При разрешении гражданского дела суд принимает во внимание любые доказательства, с достоверностью подтверждающие те или иные факты, относящиеся к предмету доказывания. Такие доказательства могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио и видеозаписей, заключений экспертов (абзац второй части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу данной процессуальной нормы высказанная в ходе проведения судебной экспертизы информация представляет собой способ реализации права заинтересованного лица на выражение субъективного мнения, что не может повлечь привлечение давшего такие объяснения ответчика к гражданско-правовой ответственности по статье 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку отсутствует признак распространения информации, объяснения даны специалисту-эксперту и зафиксированы в экспертном заключении, порядок оспаривания которого установлен законодательно.

Доказательств того, что высказывания ответчика произведены с целью создания негативного представления об истце и повлекли какие-либо неблагоприятные последствия для последнего, в материалы дела не представлено.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, принимая во внимание отсутствие доказательств, с достоверностью подтверждающих факт оскорбительных выражений в адрес истца со стороны ответчика, суд пришел к обоснованному выводу о том, что правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда не имеется.

Оценив доводы апелляционной жалобы ФИО1, судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на законе, тщательном исследовании обстоятельств дела и верной оценке совокупности представленных доказательств.

По вышеизложенным мотивам ссылки апеллянта на причинение морального вреда высказыванием ответчика, которое по его мнению носит оскорбительный характер, не соответствует действительности, не могут быть приняты во внимание, так как в судебном заседании не установлено нарушение прав истца, подлежащих защите в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Фактически в жалобе предлагается иная оценка имеющихся в деле доказательств, оснований к чему судебная коллегия не находит, поскольку суд в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дал надлежащую оценку собранным по делу доказательствам.

Судебная коллегия полагает, что суд с достаточной полнотой исследовал обстоятельства дела. Значимые по делу обстоятельства судом установлены правильно.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к изложению правовой позиции истца, выраженной в суде первой инстанции и являвшейся предметом исследования и нашедшей верное отражение и правильную оценку в решении суда, основаны на ошибочном толковании апеллянтом норм материального права и процессуального права, направлены на иную оценку обстоятельств, установленных и исследованных судом.

Судебная коллегия считает, что решение суда не противоречит собранным по делу доказательствам, а апелляционная жалоба не содержит доводов, опровергающих выводы суда, по вышеизложенным обстоятельствам.

Исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 199, пунктом 1 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от 17 апреля 2023 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 июля 2023 года.

Председательствующий

Судьи