Апелляционное дело № 22-1908/2023

Судья Ишмуратова Л.Ф.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 августа 2023 года г. Чебоксары

Верховный Суд Чувашской Республики под председательством судьи судебной коллегии по уголовным делам Андреевой Л.А.

при ведении протокола помощником судьи Сергеевой Т.В.

с участием: прокурора отдела прокуратуры Чувашской Республики Пузыревой А.Н.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Иванова Д.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению помощника прокурора Цивильского района Чувашской Республики Волгарева Ю.В. и апелляционной жалобе адвоката Иванова Д.Н. на приговор Цивильского районного суда Чувашской Республики от 5 июня 2023 года в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, несудимого.

Заслушав доклад судьи Андреевой Л.А., выслушав осужденного и адвоката по доводам жалобы, мнение прокурора о частичной отмене приговора по доводам представления, суд апелляционной инстанции

установил :

По обжалуемому приговору от 5 июня 2023 года ФИО1-

оправдан по обвинению по ч.1 ст.286 УК РФ;

осужден по п. «б» ч.2 ст.165 УК РФ к 2 годам лишения свободы со штрафом в размере 50000 рублей,

в соответствии со ст.73 УК РФ основное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года с возложением обязанностей;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Он осужден за причинение, исполняя временно должностные обязанности директора ФИО37 (далее - лагерь), имущественного ущерба собственнику электрической энергии АО «Чувашская энергосбытовая компания» (далее «ЧЭСК») путем обмана при отсутствии признаков хищения, в особо крупном размере на сумму не менее 2846516 рублей.

Согласно приговору преступление совершено в период с 1 декабря 2021 года по 5 апреля 2022 года при изложенных в судебном решении обстоятельствах.

В судебном заседании Протопопов вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Иванов Д.Н. считает приговор незаконным и необоснованным по мотивам несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона и отсутствия в действиях осужденного признаков состава преступления.

По доводам жалобы,-

не установлен факт причинения потерпевшему реального материального ущерба, но судом сделан ошибочный вывод о причинении «ЧЭСК» реального имущественного ущерба на 2846516 рублей;

в действиях ФИО1 отсутствуют обязательные признаки для ст.165 УК РФ, а предъявление обвинения как совершение из корыстных побуждений необоснованно ввиду того, что по ст.165 УК РФ не требуется такой признак;

упущенная выгода и реальный ущерб для включения в сумму ущерба должны быть прямым следствием преступных действий и могут быть документально подтверждены и достоверно оценены, а в данном случае судом оставлен без оценки довод защиты о невозможности при рассмотрении дела подтверждения, оценки и проверки размера ущерба; изначальный акт безучетного потребления №1 от 05.04.2022 с периодом с 15.10.2021 по 05.04.2022г. с объемом 686999 кВт*час не был подписан ФИО1 ввиду несогласия с объемом и периодом фактического потребления электроэнергии и им был представлен иной период, что подтверждено свидетелями, но их показания оставлены без оценки; согласно Постановлению Правительства от 04.05.2012 №442 в случае неподтверждения потребителем периода безучетного потребления к расчету принимается подтвержденный документами период, что в данном случае составляет с 26 февраля по 5 апреля 2022 года в объеме 140400 кВт*час, а не 453600 по версии следствия, потому другие расчеты без акта с иным периодом согласно ответу ООО «Коммунальные технологии» (далее – «Коммунальные технологии») носят условный (предположительный) расчет. Указывает, что при этом свидетели –сторожа лагеря ФИО33 и Свидетель №4, в том числе Свидетель №5, достоверно не подтверждали нахождение оборудования и потребление электроэнергии в период с 01.12.2021 г., а остальные свидетели не были на месте происшествия и потому не могут определить период безучетного потребления, а исходя из показаний ряда свидетелей оборудование, фактически потреблявшее электроэнергию, было установлено в конце февраля 2022 года, соответственно, достоверно подтвержден период только с 26 февраля по 5 апреля 2022 года, который составляет 140400 кВт*час. Однако данный аргумент и довод об отсутствии сведений о безучетном потреблении с 01.12.2021г. по 25.02.2022г. оставлен без оценки и рассмотрения. По мнению адвоката, имеет место ошибочное толкование основных положений функционирования розничных рынков электроэнергии, утвержденные упомянутым постановлением Правительства, а суд, ссылаясь на приложение №3 для обоснования расчета объема безучетного потребления, оставил без рассмотрения положение п.186 Основных положений (согласно которому возможна корректировка безучетного потребления электроэнергии). В случае неподтверждения потребителем периода безучетного потребления к расчету принимается подтвержденный документами период, при этом представленные ФИО1 документы не были признаны недействительными. Суд, указывая на безучетное потребление, ссылается на акт от 05.04.2022г., но в нем фигурирует только объем 140400 кВт*час;

