Решение по делу № 2-1296/2022 от 29.12.2022 - о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием и взыскании единовременной выплаты в счёт компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ.

Дело № 2 - 1296/2022

42RS0014-01-2022-001643-70

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе судьи Ульяновой О.А.,

с участием прокурора Ушковой И.В.,

истца ФИО3,

его представителя ФИО4, действующей на основании определения суда о допуске к участию в деле,

представителя ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО5, действующей на основании доверенности,

при секретаре судебного заседания Караевой Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Мыски

29 декабря 2022 г.

гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Акционерному обществу «ОУК Южкузбассуголь», Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием и взыскании единовременной выплаты в счёт компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ,

установил:

ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к АО «ОУК Южкузбассуголь»», ПАО «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием и взыскании единовременной выплаты в счёт компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, согласно которому с учетом изменений в порядке ст. 39 ГПК РФ просит взыскать с АО ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ на 2019-2024 в размере 55551,51 руб.; компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 40 890,09 руб.; расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 руб. Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 121115,04 руб.; компенсацию морального вреда в размере 5000 руб. за невыплату единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ; проценты за задержку выплаты единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии со статьей 236 ТК РФ за период с 12.05.2022 по 17.05.2022 включительно в размере 326,40 руб.; расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 руб.

В исковом заявлении в обоснование заявленных требований ФИО3 указал следующее. С 10.06.1991 г. ФИО3 осуществлял трудовую деятельность на предприятиях ответчиков. 22.07.2022 г. уволен в связи с отказом от перевода на другую работу, необходимую в соответствии с медицинским заключением. В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессиях подземный горнорабочий, подземный ГРОЗ и подземный проходчик у ФИО3 возникло профессиональное заболевание: <данные изъяты>. В 2020 истцу впервые было установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты> С 16.11.2021 по 29.11.2021 ФИО3 находился на контрольном обследовании в стационарном отделении <данные изъяты> где было установлено прогрессирование заболевания. <данные изъяты> была переквалифицирована <данные изъяты>. Был направлен на БМСЭ, переведен в <данные изъяты> группу диспансерного учета. Труд в шуме, в подземных условиях был противопоказан. Заключением МСЭ № от 19.01.2022 ему впервые было установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с 24.12.2021 по 01.01.2024. Приказом по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 1005-в от 15.02.2022 связи с установлением впервые профессионального заболевания ФИО3 были назначены ежемесячные страховые выплаты. В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № от 31.12.2020 ведущим фактором в развитии профессионального заболевания является несовершенство технологического оборудования, инструментария, отсутствие безопасных режимов труда и отдыха. В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда № 86 от 03.02.2020 ведущим производственным фактором в развитии профессионального заболевания является производственный шум и инфразвук (пункт 24 СГХ). Вины ФИО3 в возникновении и развитии профессионального заболевания не установлено. Согласно Заключению врачебно-экспертной комиссии <данные изъяты> Клиника № 28 от 01.03.2022 установлена вина предприятий: 33.3 % - АО «ОУК Южкузбассуголь», как правопреемника ОАО шахта «Томкая» и ОАО шахта «Томкая-Н» в возникновении и развитии профессионального заболевания, 59.8 % - ПАО «Южный Кузбасс». 22.06.2022 ФИО3 обратился в АО «ОУК Южкузбассуголь» с заявлением о единовременной выплате в счет компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности в соответствии с ФОС. В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда № от 20.10.2022, АО «ОУК «Южкузбассуголь» начислил ФИО3 компенсацию морального вреда на период работы в ОАО «Шахта «Томкая-Н» исходя из степени вины 4,8% в размере 3458,40 руб. В расчете суммы компенсации морального вреда указан размер заработной платы проходчика 4 разряда в угольной промышленности по Кемеровской области по состоянию на 01.06.2022 в размере 43677,00 руб. За период работы в ОАО шахта «Томкая» - степень вины в возникновении и развитии профессионального заболевания составила 28,5%, компенсация морального вреда не начислялась. Приказом по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 1007-в от 15.02.2022 ФИО3 была выплачена единовременная страховая выплата в сумме 15 303,98 руб. Как следует из трудовой книжки, в ОАО «Шахта «Томская» он работал в качестве подземного горнорабочего. Процент вины шахты в возникновении и развитии профессионального заболевания составил 28,5%. Средняя заработная плата согласно данным Кемеровостат составила 100013 руб. Сумма единовременной компенсации морального вреда составляет 52 645,78 руб. согласно следующему расчету: (100013 руб. * 20% * 10% * 100% - 15 303,98руб.) * 28.5% = 52 645,78 руб.

