№ 1-288/2023

04RS0011-01-2023-001466-77

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

15ноября 2023 года с.Кабанск

Судья Кабанского районного суда Республики Бурятия Баймеева О.Г., при секретаре Соболевой Е.И., с участием государственного обвинителя помощника прокурора Кабанского района Республики Бурятия Оганесян К.А., подсудимойФИО1, защитника адвоката Павлова И.Ф., представившего удостоверение № и ордер № от 08.11.2023, а также с участием потерпевшей П., рассмотрев в судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ......, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч.4 УК РФ, находящейся под стражей по настоящему делу с 18.09.2023,

УСТАНОВИЛ:

14.09.2023 около 21 часа 00 минут в квартире № дома № по <адрес>, в ходе ссоры между находившимися в состоянии алкогольного опьянения К. и ФИО1, у последней на почве возникшего личного неприязненного отношения к К., возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью. Реализуя свой умысел, ФИО1, осознавая противоправность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни К., желая причинения данных последствий, то есть действуя умышленно, однако, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти К., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть наступление указанных последствий, то есть проявив преступную небрежность,взяла в руки кухонный нож, используя который в качестве оружия, нанесла К. с достаточной силой один удар клинком ножа в область расположения жизненно важных органов – в живот слева, причинив К. телесные повреждения в виде проникающего колото-резанного ранения брюшной полости слева с повреждением тонкой кишки, брыжейки тонкой кишки и забрюшинного пространства: рана в проекции крыла подвздошной кости слева по средне-подмышечной линии, две сквозные раны тонкой кишки, рана брыжейки тонкой кишки, массивное кровоизлияние в мягкие ткани забрюшинного пространства слева, гемоперитонеум 1000 мл., по своим свойствам расценивающиеся как причинившее тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, в данном случае приведшее к смерти. Между данным комплексом повреждений и наступлением смерти имеется прямая причинная связь. 15.09.2023 К. госпитализирован в ГБУЗ «Кабанская центральная районная больница», где умер 16.09.2023. Смерть К. наступила от инфекционно-токсического шока, развившегося в результате проникающего колото-резанного ранения брюшной полости слева с повреждением тонкой кишки, брыжейки тонкой кишки и забрюшинного пространства, осложнившийся острым разлитым гнойно-фибринозным перитонитом.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении признала частично, пояснив суду, что убивать К. не хотела, все получилось спонтанно, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ.

По ходатайству государственного обвинителя в порядке ст.276 УПК РФ в судебном заседании оглашены показания ФИО1, данные ею в ходе предварительного следствия на л.д.170-174, 190-192, 198-200 т.1.

