Решение по делу № 1-109/2014 от 16.02.2023 - о признании незаконными действий в виде нарушений условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания, компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью.

№1-109/2014

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

16.02.2023 <адрес>

Красноуфимский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Бунаковой С.А., с участием прокурора ФИО8, истца ФИО3, при секретаре ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования системы ВКС гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской Республике, ГУФСИН России по Удмуртской Республике, Федеральной службе исполнения наказаний России, Министерству финансов Российской Федерации о признании незаконными действий в виде нарушений условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания, компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском, указав, что в период с 13.04.2019 по 20.10.2021 он содержался в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской республике. В указанный период он содержался в камерах ШИЗО № 1,2,3 и 5, ПКТ №11,12 и 13. В оконные блоки камеры не попадал солнечный свет, освещение было плохое, в связи с чем у него ухудшилось зрение. На основании изложенного, административный истец просит признать незаконными действия ответчика в нарушении условий содержания в камерах, взыскать компенсацию за нарушение условий содержания и моральный вред в размере 370 000руб.

Определением суда от 12.01.2023 суд перешел к рассмотрению требований ФИО2 в порядке гражданского судопроизводства.

В судебном заседании истец ФИО2 посредством использования системы ВКС поддержал заявленные требования, обосновав их доводами, изложенными в заявлении, дополнительно показал, что в результате ненадлежащих условий содержания в ИК -5 ему был причинен вред здоровью, у него ухудшилось зрение, он стал носить очки.

Представитель административных ответчиков ФКУ ИК – 5 УФСИН России по Удмуртской области, ФСИН России по Удмуртской республике, ФСИН России ФИО4 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом.

В судебных заседаниях от 26.10.2022, от 13.12.2022, от 12.01.2023 посредством использования системы ВКС исковые требования не признала, показала, что освещение в камерах колонии соответствует нормативам. ФИО2 отбывал наказание в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской области в периоды с 12.04.2019 по 06.06.2019, с10.01.2020 по 14.04.2020, с 17.06.2020 по 19.08.2020, с 27.08.2020 по 06.07.2021, с 14.07.2021 по 20.10.2021. В этот период он также находился в других исправительных учреждениях. Зрение у него могло ухудшиться и в тех учреждениях. На прогулку ФИО2 выводился в соответствии с графиком и распорядком учреждения. За этот период за допущенные нарушения установленного порядка и режима отбывания наказания неоднократно водворялся в штрафной изолятор и помещение камерного типа.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО5, в судебное заседание не явилась, в возражениях на исковое заявление просила отказать истцу в удовлетворении исковых требований, считает, что надлежащим ответчиком по иску является Российская Федерация в лице ФСИН России. Также просит передать административное дело по подсудности по месту нахождения ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской Республике( л.д.90-92).

Выслушав истца, прокурора Расторгуеву Л.А., полагавшую возможным отказать истцу в удовлетворении исковых требований, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО2 отбывает наказание в виде лишения свободы по приговору Красноуфимского городского суда Свердловской области от 18.11.2013. В настоящее время содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Удмуртской Республике.

В ФКУ ИК- 5 УФСИН России по Удмуртской Республике истец отбывал наказание в период с 13.04.2019 по 20.10.2021.

Вместе с тем, судом установлено, что в указанном учреждении истец находился непостоянно.

Из справки ОСУ ФКУ ИК -5 УФСИН России по Удмуртской Республике следует, что в указанное учреждение истец прибыл 12.04.2019 из ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Удмуртской республике; 06.06.2019 прибыл в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Удмуртской Республике; 10.01.2020 прибыл в ФКУ ИК -5 УФСИН России по Удмуртской Республике; 14.04.2020 прибыл ФКУ ИК -8 УФСИН России по Удмуртской Республике; 17.06.2020 прибыл в ФКУ ИК -5 УФСИН России по Удмуртской Республике; 19.08.2020 прибыл в ФКУ ИК -8 УФСИН России по Удмуртской Республике; 27.08.2020 прибыл в ФКУ ИК -5 УФСИН России по Удмуртской Республике; 06.07.2021 прибыл в ФКУ ИК -8 УФСИН России по Удмуртской Республике; 14.07.2021 прибыл в ФКУ ИК -5 УФСИН России по Удмуртской Республике;20.10.2021 убыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Удмуртской Республике( л.д.48).