В ОАО «Шахта «Томкая-Н» ФИО3 работал в качестве проходчика. Процент вины шахты в возникновении и развитии профессионального заболевания составил 4,8%. Средняя заработная плата проходчика согласно данным Кемеровостат составила 73945 руб. Сумма единовременной компенсации морального вреда составляет 6364,13 руб. согласно следующему расчету: (73 9 4 5 руб. * 20% * 10% *100% - 15 303,98 руб.) * 4.8% = 6 364,13 руб. Общая сумма единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии с ФОС составляет 59009,91 руб. (52 645,78 руб. + 6 364,13 руб.).

В соответствии с ФОС 11.04.2022 ПАО «Южный Кузбасс» была начислена ФИО3 обязательная единовременная выплата в счет компенсации морального вреда из расчета 20% за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности за 10% утраты профессиональной трудоспособности в размере 58284,96 руб.

ФИО3 считает, что положенные к выплате денежные суммы не компенсируют в полной мере его физические и нравственные страдания. На протяжении всей трудовой деятельности истец подвергалась воздействию на организм вредных производственных факторов: несовершенство технологического оборудования, инструментария, отсутствие безопасных режимов труда и отдыха. Стаж работы с воздействием вредного фактора составил 27 лет 06 месяцев. В результате полученного профессионального заболевания состояние здоровья истца резко ухудшилось. ФИО3 не слышит звуки на расстоянии больше двух метров и не различает, что говорят ему люди шепотом. Он практически не может разобрать, что говорят ему люди, находящиеся рядом с ним, при обычном общении. Иногда услышанная речь им не совсем понимается, ФИО3 искажает услышанное, что приводит к особым нравственным страданиям. Он ощущает свою ущербность. Дома разговаривает громко, что не всегда нравится домочадцам. Телевизор смотрит с включением на полную громкость, что раздражает близких ему людей. Все это сильно осложняет его жизнь. Одним из тяжелейших проявлений данного заболевания является постоянный шум в голове <данные изъяты> Практически стоит абсолютная тишина, но в голове постоянные громкие звуки различного происхождения: жужжание, шипение, свист, пульсация, и это состояние без перерыва и отдыха. Эти ощущения постоянно прогрессируют и сопровождаются значительными болями. Нарушен сон. Состояние нервозное, что отрицательно сказывается на морально-психологическом климате в семье. ФИО3 постоянно обращается за медицинской помощью в лечебные учреждения, принимает препараты, но улучшений не ощущает. Как видно из истории болезни, его заболевание носит прогрессирующий характер. В денежном выражении моральный вред истец оценивает в 300 000 руб. без учета обязательных выплат в соответствии с ФОС. К довзысканию с ПАО «Южный Кузбасс» подлежит сумма компенсации морального вреда в размере 121115,04 руб. (300 000 руб. * 59.8%-58 284,96 руб. = 121 115,04 руб.). К довзысканию с АО «ОУК Южкузбассуголь» подлежит сумма компенсации морального вреда 59 864,14 руб. (300 000 руб. * 33.3% - 59 009,91 руб. = 40890,09 руб.).

11.04.2022 между ФИО3 и ПАО «Южный Кузбасс» было подписано Соглашение о компенсации морального вреда, согласно которому выплаты должны быть произведены в течение 30 дней после подписания Соглашения, т.е. до 12.05.2022 г. Фактически сумма 58284,96 руб. была перечислена на лицевой счет ФИО3 17.05.2022. С 12.05.2022 по 17.05.2022 подлежат взысканию проценты (денежная компенсация за задержку выплаты). Размер процентов по состоянию на 17.05.2022 составляет 326,40 руб. В связи с нарушением срока выплаты подлежит взысканию компенсация морального вреда, размер которой определен ФИО6 в 5000 руб.