Из оглашенных показаний ФИО1 следует, что с К. она проживала в течение последних трех лет. К. работал трактористом, периодически употреблял спиртное, примерно, два раза в месяц по два – три дня, не более. Примерно, в конце августа 2023 года К. ушел «в загул»: на несколько дней он уходил «гулять», вечером возвращался, а на утро снова уходил продолжать распивать спиртное. К. пришел домой 14.09.2023 около 18 часов, в состоянии сильного алкогольного опьянения, с собой у него было полбутылки водки. Они с К. начали ругаться, при этом она сидела на пуфике слева от обеденного стола при входе в кухню. Во время ссоры она ругала К. грубой нецензурной бранью, оскорбляла его, так как он все это время не ходил на работу, употреблял спиртное. В ходе ссоры, около 21 часа 14.09.2023, К. взял с обеденного стола кухонный нож с деревянной рукоятью, с длинной лезвия более 15 см., и слегка ударил этим ножом по передней стороне её левого бедра – ткнул и убрал нож. Она поняла, что К. хотел только припугнуть её, видимо, хотел, чтоб она перестала его оскорблять. Если бы К. захотел ударить её ножом, он нанес бы удар сильнее, при этом он ничего не говорил. Она понимала, что в тот момент ей ничего не угрожало, знала, что К. никогда не пойдет с ножом на нее, он никогда не поднимал на нее руку, тем более не хватался за ножи. Когда он ударил ножом по её ноге, почувствовала боль и разозлилась еще больше. Когда К. начал класть нож на обеденный стол, в тот момент, она правой рукой схватила нож - почти выхватила его из рук К. - и сразу же правой рукой ударила его в левый бок. В тот момент К. находился прямо перед ней, повернулся к ней левым боком. Она все это время сидела на пуфике у обеденного стола, а когда К. повернулся к ней левым боком и хотел отойти в сторону, она ударила ножом в левый бок К., примерно, на уровне пояса. Удар наносила «прямо от себя», при этом нож удерживала в правой руке, лезвие ножа находилось в вертикальном положении. Куда именно была направлена режущая сторона вверх или вниз, не помнит, но предполагает, что вниз. Нож вошел в тело К., примерно, на одну треть, не более. После этого она бросила нож обратно на обеденный стол, а К. пошел в зал, лег на диван. Испугавшись, что причинила К. серьезную рану, она предложила вызвать «скорую помощь», но К. отказался, сказал, что иначе её начнут вызывать в полицию из-за этой раны. Послушавшись К., она не стала вызывать «скорую». Кровотечения у К. не было, его рану она ничем не обрабатывала, рану ничем не закрывала. Крови было очень мало, подумала, что рана незначительная. Понимает, что когда наносила удар К., могла причинить тяжкий вред его здоровью, что наносила ножевой удар в область жизненно-важных органов - в область тела. Понимая все это, она все равно нанесла ему удар, так как в тот момент была озлоблена на К.. 14.09.2023 она выпила около 200 гр. водки, во время ссоры с К. находилась в состоянии средней степени опьянения. Ночью или под утро следующего дня, К. стошнило на диван, на котором они спали, после чего он ушел дальше спать в спальную комнату, которая находится за кухней, где лег на кровать, которая расположена слева возле входа в спальню. На следующий день, 15.09.2023, ближе к обеду, по просьбе К. она сходила в продуктовый магазин, где купила ему бутылку водки. Состояние здоровья К. стало хуже, лицо стало бледным, но К. продолжал говорить, чтобы она не вызывала «скорую». В магазине она встретила С.3, у которого К. работал, и тот отвез её домой. Когда С.3 зашел в дом, К. лежал на кровати с раной в боку, она не стала говорить С.3 о том, что произошло, так как боялась уголовной ответственности за содеянное. С.3 позвонил её старшему брату С.4. Когда С.4 пришел, она сообщила им, что вечером 14.09.2023 она поссорилась с К. из-за того, что тот длительное время употреблял спиртное, что в ходе ссоры К. слегка ударил её ножом по левой ноге, в ответ она этим же ножом ударила его в левый бок. С.4 и С.3 сказали, чтоб она срочно вызвала «скорую помощь». Она с телефона К. позвонила на номер «112», сообщила, что К. где-то получил травму и пришел домой. Так сказать её просил К., потому что она боялась уголовной ответственности за содеянное. С.4 и С.3 пытались поговорить с К., но тот ничего не отвечал, видимо, ему стало еще хуже. Она показала С.4 нож, которым ударила К., лезвие ножа было в крови, она не хотела, чтоб оставались следы преступления, поэтому помыла лезвие ножа в раковине в кухне и положила на стол. Приехала «скорая» и забрала К. в больницу, работникам «скорой помощи» об обстоятельствах получения К. раны она не сообщила. Потом узнала, что К. умер в больнице после операции. Вину в содеянном признает полностью, в содеянном раскаивается, убивать К. не хотела, нанесла ему ножевую рану во время ссоры. На вопрос следователя в ходе ссоры, представлял ли К. угрозу для ее жизни, пояснила, что К. собирался уходить, хотел положить нож на стол и уйти, угрозы для её жизни в тот момент не было.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании оглашенные показания подтвердила, пояснив, что давала их в присутствии защитника, протоколы допросов читала и подписывала, все показания изложены с её слов, и она подтверждает правильность их изложения. Вину признает полностью, но причинять такие повреждения К. не желала, так получилось, что от этого удара ножом К. впоследствии умер. В момент причинения ранения у К. кровотечения практически не было, рана была небольшая и она не думала, что нанесла серьезное повреждение.

