Решение по делу № 2-594/2025 от 06.06.2025 - об установлении факта трудовых отношений с 04 сентября 2024 г. по 04 февраля 2025 г., признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании средней зарплаты за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск, морального вреда, судебных расходов.

Дело № 2-594/2025

УИД 13RS0025-01-2025-000478-69

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Саранск 23 мая 2025 года

Октябрьский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

при секретарях судебного заседания Жирновой С.Ю., Медведевой Н.Ф.,

с участием в деле:

старшего помощника прокурора Октябрьского района г.Саранска Республики Мордовия Верниковой О.С.,

истца ФИО1 (<дата> года рождения, уроженца <адрес> АССР, паспорт серии <..> <..>, выдан Ленинским РОВД <адрес> <дата>, код подразделения 132-002),

ответчика индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН <***>, ОГРН <***>),

представителя ответчика - адвоката Любишкиной Нины Петровны, действующей на основании ордера <..> от <дата>, удостоверения <..> от <дата>,

государственного органа, компетентного давать заключение по существу спора - Государственной инспекции труда в Республике Мордовия в лице старшего государственного инспектора ФИО6,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Управления Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО5 об установлении факта трудовых отношений с 04 сентября 2024 г. по 04 февраля 2025 г., признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании средней зарплаты за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск, морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ИП ФИО5) об установлении факта трудовых отношений с 04 сентября 2024 г. по 04 февраля 2025 г., признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании средней зарплаты за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск, морального вреда, судебных расходов.

В обоснование исковых требований указал, что с 04 марта 2024 года он официально был трудоустроен у ИП ФИО5 в должности заведующего складом №4 сыпучих и штучных строительных материалов. Ему выплачивалась ежемесячная заработная плата в размере 20 500 руб., а также надбавка в конверте, в связи с чем, совокупный доход в месяц составлял 52 000 руб. <дата> он был уволен по собственному желанию в связи с семейными обстоятельствами. <дата> он вновь был принят к ИП ФИО5 на вышеуказанную должность с окладом в размере 60 000 руб., однако, официально трудовой договор с ним заключен не был. Вместе с тем, он был допущен к осуществлению трудовой функции заведующего складом №4 сыпучих и штучных строительных материалов, исполнял должностные обязанности кладовщика, получал заработную плату «в конверте», в связи с чем, считает трудовые отношения сложившимися. 04 февраля 2025 года со словами «Вы нам дорого обходитесь» ИП ФИО5 его уволил. Считает свое увольнение незаконным, в связи с чем, руководствуясь положениями Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом уточненных исковых требований просит:

- установить факт трудовых отношений между ним и ИП ФИО5 с 04 сентября 2024 г. по 04 февраля 2025 г.;

- признать его увольнение незаконным;

- восстановить на работе в должности заведующего скла<адрес> сыпучих и штучных строительных материалов;

- взыскать среднюю зарплату за вынужденный прогул с 05 февраля 2025 года до вступления в силу судебного решения;

- взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск за период работы с 04 марта 2024 года по 31 июля 2024 года и с 04 сентября 2024 года по 04 февраля 2025 года в размере 26 753 руб.;

- взыскать пени за использование чужих денежных средств;

- взыскать компенсацию за дополнительные отпуска за ненормированный рабочий день и пени за использование чужих денежных средств;

- взыскать компенсацию за работу в праздничные дни (06 января 2025 г., 04 ноября 2024 г.) в размере 7 643,8 руб. и пени за использование чужих денежных средств;

- обязать ответчика произвести все необходимые налоговые и социальные отчисления в полном объеме в ФНС в размере 67 320 руб., СФР – 123 037,9 руб. за все периоды трудовых отношений;

- взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.;

- взыскать судебные расходы: почтовые, услуги юриста, нотариуса и пр.

В судебное заседание ответчик ИП ФИО5 не явился по неизвестной суду причине, о дате, времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежаще.

Протокольным определением суда от 29 апреля 2025 года к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено Управление Федеральной Налоговой Службы по Республике Мордовия (далее – УФНС по Республике Мордовия), представитель которого в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, о дате, времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежаще, представил заявление о рассмотрении дела в отсутствие (т. 3 л.д. 72,78).

Представитель Государственной инспекции труда в Республике Мордовия, привлеченной к участию в деле в соответствии со ст. 47 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК Российской Федерации), в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, о дате, времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежаще, представил заявление о рассмотрении дела в отсутствие (т. 3 л.д. 52).

Участники процесса, помимо направления извещений о времени и месте рассмотрения дела, извещались также и путем размещения информации по делу на официальном сайте Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»: http://oktyabrsky.mor.sudrf.ru в соответствии с требованиями части 7 статьи 113 ГПК Российской Федерации.