В судебном заседании ФИО3, его представитель настаивали на удовлетворении требований по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Ответчики не признали требования истца в полном объёме, обосновав свои возражения следующими доводами.

По пояснению представителя ПАО «Южный Кузбасс», коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2020-2022 годы, установлено, что в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации) (п. 10.2.2. Коллективного договора).

ФИО3 обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с письменным заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка за 10% утраты профессиональной трудоспособности, в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс».

Также с ФИО3 было заключено Соглашение о выплате компенсации морального вреда, в котором стороны согласовали размер компенсации морального вреда в сумме 58284,96 руб.

На основании заявления ФИО3, соглашения сторон, отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, коллективного договора, приказом № от 12.04.2022 года ПАО «Южный Кузбасс» добровольно начислило и выплатило ФИО3 компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 58284,96 руб. Истец не возражал относительно размера указанной суммы и принял ее, тем самым, согласился с возмещением морального вреда. Таким образом, добровольное определение сторонами размера компенсации морального вреда и перечисление истцу указанных сумм влечет прекращение данного обязательства. Выплаченная сумма в счет возмещения морального вреда, в размере 58284,96 руб., с учетом вины Общества в размере 59,8 % соответствуют степени разумности и справедливости, соответствуют действующему Отраслевому тарифному соглашению по угольной промышленности РФ. В данном случае, по сути, возник вопрос о взыскании повторной компенсации морального вреда, что законом не предусмотрено.

Компенсация морального вреда производится в случае причинения физических или нравственных страданий или в случае, когда такая компенсация прямо установлена законом. Данный спор является имущественным и возможность компенсации морального вреда, связанного с нарушением прав физического лица на выплату единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, законом не предусмотрена. Таким образом, основания, предусмотренные ст. 151 ГК РФ, для взыскания компенсации морального вреда, отсутствуют. Истец, заявляя требование о взыскании компенсации морального вреда, ссылается на ст. 237 ТК РФ, тем самым неверно толкует нормы материального права. Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Предоставление компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, отнесено к мерам социальной поддержки. Вышеуказанные правоотношения не регулируются нормами ТК РФ.

В исковом заявлении не указаны нравственные и физические страдания ФИО3, связанные непосредственно с задержкой выплаты компенсации морального вреда, не представлены соответствующие доказательства. Заявленная истцом к взысканию компенсация морального вреда в размере 5000 руб. чрезмерно завышена, с учетом периода задержки выплаты в течение 6 дней, не соответствует требованиям разумности и справедливости. ПАО «Южный Кузбасс» не отказывало ФИО3 в единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, ответчик своевременно издал приказ и произвел расчет выплаты в соответствии с ФОС. Полагает, что истец не понес моральных страданий, так как ответчиком выполнены все необходимые действия во исполнение ФОС.

По мнению представителя, являются завышенными расходы по оплате услуг представителя. Они не соответствуют сложности дела и размеру расходов, взыскиваемых судами при удовлетворении подобных исковых требований. Данное гражданское дело не относится к категории сложных и не требует специальных познаний, правовой оценки спорной ситуации, проведения дополнительной правовой экспертизы документов, имеющихся у истца, не требует совершения представителем дополнительных действий по сбору доказательств, значительных временных затрат на составление процессуальных документов.

От АО «ОУК «Южкузбассуголь» поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, удовлетворенное определением суда.