В судебном заседании оглашен протокол проверки показаний ФИО1 на месте от 19.09.2023 на л.д.175-184 т.1, в ходе которой Зеленовская полностью подтвердила данные ею показания, кроме того, рассказала и показала с помощью манекена и макета ножа, где и как нанесла удар К. ножомв брюшную полость слева. Также указала, где взяла нож, каким образом его держала при нанесении удара К., каким образом стоял К., когда она наносила ему удар ножом, руками показала длину и ширину лезвия ножа.

Вина ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая П. суду показала, что К. приходился ей родным старшим братом. После смерти первой жены в 2016 году, К. больше не женился, работал вахтовым методом трактористом в разных районах Бурятии, занимался лесозаготовкой. Около двух-трех лет назад К. стал работать в ... Кабанского района, где познакомился с ФИО1 и в дальнейшем стал с ней проживать. Она приезжала к брату и Зеленовской в гости один раз, об их совместной жизни ей известно мало. Но ей было известно, что брат и Зеленовская вдвоем употребляют спиртное. Брат по характеру был общительный, спокойный, в состоянии опьянения агрессивным не был. Про Зеленовскую практически ничего не знает, охарактеризовать ее не может. 16.09.2023 ей позвонил знакомый, сообщил, что брат умер в больнице. Об обстоятельствах причинения брату ранения ей известно только от органов следствия.

В порядке ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в судебном заседании оглашены показания не явившихся свидетелей С.3, С.4, С.1, С.5, С.2, данные ими в ходе предварительного следствия.

Из протокола допроса свидетеля С.3 следует, чтоК. знает около двух лет, тот помогал ему в работе и по хозяйству, ремонтировал технику. Примерно, два года назад К. познакомился с ФИО1, после чего стал проживать с ней в <адрес>. К. с Зеленовской часто употребляют спиртное, получив зарплату, К. мог уйти в загул на месяц. В конце августа 2023 года К. вместе с С.5 стали употреблять спиртное. С конца августа до середины сентября 2023 он периодически приезжал домой к К., так как договорился с ним, что они поедут в лес работать, но каждый раз того дома не было. 15.09.2023 около 11 часов он встретил ФИО1 на остановке возле магазина ... в <адрес>. Он спросил, где К., Зеленовская ответила, что тот дома. Вместе они приехали к ним домой. Там он увидел К. лежащим на кровати в спальной комнате за кухней. К. скрутился «калачиком» на правом боку, был укрыт одеялом. Он спросил у К., что случилось, но тот ничего не отвечал. Лицо К. было бледное, видно было, что ему плохо, что он не может говорить. Он поднял одеяло, увидел в левом боку К. рану шириной около 2-3 см., рана не кровоточила, живот на ощупь был твердый, вздутия, вроде, не было, из раны торчали жировые ткани. Он спросил у Зеленовской, что случилось и та рассказала, что 14.09.2023 в ходе ссоры она ударила К. ножом в левый бок. Он заставил Зеленовскую позвонить в «скорую», вызвать врачей, сам вызвал по телефону С.4 – брата Зеленовской, сообщил о произошедшем. С.4 Зеленовская тоже сообщила, что в ходе ссоры К. ударил ее ножом, после этого она в ответ ударила его этим же ножом в левый бок. Когда он убедился, что «скорая» должна приехать, с С.4 вместе уехал по своим делам. О личной жизни К. и Зеленовской, ничего не знает, знает только, что они вдвоем часто употребляли спиртное. С Зеленовской знаком с детства, та всегда злоупотребляла спиртными напитками. Ранее о ссорах с применением ножей между К. и Зеленовской ему не известно, К. в состоянии опьянения при нем всегда вел себя спокойно (л.д. 143-146 т.1).

