Решение по делу № 2-1743/2022 от 21.08.2023.

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

21 августа 2023 года

Сызранский городской суд Самарской области в составе:

председательствующего судьи Зининой А.Ю.

с участием помощника прокурора Хамрабаевой С.А.,

при секретаре Рахманкуловой С.Р.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6/2023 по иску ФИО1 к ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам, в котором с учетом уточнений, дополнений, возражений просит взыскать в ее пользу с ответчика ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» денежную компенсацию морального вреда в размере * * * руб., судебный штраф за неудовлетворение законных требований потребителя в размере 50 % от суммы, присужденной судом в ее пользу.

В обоснование своих требований истцом указано, что она является родной дочерью ФИО2, <дата> года рождения, которой была некачественно оказана медицинская помощь, в результате чего ее мама умерла.

В период времени с <дата> - <дата> в связи с внезапным повышением температуры до 39,6°-39,9°С и болей в животе у ее матери ФИО2, она обращалась лично и по телефону в регистратуру ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» для вызова участкового врача на дом. В указанный период времени в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» дежурные медицинские регистраторы ФИО3, ФИО4, ФИО5 осуществляли запись вызовов врачей на дом.

Она считает, что на данном этапе лечения считает виновными в смерти ее матери ФИО2 медицинских регистраторов ФИО3, ФИО4, ФИО5, которые из-за халатного отношения к своим должностным обязанностям не осуществили записи вызовов, вызовы не были приняты, нигде не зафиксированы, не записаны в книгу вызовов на дом, не проконтролированы, в результате чего врач не пришел по вызову на дом и ее мама не могла своевременно получить медицинскую помощь. Данными медицинскими регистраторами не доложено заведующему поликлиникой о состоянии пациента с высокой температурой и болями в животе, таким образом, должностная инструкция не соблюдена, нарушены правила трудовой дисциплины.

Считает, что медицинские регистраторы ФИО3, ФИО4 и ФИО5 должны нести ответственность за некачественную работу и ошибочные действия в решении вопросов, которые входят в сферу их обязанностей.

В результате того, что врач не пришел по вызову, она была вынуждена обращаться в скорую помощь, бригадой скорой помощи по приезду было назначено лечение.

Заболевание прогрессировало, давая осложнения. <дата>, так и не дождавшись прихода участкового врача, она обратилась с жалобой (телефонный звонок) в страховую компанию «АстроВолгаМед» и к заместителю главного врача по лечебной части ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***», после чего <дата> и <дата> было посещение на дому врачом неотложной помощи, но направление на анализы и на обследование не были выданы, лечение не назначено.

<дата> ее маму посетил участковый терапевт ФИО6, <дата> участковый терапевт ФИО6 провел ее маме УЗИ и по его результатам <дата> медицинскими работниками неотложной помощи ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» было дано направление на госпитализацию в хирургическое отделение.

<дата> ФИО2 по направлению участкового врача поступила на госпитализацию в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» ввиду обострения * * *, однако после осмотра дежурным хирургом ФИО7 в госпитализации ей было отказано из-за отсутствия острой хирургической патологии, несмотря на повышенную температуру. Ожидание госпитализации затянулось более чем на 2 часа, в связи с чем, у ее мамы поднялось артериальное давление - 160/90, вызванная в приемный покой дежурный терапевт ФИО8 выдала таблетку «* * *», в госпитализации было отказано.

<дата> после отказа в госпитализации она записалась на прием к хирургу ФИО9, принимавшему больных в поликлинике. Она попросила его поехать на осмотр пациента на дом, но в этом ей было отказано.

<дата> в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО2 госпитализирована в ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская больница» с аналогичными жалобами, где находилась на лечении до <дата>, выписана с улучшением состояния здоровья. В хирургическом отделении ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская больница» было проведено обследование и лечение, взяты анализы. После наступившей ремиссии было возможно провести оперативное лечение, но лечащий врач хирург ФИО10 не сделал это.

<дата> в 13:10 ФИО2 поступила по скорой помощи в критическом состоянии в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» с жалобами * * *.

Дежурным хирургом ФИО7 ей повторно было отказано в госпитализации, в связи с чем, в приемном покое было потеряно время - 1 час 35 минут. При ее обращении в администрацию ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» у ее мамы были взяты анализы, выполнено УЗИ, в 14:45 принято решение об экстренной госпитализации в отделение реанимации для проведения предоперационной подготовки и последующим проведением операции. По результатам осмотра и проведенного ультразвукового исследования и рентгенографии отдела брюшной полости ФИО2 был поставлен диагноз «перитонит неясной этиологии».

В тот же день ФИО2 заведующим хирургическим отделением ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» ФИО7, несмотря на ее устное заявление о проведении операции другим хирургом, проведена указанная операция, в ходе которой ФИО7 у нее выявил острый мезентериальный тромбоз, спаечную болезнь брюшной полости. ФИО7 данный случай признал неоперабельным и после операции ФИО2 переведена в отделение реанимации и интенсивной терапии, где находилась в тяжелом состоянии, ей оказывалось симптоматическое лечение.

Несмотря на оказываемую медицинскую помощь <дата> ФИО2 скончалась. Протокол операции составлен скудно, неубедительно, описание внешнего вида органов отсутствует, что ставит под сомнение выставленный диагноз и неоперабельность, что подтверждается проведенной в рамках уголовного дела экспертизой. Ревизия органов не проведена.

Она считает, что медицинские услуги ее матери ФИО2 были оказаны ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» и ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская больница» несвоевременно и ненадлежащего качества. Сотрудники указанных медицинских учреждений не предприняли все необходимые и возможные меры для спасения жизни пациентки, хотя возможность оказать ее матери всю необходимую и своевременную помощь имелась.

В послеоперационный период ФИО7 отказывал ей в предоставлении информации о состоянии ее мамы, постоянно хамил. Всю информацию она получала от представителя администрации больницы, так же ей было разрешено посещать мамы в отделении реанимации. Мама находилась в тяжелом состоянии, на продленной ИВЛ, проводился постоянный мониторинг.

<дата> лечащим врачом ФИО7 согласно медицинским документам установлен факт самовольного удаления дренажа из брюшной полости пациенткой ФИО2 Считает, что это сделать невозможно, если дренаж качественно был зафиксирован во время проведения операции. Не установлено время самовольного удаления дренажа, принятые меры, кому докладывалось о происшествии. Данный факт медицинскими работниками никак не был прокомментирован.

Считает, что история болезни ФИО2 корректировалась, переписывалась, т.к. пациентка в тяжелом состоянии не могла это сделать.

<дата> вечером в отделение реанимации ее не пустили.

<дата> осмотр ФИО2 проводился в * * * никто из мед. персонала не придал значения такому расхождению в параметрах артериального давления.

<дата> с 22:00 до 01:20 осмотра не было. В 24:00, * * * мед. персонала рядом не было, помощь не оказывалась. * * *, снова медицинского персонала рядом не было, помощь не оказывалась. И только в 01:20 появился медицинский персонал. Вероятно, по вызову соседа по палате, данные которого упорно скрываются гл. врачом ГБ-2 ФИО11 <дата> с 24:00 стало резко падать АД и ЧСС, а так же сатурация.

Помощи никакой не оказывалось, что зафиксировано приборами мониторинга и записью медицинского персонала на распечатке. В данном случае должно было быть экстренное реагирование при критическом отклонении показателей состояния здоровья пациента от предельных значений. И только за 15 минут до остановки сердца начали проводиться реанимационные действия с подключением ИВЛ, что было уже совершенно неэффективно. В 02:15 произошла остановка сердца. В 02:45 зафиксирована биологическая смерть после оказания реанимационных действий, в чем она сильно сомневается.

<дата> ФИО2 должны были перевести в общее отделение хирургии, но ей сообщили о её смерти.

Считает, что дежурным медицинским персоналом и врачами анестезиологами-реаниматологами реанимационные действия если и проводились, то несвоевременно и не в полном объеме.

На данный факт указывают информационные листы, заполненные дежурным реаниматологом. Пациент, находящийся в крайне тяжелом состоянии в отделении реанимации должен находиться под постоянным наблюдением медицинского персонала. Из записей видно, что ФИО2 осматривалась от случая к случаю.