Таким образом, истец ФИО2 содержался в ФКУ ИК- 5 УФСИН России по Удмуртской Республике в период с 12.04.2019 по 06.06.2019, с 10.01.2020 по 14.04.2020, с 17.06.2020 по 19.08.2020, с 27.08.2020 по 06.07.2021, с 14.07.2021 по 20.10.2021.

Согласно ответа ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Удмуртской Республике от 17.01.2023: истец ФИО2 содержался в камерах ШИЗО № 1.2,3,5, камерах ПКТ № 11,12,13. В 2019году: ПКТ №11 с 23.04.2019 по 27.04.2019, с 31.05.2019 по 06.06.2019 ;в 2020году: ШИЗО № 5 с 18.01.2020 по 11.02.2020; ШИЗО № 1 с 15.06.2020 по 17.06.2020; ШИЗО № 5 с 17.06.2020 по 30.06.2020, с 03.07.2020 по 29.07.2020, с 06.08.2020 по 10.08.2020, с 13.08.2020 по 19.08.2020, с 11.09.2020 по 16.09.2020, с 18.09.2020 по 25.09.2020. ШИЗО №2 с 29.10.2020 по 29.10.2020, с 31.10.2020 по 11.11.2020; ШИЗО №1 с 11.11.2020 по 11.11.2020; ШИЗО № 2 с 11.11.2020 по 24.11.2020, ШИЗО № 3 с 24.11.2020 по 30.11.2020, ШИЗО № 1 с 08.12.2020 по 23.12.2020, с 24.12.2020 по 08.01.2021. ПКТ № 11 с 11.01.2020 по 12.01.2020, ПКТ № 13 с 17.02.2020 по 18.02.2020, с 13.06.2020 по 03.07.2020, ПКТ № 12 с 02.08.2020 по 06.08.2020, ПКТ №11 с 16.09.202 по 31.10.2020.

В 2021 году: ШИЗО №1 с 08.01.2021 по 09.02.2021, с 19.02.2021 по 23.02.2021, ШИЗО № 2 с 23.02.2021по 26.02.2021, ШИЗО № 1 с 26.02.2021 по 05.03.2021, ШИЗО № 2 с 05.03.2021 по 17.03.2021, ШИЗО № 1 с 16.04.2021 по 24.04.2021, ШИЗО № 5 с 24.04.2021 по 27.04.2021, с 27.05.2021 по 31.05.2021, с 29.06.2021 по 03.07.2021, с 15.07.2021 по 17.07.2021, с 01.08.2021 по 09.08.2021, с 10.08.2021 по 12.08.2021, с 18.08.2021 по 25.08.2021, с 27.08.2021 по 30.08.2021, с 03.09.2021 по 05.09.2021, с 25.09.2021 по 02.10.2021, с 03.10.2021 по 12.10.2021, 12.10.2021 по 13.10.2021, ПКТ № 11 с 30.08.2021 по 02.09.2021, с 19.10.2021 по 20.10.2021. 20.10.2021 осужденный губанов Г.М. прибыл в СИЗО -1 УФСИН России по Удмуртской Республике.

Частью 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации закреплено, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

На основании части 2 статьи 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (часть 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» на учреждения, исполняющие наказания, возложена обязанность по созданию условий для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В статье 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации отражено материально-техническое обеспечение осужденных к лишению свободы, минимальные нормы которого устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не должны подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию. При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний(статьи 8, 10, 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях 31 января 1957 года и 13 мая 1977 года (далее по тексту - Правила) предусматривают, что окна должны быть достаточно велики для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и сконструированы так, чтобы обеспечить доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции, искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения. (подпункты "а,б" пункта 11 Правил).

Из пояснений истца в судебном заседании следует, что в ИК -5 он содержался в камерах ШИЗО № 1,2,3 и 5, ПКТ №11,12 и 13, где было недостаточное освещение, солнечный свет не попадал в камеры, на прогулку его выводили в темное время суток.

Данный факт подтвердили в судебном заседании свидетели ФИО7, ФИО9 Так, из показаний свидетеля ФИО7 в судебном заседании, допрошенном посредством ВКС, следует, что он находился в ИК -5 с 2014 года по ноябрь 2022года. Он неоднократно находился с ФИО2 в камерах ШИЗО и ПКТ в ИК-5. Но точные даты не помнит. В камерах ШИЗО №1,2,3,5 дневной свет попадал в камеру плохо из-за высокой глухой стены. Также дневной свет не попадал в камеры ПКТ № 11,12,13. Искусственное освещение в камерах было плохое. В камерах лампы дневного света, по 4 лампы в светильниках. Работают они попарно. Как правило, горели только по 2 лампочки. ФИО2 в 2019 году не носил очки, а в конце 2020 года уже начал носить очки. Лампы осужденные не ломали. В зимнее время прогулки в ШИЗО проводятся с 6до 7 утра. В это время зимой на улице темно. Освещение во внутренних двориках тоже плохое. ФИО2 из ИК-5 уезжал в другие колонии.