В связи с чем, на основании частей третьей, пятой статьи 167 ГПК Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, заявлении об уточнении иска, пояснил следующее. Он работал у ИП ФИО5 в период с 04 марта 2024 г. по 31 июля 2024 г. официально в должности заведующего скла<адрес>. <дата> он уволился по собственному желанию по семейным обстоятельствам. В сентябре 2024 г. семейные обстоятельства у него разрешились, и он вновь пришел к ИП ФИО5 с вопросом трудоустройства на той же должности. Его пригласили прийти и взяли на работу. Решал вопрос о его трудоустройстве 04 сентября 2024 г. непосредственно ИП ФИО5 И в указанный день он был принят на работу в той же должности, что и ранее. Трудовой договор с ним не был заключен. ИП ФИО5 пояснял, что он будет заключен позднее. Он стал работать на складе <..>. Наряду с ним, заведующими другими складами работали ФИО7, ФИО8. <дата> на работу заведующей скла<адрес> взяли еще ФИО9. Часть строительных материалов предавались с ее склада № 2 на его склад №4. При этом была составлена ведомость о передаче товаров, где рукой ФИО9 были сделаны записи о подсчете материалов. В его должностные обязанности входило: учет склада, отпуск материала, прием товара. Во время его работы приемка товара на склад осуществлялась следующим образом. Он получал товар, считал, затем «в сеть» отписывал наименование товара, его вес, количество. Если товар был испорчен, он фотографировал и отправлял фото в офис, и там уже, возможно, ИП ФИО5, расписывался за товар. Сам он не расписывался, так как кладовщикам это делать было запрещено. Рабочий день фактически у него был ненормированный, не до 17 часов, а до 18.30 час., обеденный перерыв был не с 12 час. до 13 час., а с 11.30 час. до 12 час., то есть полчаса вместо часа, приходилось работать и в выходные и праздничные дни, он перерабатывал, но терпел. При нем официально работали только ФИО21 и ФИО7. Остальные работники работали у ИП ФИО5 неофициально. Заработная плата выплачивалась наличными денежными средствами следующим образом: 26 числа он получал 18 000 руб., остальную часть заработной платы получал 10 числа, сумма всегда была разной и зависела от премий, удержаний и т.п. Заработная палата в спорный период выдавалась главным бухгалтером ФИО22 «в конверте». Он соглашался на получение заработной платы «в конверте», так как ему обещали заключить трудовой договор, и он ждал, что с ним его заключат. Прекратил он трудовые отношения ввиду того, что он начал бороться за свои права. В частности, с него неожиданно вычли сумму в размере 5 000 руб., за недостачу материала. В день зарплаты он возмутился, сказал, что нарушен уставной порядок, должна быть инвентаризация, в связи с чем, он будет жаловаться в полицию. После чего на собрании с участием ИП ФИО5, главного бухгалтера ФИО2 ИП ФИО5 ему сказал, что он «дорого ему обходится» и уволил его. К исковому заявлению им приложены ряд документов. Относительно ведомости учета выдачи спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений от <дата> без номера и без даты, расчетных листов, складских накладных, приходных накладных, ведомостей по товарам на складах, накладных, актах об оприходовании и списании товаров, накладных на перемещение (т. 1 л.д. 6-40) пояснил, что указанные документы им получены в период работы у ответчика. Например, расчетные листы за март – ноябрь 2024 г. ему выдавала непосредственно главный бухгалтер ФИО2. Будучи зав.складом, он выдавал перчатки, о чем составлял ведомость, которая у него осталась. Остальные документы у него чисто случайно сохранились. Кроме того, он вел журнал (блокнот) для себя, в котором записывал, какой товар принимал. Считая свои права нарушенными незаконными действиями ответчика, просил удовлетворить исковые требования в полном объеме, с учетом заявления об их уточнении.

Ответчик ИП ФИО5 в письменных возражениях просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме (т. 3 л.д. 87-90).

Представитель ответчика Любишкина Н.П. в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что ФИО1 официально зарегистрирован в г. Москве, является пенсионером. Действительно ФИО1 был официально трудоустроен у ИП ФИО5 в период с 04 марта 2024 г. по 31 июля 2024 г. в должности заведующего складом. Поскольку у ФИО1 имеется зарегистрированная на супругу недвижимость за пределами Российской Федерации, летом 2024 года ему необходимо было выехать за пределы России для решения каких-то вопросов с недвижимостью, в связи с чем ФИО1 написал заявление об увольнении по собственному желанию и с 31 июля 2024 года был уволен. После этого официально на должность заведующего складом в качестве кладовщика была принята ФИО9, которая работает до настоящего времени. У ИП ФИО5 в штатном расписании имеются должности главного бухгалтера, водителей, заведующего складом, юриста, ведется бухгалтерия, в налоговый орган, орган пенсионного и социального страхования предоставляется вся необходимая отчетность в установленном законом порядке. Все работники трудоустроены официально, заработная плата «в конверте» никому не выплачивается. Деятельность ИП ФИО5 осуществляет на протяжении нескольких лет и никогда никаких проблем у него не возникало. Бухгалтерия ведется надлежащим образом, документооборот тоже. Более того, полагает, что истец, будучи, как он сам поясняет, очень востребованным специалистом в своей профессии, зная свои права, почему – то не счел нужным настоять на оформлении надлежащим образом трудовых отношений. Если бы человек был бы не сведущим и не разбирался бы ни в чем, то можно было бы поверить, что он пришел и работал просто так. Однако, ввиду того, что истец является человеком образованным, считает, что он лукавит, говоря, что надеялся на добропорядочность ИП ФИО5 и ожидал заключение с ним трудового договора на протяжении полугода. Поскольку доводы истца ничем не подтверждены, ни документально, ни свидетельскими показаниями, просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Из заключения Государственной инспекции труда в Республике Мордовия, привлеченного к участию в деле в качестве специалиста, от 19 мая 2025 года следует, что истцом не представлены в материалы дела доказательства того, что он приступил к работе с ведома или по поручению ИП ФИО5 или его уполномоченного лица. Поскольку документы, приложенные истцом не отвечают признакам официальных документов, утвержденных организацией, то отсутствует возможность подтвердить утверждение истца о наличии трудовых отношений между ним и ИП ФИО5 Таким образом, доводы истца о выполнении обязанностей по поручению или с ведома работодателя остаются неподтвержденными доказательствами и не соответствуют критериям достоверности и относимости. На основании чего Государственная инспекция труда в Республике Мордовия считает исковое заявление не подлежащим удовлетворению (т. 3 л.д. 215).