На данном этапе лечения считает виновными в смерти ее матери ФИО2 медицинских работников: медсестер-анестезистов ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, врачей анестезиологов-реаниматологов: ФИО17, ФИО18, ФИО19, несвоевременно и некачественно оказавших реанимационные действия и лечащего врача хирурга ФИО7 в том, что установив факт удаления дренажа, не принял никаких действий.

Выписку и копию истории болезни ФИО2 ей выдали на руки спустя год в июле 2018 года, после многоразовых обращений.

Ознакомившись с материалами истории болезни, она увидела, что у мамы за весь период ее нахождения в отделении реанимации с <дата> по <дата> выполнена всего одна ЭКГ, хотя распечаток имеется несколько, но нет ни даты проведения, ни данных, кому проводилась данная ЭКГ, поэтому, она считает, что это единственная кардиограмма. * * *

Ее утверждение о некачественном оказании медицинских услуг и смертью ее матери ФИО2 подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела в отношении ФИО7

<дата> примерно в 09:00 тело ее мамы – ФИО2 было направлено в МОРГ ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская больница» на вскрытие, которое проводил патологоанатом - ФИО20 Обычно вскрытие трупа производят через 12 часов после смерти. Если вскрытие проводится ранее установленного времени, в этом случае вскрытие должно быть произведено в присутствии трех врачей, составляющих перед вскрытием протокол с указанием доказательств действительной смерти и причин необходимости раннего вскрытия. В протоколе было указано * * * Вскрытие проводится с целью установить истинную причину смерти.

Считает, что в данном случае истинная причина смерти не была установлена. На проведение патологоанатомического вскрытия пациента, умершего в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях, приглашается его лечащий врач, чего сделано не было. Считает, что при оказании медицинской помощи ФИО2 были допущены дефекты на этапе патологоанатомического исследования трупа ФИО2, установить точную причину смерти ФИО2 не представилось возможным, что подтверждается проведенной в рамках уголовного дела экспертизой.

В свою очередь, невозможность установления точной причины смерти ФИО2 привело к невозможности подтвердить наличие прямой причинно-следственной связи между действиями сотрудников ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» и наступлением смерти ее мамы – ФИО2, что в свою очередь не позволило в полной мере установить истину по уголовному делу и привлечь к уголовной ответственности сотрудников ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***», допустивших существенные дефекты оказания медицинской помощи ФИО2, которые не могли не привести к летальному исходу для последней.

Поскольку медицинская помощь со стороны ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская больница» была оказана ее матери - ФИО2 с существенными недостатками, то в соответствии с Законом РФ от <дата> № *** «О защите прав потребителей» были нарушены прав потребителя медицинских услуг, т.к. оказанные медицинские услуги не соответствовали обязательным требованиям, предусмотренным законом, и носят неустранимый характер.

Осознание того факта, что медицинская помощь в ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская больница» была оказана ее маме - ФИО2 ненадлежащего качества, привело к тому, что она испытала сильные нравственные и физические страдания, эмоциональный стресс, чувство обиды и безысходности из-за несоблюдения прав потребителя, являющегося ее близким родственником, душевных переживаний, вызванных тем, что вследствие неквалифицированных действий сотрудников медицинских учреждений она до сих пор не знает, отчего именно умерла ее мать, а возможно и никогда не узнает. Ненадлежащим оказанием медицинской помощи и в связи со смертью ее матери она претерпела нравственные страдания в виде чувства негодования, возмущения, бессилия и беспомощности перед близким ей человеком, видя ее страдания и слезы, боли от утраты близкого человека, недоверия медицине. Некачественные медицинские услуги, оказанные медицинскими работниками, способствовали наступлению смерти ее матери. Если бы медицинская помощь последней была оказана качественно и своевременно с проведением всех необходимых мероприятий с учетом возраста и состояния здоровья, у ФИО2 имелись бы шансы на благоприятный исход для жизни. Она очень болезненно переживала и до настоящего времени переживает смерть самого близкого ей человека – ее мамы.

* * * Нарушено право на родственные и семейные связи, она до сих пор испытывает чувство одиночества, тоски, нарушения сна и депрессии. У нее с мамой всегда были теплые и доверительные отношения, она была единственным ребенком, мама всегда ее поддерживала, и была очень близким человеком, но после смерти мама все это пропало.

Считает, что некачественные медицинские услуги, оказанные медицинскими работниками, способствовали наступлению смерти ее матери.

Степень причиненных ей нравственных страданий, она оценивает в размере денежной компенсации в сумме * * * руб.

<дата> она направила ответчикам письменные претензии о выплате ей денежной компенсации морального вреда в добровольном порядке. Ответчиками претензии получены, однако ответчики на эту претензию не ответили, в связи с чем, с ответчиков в ее пользу подлежит взысканию штраф в размере 50 % суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В судебном заседании ФИО1 уточненные исковые требования с учетом дополнений и возражений на отзыв ответчиков поддержала, подтвердив доводы, изложенные в них, дополнив, что после ознакомления с экспертным заключением Бюро Судебно-медицинских Экспертиз Департамента Здравоохранения <адрес> комиссионных судебно-медицинских экспертиз помимо выявленных дефектов в ходе предварительного расследования следственным управлением следственного комитета по Самарской области были дополнительно выявлены дефекты оказания медицинской помощи на этапе стационарного звена, а также на этапе патологоанатомического вскрытия, т.е. - посмертные. * * * Эксперты считают, что в протоколе операции не упоминается и нет данных о заведомой безуспешности оперативного вмешательства и соответственно о неоперабельности пациентки. Эксперты указывают на недооценку клинико-морфологической картины, которая повлекла неверную тактику проведения оперативного вмешательства и привела к его необоснованному прекращению. Патологоанатом ФИО20 по выводам экспертов составил заведомо неверное описание протокола патологоанатомического вскрытия, он не исследовал труп, как предписано приказом Министерства здравоохранения № ***н, не исследовал ни органы, ни полости. При проведении предыдущих экспертиз и вновь проведенной экспертизы, ни одно экспертное бюро не смогло установить очевидную причину смерти только из-за того, что ФИО20 * * * а так же установить причинно-следственную связь. Данный дефект, который признан всеми экспертными бюро указывает на то, что ФИО20 халатно относится к своим обязанностям, вводя в заблуждение родственников умерших, давая заведомо неверные заключения смерти. * * *. Она обращалась за медицинской помощью в связи с перенесенными переживаниями относительно смерти мамы, все обращения имеются в ее амбулаторных картах. Все эмоции, которые она пережила и переживает до настоящего в результате смерти мамы ей очень трудно говорить и она их описала в иске и в дополнениях, представленных суду, которые полностью поддерживает.

Представитель ответчик ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» по доверенности ФИО21 возражал против удовлетворения исковых требований, поддержал доводы, изложенные в представленных возражениях, согласно которых полагает, что у истца не имеется правовых оснований для взыскания морального вреда на основании ст. 1068 ГК РФ, поскольку в соответствии со ст. 79 п. 2 Федерального закона РФ от 21.11.2011 № 323-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» медицинская организация обязана: организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и. иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи. В соответствии со ст. 98 п. 3 Федерального закона РФ от 21.11.2011 № 323 - ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации. Такой способ защиты права как денежная компенсация морального вреда предусмотрен законом не для всех случаев причинения гражданину физических и нравственных страданий, а только для защиты от таких действий, которые нарушают личные неимущественные права гражданина, либо посягают на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

Исходя из смысла приведенных норм закона на истце лежит обязанность по предоставлению доказательств, подтверждающих факт повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, наличие причинно - следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившим вредом.

Относительно требований в части оказания некачественных медицинских услуг на поликлиническом этапе пояснил, что требования в данной части не признает, поскольку доказательств обращений истцом по вызову врачей на дом не представлено, журналы вызовов за 2017 год уничтожены.