Из протокола допроса свидетеля С.4 следует, что ФИО1 - его сестра, около двух лет назад стала проживать с К. в доме родителей в <адрес>. Зеленовская нигде не работала, около пяти лет назад получила травму, а К. работал с С.3 в лесу. Зеленовская и К. злоупотребляли спиртными напитками, К. мог уйти в «загул» на месяц. 15.09.2023 около 12 часов, ему позвонил С.3, попросил срочно приехать домой к Зеленовской. В доме находились Зеленовская, С.3, в спальной комнате за кухней на кровати лежал К.. Он стал расспрашивать Зеленовскую, что случилось и Зеленовская рассказала, что 14.09.2023 поссорилась с К., тот ударил ее ножом по ноге, а она в ответ ударила К. этим же ножом в левый бок. К. на его вопросы не отвечал, был бледный. С.3 пощупал живот К., сказал, что на ощупь живот твердый. Зеленовская дала ему кухонный нож, сказала, что этим ножом она ударила К., на лезвии ножа была кровь. Он прикинул, что ширина лезвия ножа примерно совпадает с шириной раны, при этом рана не кровоточила. Обычный кухонный нож, с деревянной рукоятью, длинной лезвия примерно 15 см., не меньше. Он вернул нож Зеленовской, та при нем помыла нож в умывальнике и куда-то убрала. Затем он велел Зеленовской вызвать «скорую помощь», когда они с С.3 убедились, что «скорая» должна приехать, то поехали по своим делам. Со слов соседей знает, что с конца августа до середины сентября 2023 года К. ежедневно употреблял спиртное (л.д.147-149 т.1).

Из протокола допроса свидетеля С.1 следует, что К. знает около двух лет, знает, что тот сожительствует с Зеленовской. Примерно 12-13 сентября 2023 года, около 17 часов, к ней домой пришли К. и его знакомый С.5, .... К. попросился посидеть в её доме распить спиртное, которое у них было с собой. Она видела, что у К. была одна бутылка водки. Она разрешила им пройти в дом, в кухне поставила на стол какую-то еду, после чего ушла в огород. К. со своим знакомым вдвоем оставались распивать спиртное. Вернулась домой примерно через сорок минут, К. с другом опьянели, попросились переночевать нее. К. спал на кресле в прихожей, С.5 лег спать в спальне. Ушли они рано утром следующего дня, когда только начало рассветать. Через несколько дней узнала, что К. попал в больницу, где ему была проведена операция, после которой он умер. Об обстоятельствах получения им раны и его госпитализации ей ничего не известно. В то время, когда К. и его знакомый С.5 находились у нее дома, они не ссорились, разговаривали между собой о работе. Зеленовскую характеризует с отрицательной стороны, как злоупотребляющую спиртными напитками. К. характеризует как работящего, веселого человека, К. выпивал спиртное, однако, чтобы тот уходил в запой, такого не слышала. Знает, что взаимоотношения между К. и Зеленовской были хорошие, однако о личной жизни К. и Зеленовской ей известно мало (л.д.150-152 т.1).

Из протокола допроса свидетеля С.5 следует, чтос К. он познакомился несколько лет назад, в последнее время тот работал трактористом у С.3 в лесу, занимался заготовкой древесины. 19.08.2023 он приехал из г.Улан-Удэ ... и пошел к К. домой, где стал употреблять спиртное, спиртное употребляли втроем, вместе с К. и его женой Зеленовской. Далее ежедневно, начиная с 19.08.2023, он с К. и Зеленовской распивали спиртное у них дома. Во время распития спиртного они с К. бродяжничали ..., один раз ходили ... к С.1. Во время распития спиртного К. куда-то постоянно уходил, потом снова встречались и продолжали распивать спиртное. 15.09.2023 он пришел домой к К., хотел разбудить того, чтобы продолжить распивать спиртное. К. лежал на кровати, в спальне за кухней, свернувшись калачиком. Зеленовская сказала, чтобы не трогал К., что сейчас приедет «скорая помощь». Зеленовская ему пояснила, что 14.09.2023 К. пришел домой и молча лег спать, а утром 15.09.2023 она обнаружила у него ножевую рану. Он хотел расспросить у К. о том, что случилось, но Зеленовская не пускала к нему. Через некоторое время приехала «скорая помощь» и К. увезли в больницу. Характеризует К. только с положительной стороны, веселого, не агрессивного. Ссор, скандалов между К. и Зеленовской не помнит, обстоятельства получения К. ножевой раны, ему не известны. Знает, что К. и Зеленовская вдвоем часто употребляли спиртное. ... (л.д.153-156 т.1).