Заслушав мнение участников процесса, заключение прокурора Верниковой О.С., полагавшей, что исковые требования не подлежат удовлетворению, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заключение Государственной инспекции труда в Республике Мордовия, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> N 597-О-О суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Часть 1 ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения, как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу ч. 1 ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель.

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем согласно ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В ч. 1 ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации раскрыто понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

На основании ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

Согласно ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В соответствии с ч. 1 ст. 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу).

Ч. 1 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении).

При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания ст. ст. 11, 15, ч. 3 ст. 16 и ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями ч. 2 ст. 67 названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений ст. ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. ст. 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, фотоматериалы, аудио- и видеозаписи.

В случае фактического допущения работника к работе не уполномоченным на это лицом и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями, следует исходить из презумпции осведомленности работодателя о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции.

Ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации установлена презумпция существования между организатором и исполнителем работ трудового договора.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов как-то: трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания, но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, имеющейся в свободном доступе в информационно-коммуникационной сети Интернет ФИО5 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 03 декабря 2010 года (ОГРНИП <***>). В числе основных видов деятельности значится оптовая торговля лесоматериалами, строительными материалами и санитарнотехническим оборудованием.

Согласно приказу о приеме на работу от 04 марта 2024 года ФИО1 принят на работу к ИП ФИО5 в должности заведующего складом с окладом 20 500 руб. на основании заявления от 04 марта (т. 1 л.д. 73).

04 марта 2024 года между истцом и ответчиком был заключён трудовой договор за <..> на неопределённый срок, в соответствии с которым истец принят на работу в должности «заведующий складом». Пунктом 14 установлена заработная плата – оплата по окладу 20 500 руб.

Пунктом 18 Договора определено, что работнику устанавливается пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, с 08 час. до 17 час., перерывом на обед с 12.00 час. до 13.00 час.

Договор подписан обеими сторонами 04 марта 2024 г., прекращен 31 июля 2024 г., копия трудового договора получена на руки истцом (т. 3 л.д. 79-83).

04 марта 2024 г. между истцом и ответчиком заключен договор о полной материальной ответственности (т. 3 л.д. 84).

При приеме на работу с истцом проведен вводный инструктаж по охране труда, о чем свидетельствует его подпись 04 марта 2024 г. (т. 2 л.д. 113-117,118-120).

Специальная оценка условий труда у ИП ФИО5 проведена, что следует из отчета от 30 декабря 2020 г. (т. 2 л.д. 91-106). С данным отчетом ознакомлен лично ФИО1 04 марта 2024 г. (т. 2 л.д.108).

ИП ФИО5 утверждена должностная инструкция заведующего складом (т. 2 л.д. 13-17).

Правилами внутреннего трудового распорядка, утвержденными 01 января 2024 г. ИП ФИО5 установлены порядок приема, перевода и увольнения, порядок формирования и выдачи сведений о трудовой деятельности, приема, перевода, увольнения работников, основные права и обязанности работников и работодателя. Данными Правилами также установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов с двумя выходными днями (суббота и воскресенье); продолжительность работы - 8 часов: с 08 час. до 17. час., с обеденным перерывом с 13.00 час. до 14.00 час.; нерабочими праздничными днями: 1-6 января, 8 января, 7 января, 23 февраля, 8 марта, 1 мая, 9 мая, 12 июня, 4 ноября (пункты 7.1-7.3). По приказу директора при наличии производственной необходимости, по докладной непосредственного руководителя, согласованной с работником, установлено, что отдельные работники могут эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени (пункт 7.4). Учет рабочего времени ведется табельщиком в табеле учета рабочего времени, в котором ежедневно отражается количество отработанных часов (дней) работниками организации (пункт 7.7). Оплата труда работников ИП ФИО5 включает в себя: заработную плату, состоящую из оклада, а также доплат за особые условия труда, работы с вредными, опасными и иными условиями труда, совмещение профессий, работы за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и др. (пункт 9.1). Заработная плата выплачивается работникам не реже чем каждые полмесяца; за первую половину месяца – 25 числа каждого месяца, а за вторую половину месяца – 10 числа каждого месяца, следующего за расчетным (пункт 9.3, т.2 л.д. 13-46).

Из анализа заработной платы сотрудников ИП ФИО5 за период с января 2024 г. по декабрь 2024 г., расчетных ведомостей и расчетных листков следует, что начисление заработной платы ФИО1 произведено только за период с марта по июль 2024 г. (т. 2 л.д. 47-51, 52-56, 122-123).

Реестрами за 2024 г., январь – март 2025 г., подтверждается перечисление заработной платы ФИО1 также только в период его официального трудоустройства (т. 1 л.д. 190-221, т. 2 л.д. 1-12).

Налоговой декларацией формы 6-НДФЛ, поданной ИП ФИО5 22 января 2025 года в УФНС России по Республике Мордовия подтверждается удержание налогов с заработной платы ФИО4 в 2024 году (т. 2 л.д. 57-63).

Из справки – расчета за подписью главного бухгалтера ИП ФИО5 ФИО10 следует, что при увольнении истца 31 июля 2024 г. с ним был произведен полный расчет за отработанное время, отпуск (т. 2 л.д. 64).

Приказом от 31 июля 2024 года трудовые отношения между истцом и ответчиком прекращены по инициативе работника на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по заявлению ФИО1 (т. 1 л.д. 75,76).

Приказом от 01 июня 2021 г. на должность заведующего складом ИП ФИО5 принят ФИО11 (т.2 л.д.107).

Приказом от 26 сентября 2024 г. на должность заведующего складом ИП ФИО5 принята ФИО9 (т.2 л.д.111).