Как следует из письменных возражений (л.д. 76 – 78), АО «ОУК «Южкузбассуголь» не признает требования истца в силу следующего. Первые два требования о компенсации морального вреда по условиям ФОС и по нормам ГК РФ по сути являются единым требованием. Размер утраты профессиональной трудоспособности истца 10% установлен медико-социальной экспертизой 24 декабря 2021 г. Следовательно, к данным правоотношениям применяются нормы ФОС по угольной промышленности и Соглашения, заключенного с Росуглепрофом, действовавшие в указанный период. По обращению истца с ним было заключено Соглашение о компенсации морального вреда № от 20.10.2022 г. о выплате истцу 3458,98 руб. Соглашение подписано истцом лично, несогласия с какими-либо его условиями не заявлено. По условиям соглашения истцу компенсирован моральный вред с учетом степени вины АО «ОУК «Южкузбассуголь» в развитии профессионального заболевания (ОАО «Шахта «Томская - Н») - 4,8%. Пунктом 6 указанного Соглашения предусмотрено, что с момента перечисления денежной суммы обязательство Общества па компенсации морального вреда работнику считается прекращенным в полном объеме, в связи с его надлежащим исполнением (на основании ст. 408 ГК РФ). Таким образом, между работником и работодателем достигнуто соглашение о размере компенсации морального вреда, что соответствует требованиям ч. 1 ст. 237 ТК РФ. АО «ОУК «Южкузбассуголь» в полном объеме исполнило обязательство по компенсации морального вреда данному работнику в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания. АО «ОУК «Южкузбассуголь» считает несостоятельными доводы истца о том, что Общество является правопреемником ОАО «Шахта «Томская». АО "ОУК "Южкузбассуголь" не принимало на себя обязательства по выплате компенсации морального вреда за указанное юридическое лицо.

Заслушав объяснения истца, его представителя, представителя ответчика, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению, исходя из размера компенсации морального вреда 250000 руб., с учетом степени вины ответчиков и выплаченных ими денежных сумм, суд установил следующие обстоятельства.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в период с 10.06.1991 г. по 22.07.2022 г. ФИО3 осуществлял трудовую деятельность, в том числе, на предприятиях ответчиков, что подтверждается копией трудовой книжки на л.д. 17-25.

С 16.11.2020 по 26.11.2020 ФИО3 находился на стационарном обследовании и лечении в профпатологическом отделении <данные изъяты> где ему впервые было установлено заболевание <данные изъяты>

Заключением МСЭ № от 19.01.2022 ФИО3 впервые установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с 24.12.2021 по 01.01.2024 (л.д.16).

Заключением врачебной комиссии ФГБУ «<данные изъяты>» от 26.11.2020 № установлено, что имеется причинно-следственная связь заболевания с профессией, установлен диагноз <данные изъяты>

С 16.11.2021 по 29.11.2021 ФИО3 находился на контрольном обследовании в стационарном отделении <данные изъяты> где ему было установлено прогрессирование заболевания. <данные изъяты> была переквалифицирована <данные изъяты>. Было рекомендовано направить на БМСЭ, переведен в <данные изъяты>. Труд в шуме, в подземных условиях был противопоказан (л.д.32).

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой № от 03.02.2020 (п. 24) ФИО3 во время работы подвергался воздействию вредных производственных факторов: производственный шум, инфразвук (л.д. 26-28).

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № от 31.12.2020 (на л.д.29) профессиональное заболевание: <данные изъяты> степени, связанная с несовершенством технологического оборудования, инструментария, отсутствие безопасных режимов труда и отдыха (пункт 17 Акта).

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Эквивалентный уровень шума при ПДУ-80 дБА в профессии подземного горнорабочего очистного забоя фактически составлял 81-86 дБА в профессии подземного горнорабочего 3 разряда с полным рабочим днем под землей 83 дБА, в профессии подземного проходчика 4 разряда с полным рабочим днем под землей 81-90 дБА. В соответствии с Р2.2.2006-5 «Руководство по гигиенической оценке факторов среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», условия труда в зависимости от уровня шума в профессии подземного горнорабочего очистного забоя 4-5 разрядов полным рабочим днем под землей, подземного горнорабочего 3 разряда с полным рабочим днем под землей, подземного проходчика 4 разряда с полным рабочим днем под землей, относятся к вредному 3 классу 1-2 степени в различные периоды работы (пункт 18 Акта).

Вины истца в возникновении и развитии профессиональных заболеваний не установлено (пункт 19 Акта).