выводы суда об установлении признака «причинения имущественного ущерба путем обмана вследствие непредоставления ежемесячных показаний приборов учета электроэнергии» необоснованны ввиду неподтверждения этого признака, поскольку показания счетчиков передаются в автоматическом режиме, потому Протопопов не передавал иные показания, а показания передавались без его участия, что подтверждено свидетелями Свидетель №10, ФИО17 и другими. Поэтому со стороны осужденного реальных действий на передачу недостоверных показаний не имелось, что подтверждено и ответом «Коммунальные технологии» от 08.08.2022г. (о непотреблении лагерем с 31.10.2021г. по 31.03.2022г. энергии по вводу №1) и актом приема-передачи электроэнергии по сетям;

выводы о наличии у осужденного корыстной и иной заинтересованности не соответствуют материалам дела и исследованным доказательствам, при этом короткие недельные телефонные переговоры между Свидетель №1, ФИО1 и Свидетель №2 не свидетельствуют об этом, равно и показания последнего о просьбе ФИО1 установить розетки в столовой, тем более что по данной статье по закону не предусмотрен корыстный мотив;

вывод суда о наличии между ФИО1 и «ЧЭСК» фидуциарных отношений (отношений между доверителем и поверенным) ошибочны, поскольку он (как заместитель директора лагеря) не был уполномочен действовать в ее интересах, не являлся ее представителем или иным действующим в ее интересах лицом, что не предусмотрено также по трудовому договору и должностной инструкции, то есть он не являлся субъектом взаимоотношений между указанными организациями и лагерем, потому имеют место только гражданско-правовые отношения;

нельзя согласиться и с доводом суда о том, что «ЧЭСК» является потерпевшим по делу, поскольку было два заявления о признании потерпевшим – от «Коммунальные технологии» и «ЧЭСК», а следственный орган признал последнюю, хотя ей ущерб не причинен, а имелась только оплата задолженности по гражданско-правовым отношениям. Судом дана неверная оценка показаниям ряда свидетелей и договору на компенсацию потерь между «ЧЭСК» и «Коммунальные технологии», особенно в части, как именно и кто кому должен компенсировать потери; не учтено трехстороннее производство расчета баланса электроэнергии за апрель 2022 года между этими организациями и ПАО «Россети Волга», согласно которому безучетное потребление в размере 140400 кВт*час учтено в объеме потребления за апрель 2022 года и данный объем вошел в объем переданной электроэнергии и выставлен «Коммунальные технологии» в адрес ПАО «Россети Волга», потому «ЧЭСК» какого-либо ущерба от безучетного потребления лагерем не причинено, тем более что признанной потерпевшей «ЧЭСК» подписана данная ведомость без разногласий на 140400 кВт*час, а не 453600 кВт*час. Считает, что именно сам потерпевший, а не орган следствия, определяет размер причиненного ущерба, но даже при таких обстоятельствах данный объем не является ущербом. По мнению адвоката, поскольку «ЧЭСК» добровольно приняла выявленный объем неучтенного потребления за свой «полезный отпуск», то у нее возникло право требования к лагерю платы за потребление указанного объема, потому в этом случае у нее право на взыскание с «Коммунальные технологии» платы за компенсацию потерь в сетях не возникает. Отмечает, что кроме того Арбитражным Судом Чувашской Республики принято решение о взыскании долга с лагеря за период с 26 февраля по 5 апреля 2022 года. Полагает, что в зависимости от того, кто признан потерпевшим – «Коммунальные технологии» или «ЧЭСК», варьируется и размер ущерба, поскольку по данным «Коммунальных технологий» применяемый тариф для компенсации потерь составляет 3,60 рубля, то есть если бы «ЧЭСК» не приняла бы данный объем электроэнергии как «полезный отпуск», то стоимость безучетного потребления для целей компенсации потерь составляла бы только 505440 руб. (140400 х 3,60), что ниже указанного следствием размера ущерба. По доводам жалобы, судом при вынесении приговора не ставился вопрос определения реального ущерба и на какую сумму в действительности причинен ущерб, также не решен вопрос, в связи с чем осужденный должен отвечать за ущерб, рассчитанный с НДС, с прибылью «ЧЭСК» и с учетом затрат на доставку.