В справке формы 2-НДФЛ за 2024 год указан период работы ФИО1 у ИП ФИО5 в период с марта по июль 2024 г. (т. 2 л.д. 110).

Согласно штатному расписанию у ИП ФИО5 в январе 2024 г. значится 10 штатных единиц: менеджер по продаже стройматериалов (3 единицы), заведующий складом (2 единицы), юрист (1 ед..), бухгалтер (1 ед.), водитель – экспедитор (2 ед.), руководитель отдела продаж (1 ед.) (т. 1 л.д. 86).

Согласно штатному расписанию у ИП ФИО5 в январе 2025 г. значится 7 штатных единиц: менеджер по продаже стройматериалов (2 единицы), заведующий складом (2 единицы), юрист (0,5 ед..), бухгалтер (1 ед.), водитель – экспедитор (1 ед.), руководитель отдела продаж (1 ед.) (т. 1 л.д. 85).

Согласно табелям учета рабочего ИП ФИО5 за март - июль 2024 г. в качестве заведующего складом указан ФИО1 (т. 1 л.д.101-109).

Согласно табелям учета рабочего ИП ФИО5 с сентября 2024 г. по февраль 2025 г. в качестве заведующего складом указаны ФИО11 и ФИО9, фамилия ФИО1 в табелях отсутствует (т. 1 л.д.87-98).

В журнале регистрации приказов по личному составу ИП ФИО5 за период 01 января 2024 г. по 31 марта 2025 г. имеются записи о приеме ФИО1 на работу 04 марта 2024 г., о предоставлении ему отпуска без сохранения заработной платы 07 марта 2024 г., о прекращении трудового договора 31 июля 2024 г. (т. 1 л.д. 119-123).

В журнале регистрации приказов по личному составу за период с 01 января 2025 г. по 31 января 2025 г., ФИО1 не значится (т. 1 л.д. 115-118).

В журнале регистрации трудовых книжек имеется запись за <..> о трудовой книжке на имя ФИО1 в период его работы с 04 марта 2024 г. по 31 июля 2024 г. (т. 1 л.д. 124-128).

В персонифицированных сведениях о физических лицах за 2024 г., январь – март 2025 г., представляемых ИП ФИО5 в налоговый орган сведения о работнике ФИО1 указаны только за период его официального трудоустройства (т. 1 л.д. 129-187).