Согласно Заключению <данные изъяты> по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональными заболеваниями № от 01.03.2022 (л.д. 39) установлено:

33.3 % - АО «ОУК Южкузбассуголь», как правопреемника ОАО шахта «Томская» и ОАО шахта «Томская-Н» в возникновении и развитии профессионального заболевания

59.8 % - ПАО «Южный Кузбасс»

Порядок расчёта размера компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием предусмотрен пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности (л.д. 49-51).

Приказом ФСС РФ от 15.02.2022 г. № 1005-В ФИО3 назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 5379,33 руб. (л.д.33).

Приказом ФСС РФ от 15.02.2022г. № 1007-В ФИО3 назначена единовременная страховая выплата в сумме 15303,98 руб. (л.д.33оборот).

22.06.2022 г. ФИО3 обратился к АО «ОУК «Южкузбассуголь» с заявлением о единовременной выплате в счет компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ (л.д. 40).

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда № от 20.10.2022 АО «ОУК «Южкузбассуголь» начислило ФИО3 компенсацию морального вреда на период работы в ОАО «Шахта «Томская-Н» исходя из степени вины 4,8% в размере 3458,40 руб.(л.д.87-88). Согласно платежному поручению № указанная сумма выплачена истцу 15.12.2022 г.

В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда от 11.04.2022 г. стороны пришли к согласию, что в связи с установлением ФИО3 10% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием с учетом степени вины предприятий ПАО «Южный Кузбасс» 59,8%, всесторонне оценив характер и степень страданий, ПАО «Южный Кузбасс» выплачивает компенсацию морального вреда в размере 58284,96 руб. (л.д.46). Согласно платежному поручению № указанная сумма выплачена ФИО3 19.05.2022 г.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ч. 1 ст. 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 ТК РФ).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

Исходя из приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли (промышленности), подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.

Как уже указано выше, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности и коллективным договором АО «ОУК «Южкузбассуголь» и ПАО "Южный Кузбасс" определены условия, гарантирующие работнику в случае наступления профессионального заболевания выплату единовременной компенсации морального вреда.

Пунктом 7 Положения о порядке выплат и компенсаций членам семей работника в случае причинения вреда жизни (здоровью) работника при выполнении им трудовых обязанностей, являющимся приложением к Соглашению (л.д. 91 – 93) предусмотрено, что в случае, если утрата профессиональной трудоспособности установлена работнику впервые спустя более 3 лет после окончания действия трудового договора у данного работодателя, в целях определения размера компенсации в порядке, установленном п. 8 настоящего Положения по желанию работника размер компенсации рассчитывается, исходя из размера обычного вознаграждения (среднемесячной заработной платы) по профессии работника согласно его квалификации в угольной промышленности Кемеровской области, с учетом всех обязательных выплат, действующих на территории Кемеровской области, на момент обращения.

Довод истца о том, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» был неверно произведён расчёт компенсации морального вреда подтверждается приведенным им расчётом, которой проверен судом, и признается арифметически верным. Суд считает, что при расчёте истцом правомерно был применен размер среднемесячной заработной платы по профессии работника согласно его квалификации в угольной промышленности Кемеровской области, представленный Кемеровостатом (л.д. 48). В расчёте, приведенном ответчиком, отсутствует обоснование применения сведений о размере заработной платы по Кемеровской области, подготовленных заместителем директора по персоналу АО «ОУК «Южкузбассуголь».

Приведенный АО «ОУК «Южкузбассуголь» в письменном возражении довод о том, что ответчик не является правопреемником ОАО «Шахта Томская», опровергается вступившим в законную силу решением Мысковского городского суда от 24.01.2022 г., имеющим согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ преюдициальное значение, которым определено, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта Томская».

На основании изложенного, с учетом применения при расчёте размера заработной платы, представленной Кемеровстатом, а также с учетом степени вины АО «ОУК «Южкузбассуголь», равной 33,3 %, размер единовременной выплаты составляет 59009,91 руб., а с учетом выплаченной суммы – 3458,40 руб. к взысканию полежит 55551,51 руб.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Соответственно, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора.