Приводит аргументы об отсутствии в действиях ФИО1 состава этого преступления, ссылаясь помимо прочего на то, что взыскание возможно только с потребителя, каковым по делу является лагерь, а не физическое лицо Протопопов, и только на основании акта о достоверно неучтенном потреблении за период с 26 февраля по 5 апреля 2022 года в размере 140400 кВт*час; что «ЧЭСК» добровольно принимает выявленный объем неучтенного потребления в качестве «полезного отпуска» потребителю –лагерю, потому их отношения должны регулироваться нормами гражданского права и договором энергоснабжения, решение о взыскании задолженности Арбитражным Судом тому подтверждение. Отмечает, что определив данное безучетное потребление как «полезный отпуск», «ЧЭСК» сама подтвердила вывод о непричинении ей ущерба и реализации согласно договору энергоснабжения и закону об электроэнергетике.

Указывает, что судом не дана оценка доводам стороны защиты о том, что Протопопов не проходит стороной договора, не связан с «ЧЭСК» трудовыми обязанностями, не является материально-ответственным лицом и не получал какого-либо имущества, на него не возложена обязанность по контролю за работой энергопринимающих устройств лагеря; между ним и «ЧЭСК» также отсутствуют договорные отношения, электроэнергия им для своих нужд не использовалась, потому тем более не может быть привлечен по инкриминированной статье, поскольку не является должностным лицом потерпевшей и не является стороной по договору энергоснабжения лагеря от 12.01.2016г. Считает, что при таком положении в силу отсутствия достаточных доказательств и невозможности постановления приговора на предположениях вынесенный судебный акт нельзя признать законным и обоснованным.

Просит отменить обвинительный и вынести оправдательный приговор.

В апелляционном представлении помощник прокурора Цивильского района Волгарев Ю.В. находит приговор в части оправдания ФИО1 по ч.1 ст.286 УК РФ не соответствующим требованиям закона, считает судом нарушенным уголовный и уголовно-процессуальный законы. Приводя доводы о должностном положении ФИО1 в качестве и.о. директора лагеря и обстоятельства дачи им незаконных указаний подчиненному старшему электромеханику Свидетель №2 об отключении прибора коммерческого учета потребления электрической энергии, установленного на вводе №1 в лагерь, и организации поступления в лагерь электроэнергии в обход указанного прибора учета, считает имеющимся в его действиях состав преступления по указанной статье. Отмечает, что при этом Протопопов действовал из корыстной и иной личной заинтересованности, создавая все условия для деятельности Свидетель №1, тем самым совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, существенно нарушив права и законные интересы «ЧЭСК» путем причинения ущерба на сумму не менее 2846516 рублей, а также охраняемые законом интересы общества и государства, что выразилось в дискредитации и подрыве авторитета указанного детского лагеря, относящегося к муниципальному унитарному предприятию. Считает, что сам факт совершения ФИО1 таких противоправных действий – дача указания на совершение заведомо незаконных действий уже является превышением должностных полномочий, также об этом свидетельствует и причинение лагерю ущерба на сумму задолженности по решению Арбитражного Суда в размере 945931 руб. 12 коп. По доводам прокурора, совершение ФИО1 данного преступления подтверждается исследованными письменными доказательствами, свидетельскими показаниями Свидетель №1 и других, потому мотивы принятого судом решения в этой части не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и опровергаются материалами уголовного дела.

Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В суде апелляционной инстанции участвующий прокурор Пузырева А.Н., уточняя представление, просила отменить приговор частично – в части оправдания ФИО1.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, суд второй инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.38915 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) помимо прочего основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора.

Применительно к данному приговору таких оснований не имеется.

Выводы суда о виновности осужденного основаны на приведенных в приговоре тщательно исследованных в судебном заседании допустимых и относимых доказательствах, достаточных для правильного разрешения дела по существу, которым дана надлежащая оценка.

В ходе судебного разбирательства осужденный, не оспаривая факт безучетного потребления электроэнергии лагерем по его указанию с 26 февраля по 5 апреля 2022 года, вину не признал, считая свои действии за этот период подпадающими лишь под административное правонарушение либо дисциплинарный проступок, также под гражданско-правовые отношения.

Такие доводы стороны защиты после тщательной проверки путем исследования доказательств обоснованно мотивированно были опровергнуты, с чем соглашается суд второй инстанции.