Из протокола допроса свидетеля С.2 следует, что 15.09.2023 находилась на суточном дежурстве, около 14 часов поступил вызов на <адрес> к К., у которого имелась какая-то рана. По прибытии на место, её встретила женщина, представившаяся сожительницей К. и сообщившая, что К. на протяжении месяца употреблял спиртные напитки, вечером 14.09.2023 пришел домой в состоянии алкогольного опьянения и лег спать, а утром 15.09.2023 она увидела кровь на футболке К. и обнаружила у него рану в левом боку, где и как он получил рану К. не помнил. После этого она вызвала «скорую помощь». К. лежал на животе на кровати в спальной комнате, расположенной прямо за кухней, был укрыт покрывалом. К. жаловался на сильные боли в животе, в брюшной полости слева у него была обнаружена колото-резаная рана прямолинейной формы с ровными краями, длина раны составляла около двух-трех сантиметров, края раны начали затягиваться, рана не кровоточила, на кровати и на одежде К. следов крови она не заметила. К. был в сознании, по его виду было понято, что он с глубокого похмелья, как и где получил рану, не помнит. Она обработала рану, наложила антисептическую повязку, поставила обезболивающий укол, и на машине «скорой помощи» доставили его в ГБУЗ «Кабанская ЦРБ» с. Кабанск. В машине «скорой помощи» К. лежал, не разговаривал, испытывал сильные болевые ощущения. Общее состояние - гемодинамика К. была стабильная, давление в норме, реанимационные мероприятия не требовались. По приезду в ГБУЗ «Кабанская ЦРБ» Климов был доставлен в приемный покой и передан дежурному хирургу (л.д.157-159 т.1).

В качестве доказательств вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ей деяния исследованы в судебном заседании в порядке ст.285 УПК РФ письменные материалы дела:

- рапорт ... (л.д. 5 т.1);

- рапорт ... (л.д.8 т.1);

- рапорт ... (л.д. 13 т.1);

- протокол осмотр трупа,... (л.д.21-26 т.1);

- протокол осмотра места происшествия,... (л.д. 27-38 т.1);

- протокол выемки,в ... ... (л.д. 48-52 т.1);

- протокол выемки,... (л.д. 55-59 т.1);

- протокол выемки,... (л.д. 62-66 т.1);

- протокол выемки,... (л.д. 69-72 т.1);

- протокол осмотра предметов, ... (л.д.77-81 т.1);

- протокол осмотра предметов, ...

...

...

...

...

... (л.д.82-88 т.1);

- заключение эксперта ... (л.д.94-96 т.1);

- заключение эксперта ... (л.д.102-103 т.1);

- заключение эксперта ... (л.д.109-111 т.1);

- заключение эксперта ... (л.д.117-118 т.1);

- заключение эксперта ... (л.д.124-125 т.1).

Согласно исследованных в судебном заседании письменных материалов дела, ФИО1 на учетах у врача психиатра, психоневрологическом диспансере не состоит, её поведение в судебном заседании не вызывает у суда сомнений в её психической полноценности, соответствует ситуации, в которой подсудимая свободно ориентируется и принимает участие, поддерживает активный речевой контакт с участниками процесса, в связи с чем суд признает подсудимую вменяемой в отношении инкриминируемого ей деяния и ответственной за содеянное.