Свидетель ФИО9, опрошенный в судебном заседании посредством ВКС, показал, что вместе с ФИО2 находился в ШИЗО № 5 в декабре 2019года в течение 15 суток. В камере освещение стен темное, освещения мало, солнечный свет в окно не попадал. Окно выходило во дворик. В камере работали не все лампочки. Освещения было мало. Там были лампочки в виде трубы. Горели они он не помнит как. ФИО2 в 2019году очки не носил, сейчас носит. Знает, что ФИО13 работает энергетиком в ИК -5, ФИО14 работает на администрацию.

Также в подтверждение своих доводов о нарушении санитарных норм в части освещения истец ссылается на прокурорскую проверку.

Действительно, Удмуртской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях проведена проверка. В ходе выездной проверки в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской Республике выявлены нарушения уголовно-исполнительного законодательства, в части санитарного обеспечения осужденных. Проверка проведена 17.02.2022.

В представлении Удмуртского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 28.04.2022, вынесенного в адрес начальника ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской Республике указано, что в нарушение требований ФЗ N 52-ФЗ «О санитарно - эпидемиологическом благополучии населения», п. 17.15. «СП 308.1325800.2017. Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)» (утв. и введен в действие Приказом Минстроя России от 20.10.2017 N 1454/пр) (далее - СП 308.1325800.2017) в камерах ПКТ №№ 1,5,6,12 частично отсутствуют осветительные приборы, в связи с чем параметры искусственной освещенности низкие и не соответствуют требованиям нормативных документов( л.д.70). Проверка проведена по обращениям осужденных ФИО10, ФИО11 и ФИО12( л.д.70).

В ответе Уполномоченному по правам человека в Удмуртской Республике от 28.04.2022 Удмуртский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях сообщил, что прокуратурой рассмотрено обращение осужденного ФИО2 ( без даты) и обращение от 09.03.2022 по доводам о нарушении законов в ФКУ ИК-5 УФСИН России по УР. В ответе указано, что была проведена проверка, которой установлено, что в нарушение требований ФЗ N 52-ФЗ, «СП 308.1325800.2017 в камерах ПКТ №№ 1,5,6,12 частично отсутствуют осветительные приборы, в связи с чем параметры искусственной освещенности низкие и не соответствуют требованиям нормативных документов( л.д. 71-75).

Вместе с тем, из анализа представленных документов, сведений о размещении ФИО2 в камерах ШИЗО и ПКТ, материалов проверки Удмуртской прокуратуры по надзору за соблюдением законом в исправительных учреждениях, а также изложенных в акте прокурорского реагирования, не представляется возможным достоверно установить несоответствие уровня освещения в камерах ПКТ, ШИЗО именно в период нахождения там истца ФИО2

Также суд обращает внимание, на то, что проверка, по результатам которой было внесено прокурором представление, проводилась по жалобам осужденных ФИО10, ФИО11 и ФИО12, а не ФИО2

Материалами дела подтверждено, что уровень освещенности в ШИЗО, ПКТ ФКУ ИК-5 неоднократно проверялся сотрудниками Филиала «Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора в Удмуртской Республике».

Из Протоколов № 2,27,24 Филиала «Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора в Удмуртской Республике» следует, что замеры проводились 17.01.2019, 25.08.2020, 09.04.2021. Уровень освещенности соответствует нормативным показателям (л.д. 42-46). Обнаруженные неисправными лампы в камере ПКТ 13 (протокол № 2 от 17.01.2019) не свидетельствует о нарушении прав истца, поскольку в указанный период он не содержался в ФКУ ИК-5.

Согласно Справки главного энергетика ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской республике о 11.05.2021: в камерах ШИЗО, ПКТ установлены светильники с люминисцентными лампами в количестве 4шт. мощностью 10ВТ, световой поток 90Лм. Вся электропроводка и освещение в учреждении произведено согласно требованиям СП 308, СанПин 2.2.1/2.1.1.1278-03» Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий»( л.д.47).