По сути аналогичные доводы приведены и в апелляционной жалобе адвоката, которые сводятся к тому, что в действиях ФИО1 отсутствует состав указанного преступления, ссылаясь на то, что:

«ЧЭСК» не может являться потерпевшим по делу, поскольку ей ущерб не причинен и имелась лишь оплата задолженности по гражданско-правовым отношениям и по делу не установлен факт причинения реального материального ущерба;

в действиях ФИО1 отсутствуют обязательные признаки состава преступления по ст.165 УК РФ ввиду того, что он субъектом преступления не является, т.к. стороной по договору энергоснабжения лагеря не проходит и какого-либо отношения к «ЧЭСК» не имеет, он не передавал иные недостоверные показания прибора учета потребленной электроэнергии ввиду автоматизированной передачи и без его участия, взыскание возможно только с потребителя –лагеря, а не с физического лица ФИО1, и только за достоверно установленный период с 26 февраля по 5 апреля 2022 года; взаимоотношения лагеря и «ЧЭСК» должны регулироваться нормами гражданского права и договором энергоснабжения;

определенный органом следствием и судом период безучетного потребления как с 01.12.2021г. по 05.04.2022г. в объеме 453600 кВт*час с суммой задолженности в 2846 516 рублей необоснован ввиду недоказанности и неподтверждения этого периода ФИО1 с представлением им других обоснованных документов за другой период - лишь с 26 февраля по 5 апреля 2022 года в объеме 140400 кВт*час с суммой свыше только 800 000 рублей, что в силу постановления Правительства должно было учитываться;

выводы о наличии у него корыстной и иной заинтересованности не соответствуют исследованным доказательствам.

Между тем с такими доводами жалобы о необоснованном осуждении ФИО1 нельзя согласиться, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных доказательств – показаниями представителей потерпевшей «ЧЭСК» и сотрудника ФИО17, ФИО32 и Свидетель №9, свидетелей - Свидетель №1 (неофициально арендовавшего помещение в лагере и безучетно потреблявшего там элекроэнергию) и оказавших ему помощь в деятельности Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7 и Свидетель №8, работников лагеря – Свидетель №2 (старшего электромеханика), Свидетель №4 и ФИО14 (сторожей), сотрудников «Коммунальные технологии» Свидетель №11, Свидетель №10, Свидетель №12, Свидетель №13, ФИО15 и Свидетель №14, протоколами следственных действий и иными документами, в том числе по сути частично показаниями самого осужденного.

В обоснование о безучетном потреблении лагерем электроэнергии именно за период с 01.12.2021г. по 05.04.2022г. в приговоре приведены соответствующие доказательства.

В частности, исходя из показаний представителей потерпевшего ФИО17 и ФИО32 безучетным потреблением электроэнергии лагерем за период с 01.12.2021 по 05.04.2022г. в объеме 453600 кВт*час их организации - поставщику «ЧЭСК» был причинен ущерб на сумму 2846516 рублей.

Их показания согласовывались с совокупностью иных доказательств, в частности, показаниями упомянутых сотрудников сетевой организации по передаче электроэнергии потребителю – «Коммунальные технологии».

Дача осужденным в октябре 2021 года незаконного указания старшему электромеханику лагеря Свидетель №2 организовать подачу электроэнергии на территорию лагеря в обход приборов учета подтвержден последним, пояснившим, что со слов ФИО1 в лагерь заедет арендатор, и им было выполнено такое указание путем отключения основного ввода №1, через который поступало электроснабжение на основную часть объектов лагеря, в том числе в столовую, при этом с арендатором (Свидетель №1) осенью они встречались в лагере и которым в помещении столовой было размещено сначала порядка 30 штук майнингового оборудования, потребляющего электроэнергию, количество которого затем увеличилось, потому перегорали предохранители.

Свидетель Свидетель №1 подтверждал данное обстоятельство, указав, что в ноябре 2021 года в помещении столовой лагеря по согласованию с ФИО1 с помощью электрика установил 130-140 электророзеток для майнингового оборудования, которые установил в декабре сначала в количестве 20-30 штук, а в феврале уже около 100 штук, при этом в период с декабря 2021 года по 5 апреля 2022 года вместе с помощником занимался ремонтом майнингового оборудования, количество которого за этот период увеличивалось и оно работало, непрерывно потребляя электроэнергию, в связи с чем стоял гул от работы вентилятора; из-за скачков напряжения оборудование периодически перегорало и совместно с ФИО1 они стабилизировали напряжение; также для круглосуточного наблюдения за майнинговым оборудованием в том же помещении он установил видеокамеру с ноутбуком, для работы которых использовал Интернет лагеря, при этом потребление электроэнергии он не контролировал и за нее не оплачивал, поскольку договор аренды не был заключен и плату за использование помещения столовой он не вносил.

Согласно анализу оглашенных следственных показаний осужденного данные обстоятельства (установление Свидетель №1 с его разрешения в ноябре 2021 года майнингового оборудования в помещении столовой лагеря и потребление им безучетной электроэнергии с момента установки и в дальнейшем с февраля 2022 года постоянной работы этого оборудования в большом количестве с максимальным потреблением электроэнергии вплоть до выявления 5 апреля 2022 года) не отрицал и он сам, что подтвердил и в ходе судебного разбирательства.