Относительно требований в части оказания некачественных медицинских услуг на патологоанатомическом этапе при вскрытии трупа ФИО2 может пояснить, что ни истице, ни ФИО2 ГБУЗ СО «Сызранская ЦГБ» не оказывало никаких медицинских услуг. ГБУЗ СО «Сызранская ЦГБ» выполняло работы по патологоанатомическому вскрытию трупа ФИО22 Указанные действия не могут причинить и не причинили вред истице. Выявленные дефекты при выполнении вскрытия трупа ФИО2 не нанесли вред истцу, и не имели никаких последствий. При вскрытии трупа ФИО2 медицинская помощь последней не оказывалась, выполнялись условия государственного контракта. Заказчиком патологоанатомической услуги при вскрытии трупа является государство, а не ФИО1, и тем более не ФИО2 В данному случае, при вскрытии трупа ФИО2 и ее дочь ФИО1 – истец по делу не являются потребителем услуг, сама истец также не является потребителем услуг, в связи с чем, Закон о защите прав потребителей не может быть применен. * * *

По факту некачественного оказания медицинских услуг ФИО2 было возбуждено уголовное дело в отношении хирурга ФИО7, которое было прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Несмотря на выявленные дефект в оказании медицинской помощи ФИО2, причинно-следственная связь между дефектами и наступлением смерти ФИО2 – не была установлена. При этом и диагноз и причина смерти ФИО2 были установлены.

* * * Истица не предоставила суду доказательств причинения ей нравственных или физических страданий вследствие нарушения принадлежащих лично ей неимущественных прав и нематериальных благ. При отсутствии вреда и последствий отсутствуют и основания для взыскания морального вреда. Считает, что отсутствуют правовые основания для возложения ответственности на ГБУЗ СО «Сызранская ЦГРБ».

Привлеченная к участию в деле определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО4 в судебном заседании не присутствовала, в материалах дела имеется заявление о рассмотрении дела без ее участия и возражения, согласно которых она работает в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» медицинским регистратором и в ее должностные обязанности входит запись больных на прием к врачам непосредственно больными при обращении в поликлинику и по телефону, дача различного рода справок, хранение амбулаторных карт, регистрация вызовов врачей на дом и передача их для выполнения соответствующими врачами. Обвинения в ее адрес не обоснованы, вину она не признает, халатное отношение к людям и факт непринятия вызова при обращении ФИО1 за оказанием медицинской помощи ФИО2 не доказаны. С ФИО1 она не знакома, факт обращения ФИО1 в поликлинику за оказанием медицинской помощи ее матери ФИО2 в 2017 году не помнит, все документы уничтожены. Какую-либо медицинскую помощь или медицинскую услугу больному медицинский регистратор не оказывает. (т. 3 л.д. 111-112).

Присутствуя в ходе судебного разбирательства в судебном заседаниях ФИО4 поясняла, что работает медицинским регистратором в ГБ № *** с <дата>. В ее должностные обязанности входит оформление записи на прием как лично, так и по телефону, а также вызов на дом с записью в медицинской документации, в том числе и в регистрационном журнале. После чего данный журнал передается дежурному врачу. События 2017 года не помнит, поскольку прошло много времени, а пациентов много. Регистрационные журналы хранятся 3 года, после чего уничтожаются.

Привлеченная к участию в деле определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО3 в судебном заседании с требованиями ФИО1 не согласилась. Пояснила, что медицинские работники работают посменно, с ее стороны не было факта оказания некачественной медицинской услуги, журналы регистрации вызовов на дом уничтожены по истечении срока хранения, факта звонков и обращений ФИО1 относительно вызова на дом врача ее матери ФИО2 она не помнит.

В материалах дела имеются возражения ФИО3, согласно которых она работает в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» медицинским регистратором и в ее должностные обязанности входит запись больных на прием к врачам непосредственно больными при обращении в поликлинику и по телефону, дача различного рода справок, хранение амбулаторных карт, регистрация вызовов врачей на дом и передача их для выполнения соответствующими врачами. Обвинения в ее адрес не обоснованы, вину она не признает, халатное отношение к людям и факт непринятия вызова при обращении ФИО1 за оказанием медицинской помощи ФИО2 не доказаны. С ФИО1 она не знакома, факт обращения ФИО1 в поликлинику за оказанием медицинской помощи ее матери ФИО2 в 2017 году не помнит, все документы уничтожены. Какую-либо медицинскую помощь или медицинскую услугу больному медицинский регистратор не оказывает. (т. 3 л.д. 113-114)

Привлеченная к участию в деле определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО5 в судебном заседании с требованиями ФИО1 не согласилась. Пояснила, что работали они каждый день всем составом, на вызовы по телефону она не отвечала. Принимала людей, пришедших в поликлинику в порядке очереди, по вызовам врача на дом не работала. Ни ФИО1, ни ФИО2 не принимала, их не помнит.

В материалах дела имеются возражения ФИО5, согласно которых она работает в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» медицинским регистратором и в ее должностные обязанности входит запись больных на прием к врачам непосредственно больными при обращении в поликлинику и по телефону, дача различного рода справок, хранение амбулаторных карт, регистрация вызовов врачей на дом и передача их для выполнения соответствующими врачами. Обвинения в ее адрес не обоснованы, вину она не признает, халатное отношение к людям и факт непринятия вызова при обращении ФИО1 за оказанием медицинской помощи ФИО2 не доказаны. С ФИО1 она не знакома, факт обращения ФИО1 в поликлинику за оказанием медицинской помощи ее матери ФИО2 в 2017 году не помнит, все документы уничтожены. Какую-либо медицинскую помощь или медицинскую услугу больному медицинский регистратор не оказывает. (т. 3 л.д. 115-116)

Привлеченный протокольным определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО7 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещался надлежащим образом, судебная повестка возвращена по истечению срока хранения.

В материалах дела имеются возражения, согласно которых он работал в должности заведующего отделением врача-хирурга в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***». С требованиями он не согласен, медицинская помощь была оказан им должным образом, на основании стандартов и порядков оказания медицинской помощи.

<дата> в 14:30 пациентка ФИО2 поступила в приемное отделение с жалобами * * *. После проведенного исследования, учитывая тяжесть состояния, принято решение о госпитализации ФИО2 в отделение анестезиологии и реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии (далее - ОАРИТ) для предоперационной подготовки Медицинский диагноз: * * *

В 14:45 ФИО2 подняли в ОАРИТ. В период с 20:25 до 20:40 находилась в операционном блоке, где ей была проведена операция: * * *

Описание проведения операции: * * *

* * *

* * *

После операции пациентка доставлена в ОАРИТ.

Состояние ФИО2 было крайне тяжелым, находилась на продленной ИВЛ, проводилась интенсивная терапия. Вопрос о переводе ФИО2 в отделение гнойной хирургии не ставился. На протяжении всего времени, он как лечащий врач постоянно наблюдал за состоянием и ходом лечения пациента. Состояние ФИО2 продолжало оставаться крайне тяжелым.

<дата> пациентке ФИО2 вернулось сознание, однако оно оставалось тяжелым, спонтанное дыхание было неэффективно, перистальтика не выслушивалась. <дата> пациентка была эстубирована, состояние продолжало оставаться тяжелым.

<дата> в 02:15 у ФИО2 произошла остановка сердечной деятельности, 2:45 врач-анестезиолог констатировал смерть пациентки. Патологоанатомический диагноз: основное заболевание: * * *

(т. 1 л.д. 231, т.3 л.д. 73)

Присутствуя в судебном заседании <дата> ФИО7 пояснил, что во время его работы поступила женщина с болями * * *, которую он обследовал, по ее согласию сделал операцию, * * *. Впоследствии больная находилась на лечении в реанимации. На девятый день она умерла. После смерти ФИО2 ее дочь начала его обвинять в смерти матери. * * *

Привлеченный протокольным определением от <дата> в качестве третьего лица ФИО20 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещался надлежащим образом, судебная повестка возвращена по истечению срока хранения.