Также наличие надлежащего освещения в камерах ШИЗО и ПКТ подтвержден показаниями свидетелей. Свидетель ФИО13 суду показал, что работает главным энергетиком ФКУ ИК- 5 УФСИН России по Удмуртской Республике с 2019года. В его обязанности входит, в том числе энергоснабжение учреждения. В камерах ШИЗО, ПКТ установлены лампы, освещение там исправно. Бывает, что осужденные ломают светильники, выкручивают лампы. Но неисправности сразу же устраняются. Также к ним часто приезжают комиссии, замеряют приборами освещенность. Вопросов никогда не было.

Свидетель ФИО14 суду показал, что ему приходилось отбывать наказание в камерах ШИЗО 1 и 2. Не помнит, был или не был в камерах ПКТ № 11,12,13. Камеры освещаются при помощи светильников. В каждом светильнике по 4 лампы. Освещение нормальное, можно читать и писать. Ночью включается ночник. В камеры поступает дневной свет. На прогулки из камер ШИЗО и ПКТ выводят каждый день. Даже в камеры ШИЗО №1,2,3 попадает дневной свет.

Таким образом, несоответствие уровня освещения в камерах ПКТ, ШИЗО в период нахождения в них ФИО2 суду не представлено.

Общестроительные и конструктивные требования утверждены СП 17-02 «Свод правил. Инструкция по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно- исполнительной системы», утвержденных Приказом Минюста России от 02.03.2003 № 130 –ДСП ( СП 17-02), СП 308.1325800.2017. Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования", утвержденного и введенного в действие Приказом Минстроя России от 20.10.2017 N 1454/пр.

Приказом Министерства юстиции РФ от 04.09.2006 N 279 утверждены Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее - приказ Министерства юстиции РФ от 04.09. 2006 N 279).

В силу подпункта 10 пункта 20 приказа Министерства юстиции РФ от 04.09.2006 N 279, в камерах устанавливаются металлические решетки, преграждающие доступ к окнам со стороны камер.

В соответствии с подпунктом 8 пункта 32 Наставления окна в камерах ПКТ, ЕПКТ, ШИЗО, ДИЗО, ПФРСИ, ТПП, одиночных камерах в ПК особого режима с двойными оконными переплетами оборудуются форточкой, открывающейся вовнутрь. С внешней стороны устанавливаются металлические сварные решетки. Со стороны камер окна отгораживаются решеткой, исключающей доступ к стеклу.

Согласно п.14.55 СП 17-02, камеры ПКТ, ШИЗО, ДИЗО, ЕПКТ, одиночные камеры особого режима для осужденных должны иметь естественное освещение. Окна размером 0,9х0,6 м., в камерах ШИЗО - размером 0,6 м x 0,6 м, в проемах которых установлены металлические решетки из круглой стали диаметром 20 мм и поперечных полос сечением 60*12 мм. Окна, оборудованные форточкой, необходимо располагать у потолка.

Представленными суду фотографиями окон камер ШИЗО и ПКТ не опровергается нарушение вышеуказанных норм исправительным учреждением( л.д.49-60).

Суд полагает, что естественное и искусственное освещение в камерах ШИЗО, ПКТ, где содержался осужденный ФИО2 организовано в соответствии с требованиями Наставлений по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы. По сведениям ответчика естественное освещение в камерах ШИЗО и ПКТ обеспечивается за счет окон. Наличие в камерах ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской республике оконных решеток, решетчатых перегородок предусмотрено вышеуказанными правовыми нормами. Искусственное освещение в камерах ПКТ и ШИЗО обеспечивается за счет люминисцентных ламп. Наличие указанных ламп не оспаривалось истцом и свидетелями, а также подтверждается справкой главного энергетика ФКУ ИК-5.

Таким образом, само по себе наличие на окнах решеток, через которые мало проникал солнечный свет не влечет нарушения прав истца и не может быть расценено как ненадлежащие условия содержания под стражей, поскольку действующее законодательство в части обеспечения осужденным надлежащего освещения исходит из того, чтобы обеспечивать поступление естественного (дневного) света и искусственного освещения, которое было бы достаточном для того, чтобы заключенные могли читать и работать. Лампами дневного света обеспечивается возможность осужденных писать и читать без опасности для зрения.

В связи с изложенным, нарушений прав истца в части ненадлежащего уровня освещения камер ответчиком допущено не было.

Доводы истца о прогулках в темное время суток также не свидетельствует о ненадлежащих условиях его содержания.