Сотрудничество ФИО1 с Свидетель №1 в названный период по вопросам установки и обслуживания майнингового оборудования на территории лагеря находило подтверждение и в других письменных материалах дела – информациях о технической детализации их телефонных соединений и их прослушивания.

Факт работы майнингового оборудования в лагере за упомянутый период по сути подтверждали и работавшие сторожами Свидетель №4 и ФИО33, которые были очевидцами завоза Свидетель №1 на территорию лагеря майнингового оборудования и слышали гул от его работы, отмечая, что гул работающего оборудования сначала был временами, а с февраля по 5 апреля был непрерывный.

О завозе и работе майнингового оборудования в помещении столовой лагеря в этот период засвидетельствовали и допрошенные ФИО4 с Свидетель №7, помогавшие в ноябре 2021 года Свидетель №1 собрать стеллажи и смонтировать порядка 100 электрических розеток, при этом они указывали на завоз Свидетель №1 большого количества оборудования.

Также и свидетель Свидетель №8 (мастер по обслуживанию клиентского сервиса в ПАО «Ростелеком»), приезжавший в лагерь зимой по заявке для устранения неполадки в работе Интернета, указывал на работу в помещении столовой майнингового оборудования. При этом согласно данным ПАО «Ростелеком» по заявке Свидетель №1 о постоянном обрыве Интернет-соединения для устранения неполадок Свидетель №8 выезжал 12 января 2022 года.

Путем осмотров места происшествия, оборудования, ноутбука и т.д. был зафиксирован факт работы в тот период большого количества майнингового оборудования в помещении столовой лагеря, также достоверно установлена подача электроэнергии на территорию лагеря в обход прибора учета путем отключения основного ввода, через который шел наибольший объем потребления электроэнергии, и демонтажа трансформаторов тока на фазах А,В,С ввода №1 с установкой перемычки и отключением электросчетчика.

При этом исходя из сведений «ЧЭСК» и «Коммунальные технологии» с 31.10.2021г. по 31.03.2022г. потребление электроэнергии лагеря по приборам учета по вводу №1 составлял нулевой показатель, который за этот период оставался неизменным – с первоначальным ( на дату 31.10.2021г.) показателем 11057 кВт*час.

Таким образом, вопреки доводам жалобы совокупностью перечисленных доказательств был достоверно установлен факт безучетного потребления электроэнергии лагерем именно за период с 01.12.2021г. по 05.04.2022г., потому и акт о безучетном потреблении от 05.04.2022г. был в дальнейшем скорректирован в сторону увеличения периода, соответственно объема и стоимости потребления, что составил в размере не менее 2846516 рублей, который по уголовному закону является особо крупным (т.к. свыше 1 млн. руб.).

Здесь следует отметить, что вопреки доводу жалобы безучетный период потребления электроэнергии в рамках уголовного судопроизводства доказывается не только представленными потребителем (в данном случае лагерем в лице ФИО1) документами, а всей совокупностью собранных по делу доказательств, имеющих между собой равную юридическую силу.

При таком положении довод жалобы о достоверности лишь представленных ФИО1 документов о безучетном потреблении за период лишь с 26 февраля по 5 апреля 2022 года нельзя признать убедительным. Кроме того, в этой части также следует отметить, что само по себе представление им документов о приобретении Свидетель №1 майнингового оборудования 26.02.2022г. никоим образом не может свидетельствовать о начале безучетного потребления с этой даты, поскольку исходя из приведенных доказательств уже ранее этой даты (в ноябре 2021 года) в помещении столовой лагеря было установлено определенное количество этого оборудования, которое с начала декабря начало потреблять безучетную электроэнергию, и впоследствии его количество увеличивалось, а в феврале уже было размещено самое большое количество того оборудования. Об этом безусловно свидетельствуют показания названных свидетелей – самого Свидетель №1, упомянутых сторожей, в силу трудовых обязанностей постоянно посменно находившихся на территории лагеря и фактически являвшихся очевидцами непрерывной работы оборудования, что определялось ими по характерному звуку гула работающего оборудования. Данное обстоятельство не отрицалось и самим осужденным, что следует из его оглашенных показаний, подтвержденных в суде.

У суда не имелось оснований подвергать сомнению согласованным показаниям допрошенных свидетелей, подтвержденным иными доказательствами.