В настоящем случае такой спор о размере компенсации морального вреда возник между работником ФИО3 и работодателями ПАО "Южный Кузбасс" и АО «ОУК Южкузбассуголь»

Как установлено материалами дела, ответчики при определении компенсации морального вреда руководствовались положениями ст. 237 ТК РФ, нормами Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности и коллективным договором из которых следует, что возмещение морального вреда производится в случае установления утраты профессиональной трудоспособности впервые. Работодатель рассчитал компенсацию морального вреда из расчета 10 % утраты профессиональной трудоспособности, установленной впервые, и среднего заработка истца.

При принятии решения суд учитывает, что по своему характеру данная выплата (единовременная компенсация в соответствии с Коллективными договорами и п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации) является разовой, выплачивается работнику при установлении ему впервые степени утраты профессиональной трудоспособности и последующее изменение степени утраты профессиональной трудоспособности не влечет повторное взыскание такого вида компенсации в пользу работника.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец указывает, что компенсацию морального вреда с учетом его особенностей, физических и нравственных страданий, оценивает в сумму 300000 руб. без учета обязательных выплат и степени вины ответчиков.

Суд считает довод истца о том, что выплата за полученное им профессиональное заболевание ПАО «Южный Кузбасс» компенсации морального вреда в размере 58284,96 руб., АО «ОУК Южкузбассуголь» в размере 3458,40 руб. и установленная как неверно рассчитанная по условиям Федерального отраслевого тарифного соглашения сумма – 555551,51 руб., недостаточна, является обоснованным.

Возражения ответчиков со ссылкой на Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности и коллективный договор, на достигнутое сторонами соглашение о выплате не может умалять права истца на полное возмещение вреда.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Пояснения ФИО3 о его физических и нравственных страданиях, обусловленных наличием профессионального заболевания, подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными доказательствами об обращении его за медицинской помощью и прохождения им лечения, выпиской из амбулаторной карты пациента л.д. 31-32, а также показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей.

По пояснению свидетеля ФИО1, приходящейся истцу супругой, ФИО3 более 30 лет работал в шахте, в настоящее время имеет проблемы со слухом. С его слов, он чувствует себя инвалидом. Испытывает огромные переживания из-за <данные изъяты> стесняется переспрашивать, нервничает.

Как установлено судом из пояснения свидетеля ФИО2, он приходится истцу другом, ФИО3 всю свою жизнь работал на шахте. В последнее время стал плохо слышать, часто переспрашивает. Ранее он был очень общительным, шутил, был душой компании. В связи с возникшими в настоящее время проблемами со слухом чаще всего молчит, боится, не дослышав, сказать что-то невпопад.

Учитывая фактически обстоятельства причинения вреда, то, что заболевание истец получил при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя, принимая во внимание нравственные и физические страдания истца ФИО3 индивидуальные особенности истца, находящегося в зрелом возрасте, который в связи с полученным профессиональным заболеванием и вызываемым им болями имеет ограничения в области слуха, осуществляемой деятельности, видах досуга, от чего ощущает свою ущербность, что свидетельствует о тяжести перенесенных им страданий, а также учитывая принцип разумности, который стимулирует участников гражданского оборота к ответственному и добросовестному поведению, принцип справедливости и соразмерности компенсации морального вреда последствиям нарушения прав ФИО3, суд считает, что суммы, выплаченные ответчиками истцу – 3458,40 руб. и установленная как неверно рассчитанная по условиям Федерального отраслевого тарифного соглашения сумма – 555551,51 руб. и 58284,96 руб. (соответственно), не достаточны для компенсации морального вреда, причиненного работодателями своему работнику. Оценивая в совокупности все доказательства по делу, суд приходит к выводу, что денежная компенсация морального вреда ФИО3 должна составлять 250000 рублей. С учётом установленного проценты вины ответчика ПАО «Южный Кузбасс» – 59,8 %, а также за вычетом выплаченной в счёт компенсации морального вреда денежной суммы – 58284,96 руб., подлежащая взысканию с ПАО «Южный Кузбасс» сумма составляет 149500 руб. (250000 х59,8%-58284,96 руб.); с учётом установленного проценты вины ответчика АО «ОУК Южкузбассуголь» – 33,3 %, а также за вычетом выплаченной в счёт компенсации морального вреда денежной суммы – 3458,40 руб. и установленной как неверно рассчитанной по условиям Федерального отраслевого тарифного соглашения суммы – 55551,51 руб., подлежащая взысканию с АО «ОУК Южкузбассуголь»сумма составляет 24240,09 руб. (250000 х 33,3% - 59009,91 руб.) которые будут соответствовать балансу интересов сторон, являются достаточной компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий.