За основу в оценке содеянного ФИО1, суд берет показания, данные ею в ходе предварительного следствия в части возникновения и развития конфликта между нею и К., нанесении ею ножевого удара в область живота слева К.. Из показаний ФИО1 следует, что у нее возник конфликт с К., в ходе которого последний ударил ее ножом в область бедра, в результате чего она, разозлившись на К., схватила кухонный нож и нанесла тому удар в живот слева. Все допросы и следственные действия с участием ФИО1 проведены с соблюдением уголовно-процессуального закона, с участием защитника, после разъяснения прав, в том числе предусмотренных ст.51 Конституции РФ. Показания ФИО1 давала добровольно, в свободном рассказе, протоколы читала, подписывала, замечаний и ходатайств не заявляла. Достоверность показаний, изложенных в протоколах следственных действий, подсудимая подтвердила в судебном заседании, то есть эти показания получены без нарушения требований уголовно-процессуального закона. Оснований для самооговора судом не установлены. Эти показания являются стабильными, последовательными, согласуются между собой и объективно подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, в частности протоколами осмотров места происшествия, вещественных доказательств, заключениями судебных экспертиз, показаниями свидетелей и другими материалами дела.

Показания ФИО1 не противоречат показаниям свидетелей С.3, С.4, которым она рассказала о произошедшем конфликте, согласуются с показаниями свидетеля С.2 в части количества и локализации причиненных повреждений К., потерпевшей П., свидетелей С.1, С.5 в части образа жизни Зеленовской и К.; объективно подтверждаются исследованными в суде письменными доказательствами, в частности, такими как: протокол осмотра места происшествия в части места совершения преступления, а именно квартиры № дома № по <адрес>, в ходе которого был изъят кухонный нож с деревянной рукоятью, на который Зеленовская указывала, как на орудие преступления, а также обнаружены и изъяты смывы вещества бурого цвета с пола в кухне, простыня с пятнами вещества бурого цвета с дивана в зале; протокол осмотра предметов, которым осмотрен кухонный нож с деревянной рукоятью, изъятый в ходе осмотра места происшествия; протокол осмотра предметов, а именно вещей К., где на футболке обнаружены помарки буроватого цвета, местами с едва заметными контурами, местами слабой насыщенности, неправильной формы; протокол осмотра, которым осмотрены предметы, изъятые при осмотре места происшествия, выемки, где на тампоне со смывами, простыне, женских колготках, обнаружены следы вещества бурого цвета, похожие на кровь; заключением эксперта № о наличии, количестве, механизме образования и степени тяжести имевшихся у К. телесных повреждений и др.

По заключению экспертизы № смерть К. наступила от инфекционно-токсического шока, развившегося в результате проникающего колото-резанного ранения брюшной полости слева, с повреждением тонкой кишки, брыжейки тонкой кишки и забрюшинного пространства, осложнившийся острым разлитым гнойно-фибринозным перитонитом, что подтверждается морфологической картиной исследования трупа, а именно: наличием раны в проекции крыла подвздошной кости слева, двух сквозных ран тонкой кишки, рана брыжейки тонкой кишки, массивное кровоизлияние в мягкие ткани забрюшинного пространства слева, гемоперитонеум 1000 мл., 120 мл желто-зеленой мутной жидкости в брюшной полости, наложения фибрина на серозных оболочках внутренних органов и на брюшине. Данный комплекс повреждений образовался в результате одного воздействия колюще-режущего предмета, и по своим свойствам расценивается как причинивший тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. Между данным комплексом повреждений и наступлением смерти имеется прямая причинная связь. После образования данного комплекса повреждений потерпевший мог совершать активные действия неопределенный промежуток времени пока нарастали признаки инфекционно-токсического шока. Выводы указанной экспертизы подтверждают показания Зеленовской в части времени совершения преступления в отношении К., наличия, количества, локализации, механизма образования, давности причинения телесных повреждений, приведших к смерти потерпевшего.