В этой связи вполне обоснованно произведена корректировка периода безучетного потребления электроэнергии в сторону увеличения соответствующих параметров и достоверно установлен размер причиненного имущественного ущерба потерпевшей ресурсоснабжающей организации «ЧЭСК», которая обоснованно признана таковой ввиду неполучения оплаты от потребителя - лагеря за отпуск электроэнергии за упомянутый период, которая «ЧЭСК» в свою очередь приобреталась в оптовом порядке и отпускалась розничным потребителям через сетевую организацию «Коммунальные технологии», потому вопреки доводу жалобы налицо причинение этой организации («ЧЭСК») реального материального ущерба. При этом доводы адвоката об изначальном принятии «ЧЭСК» акта от 05.04.2022г. с расчетом периода безучетного потребления на основании представленных ФИО1 документов и согласии с ними ( что составляло за период с 26 февраля по 5 марта 2022 года в объеме 140400 кВт*час на 881064,48 руб.) с выставлением к оплате именно этой суммы – не исключают преступность деяний осужденного и не влекут незаконность приговора. Поскольку исходя из анализа совокупности доказательств с учетом в дальнейшем в ходе предварительного следствия окончательного выявления и установления другого периода безучетного потребления – с 01.12.2021г. по 05.04.2022г. соответствующие параметры (период, объем и сумма) с соблюдением норм закона были скорректированы в сторону увеличения, что и было затем выставлено к оплате со стороны потерпевшей организации. Поэтому и отражение в приговоре в перечне доказательств акта №1 от 05.04.2022г. о неучтенном потреблении с данными, составленными на основании представленных ФИО1 документов, вопреки доводам адвоката никоим образом не свидетельствует о противоречивости выводов суда относительно размера причиненного ущерба, поскольку помимо этого акта приведены другие доказательства, подтверждающие о периоде безучетного потребления согласно предъявленному обвинению, установленному достоверно и в ходе судебного разбирательства.

Также причинение имущественного ущерба собственнику в особо крупном размере именно от противоправных обманных умышленных действий осужденного сомнений не вызывало, поскольку его действия были осознанны и последовательны с целью достижения преступного результата, направленные на уклонение от уплаты возглавляемым в тот период им лагерем за потребляемую электроэнергию, что по периоду охватывалось несколько месяцев и потому привело к причинению ущерба в особо крупном размере. При этом правильность произведенных расчетов (с учетом признания по уголовному делу потерпевшей стороной «ЧЭСК», а не «Коммунальные технологии») по предусмотренному в «ЧЭСК» тарифу по соответствующей схеме и формуле сомнений не вызывает, потому аргументы адвоката о возможности иного расчета размера ущерба в случае признания потерпевшим «Коммунальные технологии» в сторону уменьшения исходя из меньшего тарифа у этой организации - за 1 кВт*час 3,60 руб. не заслуживают внимание. Тем более что в уголовном деле фактические и юридически значимые обстоятельства не могут быть установлены и приниматься в сослагательном наклонении, на что ссылается адвокат.

Аргументы адвоката о том, что осужденный не является субъектом данного преступления по приведенным в жалобе основаниям, нельзя признать убедительными, поскольку Протопопов, исполняя на тот период обязанности директора лагеря, обладал всеми наделенными этой должностью правами и на него бесспорно в силу закона и должностной инструкции возлагались и соответствующие обязанности руководителя организации, который в полном объеме отвечал за всю деятельность детского лагеря, в том числе и в сфере энергообслуживания объектов лагеря, и должен был надлежаще исполнять и условия договора о энергоснабжении, выступая фактически в тот период стороной этого договора, обязанный в том числе обеспечить нормальное функционирование приборов учета электроэнергии и ежемесячную своевременную передачу показаний приборов учета потребленной электроэнергии. В этой части довод адвоката об отсутствии у ФИО1 такой обязанности со ссылкой на автоматизированную передачу показаний не исключает преступность его деяний, тем более что согласно показаниям сотрудников «Коммунальные технологии» (в частности Свидетель №12) по установленному оборудованию АСКУЭ (позволяющему дистанционно опрашивать показания счетчика в любой момент) показания целенаправленно у лагеря не опрашивались ввиду того, что это материально затратно, и установка в лагере «Коммунальными технологиями» этого устройства не освобождало потребителя от ежемесячной передачи показаний приборов учета в сетевую организацию («Коммунальные технологии») либо в «ЧЭСК», при этом АСКУЭ была установлена для сетевой компании для контроля, и это устройство без запроса сетевой организации показания прибора учета в автоматическом режиме не передает. Таким образом, ежемесячная передача показаний приборов учета возлагалась на потребителя-лагерь, что в силу исполнения в тот период осужденным полномочий директора очевидно входило в его обязанности. Кроме того, в изложенной ситуации с учетом наличия у осужденного изначального умысла на причинение имущественного ущерба собственнику путем обмана незаконным несанкционированным вмешательством в работу прибора учета сам по себе такой довод адвоката выглядит нелогично, поскольку Протопопов изначально знал о поступлении безучетной электроэнергии, тем самым соответственно был осведомлен о неизменности показаний прибора учета в тот период и передаче их с недостоверным нулевым показателем, что по сути им самим было организовано путем дачи подчиненному электрику незаконных указаний о несанкционированном вмешательстве в систему электроснабжения лагеря. И тому подтверждение – непосредственное выявление впоследствии при проверке неизменность показаний прибора учета по вводу №1 в течение нескольких месяцев с нулевым показателем, что поступало в таком виде и в «Коммунальные технологии», о чем подтверждали допрошенные сотрудники данной организации.