В соответствии с частью 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

В спорный период действовали Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденные Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года N 295, пунктом 20 которых определено, что в каждом исправительном учреждении устанавливается регламентированный распорядок дня с учетом особенностей работы с тем или иным составом осужденных, времени года, местных условий и иных обстоятельств.

Приказом ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской республике от 09.10.2019 № 450 ос» утвержден распорядок дня осужденных.

Из выписки распорядка дня следует, что прогулка осужденных в ШИЗО предусмотрена с 06.50 до 07.50, в камерах ПКТ с 10.00 до 11.30( л.д. 75).

Таким образом, находясь в камерах ШИЗО, в соответствии с распорядком дня осужденный ФИО2 находился на прогулке с 06.50 до 07.50,что не противоречит нормативным актам, принятых в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской республике и не является нарушением прав истца, который своим поведением обрекал себя на нахождение в камерах ШИЗО. Прогулки осужденных, находящихся в камерах ПКТ производились в светлое время суток.

Доводы истца об ухудшении зрения по вине ФКУ ИК-5 ничем не подтверждены.

Из возражений ответчика( л.д.38 об), следует, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК-5 зафиксированы обращения истца в медицинскую часть, однако из представленной информации не установлено, что истец ФИО2 обращался в медицинскую часть по факту ухудшения зрения.

В Справке медицинской части №8 ФКУЗ МСЧ -18 ФСИН России от 15.02.2023 также указано, что за период нахождения в ИК -5 осужденный ФИО2, согласно медицинской документации, на прием к врачу -офтальмологу не записывался. Очки не назначались, показаний для оказания неотложной и экстренной помощи врачом –офтальмологом не было.

Таким образом, не имеется оснований полагать, что именно вследствие ненадлежащих условий содержания истца в ФКУ ИК-5 истцу был причинен вред здоровью, а именно ухудшилось зрение.

Также суд обращает внимание на то, что ранее истец обращался с исковым заявлением к ИВС ОМВД России, где также утверждал, что вследствие ненадлежащих условий содержания под стражей в ИВС у него ухудшилось зрение.

Кроме того, суд также обращает внимание на то, в том числе и по факту частичного отсутствия осветительных приборов в камерах ПКТ №№ 1,5,6,12 ФИО2 уже обращался в Красноуфимский районный суд. Решением Красноуфимского суда от 13.09.2022 его исковые требования удовлетворены, с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 за период с 12 апреля 2019 года по 21 октября 2021 года взыскана компенсация в размере 10 000 руб.

Ссылки истца на решение Дзержинского районного суда г. Перми по делу № 2а-2523/2022 не подтверждают наличие в ИК -5 проблем с освещением. Вышеуказанным решением в части освещения истцу в удовлетворении требований отказано ( л.д.76-83).

Судом не принимаются во внимание показания свидетелей ФИО7, ФИО9, поскольку они противоречат материалам дела. То обстоятельство, что ФИО2 стал носить очки, находясь в ФКУ ИК-5 не свидетельствует о том, что зрение ухудшилось из-за условий содержания именно в данном учреждении.

Таким образом, оценив исследованные доказательства, суд приходит к выводу, что в судебном заседании не нашли свое подтверждения нарушения прав истца в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской Республике в спорный период, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения его требований.

Представителем Министерства финансов России заявлено ходатайство о передаче иска ФИО2 по подсудности по месту нахождения ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской Республике.

Судом установлено, что изначально заявление ФИО2 было подано в порядке административного судопроизводства.

В соответствии с ч. 1 ст. 27 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действующее законодательство обязывает суд общей юрисдикции, принявший дело к своему производству с соблюдением правил подсудности, рассмотреть его по существу во всех случаях, если даже во время производства по делу изменилась подсудность, то есть дело стало подсудным другому суду общей юрисдикции или арбитражному суду.

В силу части 1 статьи 33 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело, принятое судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть разрешено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно станет подсудным другому суду, за исключением случаев изменения подсудности, установленной статьями 26 и 27 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку исковое заявление ФИО2 принято к производству с соблюдением правил подсудности, то оснований для удовлетворения ходатайства представителя Министерства финансов России не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.56,197-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФКУ ИК-5 УФСИН России по Удмуртской Республике, ГУФСИН России по Удмуртской Республике, Федеральной службе исполнения наказаний России, Министерству финансов Российской Федерации о признании незаконными действий в виде нарушений условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания, компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Красноуфимский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме –27.02.2023.

Судья- С.А. Бунакова