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм материального права являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между ФИО1 и ИП ФИО5 о личном выполнении ФИО1 работы в должности заведующего складом №4 сыпучих и штучных строительных материалов в период с 04 сентября 2024 года по 04 февраля 2025 года; был ли фактически допущен ФИО1 к выполнению этой работы и какие обязанности были возложены на него исходя из осуществляемых им трудовых функций; выполнял ли она работу в качестве заведующего складом №4 сыпучих и штучных строительных материалов в период с 04 сентября 2024 года по 04 февраля 2025 года в интересах, под контролем и управлением ИП ФИО5; подчинялся ли действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка или графику сменности работы; каков был график работы ФИО1 при выполнении работы по должности продавца-консультанта; выплачивалась ли ему заработная плата, с какой периодичностью и в каком размере.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе рассмотрения дела суд создал все необходимые условия для реализации сторонами своих прав по представлению доказательств в обоснование своей позиции, были допрошены свидетели как со стороны истца, так и со стороны ответчика, исследованы представленные сторонами документы.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика в качестве свидетеля ФИО10 пояснила, что с 2020 года она является главным бухгалтером ИП ФИО5 В ее должностные обязанности входит ведение налогового учета и отчетности, делопроизводство. Ввиду того, что штат ИП ФИО5 небольшой, всех сотрудников она знает лично. 04 марта 2024 г. к ИП ФИО5 был принят на работу в качестве заведующего складом ФИО1 С ним был заключен трудовой договор, договор о полной материальной ответственности. В обязанности Николаева входила приемка товаров от поставщиков, отгрузка товара покупателям, оформление каких-либо документов в обязанности ФИО1 не входило. Зарплата ему выплачивалась 2 раза в месяц: 25 числа и 5 числа, которая перечислялась на банковскую карту. Рабочий день у ИП ФИО5 установлен с 08 час. до 17 час., с понедельника по пятницу, с перерывом на обед с 12 до 13 час. Фактов переработки сотрудников у ИП ФИО5 не зафиксировано. При приеме на работу ФИО1 документы о приеме товара на складе принципиально не оформлял, и когда увольнялся в июле 2024 г. тоже инвентаризацию не принял и не сдал. В конце июля 2024 г. ФИО1 пояснил, что ему необходимо выехать за границу регистрировать недвижимость, в связи с чем, написал заявление об увольнении и был уволен 31 июля 2024 года. ИП ФИО5 осуществляет оптовую торговлю строительными материалами организациям, оплата за который производится в безналичной форме, путем перечисления денежных средств на расчетный счет ИП ФИО5. Продажа товаров у ИП ФИО5 происходит следующим образом: покупатель приходит в офис, менеджеры в двух экземплярах выписывают универсальный передаточный документ (далее - УПД), с этим УПД человек идет на склад, получает товар, второй экземпляр забирает себе. Иных документов сотрудники ИП ФИО5 не оформляют. Отгрузка товара также происходит на основании УПД. Всю необходимую консультацию относительно характеристик и свойств товара покупатель получал у менеджера, а не на складе. В сентябре 2024 г. ФИО1 с вопросом трудоустройства к ИП ФИО5 не обращался. На его место после увольнения в июле 2024 г. была принята ФИО9 Никакого акта приема-передачи между ФИО12 и ФИО1 не составлялось. Поскольку кладовщик является материально - ответственным лицом, так как на складе хранятся материальные ценности, ФИО1 никак не мог быть принят неофициально заведующим складом, поскольку зав.складом вверяются материальный ценности. По гражданско-правовым договорам вообще у ИП ФИО5 никто не работает, в том числе не работал и ФИО1 Заработная плата работникам выплачивается путем перечисления на карту, «в конверте» заработная плата никогда не выплачивалась. В государственные праздники ИП ФИО5 не работает. В частности, январские праздники с 01 января по 09 января 2025 г. были официальными выходными днями и сотрудники ИП ФИО5 не работали, 04 ноября 2024 г. тоже. В штате ИП ФИО5 состоят 8 человек: бухгалтер, руководитель отдела продаж, водитель, юрист (полставки), 2 заведующих складом, 2 менеджера. Всего у ИП ФИО5 один склад со строительными материалами, с названием «Склад <..>» по адресу: <адрес>А, стр. 3. Выдача спец.одежды организована следующим образом: работник подходит к менеджеру, тот выписывает акт на списание материалов, работник идет на склад за спец.одеждой. В период с 04 сентября 2024 г. по 04 февраля 2025 г. ФИО1 в должности заведующим складом у ИП ФИО5 не работал.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика в качестве свидетеля ФИО13 пояснила, что трудоустроена у ИП ФИО5 руководителем отдела продаж с 2021 года по настоящее время. В ее должностные обязанности входит общение с клиентами, закупка товара, выписка УПД. Рабочее место располагается по адресу: <адрес>, строение 2. Истца ФИО1 она знает с прошлого года ввиду того, что он работал весной – летом 2024 года у ИП ФИО5 В период с 04 сентября 2024 года по 04 февраля 2025 года ФИО1 у ИП ФИО5 заведующим складом не работал.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика в качестве свидетеля ФИО9 показала, что трудоустроена в должности заведующей складом у ИП ФИО5, с истцом знакома заочно. Летом 2024 года она искала новое место работы в должности кладовщика, и пришла к ИП ФИО5 Там находился человек, как впоследствии она узнала истец. Ей пояснили, что этот мужчина работает кладовщиком, но он увольняется. После этого, отгуляв свой отпуск по предыдущему месту работы, она вышла на работу к ИП ФИО5 в должности заведующей складом в сентябре 2024 года. Она сразу уточнила, был ли наведен порядок в товаре, у кого ей принимать товар, ей сказали, что кладовщика по этому товару, который она принимала, нет, поэтому была создана комиссия в составе главного бухгалтера ФИО10 и менеджера Оксаны (ФИО13), у которой она приняла склад. Таким образом, она видела истца один раз – летом 2024 года, когда приходила для трудоустройства к ИП ФИО5. Больше она истца не видела никогда. ИП ФИО5 работает только с организациями по универсальному передаточному документу (УПД), то есть то есть представитель организации – покупателя - приходит к менеджеру с перечнем товара, который необходимо закупить, менеджер выписывает два экземпляра УПД, отдает покупателю, тот идет на склад с одним экземпляром, где ему кладовщик выдает продукцию. Больше никакой документации не выдается.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика в качестве свидетеля ФИО14 показал, что с 2023 года работает водителем - экспедитором у ИП ФИО5 С ФИО1 знаком с прошлого года, точное время знакомства вспомнить не может, но помнит, что ФИО1 недолго проработал у ИП ФИО5. ФИО1 был трудоустроен в должности кладовщика, который отгружал строительные материалы. Он ФИО1 передавал документы на отгрузку товара формата А4 и ФИО1 на их основании отгружал товар. Отгрузка товара осуществлялась только в рабочее время. В период с сентября 2024 по февраль 2025 года ФИО1 на складе ИП ФИО5 он не видел.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика в качестве свидетеля ФИО15 пояснил, что является директором ООО «Надежстрой РМ», что ФИО1 знает года три, так как тот является соседом по дому. Ответчик тоже ему знаком, с ним у него рабочие отношения, он закупает у него строительные материалы на протяжении 8-10 лет. Сначала база располагалась на <адрес>, года 3-4 назад находится на <адрес>. Он закупает материалы для оптовой торговли. Закупка происходит следующим образом: на базе в двух экземплярах выписывается документ УПД (документ, в котором перечисляется, что купил и в каком количестве), после чего он получал товар на складе. Один экземпляр УПД остается у менеджера, второй – на складе. Кладовщиков, которые отпускали ему товар, он лично не знает, знает только визуально. На складе он видел ФИО1 в июне-июле 2024 года. Осенью 2024 г. ФИО1 на складе он не видел.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству истца в качестве свидетеля ФИО16 пояснил, что трудоустроен оператором котельной в ПАО «Т Плюс». Знает истца, как покупатель магазина строительных материалов, познакомился с ним в конце апреля 2024 г. Он приезжал несколько раз к истцу на строительную базу, расположенную по адресу: <адрес>, вывеска «Стройбаза». В октябре 2024 года ФИО1 в связи со списанием, предложил ему приобрести клей гипсовый (штукатурную смесь). Так как он на тот момент делал ремонт в квартире и покупал очень много разных строительных материалов в разных магазинах, он согласился на предложение истца. Для этого он приехал на склад, вышел ФИО1, показал гипсовую смесь с истекшим сроком годности, затем Николаев выписал ему две накладные на товар, он их взял, отнес в кассу 200 руб., рассчитался и с чеком и одной накладной пошел на склад за товаром. Вообще он приезжал на склад к ФИО1 и в прошлом и в позапрошлом году, раз пять точно и приобретал у ФИО1 штучный строительный товар.