В материалах дела имеется возражение, согласно которому просил о рассмотрении дела без его участия, с исковыми требованиями ФИО1 не согласен. Истец просит взыскать моральный вред в связи с некачественно оказанной услугой при патолого-анатомическом вскрытии трупа ее матери ФИО2 Проведение патолого-анатомического вскрытия трупа проводится на основании гл. 8 ФЗ от 21.11.2011 № 323 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», которая определяет проведение патологоанатомического вскрытия как медицинское мероприятие, осуществляемое в связи со смертью человека, приказа Министерства здравоохранения РФ № 354н от 06.06.2013. На момент производства вскрытия полис медицинского страхования не действует. Проведение патолого-анатомического вскрытия трупа проводится за счет средств областного бюджета, указанная манипуляция заказывается государством и им оплачивается. Истица не имеет отношения к указанным действиям. Вскрытие трупа ФИО2 проведено в соответствии с приказом Министерства здравоохранения РФ № 354н от 06.06.2013, * * * (т. 3 л.д. 29)

Привлеченная определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО12 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещалась надлежащим образом, судебная повестка возвращена по истечению срока хранения.

В материалах дела имеется возражение, согласно которому просила о рассмотрении дела без ее участия, с исковыми требованиями ФИО1 не согласна. В указанный истцом период она работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также анестезиологии и интенсивной терапии. Ее должностными обязанностями является проведение интенсивной терапии больным в отделении реанимации общего профиля при различных критических состояниях по назначению врача анестезиолога-реаниматолога, проведение медицинских манипуляций. Халатное отношение к должностным обязанностям медицинских работников ФИО1 не доказаны. Обвинение о несвоевременном проведении реанимационных действий не обоснованы. Считает, что ее должностные обязанности выполнены должным образом в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи. (т. 3 л.д. 157)

Привлеченный определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО13 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещалась надлежащим образом, судебная повестка возвращена по истечению срока хранения.

В материалах дела имеется возражение, согласно которому просила о рассмотрении дела без ее участия, с исковыми требованиями ФИО1 не согласна. В указанный истцом период она работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также анестезиологии и интенсивной терапии. Ее должностными обязанностями является проведение интенсивной терапии больным в отделении реанимации общего профиля при различных критических состояниях по назначению врача анестезиолога-реаниматолога, проведение медицинских манипуляций. Халатное отношение к должностным обязанностям медицинских работников ФИО1 не доказаны. Обвинение о несвоевременном проведении реанимационных действий не обоснованы. Считает, что ее должностные обязанности выполнены должным образом в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи. (т. 3 л.д. 154)

Присутствуя в ходе судебного разбирательства в судебном заседании <дата> показала, что работает медицинской сестрой-анестезистом, проводит мониторинг. Измеряет давление, пульс, температуру, выполняет указания врача. Относительно заявленных требований ничего сказать не может, прошло много времени. * * *

Привлеченная определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО15 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещалась надлежащим образом, судебная повестка возвращена по истечению срока хранения.

В материалах дела имеется возражение, согласно которому просила о рассмотрении дела без ее участия, с исковыми требованиями ФИО1 не согласна. В указанный истцом период она работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также анестезиологии и интенсивной терапии. Ее должностными обязанностями является проведение интенсивной терапии больным в отделении реанимации общего профиля при различных критических состояниях по назначению врача анестезиолога-реаниматолога, проведение медицинских манипуляций. Халатное отношение к должностным обязанностям медицинских работников ФИО1 не доказаны. Обвинение о несвоевременном проведении реанимационных действий не обоснованы. Считает, что ее должностные обязанности выполнены должным образом в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи. (т. 3 л.д. 155)

Присутствуя в ходе судебного разбирательства в судебном заседании <дата> показала, что не помнит про пациента ФИО2, людей очень много, работая медицинской сестрой-анестезиологом она выполняет указания врача. Мониторинг за пациентом производится круглосуточно, у каждого пациента имеется специальная аппаратура, если есть какие-то изменения, то идет звуковой сигнал. Если что-то происходит, то сразу об этом сообщают врачу-реаниматологу. * * *

Привлеченная определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО14 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещалась надлежащим образом, судебная повестка возвращена по истечению срока хранения.

В материалах дела имеется возражение, согласно которому просила о рассмотрении дела без ее участия, с исковыми требованиями ФИО1 не согласна. В указанный истцом период она работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также анестезиологии и интенсивной терапии. Ее должностными обязанностями является проведение интенсивной терапии больным в отделении реанимации общего профиля при различных критических состояниях по назначению врача анестезиолога-реаниматолога, проведение медицинских манипуляций. Халатное отношение к должностным обязанностям медицинских работников ФИО1 не доказаны. Обвинение о несвоевременном проведении реанимационных действий не обоснованы. Считает, что ее должностные обязанности выполнены должным образом в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи. (т. 3 л.д. 156)

Присутствуя в ходе судебного разбирательства в судебном заседании <дата> показала, что она работала медицинской сестрой-анестезиста, уже два года не работает, во время работы она выполняет назначения врача, вела контроль-мониторинг за пациентами, у нее на практике не было удаления дренажа пациентами самостоятельно.

Привлеченная определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО16 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещалась надлежащим образом, причина неявки суду не известна.

В материалах дела имеется возражение, согласно которому просила о рассмотрении дела без ее участия, с исковыми требованиями ФИО1 не согласна. В указанный истцом период она работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также анестезиологии и интенсивной терапии. Ее должностными обязанностями является проведение интенсивной терапии больным в отделении реанимации общего профиля при различных критических состояниях по назначению врача анестезиолога-реаниматолога, проведение медицинских манипуляций. Халатное отношение к должностным обязанностям медицинских работников ФИО1 не доказаны. Обвинение о несвоевременном проведении реанимационных действий не обоснованы. Считает, что ее должностные обязанности выполнены должным образом в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи.

Привлеченный определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО17 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещался надлежащим образом, судебная повестка возвращена по истечению срока хранения.

В материалах дела имеется возражение, согласно которому просил о рассмотрении дела без его участия, с исковыми требованиями ФИО1 не согласен. Он осуществлял трудовую деятельность в отделении анестезиологии-реанимации, а также анестезиологии и интенсивной терапии ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» по совместительству по графику сменности в должности врача анестезиолога-реаниматолога. Основными обязанностями врача анестезиолога-реаниматолога являются поддержание и восстановление жизненно важных функций организма при угрожающих жизни состояниях. Пояснить что-либо по оказанию медицинской помощи ФИО2 не представляется возможным, поскольку прошло много лет. Считает, что выводы истца основаны на ее личных предположениях. Принимать решение о проведении каких-либо медицинских манипуляциях может только врач. Истцом не представлены доказательства, что при оказании медицинской помощи ее матери были установлены дефекты. Считает, что должностные обязанности выполнены им в полном объеме. (т.3 л.д. 160)

Привлеченный определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО18 в судебное заседание не явился, согласно представленных сведений Отдела ЗАГС г.о. Сызрань управления ЗАГС Самарской области, умер <дата>.

В материалах дела имеется возражение ФИО18, согласно которому с исковыми требованиями ФИО1 он не согласен. Он осуществлял трудовую деятельность в отделении анестезиологии-реанимации, а также анестезиологии и интенсивной терапии ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» по совместительству по графику сменности в должности врача анестезиолога-реаниматолога. Основными обязанностями врача анестезиолога-реаниматолога являются поддержание и восстановление жизненно важных функций организма при угрожающих жизни состояниях. Пояснить что-либо по оказанию медицинской помощи ФИО2 не представляется возможным, поскольку прошло много лет. Считает, что выводы истца основаны на ее личных предположениях. Принимать решение о проведении каких-либо медицинских манипуляциях может только врач. Истцом не представлены доказательства, что при оказании медицинской помощи ее матери были установлены дефекты. Считает, что должностные обязанности выполнены им в полном объеме. (т. 3 л.д. 159)

Привлеченный определением суда от <дата> в качестве третьего лица ФИО19 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещался надлежащим образом, судебная повестка возвращена по истечению срока хранения.