Суд считает, что умысел подсудимой на причинение тяжкого вреда здоровью К., опасного для жизни человека, возник в результате конфликта между ними. Признаков нахождения Зеленовской в момент нанесения удара ножом К. в ситуации необходимой обороны либо превышении ее пределов суд не усматривает, поскольку из показаний подсудимой следует, что К., ударив её ножом в бедро, положил нож на стол и собирался уходить, то есть никаких активных действий по отношению к ней непосредственно перед нанесением Зеленовской удара ножом не принимал, при этом она видела и понимала, что К. не представляет для нее лично никакой угрозы, однако, взяв этот же нож,ударила им по телу потерпевшего один раз, будучи разозленной на того. Исходя из этих показаний суд приходит к выводу, что К. никакой угрозы для жизни и здоровья Зеленовской не представлял, поскольку в момент нанесения ему удара ножом был безоружен, каких-либо действий, угрожавших жизни и здоровью по отношению к подсудимой не предпринимал, то есть с учетом данной обстановки, по смыслу ст. 37 УК РФ, посягательство на жизнь и здоровье подсудимой не имело место быть, какого-либо насилия, опасного для жизни Зеленовской, также не имело место, что исключало ситуацию необходимой обороны, либо превышение ее пределов. Исходя из показаний Зеленовской, утверждавшей, что она не опасалась как за свою жизнь и здоровье, тем более, не опасалась уже после того, как взяла в руки кухонный нож, была сильно разозленной на К., желала причинить боль последнему из-за того, что тот злоупотреблял спиртными напитками, нанес удар ей в бедро, что указывает на отсутствие реальности и наличия какой-либо угрозы для жизни или здоровья Зеленовской.

К показаниям подсудимой Зеленовской о том, что она не желала причинять К. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, суд относится критически, расценивая их как избранный способ защиты, поскольку эти ее показания противоречат исследованным по делу доказательствам. Более того, из показаний самой Зеленовской следует, что ножевое ранение К. она нанесла потому, что была сильно разозлена на его поведение. При этом Зеленовская осознавала, что с достаточной силой наносит удар ножом в жизненно важный орган человека - живот, понимала, что ее действиями будет причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, желала причинить именно такой вред, что следует из локализации, механизма причинения повреждения, а также примененного орудия в виде ножа, имеющего достаточную поражающую силу. Зеленовская видела и осознавала, что К. ее ударомножом в живот причинено повреждение и физическая боль, но вместе с тем не желала наступления смерти К., хотя могла и должна была предвидеть такое развитие событий. Об отсутствии умысла у Зеленовской на причинение смерти потерпевшему свидетельствует и поведение подсудимой после совершения преступления, что следует из показаний самой Зеленовской, свидетелей С.3, С.4, в той части, где они утверждали, что на другой день, К. лежал в доме на кровати, а Зеленовская имея реальную возможность причинить смерть потерпевшему, не предпринимала к этому никаких действий, полагая, что таковая не наступит, хотя могла и должна была предвидеть наступление смерти К. с учетом локализации, механизма причинения ею ножевого ранения. Между действиями Зеленовской и наступившей смертью К. в результате полученных телесных повреждений имеется прямая причинно-следственная связь.Исходя из показаний подсудимойо в части описания каким образом развивались события, ее поведения во время конфликта и после, детализированности и подробности этих показаний, суд приходит к выводу, что в момент совершения инкриминируемого деяния, ФИО1 в состоянии аффекта не находилась и каким-либо психическим заболеванием либо расстройством не страдала и не страдает. Данный вывод суда подтверждается и заключением судебно-психиатрической экспертизы, проведенной по делу.

Таким образом, стороной обвинения представлены убедительные доказательства совершения Зеленовской инкриминируемого ей деяния. Данные доказательства исследованы судом и нашли свое полное подтверждение, в результате чего установлена четкая прямая причинно-следственная связь между преступными действиями подсудимой и наступившими общественно-опасными последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью К., повлекшие по неосторожности смерть последнего.

Совокупность доказательств, исследованных в судебном заседании, являющихся относимыми, допустимыми и достоверными, суд признает достаточной для установления вины подсудимой в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора. При этом суд не находит оснований для переквалификации действий Зеленовской по вышеизложенным основаниям.