После допроса ФИО1 пояснил суду, что он никак не мог выписать документы на ФИО16, потому что был товар списанный, поэтому сначала он показал списанный товар, затем ФИО16 сам пошел в офис и ему там выписали документы.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству истца в качестве свидетеля ФИО17 пояснил, что трудоустроен в качестве обслуживающего персонала в Арбитражном суде Республики Мордовия. После майских праздников, а именно где-то 12 -<дата> он встретил истца на Центральном рынке г. Саранска, тот подошел к нему и спросил: «Не ты ли у меня покупал плитку?», он ответил: «Давайте посмотрю, что там как». Посмотрел товарный чек и вспомнил, что покупал на складе одну штуку потолочной плитки. Так и познакомился с истцом. Обстоятельства покупки плитки следующие. В январе 2025 г. он затопил салон красоты, расположенный под его квартирой, в связи с чем, ему нужно было купить одну штуку потолочной плитки и заменить залитую. Для этого он по объявлениям в сети Интернет нашел сайт «Стройбаза.ру», позвонил туда, спросил есть ли в продаже потолочная плитка, там ответили, что есть. Он доехал до стройбазы, зашел в одноэтажное здание, там магазинчик был, он зашел, кассир выписала накладную, объяснила, где склад, он вышел, обошел здание, через ворота прошел во двор, там будочка была, там сидел кладовщик - истец, он его окликнул, показал накладную, истец ему выписал одну штуку плитки по накладной, затем истец нашел эту плитку, он с ним ее упаковали, он взял плитку, вернулся в офис, оплатил, получил чек и уехал.

К исковому заявлению истцом приложены документы (т. 1 л.д. 6-43).

Позиция ответчика относительно данных документов изложена в письменных возражениях. В частности, в них указывается, что табели учета рабочего времени не имеют подписей и печатей, не являются первичными (кадровыми и бухгалтерскими) документами ответчика. Складские накладные не подтверждают выполнение истцом какой-либо трудовой функции, не имеют подписи истца, а автором накладных значится «ИП ФИО18». Ведомости учета выдачи спецодежды не являются внутренними бухгалтерскими документами ответчика, не содержат подпись «Руководитель подразделения» и печати. В материалы дела не представлено доказательств того, что ответчик давал указания истцу на выдачу указанных материалов, а также передавал их истцу (акт по форме М-11 «Требование-накладная» отсутствует).

Данные документы судом исследованы в присутствии участников процесса, свидетелей.

При предъявлении свидетелю ФИО13 ведомости учета выдачи спецодежды от 14 ноября 2024 года, от декабря 2024 года и января 2025 года (т. 1 л.д. 24,25,26) свидетель пояснила, что такой формы ведомости у ИП ФИО5 не ведутся, видит их впервые, у ИП ФИО5 спецодежда выдается по акту на списание материалов.

В качестве образца представителем ответчика представлен акт на списание материалов №<..> от <дата>, форма которого отличается от представленного истцом (т. 3 л.д.32).

Также исследованные акты списания материалов за период с 12 марта 2024 г. по 28 февраля 2025 г., подписанные ИП ФИО5 существенно отличаются от представленных истцом.

Относительно ведомости от 11 января 2025 г. (т. 1 л.д. 37) истец пояснил, что в данной ведомости рукописный подсчет выполнен ФИО12. В ведомости по товарам на складах от <дата> в графе «Принял» стоит его подпись, в графе «Сдала» подпись ФИО21. Данную ведомость он подписал, но не сдал.

При предъявлении свидетелю ФИО9 на обозрение данной ведомости по товарам на складах от 11 января 2025 года и 13 января 2025 года (т. 2 л.д. 154, 155) свидетель пояснила, что данные документы ей не знакомы, документы по такой форме у ИП ФИО5 не ведутся, поскольку работа с организациями – покупателями товара происходит по УПД. Рукописные записи в ведомостях от 11 января 2025 года и 13 января 2025 года выполнены не ею, слово «Сдала» в ведомости от 13 января 2025 г. выполнено также не ее рукой.

При предъявлении свидетелю ФИО10 всех документов, приложенных истцом к исковому заявлению (ведомости по товарам на складах, ведомости учета выдачи спецодежды, расчетные листы и др.), содержащихся в томе 1 на л.д.11-30, 32-40, свидетель пояснила, что данные формы документов ей не известны, видит она их впервые, в базе «1С Бухгалтерия» у ИП ФИО5 формы данных документов совершенно иные.

Относительно представленной на обозрении фотографии с надписью «Расчет при увольнении» (т. 3 л.д.240), представленной истцом, свидетель ФИО10 пояснила, что данный расчет сделан не ею.

В представленных истцом расчетных листах за март-июль 2024 года, то есть в период официального трудоустройства, сумма оклада указана как «25000» (т. 1 л.д. 11-12), в то время, как согласно приказу о приеме на работу ФИО1 от 04 марта 2024 г. оклад обозначен «20500 руб. 00 коп.» (т. 1 л.д. 73).

Анализируя расчетные листы, приложенные истцом к исковому заявлению, суд учитывает, что в них значатся совершенно суммы, якобы, начисленной истцу заработной платы, которые противоречат документам, представленным стороной ответчика.

Относительно счет-фактуры <..> от <дата> (т. 1 л.д.31) истец пояснил, что случайно сфотографировал ее, когда принимал товар от ООО «Агава» и она подтверждает, что именно он принял товар «соль техническая противогололёдная 25 кг» на склад, о чем имеется запись в его личном блокноте, который он вел для себя, когда принимал товар, и заявил ходатайство об истребовании заверенной ее копии.