В соответствии со СТ. 22 Трудового Кодекса РФ работодатель обязан

соблюдать условия коллективного договора, соглашений.

Согласно СТ. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный

работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя,

возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых

соглашением сторон трудового договора.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004

№ 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса

Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии с Ч. 4 СТ. 3 и Ч. 9

СТ. 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося

дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без

законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения

либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального

вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237

Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Заключенным истцом и ПАО «Южный Кузбасс» соглашением от 11.04.2022 г. предусмотрена выплата компенсации морального вреда в течение 30 календарных дней после подписания соглашения (п. 2), то есть до 12.05.2022 г. Фактически выплата была произведена 19.05.2022 г., таким образом, допущено неправомерное бездействие, выразившееся в неисполнении в срок условий Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019 - 2021 годы и Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс», регулирующих социально-трудовые отношения.

Обязанности по выплате указанной компенсации возложена на ПАО «Южный Кузбасс» как на работодателя ФИО3 Нарушение срока выплаты не может быть расценено как соблюдение работодателем прав работника.

Учитывая изложенное, нарушение срока выплаты компенсации морального вреда, предусмотренной Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности, влечет взыскание с ПАО «Южный Кузбасс», как с работодателя истца, компенсации морального вреда на основании ст.237 Трудового Кодекса РФ. Разрешая вопрос о размере такой компенсации, суд учитывает характер причиненных истцу нравственных страданий, объем нарушенных прав истца и степень вины ответчика, критерии разумности и справедливости, баланс интересов сторон и приходит к выводу о том, что компенсация морального вреда за задержку выплаты компенсации, предусмотренной ФОС, подлежит взысканию в размере 500 руб.

В соответствии со ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически невыплаченных в срок сумм.

ФИО3 предъявлено требование о взыскании процентов за 6 дней нарушений срока, размер которых составляет 326, 40 руб.

Судом проверен расчёт неустойки, признается правильным.

Осуществление истцом расходов по оплате услуг представителя в размере 10000 руб. подтверждается договором об оказании юридических услуг от 17.06.2022 г. (л.д. 52), актом выполненных работ от 10.10.2022 г. (л.д. 53).

Исходя из принципов разумности и справедливости, с учётом положений ст. 100 ГПК РФ, суд считает подлежащей взысканию с ответчика расходов за участие в деле представителя в размере 10000 рублей. Согласно позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации N 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Кроме того, согласно п. п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

По мнению суда, заявленная истцом сумма 10000 руб. позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц, учитывает соотношение расходов с объемом защищенного права истца, а также объем и характер предоставленных услуг.

На основании положений статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. (с каждого).

Руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд

решил :

Иск ФИО3 удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества ОУК «Южкузбассуголь» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 <данные изъяты> единовременную выплату в счёт компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышлености РФ на 2019 – 2024 годы в размере 55551,51 руб., компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием - 24240,09 руб., расходы по оплате услуг представителя – 5000 руб.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием - 91215,04 руб., компенсацию морального вреда в связи с нарушение срока выплаты единовременной компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ - 500 руб., проценты за задержку выплаты – 326,40 руб., расходы по оплате услуг представителя – 5000 руб.

Взыскать с Акционерного общества ОУК «Южкузбассуголь» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Кемеровского областного суда через Мысковский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ульянова О.А.

Мотивированное решение изготовлено 30.12.2022 года.