В материалах дела имеются возражения, согласно которым просил о рассмотрении дела без его участия, с исковыми требованиями ФИО1 не согласен. Он осуществлял трудовую деятельность в отделении анестезиологии-реанимации, а также анестезиологии и интенсивной терапии ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» по совместительству по графику сменности в должности врача анестезиолога-реаниматолога. Основными обязанностями врача анестезиолога-реаниматолога являются поддержание и восстановление жизненно важных функций организма при угрожающих жизни состояниях. Пояснить что-либо по оказанию медицинской помощи ФИО2 не представляется возможным, поскольку прошло много лет. Считает, что выводы истца основаны на ее личных предположениях. Принимать решение о проведении каких-либо медицинских манипуляциях может только врач. Истцом не представлены доказательства, что при оказании медицинской помощи ее матери были установлены дефекты. Считает, что должностные обязанности выполнены им в полном объеме. (т. 3 л.д. 158)

Привлеченное к участию в деле протокольным определением суда от <дата> в качестве третьего лица Министерство здравоохранения Самарской области в лице представителя по доверенности ФИО23 в судебное заседание не явился, извещен о слушании дела надлежащим образом, причина неявки суду не известна.

В материалы дела представлен отзыв на исковое заявление, согласно которому Министерство здравоохранения Самарской области просит рассмотреть дело без участия представителя, отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 Для наступления ответственности по возмещению ущерба необходима совокупность следующих условий: наступление вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением вреда, вина причинителя вреда. В Министерство не представлены результаты судебно-медицинской экспертизы, из которых бы следовало, что учреждениями допущены нарушения в оказании медицинской помощи ФИО2, которые состоят в причинно-следственная связь между фактом некачественного оказания медицинской помощи и смертью ФИО2, сотрудники учреждений к уголовной ответственности привлечены не были, в связи с чем факт некачественного оказания медицинской помощи ФИО2 и вина учреждений не подтверждаются. (т. 3 л.д. 44-47).

Привлеченное к участию в деле определением суда от <дата> в качестве третьего лица Министерство имущественных отношений Самарской области о слушании деда извещено надлежащим образом, представитель в судебное заседание не явился, возражений на исковое заявление не представлено, ходатайств об отложении не заявлено.

Проверив дело, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, медицинские амбулаторные карты ФИО1, заключение прокурора, полагавшего удовлетворить исковые требования частично, суд считает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Судом установлено, что ФИО1 является дочерью ФИО2, * * *, а также решением суда от <дата>, которым установлен факт родственных отношений, из которого следует, что ФИО1 является дочерью ФИО2, умершей <дата>.

В обоснование своих исковых требований истец ФИО1 указывает на то, что с <дата> по <дата> в связи с внезапным повышением температуры до 39,6 - 39,9 С * * * ее матери ФИО2, она обращалась лично и по телефону в регистратуру ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» для вызова участкового врача на дом. Дежурные медицинские регистраторы ФИО3, ФИО4, ФИО5 халатно отнеслись к своим должностным обязанностям, не осуществили записи вызовов, вызовы не были приняты, нигде не зафиксированы, не записаны в книгу вызовов на дом, не проконтролированы, не доложили заведующему поликлиникой о состоянии пациента с высокой температурой * * *, таким образом, ими должностная инструкция не была соблюдена, были нарушены правила трудовой дисциплины, в результате чего врач не пришел по вызову на дом и ее мама - ФИО2 не могла своевременно получить медицинскую помощь. Данными медицинскими регистраторами.

В указанный истцом период времени с <дата> по <дата> в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» осуществляли запись вызовов врачей на дом дежурные медицинские регистраторы ФИО3, ФИО4, ФИО5

Согласно представленной суду справки, ФИО3 работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинского регистратора с <дата> (приказ № *** от <дата>) до реорганизации учреждений здравоохранения Самарской области, проведенной <дата> по Постановлению Правительства Самарской области № *** от <дата> «О реорганизации ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***», «Сызранская городская больница № ***», «Сызранская городская поликлиника», «Сызранская центральная районная больница», «Сызранская станция скорой медицинской помощи» и «Сызранская центральная городская больница», продолжает работать по настоящее время в должности медицинского регистратора поликлиники № *** ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница».

Согласно представленной справки, ФИО4 работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинского регистратора с <дата> (приказ № *** от <дата>) до реорганизации учреждений здравоохранения Самарской области, проведенной <дата> по Постановлению Правительства Самарской области № *** от <дата> «О реорганизации ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***», «Сызранская городская больница № ***», «Сызранская городская поликлиника», «Сызранская центральная районная больница», «Сызранская станция скорой медицинской помощи» и «Сызранская центральная городская больница», продолжает работать по настоящее время в должности медицинского регистратора поликлиники № *** ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница».

Согласно представленной суду справки, ФИО5 работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинского регистратора с <дата> (приказ № *** от <дата>) до реорганизации учреждений здравоохранения Самарской области, проведенной <дата> по Постановлению Правительства Самарской области № *** от <дата> «О реорганизации ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***», «Сызранская городская больница № ***», «Сызранская городская поликлиника», «Сызранская центральная районная больница», «Сызранская станция скорой медицинской помощи» и «Сызранская центральная городская больница», продолжает работать по настоящее время в должности медицинского регистратора поликлиники № *** ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница».

В соответствии с должностной инструкцией медрегистратора поликлиники ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***», в должностные обязанности медрегистратора входит в том числе: регистрация больных, обратившихся в поликлинику, выдача статистических талонов на прием к врачам, предварительная и неотложная запись больных на прием к врачам как при непосредственном обращении, так и по телефону и через интернет; прием и регистрация в журнале – вызова на дом и своевременная передача их врачу, обеспечение правильности ведения книги записи вызовов на дом, контроль своевременности взятия вызовов врачами; если причиной вызова являются острые состояния (резкие боли в животе, сердце, понос, рвота) немедленно сообщать об этом заведующему поликлиникой; с 12.00 часов проверять все журналы на предмет наличия росписей врачей о выполнении вызова, в случае не обслуживания вызова на дому докладывать об этом заведующему поликлиникой (л.д.12-16 т. 3).

Вызов врача на дом регистрируется в Книге записи вызовов на дом формы № ***.

Согласно приказу Минздрава СССР от 04.10.1980 № 1030 «Об утверждении форм первичной медицинской документации» книги записи вызовов на дом уничтожаются по истечению срока хранения (3 года).

Согласно акта уничтожения учетной медицинской документации от <дата> книги записей вызовов на дом по взрослой поликлинике за 2017 год в количестве 22 штук уничтожены путем сожжения.

С учетом данных обстоятельству суд считает, что доводы истца ФИО1 в части непринятия вызовов врача на дом для ФИО2 дежурными медицинскими регистраторами ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» ФИО3, ФИО4, ФИО5 период времени с <дата> по <дата> не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, истцом также не представлено доказательств обращения в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в указанный период времени.

Судом установлено и как следует из медицинской карты амбулаторного больного № *** из МУЗ «Больница 2» г. Сызрань на имя ФИО2, <дата> года рождения были обращения ФИО2 с жалобами на плохое состояние здоровья:

Лист уточненных диагнозов: * * *

<дата> прием у врача уролога: Общее состояние удовлетворительное. * * *

<дата> прием: * * *

<дата> прием: * * *

<дата> прием хирурга: * * *

Судом также установлено и следует из медицинской карты № *** стационарного больного из ГБУЗ Самарской области «Сызранская городская больница № ***» ФИО2, <дата> года рождения:

Дата и время поступления: <дата>

Дата и время выписки: <дата> смерть.

Отделение: * * *

В карте имеется информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство на имя ФИО2 СтепА. от <дата>. В графе «подпись пациента» подпись имеется. В графе «подпись врача» подпись имеется.

В карте имеется согласие пациента на операцию переливания компонентов крови на имя ФИО1 (дочь) от <дата>. В графе «подпись пациента» подпись имеется. В графе «подпись врача» подпись имеется.

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

После смерти ФИО2 было проведено патологоанатомическое вскрытие ее трупа, согласно протокола патологоанатомического вскрытия № *** ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская больница» от <дата> на ФИО2, <дата> года рождения.

Заключительный клинический диагноз. Основное заболевание. * * * Патологоанатомическое вскрытие.