Судом истребована данная счет - фактура с ООО «Агава» <..> от <дата> (т. 2 л.д.147,148). В графе «Товар принял» имеется подпись ИП ФИО5 Подписи истца, иных указаний на приемку товара истцом, данный документ не содержит, в связи с чем, по мнению суда, указанный документ не подтверждает доводы истца.

Относительно ведомости за октябрь 2024 г., январь 2025 г. (т. 1 л.д. 16-17) истец пояснил, что в начале каждого месяца ИП ФИО5 расписывал все рабочие дни месяца, кто и когда будет работать и отправлял фотографию графика в группе «Склад» в мессенджере «Вацап», в которой состояли все кладовщики, водители. В данной ведомости значится фамилия истца, что, по его мнению, является подтверждением его работы в спорный период.

Также истцом в качестве доказательства того, что ответчик обещал ему выплатить за спорный период времени заработную плату представлена переписка в мессенджере «Вацап» (т. 3 л.д. 239).

Вместе с тем, суд не принимает данные переписки в качестве доказательств доводов истца, поскольку невозможно идентифицировать лицо, осуществлявшее переписку.

Представленный истцом лист формата А4 с указанием списка контактов работников ИП ФИО5, с указанием номеров мобильных телефонов самого ИП ФИО5, завхоза, главного бухгалтера, менеджера, заведующего складом, продавца (т. 2 л.д.157, т. 3 л.д.232), якобы, распечатанный с официального сайта суд не признает в качестве такового, поскольку он не отвечает требованиям ст. 71 ГПК Российской Федерации о допустимости и достоверности доказательств, так как представленный текст никем не заверен, не установлен источник данных сведений, данная распечатка не содержит сведений о сайте, с которого она распечатана. Кроме того, указанной информации не содержится на официальном сайте stroybaza13@gmail.com, находящемся в свободном доступе в информационно-коммуникационной сети Интернет.

При предъявлении данного листа свидетелю ФИО10, она пояснила, что у ИП ФИО5 имеется официальный сайт в информационно-телекоммуникационной сети Интернет. Но такие персональные данные, как номера сотовых телефонов, имена сотрудников на сайте никогда не отражались. Более того, на представленной истцом распечатке, якобы, с сайта ИП ФИО5 половина сотрудников не является работниками ИП ФИО5. В частности, с сентября 2024 г. по февраль 2025 г. менеджерами ИП ФИО5 были ФИО19, ФИО13, а в представленной распечатке значатся иные лица. Кроме того, наименование stroybaza13@gmail.com ссылкой на сайт не является, потому что является адресом электронной почты.

На вопрос суда относительно обстоятельств получения документов, которые он приложил к иску, истец пояснил, что формы данных документов им распечатаны с программы «1С Бухгалтерия» с предыдущего места работы, а табель учета рабочего времени лежал на столе и он совершенно случайно взял его. Остальной табель вел он сам, а по нему сделал другой документ.

На документах под названиями «Остатки и доступность товаров» (т. 1 л.д. 32), «акт о списании и оприходовании товаров» (т. 1 л.д.33,35,36), «накладная на перемещение» отсутствуют какие-либо подписи и печати (т. 1 л.д. 40), на ведомости товара на складах за <дата> (т. 1 л.д.28), на складских накладных (т. 1 л.д. 18-23) проставлены подписи без расшифровки, что не позволяет их идентифицировать, печать ответчика отсутствует. Свидетель ФИО10 пояснила, что они не относятся к деятельности ИП ФИО5.

Представленные истцом документы, такие как: архивная справка с сайта «ХХ.ру» о наличии вакансий у ИП ФИО5 в марте 2024 г., скрин-шот переписки в мессенджере «Вацап» за 30 октября (т. 2 л.д.112), список контактов ИП ФИО3 с сайта (т. 2 л.д. 157), детализация операций «+<..>» (т. 2 л.д. 158-176), рукописные записи в блокноте (т.3 л.д. 220-224, 228-229) не подтверждают факт возникновения трудовых отношений между истцом и ответчиком.

Таким образом, вышеперечисленные документы, среди которых: копия трудового договора без подписи ответчика, расчетные листы на истца за март 2024 г. – ноябрь 2024 г., обязанности кладовщика, график учета рабочего времени за октябрь 2024 г., январь 2025 г., складские накладные, ведомости, ведомости по товарам на складах, счет – фактура <..> от <дата>, остатки и доступность товаров, акт об оприходовании товаров, накладные на перемещение (т. 1 л.д. 6-40), а также архивная справка с сайта «ХХ.ру» о наличии вакансий у ИП ФИО5 в марте 2024 г., скрин-шот переписки в мессенджере «Вацап» за 30 октября (т. 2 л.д.112), список контактов ИП ФИО5 с сайта (т. 2 л.д. 157), детализация операций <..>» (т. 2 л.д. 158-176) не отвечают требованиям допустимости и относимости доказательств, предусмотренных статьями 59 - 60 ГПК Российской Федерации, а также не соответствует признакам письменных доказательств, закрепленным в статье 71 ГПК Российской Федерации, документы не заверены, бухгалтерские документы ответчика не содержат подпись и печать ИП ФИО5 Кроме того, каким образом истец получил внутренние бухгалтерские документы достоверно он пояснить не смог.

Доводы истца относительно подложности приказа о приеме на работу в качестве заведующего складом ФИО11 с <дата> (т. 2 л.д.107), ввиду того, что ФИО11 практически не работал, а «находился в запое», суд находит голословными, ничем не подтвержденным, и никак не влияющим на установление факта трудовых отношений.

Ходатайства истца о назначении почерковедческих экспертиз в отношении ответчика и свидетеля ФИО9 разрешены судом протокольными определениями.