Оценив изложенные доказательства, суд считает доказанной вину подсудимой в совершенном преступлении и действия ФИО1 квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Квалифицирующий признак совершения преступления с применением предметов, используемых в качестве оружия имеет место в данном случае, поскольку ФИО1 причинила телесные повреждения К., используя нож в качестве оружия.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимой преступления, относящегося к категории особо тяжких, данные о личности, характеризующейся по месту жительства посредственно, состояние ее здоровья, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия ее жизни.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств суд учитывает полное признание вины, раскаяние в содеянном, материальное положение подсудимой, болезненное состояние здоровья, совершение преступления впервые. На основании п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ суд признает смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку как установлено судом, незадолго до посягательства на него самого, К. нанес подсудимой удар ножом в бедро, причинив колото-резаное ранение, что подтверждается заключением экспертизы, проведенной в отношении Зеленовской. В силу положений ст.61 ч.1 п. «и» УК РФ суд считает возможным признать в качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО1 активное способствование расследованию преступления, так как подсудимая изначально давала стабильные и последовательные показания, изобличающие ее в совершении преступления, не пыталась уйти от ответственности и именно эти показания легли в основу предъявленного ей обвинения, в том числе, в части цели и мотива совершения преступления.

Отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством, согласно ст.63 УК РФ, суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку из пояснений подсудимой следует, что именно алкогольное опьянение вызвало у нее такую реакцию, в результате чего она схватила нож и нанесла ранение сожителю, и, в случае, ее нахождения в трезвом состоянии, поступила бы иначе, т.е. нахождение подсудимой в этом состоянии повлекло за собой существенное снижение порога толерантности к оскорбительным словам и действиям потерпевшего в связи с количеством выпитого алкоголя, способствовало выбору ею агрессивного способа разрешения конфликта.

С учетом изложенного, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения ее свободы на определенный срок, полагая достаточным для ее исправления и перевоспитания назначение только основного вида наказания, то есть без дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ст.111 ч.4 УК РФ.

Судом обсуждался вопрос о применении положений ст.ст. 15 ч.6, 64, 73 УК РФ, однако оснований для их применения суд не находит с учетом конкретных обстоятельств совершенного преступления и личности подсудимой.

В соответствии со ст.58 ч.1 п. «б» УК РФ отбывание наказания ФИО1 суд назначает в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО1 до вступления настоящего приговора в законную силу подлежит оставлению прежней – заключение под стражу. В силу положений ст.72 ч.3.1 п. «б» УК РФ время содержания под стражей подлежит зачету из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск не заявлен.

Вещественные доказательства по делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Кабанскому району СУ СК РФ по РБ, подлежат уничтожению как невостребованные.

Процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи подсудимой ФИО1 подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета. Учитывая личность подсудимой, являющейся трудоспособной, а также отсутствие иных оснований для освобождения от уплаты процессуальных издержек, в соответствии со ст.131-132 УПК РФ суд полагает необходимым взыскать с подсудимой процессуальные издержки, связанные с вознаграждением адвоката Павлова И.Ф. в ходе предварительного следствия и в суде, а всего в размере 22 263 рубля.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОР И Л:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.4 УК РФ и назначить ей наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить прежней до вступления настоящего приговора в законную силу.

Срок наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 18.09.2023 по день вступления приговора в законную силу в соответствии со ст.72 ч.3.1 п. «б» из расчета один день за полтора дня отбывания наказания.

Процессуальные издержки возместить за счет средств федерального бюджета.

Взыскать с ФИО1 процессуальные издержки в сумме 22 263 (двадцать две тысячи двести шестьдесят три) рубля.

Вещественные доказательства – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Бурятия в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей – в тот же срок с момента вручения копии приговора. В случае поступления апелляционных жалоб либо апелляционного представления, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в тот же срок с момента вручения апелляционной жалобы либо представления, затрагивающих ее интересы.

Судья О.Г.Баймеева