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

В обоснование своих исковых требований истец ФИО1 указывает на то, что хирургом ФИО7 медицинская услуга была оказана ненадлежащим образом и несвоевременно, медсестрами-анестезиологами ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, врачами анестезиологами-реаниматологами ФИО17, ФИО18, ФИО19, несвоевременно и некачественно оказывались реанимационные действия, медицинские работники не предприняли все необходимые и возможные меры для спасения жизни ФИО2, в результате чего ФИО2 умерла, хотя возможность оказать ее матери всю необходимую и своевременную помощь имелась.

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО7 работает в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности врача-хирурга взрослой поликлиники с <дата> (приказ № *** от <дата>) по настоящее время (л.д.117 т.3). По сообщению ГБУЗ СО «Сызранская ЦГРБ» от <дата>, ФИО7 уволен из учреждения <дата>.

Согласно выписки из табеля учета использования рабочего времени отделения анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии за июль 2017 года, представленной <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в период с 08-00 часов <дата> до 08-00 часов <дата> осуществляли трудовую деятельность: медсестры-анестезисты ФИО12, ФИО13, ФИО15, ФИО16, ФИО14, врачи анестезиологи-реаниматологи ФИО17, ФИО18, ФИО24

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО12 работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по <дата> (приказ об увольнении № *** от <дата>) (л.д.65 т. 3).

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО13 работала в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по <дата> (приказ об увольнении № *** от <дата>) и работает в той же должности с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по настоящее время (л.д.66 т. 3).

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО15 работает в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по настоящее время (л.д.67 т. 3).

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО16 работает в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по настоящее время (л.д.68 т. 3).

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО14 работает в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности медицинской сестры-анестезиста отделения анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по <дата> (приказ об увольнении № *** от <дата>) (л.д.69 т. 3).

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО17 работал в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности врача-анестезиолога-реаниматолога (по внешнему совместительству) отделения анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по <дата> (приказ об увольнении № *** от <дата>) (л.д.72 т. 3).

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО18 работал в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности врача-анестезиолога-реаниматолога отделения анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по <дата> (приказ об увольнении № *** от <дата>) (л.д.70 т. 3).

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» - ФИО19 работал в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в должности врача-анестезиолога-реаниматолога с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по <дата> (приказ об увольнении № *** от <дата>) внешним совместителем, с <дата> (приказ о приеме № *** от <дата>) по <дата> (приказ об увольнении № *** от <дата>) по основному месту работы.

В соответствии с должностной инструкцией врача-хирурга ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» в его должностные обязанности входит в том числе: обеспечение надлежащего уровня обследования и лечения больных в соответствии с современными достижениями медицинской науки и техники; обеспечение необходимого ухода за больными на основе принципов лечебно-охранительного режима и соблюдения правил медицинской деонтологии, а также выполнения больными установленного больничного режима; ежедневно, совместно с зав.отделением и старшей медицинской сестрой проведение обхода больных, участие в проведении оперативных вмешательств, перевязок и т.д. в пределах своей компетенции; в течение рабочего дня обеспечение оказания экстренной хирургической помощи больным под наблюдением и по согласованию с заведующим отделением; по согласованию с зав.отделением решает вопросы приема, перевода и выписки больных, а также определяет показания к госпитализации в отделение; проверка правильности и своевременности выполнения средним и младшим медицинском персоналом назначений и указаний по лечению и уходу за больными; присутствие при вскрытии умерших больных; в определенные часы принимает посетителей, сообщает им о состоянии больных и получает от них необходимые сведения; осуществляет дежурства в отделении, в соответствии с утвержденным графиком.

В соответствии с должностной инструкцией медицинской сестры-анестезиста ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***», в должностные обязанности медицинской сестры-анестезиста входит в том числе наблюдение за больными в ранний послеоперационный период, участие в профилактике осложнений в ходе и после операций; осуществление контроля за состоянием больного во время анестезии, интенсивной терапии и реанимации; организация и проведение сестринского ухода за послеоперационными больными; оказание доврачебной помощи при неотложных состояниях, ведение медицинской документации.

В соответствии с должностной инструкцией врача анестезиолога-реаниматолога ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***», в его должностные обязанности входит в том числе: оценка состояния больного перед операцией, назначение необходимых лечебно-диагностических мероприятий, связанных с подготовкой больного к наркозу, определение тактики ведения больного в соответствии с порядком и стандартом медицинской помощи, назначение премедикации; осуществление анестезиологического обеспечения операций, диагностических и лечебных процедур, требующих обезболивания и проведения мониторинга системы дыхания и кровообращения в период их выполнения; осуществление непрерывного контроля состояния больного во время анестезии с учетом особенностей детского и старческого возраста, сопутствующих заболеваний, функционального состояния сердечно-сосудистой системы, тяжести состояния пациента; осуществление наблюдения за больным и проведение необходимого лечения в периоде выхода больного из анестезии, а также в ближайшем послеоперационном периоде до полного восстановления жизненно важных функций, осуществление наблюдения за больным; проведение неотложных мероприятий по различным нарушениям функций жизненно важных систем организма; контроль работы медицинских сестер-анестезистов, палатных медсестер.

Заявляя исковые требования ФИО1 также считает, что со стороны патологоанатома ЦГБ г. Сызрани ФИО20 имело место быть ненадлежащее оказание медицинских услуг на этапе патологоанатомического вскрытия, патологоанатомом было составлено заведомо неверное описание протокола патологоанатомического вскрытия, труп ФИО2 не был исследован полностью в нарушение приказа Министерства здравоохранения № ***н, в результате чего не была установлена причина смерти ФИО2 и не установлена причинно-следственная связь между некачественно оказанными медицинскими услугами и смертью ФИО2 и установить лиц, виновных в смерти ее матери ФИО2

Согласно представленной суду справки от <дата> ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» - ФИО20 работает в патологоанатомическом отделении ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» в должности врача- патологоанатома с <дата> (приказ № ***-к от <дата>) по настоящее время (л.д.117 т.3).

В соответствии с должностной инструкцией врача-патологоанатома патологоанатомического отделения ГБУЗ СО «Сызранская ЦГБ», в его должностные обязанности входит в том числе: проведение квалифицированной патологоанатомической диагностики, используя современные методы исследования; произведение микроскопического исследования гистологических препаратов, анализ результатов дополнительных исследований и внесение соответствующих записей в протокол вскрытия.

Судом также установлено, что по сообщению о смерти ФИО2 <дата> было возбуждено уголовное дело № *** по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

На основании постановления следователя по ОВД 3-го отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Самарской области полковника юстиции ФИО25 от <дата> уголовное дело № ***, возбужденное <дата>, прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях ФИО7 состава преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 109, ч. 2 ст. 124, п. «в» ч. 2 ст. 238, ч. 2 ст. 293 УК РФ; отсутствием в действиях ФИО20 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ.

В ходе судебного разбирательства по инициативе суда по делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам ГБУЗ «Бюро судебно-медицинских экспертиз» департамента здравоохранения <адрес>.

Согласно заключению эксперта № *** от <дата> отдела комиссионных судебно-медицинских экспертиз ГБУЗ «Бюро судебно-медицинских экспертиз» департамента здравоохранения <адрес>, на основании изучения предоставленных на экспертизу материалов гражданского дела № *** и медицинских документов на имя ФИО2, проведенного гистологического исследования, в соответствии с поставленными вопросами комиссия экспертов приходит к следующим выводам.

Ответ на вопрос № ***. «Правильно ли оказана медицинская помощь ФИО2 СтепА., <дата> года рождения, умершей <дата> и имеются ли дефекты в ее оказании: - на хирургическом этапе лечения с <дата> по <дата>, - на патологоанатомическом этапе <дата>?».

1.1. Оказание медицинской помощи на стационарном этапе лечения.

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Таким образом, в протоколе оперативного вмешательства нет однозначных данных о заведомой безуспешности оперативного вмешательства и, соответственно, неоперабельности больной. При затруднениях в диагностике и тактике дальнейшего лечения артериального тромбоза необходимо привлечение к лечению больной специалиста в области сосудистой хирургии.

* * *

Указанные в данном пункте нарушения:

* * *

* * *

* * *

* * *

Недооценка имевшейся клинико-морфологической картины повлекла неверную тактику проведения оперативного вмешательства и привела к его необоснованному прекращению.

1.3. В послеоперационном периоде и до момента смерти больная находилась в реанимационном отделении. При анализе медицинской карты установлено, что записи части листов назначения (за <дата>, <дата>, <дата>) нечитабельны. Указанное относится к недостаткам оформления медицинской документации и является дефектом оказания медицинской помощи.

В остальном медицинская помощь в реанимационном отделении оказывалась в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология». Других дефектов оказания медицинской помощи ФИО2 (кроме недостатка оформления медицинской документации) при нахождении в реанимационном отделении ГБУЗ Самарской области «Сызранская городская больница № ***» не выявлено.

2. Патологоанатомический этап (согласно статьи 2. п.7 Федерального закона от 21.11.2011, 323-фз «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» - этап посмертной диагностики).

Проведенные патологоанатомические исследования регламентируются «Порядком проведения патологоанатомических вскрытий». После смерти ФИО2 её труп был обосновано направлен на патологоанатомическое исследование. Патологоанатомическое исследование трупа ФИО2 было произведено <дата>.

При анализе «Протокола патологоанатомического вскрытия» установлено:

* * *

* * *

* * *

* * *

Ответ на вопрос № ***. «Если такие дефекты имеются, то кем они допущены и какие из них находятся в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО2 СтепА., <дата> года рождения, умершей <дата> и какой вред причинен ФИО2 СтепА. в связи с выявленными дефектами?».

* * *

Согласно результатам проведенного гистологического исследования предоставленного материала в сопоставлении с отмеченными клиническими данными, выявленная клиническая и морфологическая картины достоверно свидетельствуют о том, что в наступлении смерти в данном случае играли роль * * *

При патологоанатомическом исследовании трупа ФИО2 полость черепа не вскрывалась (и, соответственно, не исследовались мозговые оболочки и ткань головного мозга). В этой связи высказаться однозначно о непосредственной причине ФИО2 (т.е. патологии, непосредственно приведшей к смерти) экспертной комиссии не представляется возможным. Соответственно, определить причинно-следственную связь между выявленными дефектами оказания медицинской помощи на стационарном этапе и наступлением смерти ФИО2 так же не представляется возможным.

Следует отметить, что неверная тактика проведения оперативного вмешательства и его необоснованное прекращение могли привести к дальнейшему развитию патологических процессов * * * и ухудшению состояния ФИО2 * * * однако однозначно высказаться на этот счёт по имеющимся данным не представляется возможным.

Дефекты диагностики на патологоанатомическом этапе были допущены после смерти ФИО2

Вопросы установления конкретных виновных, их степени виновности и степени ответственности, равно как и квалификации их деяний, выходят за пределы компетенции экспертной комиссии и в данном случае относятся к компетенции суда. Следует отметить, что согласно статьи 70 Федерального закона от 21.11.2011 323-фз «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», «...лечащий врач организует своевременное, квалифицированное обследование и лечение пациента...».

В п. 25 Приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью» указано: «Ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью», т.е. ухудшение состояния здоровья человека должно быть следствием выявленного дефекта оказания медицинской помощи и находится с ним в прямой причинно-следственной связи. В п. 5 вышеназванных Критериев указано: «Под вредом, причинённым здоровью человека, понимается нарушение анатомической целости и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды».

Ввиду неопределенности причины смерти ФИО2 оснований для однозначного установления причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи на стационарном этапе и наступлением смерти пациента, не имеется. В этой связи выявленные дефекты оказания медицинской помощи на стационарном этапе не подлежат квалификации по степени тяжести причинённого вреда здоровью.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 24.07.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» мероприятия по охране здоровья должны проводиться на основе признания, соблюдения и защиты прав граждан и в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права.

Государство обеспечивает гражданам охрану здоровья независимо от пола, расы, возраста, национальности, языка, наличия заболеваний, состояний, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и от других обстоятельств.

Государство гарантирует гражданам защиту от любых форм дискриминации, обусловленной наличием у них каких-либо заболеваний.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 24.07.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Порядок оказания медицинской помощи иностранным гражданам определяется Правительством Российской Федерации.

На основании ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 24.07.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со ст. 73 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 24.07.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские работники и фармацевтические работники осуществляют свою деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации, руководствуясь принципами медицинской этики и деонтологии.

Медицинские работники обязаны:

1) оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями;

2) соблюдать врачебную тайну;

3) совершенствовать профессиональные знания и навыки путем обучения по дополнительным профессиональным программам в образовательных и научных организациях в порядке и в сроки, установленные уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

4) назначать лекарственные препараты в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

5) сообщать уполномоченному должностному лицу медицинской организации информацию, предусмотренную частью 3 статьи 64 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» и частью 3 статьи 96 настоящего Федерального закона.

В соответствии со ст. 67 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 24.07.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» патолого-анатомические вскрытия проводятся врачами соответствующей специальности в целях получения данных о причине смерти человека и диагнозе заболевания.

При проведении патолого-анатомического вскрытия гистологический, биохимический, микробиологический и другие необходимые методы исследований отдельных органов, тканей умершего или их частей являются неотъемлемой частью диагностического процесса в целях выявления причин смерти человека, осложнений основного заболевания и сопутствующего заболевания, его состояния.

Заключение о причине смерти и диагнозе заболевания выдается супругу, близкому родственнику (детям, родителям, усыновленным, усыновителям, родным братьям и родным сестрам, внукам, дедушке, бабушке), а при их отсутствии иным родственникам либо законному представителю умершего, правоохранительным органам, органу, осуществляющему федеральный государственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности, и органу, осуществляющему федеральный контроль качества и условий предоставления медицинской помощи, по их требованию.

Патолого-анатомическое вскрытие проводится с соблюдением достойного отношения к телу умершего человека и сохранением максимально его анатомической формы.

Порядок проведения патолого-анатомических вскрытий определяется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 2 статьи 67 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 6 июня 2013 г. N 354н утвержден Порядок проведения патолого-анатомических вскрытий (далее - Порядок), который устанавливает правила таких вскрытий в патолого-анатомических бюро или патолого-анатомических отделениях медицинских организаций, имеющих лицензии на осуществление медицинской деятельности, предусматривающие выполнение работ (услуг) по патологической анатомии, содержит указание о нераспространении действия названного Порядка на отношения, связанные с проведением судебно-медицинской экспертизы трупа (пункт 1).

В соответствии с пунктом 2 Порядка патолого-анатомическое вскрытие проводится врачом-патологоанатомом в целях получения данных о причине смерти человека и диагнозе заболевания. Патолого-анатомическое вскрытие осуществляется путем посмертного патолого-анатомического исследования внутренних органов и тканей умершего человека, новорожденных, а также мертворожденных и плодов.

Согласно пункту 4 Порядка направление тел умерших, а также мертворожденных, на патолого-анатомическое вскрытие, если отсутствуют обстоятельства, препятствующие проведению патолого-анатомического вскрытия (абзац первый пункта 3 настоящего Порядка), осуществляется после констатации биологической смерти человека медицинским работником медицинской организации или выездной бригады скорой медицинской помощи в порядке, установленном Правилами определения момента смерти человека, в том числе критериями и процедурой установления смерти человека, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 20 сентября 2012 г. N 950.

В пункте 5 Порядка предусмотрено, что направление на патолого-анатомическое вскрытие тел умерших в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, организует заведующий отделением медицинской организации, в котором находился пациент на момент наступления смерти, а в случае его отсутствия - дежурный врач.

В соответствии с ч.ч. 2,3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 24.07.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

Названные положения нашли отражение в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда".