К показаниям свидетелей ФИО16 и ФИО17 в судебном заседании о том, что в спорный период времени истец им отпускал товар со склада на стройбазе у ответчика, суд относится критически, поскольку как установлено из выписки из ЕГРЮЛ, показаний работников ИП ФИО5, показаний свидетеля ФИО15, ИП ФИО5 осуществляет только оптовую торговлю строительным материалами, работает только по УПД, в связи с чем, суд делает вывод, что товар в розницу свидетелю ФИО16 (6 мешков гипсовой штукатурки) и свидетелю ФИО17 (1 штуки потолочной плитки) не отпускался.

Более того, согласно справке ГБУЗ РМ «Мордовская республиканская клиническая больница» ФИО1 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении в период с 12 мая 2025 г. по 19 мая 2025 года (т. 3 л.д. 210), в связи с чем, свидетель ФИО17 его никак не мог встретить на Центральном рынке 12 - <дата>

В приобщенном к материалам дела по ходатайству истца товарном чеке №<..> от <дата>, представленным свидетелем ФИО17 о, якобы, приобретенной им «плите потолочной «Байкал» - 1 ед.» <дата> у ФИО1 на складе, в качестве поставщика указан ИП ФИО18, а не ИП ФИО5

При этом, вопреки позиции истца, у суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО10, ФИО13, ФИО9, ФИО14, несмотря на то, что они состоят в трудовых отношениях с ответчиком, поскольку их показания согласуются как между собой, так и с представленными в материалы дела бухгалтерскими и кадровыми документами, ИП ФИО5, налоговой отчетностью. Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Таким образом, анализируя все представленные истцом и ответчиком документы, пояснения сторон и свидетелей, суд считает, что достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих наличие сформировавшихся в спорный период времени между ним и ответчиком трудовых отношений не имеется.

Документы, представленные стороной ответчика в материалы дела, свидетельствуют о наличии трудовых отношений между истцом и ответчиком лишь в период с 04 марта 2024 г. по 31 июля 2024 г.

Доводы истца о том, что данная документация переделана ответчиком в связи с рассмотрением настоящего спора в суде является голословным и ничем не подтвержденным.

Напротив, в трудовом договоре от 04 марта 2024 г., приказе о приеме на работу от той же даты, журнале вводного инструктажа имеются личные подписи ФИО1, что свидетельствует о надлежащем ведении кадровой документации ответчиком.

Анализируя в совокупности представленные сторонами письменные доказательства, свидетельские показания, принимая во внимание заключение Государственной инспекции труда в Республике Мордовия, заключение прокурора, приведенные правовые нормы, суд считает, что в судебном заседании не нашел своего подтверждения факт того, что между истцом и ответчиком в спорный период времени имели место трудовые отношения, поскольку при рассмотрении дела не установлены их характерные признаки: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

Каких-либо объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что истец был допущен к работе в должности заведующего складом №4 сыпучих и штучных строительных материалов в период с <дата> по <дата> с ведома или по поручению ответчика или его уполномоченного представителя, о достижении между сторонами соглашения о личном выполнении работником за определенную сторонами плату конкретной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением ответчика в материалы дела не представлено.

При этом, суд считает, что в данном случае истец не может расцениваться как слабая сторона в трудовых правоотношениях, поскольку, является высококвалифицированным специалистом, ранее работал на руководящих должностях, в том числе у ответчика, однако, с требованием о заключении трудового договора в спорный период не обращался.

Поскольку в ходе рассмотрения дела факт трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО5, с 04 сентября 2024 г. по 04 февраля 2025 г., не установлен, у суда отсутствуют основания для взыскания с ответчика в пользу истца задолженности по заработной плате, признания увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании средней зарплаты за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск, морального вреда, судебных расходов.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с 04 марта 2024 года по 31 июля 2024 года и с 04 сентября 2024 года по 04 февраля 2025 года в размере 26 753 руб.

Разрешая его, суд исходит из следующего.

Из справки формы 2-НДФЛ следует, что доход истца за март 2024 года составил 6 150 руб., за апрель 2024 г. – 20 500 руб., за май – 20 500 руб., за июнь – 20 500 руб., за июль – 30 750+ 8396 руб.=39146 руб. (т. 2 л.д.91). В то же время из расчетного листка, представленного истцом за июль 2024 г. (т.1 л.д. 12) следует, что ему выплачено 29 385,00 руб., к выдаче – 24 615,00, округленно – 24 600 руб.

Из справки – расчета за подписью главного бухгалтера ИП ФИО5 ФИО10 следует, что при увольнении истца 31 июля 2024 г. с ним был произведен полный расчет за отработанное время, отпуск. Сумма всего заработка обозначена как «98 400 руб.», сумма отпускных «8 396 руб.» (т. 2 л.д. 64). Данные сведения полностью соответствуют содержанию справки формы 2-НДФЛ за 2024 год на истца.

В судебном заседании истцом сумма, указанная в справке – расчете при увольнении им не оспаривалась, он пояснил, что претензий в этой части он не имеет.

Таким образом, у суда отсутствуют основания для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с 04 марта 2024 года по 31 июля 2024 года, ввиду чего данное требование удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

На основании изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 (<дата> года рождения, уроженца <адрес> АССР, паспорт серии <..> <..>, выдан Ленинским РОВД <адрес> <дата>, код подразделения 132-002) к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ИНН <***>, ОГРН <..>) об установлении факта трудовых отношений с 04 сентября 2024 г. по 04 февраля 2025 г., признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании средней зарплаты за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск, морального вреда, судебных расходов отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес> Республики Мордовия в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья М.В.Тарасова

Мотивированный текст решения составлен 06 июня 2025 года.

Судья М.В.Тарасова