Что касается довода адвоката о неверном указании в приговоре названия отключенного прибора учета, то следует отметить, что оно соответствует отраженному в протоколе осмотра места происшествия прибору. Кроме того, само по себе название прибора (с учетом достоверного установления факта совершенного преступления) не влияет на фактические обстоятельства дела и существо предъявленного обвинения, а соответственно не исключает преступность деяний осужденного и не влечет незаконность приговора.

Довод жалобы о наличии лишь гражданско-правовых отношений, в том числе со ссылкой на решение Арбитражного Суда о взыскании с лагеря в пользу «ЧЭСК» задолженности за безучетное потребление электроэнергии, суд второй инстанции находит в рассматриваемом случае несостоятельным, поскольку с учетом содержания в действиях осужденного всех признаков состава преступления по п. «б» ч.2 ст.165 УК РФ упомянутое решение не может составлять преюдицию и исключать преступность деяний осужденного, установленную в порядке уголовного судопроизводства. Более того, таким решением по сути дополнительно констатирован факт причинения лагерем в лице ФИО1 имущественного ущерба «ЧЭСК». Здесь одновременно следует отметить, что исходя из пояснений самого ФИО1 в суде апелляционной инстанции в настоящее время лагерем предъявлен к нему как физическому лицу регрессный иск о взыскании суммы свыше 900000 рублей в пользу лагеря, которую оплатил лагерь «ЧЭСК» за безучетное потребление электроэнергии по решению Арбитражного Суда. Поэтому в свою очередь аргументы адвоката об отсутствии в действиях осужденного состава преступления по ст.165 УК РФ со ссылкой на причинение ущерба не физическим лицом, а юридическим - лагерем не могут заслуживать внимание, тем более с учетом руководства в тот период совершенного преступления этим юридическим лицом физического лица ФИО1.

С учетом наличия бесспорных доказательств, уличающих осужденного в содеянном и наличия всех признаков состава инкриминированного ему преступления, остальные доводы жалобы, в том числе иное толкование стороной защиты его действий как подпадающих лишь под гражданско-правовые, а осужденным в том числе как подпадающие под административную ответственность либо дисциплинарный проступок, не могут заслуживать внимание, считая основанными на ошибочном понимании норм права.

Таким образом, доводы жалобы об отсутствии в действиях осужденного состава ст.165 УК РФ являются необоснованными. При этом отражение при описании преступных деяний осужденного причин, побудивших его к совершению данного преступления (со ссылкой на корыстную и иную личную заинтересованность), никоим образом не влияет на квалификацию содеянного, не увеличивает объем обвинения и потому не влечет незаконность итогового судебного решения, равно и аргумент адвоката о несоответствии таких выводов суда исследованным доказательствам, тем более что с учетом анализа показаний Свидетель №1 и оглашенных показаний осужденного о наличии у ФИО1 по сути такой заинтересованности.

У суда не имелось оснований подвергать сомнению последовательные согласующиеся между собой показания допрошенных лиц, подтвержденных письменными доказательствами. В этой связи доводы жалобы являются несостоятельными, поскольку оснований сомневаться в достоверности исследованных надлежащих доказательств у суда не имелось. Отсюда и приведенные адвокатом остальные аргументы не могли существенно повлиять на выводы суда и исключить состав преступления по ст.165 УК РФ в действиях осужденного.

Проанализировав исследованные доказательства в совокупности, согласующиеся между собой и дополняющие друг друга в деталях, полученные с соблюдением требований закона, и оценив их по правилам ч.1 ст.88 УПК РФ, судом вопреки доводам жалобы правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан обоснованный вывод о виновности осужденного. Его преступным действиям дана соответствующая юридическая квалификация; мотивы принятого решения подробно отражены, всем доказательствам дана надлежащая оценка, потому обратные доводы жалобы являются несостоятельными.

Следовательно, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Также апелляционная инстанция не усматривает достаточных оснований соглашаться с доводами представления прокурора о необоснованном оправдании ФИО1 в части обвинения по ч.1 ст.286 УК РФ.