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определено понятие физических страданий, под которыми следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В соответствии с п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии с п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В соответствии с п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В обоснование своих доводов о том, что после смерти ее мамы проблемы со здоровьем, истцом представлены амбулаторные карты, находящиеся у нее, а также по ходатайству истца была запрошена амбулаторная карта из медицинского учреждения, из которых усматривается, что ФИО1 обращалась за медицинской помощью в ГБУЗ СО «Сызранская городская больница № ***» * * *

В амбулаторных записях в медицинских картах отсутствует указание на жалобы ФИО1 о плохом состоянии здоровья в связи с переживаниями, связанными со смертью ее мамы ФИО2, сама истец в судебном заседании не оспаривает данный факт. * * *

В настоящем деле, учитывая особенности института по взысканию морального вреда, в частности в связи со смертью близкого человека, с учетом вышеуказанных положений законодательства, суд считает, что ненадлежащее оказание медицинских услуг ФИО2, установленных экспертизой, проведенной в рамках настоящего гражданского дела, переживания истца за состояние здоровья своей матери и некачественно оказА. ФИО2 медицинской услуги, являются основанием для привлечения медицинского учреждения к ответственности в виде возмещения морального вреда.

При этом доводы ответчика об отсутствии каких-либо доказательств того, что именно действия (бездействия) работников ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» привели к смерти ФИО2, поскольку экспертизой причинно-следственная связь между выявленными дефектами оказания медицинской помощи на стационарном этапе и наступлением смерти ФИО2 не установлена, не может быть принята судом во внимание, поскольку выявленные дефекты оказания медицинской помощи является основанием для возложения ответственности на медицинское учреждение в виде компенсации морального вреда.

ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие вины в оказании ФИО2 медицинской помощи, не соответствующей установленным порядкам и стандартам, утвержденным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (Министерством здравоохранения Российской Федерации).

Приходя к выводу о наличии оснований для привлечения медицинского учреждения к ответственности в виде возмещения морального вреда суд принимает во внимание, что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

Комиссия экспертов пришла к выводу, что медицинская помощь оказывалась ФИО2 с дефектами оказания медицинской помощи, которые были выражены:

- на оперативном периоде в недооценке имевшейся клинико-морфологической картины, которая повлекла неверную тактику проведения оперативного вмешательства и привела к его необоснованному прекращению,

- в послеоперационном периоде и до момента смерти в недостатках оформления медицинской документации,

- на патологоанатомическом этапе не проведение исследования полости черепа.

Экспертами также отмечено, что:

- неверная тактика проведения оперативного вмешательства и его необоснованное прекращение могли привести к дальнейшему развитию патологических процессов * * * однако однозначно высказаться на этот счёт по имеющимся данным не представляется возможным.

- не проведение исследования * * *) не позволило в ходе патологоанатомического исследования дать совокупную оценку патоморфологических процессов, протекавших в организме ФИО2,

- ввиду неопределенности причины смерти ФИО2 оснований для однозначного установления причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи на стационарном этапе и наступлением смерти пациента, не имеется.

При определении размера подлежащей взысканию суммы компенсации морального вреда суд учитывает причиненные нравственные страдания истцу ФИО1, которые продолжаются до настоящего времени и выражаются в эмоциональном потрясении, понесенных страданиях и переживаниях по поводу смерти ее мамы, осознание того, что медицинская помощь была оказана ее маме - ФИО2 ненадлежащего качества, она испытала эмоциональный стресс, чувство обиды, бессилия и безысходности, боль от утраты близкого человека, истец до сих пор испытывает чувство одиночества и тоски, поскольку у нее с мамой всегда были теплые и доверительные отношения, она была единственным ребенком, мама всегда ее поддерживала, и была очень близким человеком, недоверия медицине.

При определении суммы, подлежащей ко взысканию с ответчика в счет возмещения морального вреда, суд также учитывает:

- заявленные истцом требования и указание на лиц, допустивших дефекты оказания медицинской помощи,

- отсутствие доказательств оказания некачественных медицинских услуг на стадии поликлиники при вызове врача на дом, кроме того, осуществляя запись на прием никакая медицинская помощь не оказывается,

- результаты проведенной судебной экспертизы и объем выявленных дефектов оказания медицинской помощи, что дефекты, выявленные на оперативном периоде, которые выражены в недооценке имевшейся клинико-морфологической картины, которая повлекла неверную тактику проведения оперативного вмешательства и привела к его необоснованному прекращению, дефекты в послеоперационном периоде заключаются лишь в недостатках оформления медицинской документации, а на патологоанатомическом этапе - в не проведение исследования полости черепа, однако данное исследование было проведено уже после смерти ФИО2 и не может расцениваться, как какое-либо оказание медицинской услуги самой ФИО2

- патолого-анатомическое вскрытие ФИО2 проводилось врачом-патологоанатомом не в целях оказания медицинской услуги ФИО2 как пациенту, а в целях получения данных о причине ее смерти человека и диагнозе заболеваний.

Судом также учитываются требования разумности и справедливости, соразмерность компенсации последствиям нарушения прав, а также перенесенные истцом нравственные страдания, необходимость устранить эти страдания и сгладить их остроту, истец потеряла близкую связь со своей матерью, характеризующуюся тесными близкими доверительными отношениями, духовным и эмоциональным родством, что является невосполнимой утратой.

С учетом всех установленных по делу фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред истцу, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере * * * руб., поскольку гибель близкого родственника является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие члена семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Суд считает, что сумма компенсации в указанном размере, с учетом доводов, положенных в основу требований истца, наиболее полно отвечает требованиям действующего законодательства о компенсации морального вреда, требованиям разумности и справедливости, и соответствует фактическим обстоятельствам дела.

При этом суд не принимает доводы истца о том, что некачественные медицинские услуги, оказанные медицинскими работниками, способствовали наступлению смерти ее матери, что процедура эксгумации нанесла ей сильные нравственные и физические страдания, у нее появились проблемы со здоровьем, нарушен сон, появилась депрессия, ей пришлось сменить место работы, поскольку данные доводы ничем не подтверждены и опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Доводы ответчика о том, что исполнение решений судов производится за счет средств от приносящей доход деятельности, который составляет в среднем в месяц 2,5 млн. рублей и что сумма в * * * рублей является соразмерной, а также, что ответчик является лишь правопреемником и не оказывал ФИО2 медицинских услуг, не могут служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных истцом требований в части компенсации морального вреда.

Заявляя требования о взыскании с ответчика в ее пользу судебного штрафа за неудовлетворение законных требований ее как потребителя в размере 50 % от суммы, присужденной судом в ее пользу, ФИО1 указывает, что <дата> она направила ответчикам письменные претензии о выплате ей денежной компенсации морального вреда в добровольном порядке, однако ответ на претензию ответчиками не был дан.

В преамбуле к Закону о защите прав потребителей указано, что настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав (абзац 1).

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (абзац 3).

Исполнителем является организация, независимо от ее организационно-правовой формы, выполняющая работы или оказывающая услуги потребителям по возмездному договору (абзац 5).

С учетом приведенных норм права и установленных судом обстоятельств, суд полагает, что с учетом правовой природы возникших отношений и обязанности ответчика по возмещению компенсации морального вреда, в данном случае нет оснований признать, что в спорных отношениях ответчик выступает в качестве исполнителя работ (услуг), приобретаемых ФИО1, как потребителем по договору, следовательно, к спорным отношениям не подлежат применению нормы Закона о защите прав потребителей, а потому оснований для взыскания штрафа, обоснованных нарушением прав потребителя, не имеется, в связи с чем, в требовании истца о взыскании с ответчика в ее пользу судебного штрафа за неудовлетворение законных требований ее как потребителя в размере 50 % от суммы, присужденной судом следует отказать, поскольку данные требования основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Каких-либо других объективных, допустимых и достаточных доказательств в подтверждение своих доводов истцом и возражений ответчиком не предоставлено.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» в доход муниципального образования г.о. Сызрань следует взыскать госпошлину в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» ИНН <***> КПП 632501001 ОГРН <***> в пользу ФИО1, * * * компенсацию морального вреда, причиненного вследствие оказания некачественных медицинских услуг, в размере * * * (пятьсот тысяч) рублей.

В остальной части требований – отказать.

Взыскать с ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская и районная больница» ИНН <***> КПП 632501001 ОГРН <***> в доход муниципального образования г.о. Сызрань госпошлину в размере 300 руб. (триста рублей).

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Сызранский городской суд Самарской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья: Зинина А.Ю.

Мотивированное решение изготовлено 28 августа 2023 года.

Судья: Зинина А.Ю.