О принятом в данной части решении в приговоре приведена подробная убедительная мотивировка, с чем нет оснований не соглашаться.

Оправдывая ФИО1 в этой части, суд обоснованно исходил из того, что несмотря на предъявление ему обвинения по материальному составу преступления, в нем не указаны необходимые составообразующие признаки и не конкретизировано, в чем выразилось нарушение прав лагеря и «ЧЭСК», гарантированные общепризнанными принципами и нормами международного права, Конституцией РФ. Также судом вполне обоснованно отмечено, что в фабуле обвинения не содержится достаточных для этого состава сведений о преступном последствии в виде причинения существенного вреда как лагерю, так и «ЧЭСК».

По выводам суда, согласно совокупности исследованных доказательств фактически приведенный в обвинении довод о подрыве авторитета лагеря сам по себе не может признаваться как причинение существенного вреда ввиду несоздания этим серьезных помех и сбоев в работе организации, что не повлияло на нормальное функционирование работы лагеря. При этом относительно последствий от преступных действий ФИО1 в виде понесенных лагерем убытков от безучетного потребления электроэнергии, как правильно отмечено в приговоре, в данной части органом следствия обвинение ему не предъявлено и потому суд в силу ст.252 УПК РФ не вправе был выходить за пределы предъявленного обвинения.

Как явствует из содержания предъявленного обвинения по ч.1 ст.286 УК РФ, в этот состав вошло описание преступного деяния по ст.165 УК РФ. При этом необходимые составообразующие признаки по ч.1 ст.286 УК РФ фактически не отражены, сославшись лишь на общие формулировки о существенном нарушении тем самым прав и законных интересов общества и государства, выразившихся в подрыве авторитета лагеря, призванного создавать условия для духовного развития, оздоровления и отдыха детей, а также на существенное нарушение прав и законных интересов «ЧЭСК» причинением ей материального ущерба на сумму не менее 2846516 рублей.

Между тем при предъявлении обвинения по подобным статьям следует раскрыть и конкретизировать, в чем именно выражается причинение существенного вреда, что в данном случае не наблюдается, поскольку о негативных материальных последствиях для лагеря от безучетного потребления электроэнергии и необходимости в связи с этим возместить ущерб «ЧЭСК» на большую сумму в предъявленном обвинении не указано, а подрыв авторитета лагеря в ходе судебного разбирательства достаточного подтверждения не нашел. При этом в части существенного нарушения прав и законных интересов «ЧЭСК» причинением ущерба на названную сумму в фабуле обвинения тоже не отражено, каким образом это обстоятельство отрицательно повлияло на хозяйственную деятельность и финансовое состояние данной организации и какие тяжкие последствия от этого наступили. Также и в материалах дела нет таких сведений.

В соответствии с требованиями действующего законодательства при предъявлении обвинения в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям (например, существенный вред, тяжкие последствия и т.д.) недостаточно лишь ссылки на соответствующий признак, а необходимо привести в описании преступного деяния обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака. По делам такой категории надлежит наряду с другими обстоятельствами дела выяснить и указывать, какие именно права и законные интересы граждан или организаций либо охраняемые законом интересы общества и государства были нарушены и находится ли причиненный этим правам и интересам вред в причинной связи с превышением должностных полномочий. Решение вопроса о наличии причинной связи между действиями и последствиями в виде существенного нарушения прав и законных интересов принимается в зависимости от конкретных обстоятельств дела, в том числе степени отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, от характера, размера и тяжести понесенного ущерба.

Такие требования закона в рассматриваемом случае органом предварительного следствия не выполнены, что с учетом иных приведенных обстоятельств соответственно исключало осуждение ФИО1 по ч.1 ст.286 УК РФ.

При таком положении апелляционная инстанция находит выводы суда в части оправдания ФИО1 законными, обоснованными и согласующимися с позицией Верховного Суда РФ.

При назначении наказания суд руководствовался требованиями ст.ст.6,60 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие наказание и иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Наказание назначено с учетом требований уголовного закона, нарушений не допущено. Соответственно, назначенное наказание является справедливым, соразмерным тяжести совершенного преступления и личности осужденного.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства полно, всесторонне и объективно.

По делу нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, не допущено. Следовательно, таких оснований, в том числе по доводам апелляционных жалобы и представления, не имеется.

Руководствуясь п.1 ч.1 ст.38920, ст.38928 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

постановил :

Приговор Цивильского районного суда Чувашской Республики от 5 июня 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобу и представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора (апелляционного постановления).

В случае обжалования судебных решений осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья