УИД: 66RS0009-01-2022-003916-94 Дело № 2-224/2023

РЕШЕНИЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 января 2023 года г.Нижний Тагил

Ленинский районный суд г.Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего Гуриной С.А.,

при секретаре судебного заседания Дорониной А.И.,

с участием: истца – ФИО1, представителя истца – ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ., представителя ответчика и третьего лица – ФИО3, действующей на основании доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ. №, от ДД.ММ.ГГГГ. №, представителя третьего лица – помощника прокурора Ленинского района г. Нижний Тагил ФИО4, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. №,

рассмотрев в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференц-связи гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, отделению полиции № 16 МУ МВД России «Нижнетагильское» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации и отделению полиции № МУ МВД России «Нижнетагильское» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В обоснование исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, ФИО1 указал, что неправомерными действиями органов государственной власти и их должностными ликами был нанесен моральный вред в ходе незаконного и необоснованного уголовного преследования, привлечения к уголовной ответственности и принуждения к процессуальным действиям по ч.№ УК РФ. С ДД.ММ.ГГГГ. в течении 8 месяцев обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.№ УК РФ, в ходе предварительного следствия по делу вину в совершении преступления не признавал, но органы предварительного следствия склоняли его к самооговору. Органы предварительного следствия продолжали намеренно инкриминировать ему данное преступление, срок наказание за которого предусматривает до 5 лет лишения свободы. Государственный обвинитель в судебном заседании поддержал обвинение в полном объеме. Приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от ДД.ММ.ГГГГ. он был оправдан по ч.№ УК РФ, признано право на реабилитацию. Привлечение к уголовной ответственности заведомо невиновного нарушает конституционные права человека и гражданина, причинен моральный вред, утрачена вера в законность и справедливость власти, вера в социальную безопасность. Было нарушено психологическое благополучие, было затрачено время на защиту своих интересов. Испытывал нравственные страдания, нервные стрессы, душевное и моральное потрясение. Сумму компенсации причиненного морального вреда оценивает в 50000 рублей.

Определением суда от 29.11.2022г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, на стороне ответчика привлечена Прокуратура Свердловской области, МВД России.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, просил взыскать в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием и осуждением в размере 50000 рублей. Суду пояснил, что во время уголовного преследования по данной статье сильно переживал в результате незаконного уголовного преследования, пытался доказать свою невиновность, на него оказывалось давление, чтобы он оговорил себя и признал вину.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы и исковые требования, изложенные в исковом заявлении. Суду пояснил, что истец в течении 10 месяцев подвергался незаконному уголовному преследованию, вынужден был участвовать в процессуальных действиях, истец всегда был не согласен с привлечением его к уголовной ответственности по данной статье, испытывал переживания, душевные волнения и страдания за то, что обвиняется в совершении преступления, которого явно не совершал, подорвано доверие к правоохранительным органам. Обязанность доказать отсутствие вины лежит на ответчиках, таких доказательств ответчиками не представлено. Душевные и нравственные страдания невозможно подтвердить письменными доказательствами. Истец имеет право на компенсацию морального вреда в порядке реабилитации. Сумма компенсации в размере 50000 рублей разумна и невелика.

Представитель МУ МВД России «Нижнетагильское» и МВД России ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать в полном объеме. Суду пояснила, что доводы истца не соответствуют действительности, не доказано ухудшение его здоровья. Истец был задержан по ч.№ УК РФ, осужден за совершение данного преступления, все обвинение было в одном обвинительном заключении, период содержания под стражей был зачтен в срок отбывания наказания по приговору суда. Полагает, что сумма компенсации завышена, истец неоднократно судим, следственные действия проводились также и в рамках ст. № УК РФ по которой он был осужден.

23.09.2022г. в суд поступили возражения на исковое заявление от представителя Министерства финансов РФ, согласно которым ответчик заявленные требования не признает, полагает, что Управление Федерального казначейства по Свердловской области является ненадлежащим ответчиком, поскольку является территориальным органом Казначейства России, не распоряжается средствами казны РФ. Не усматривается оснований для компенсации морального вреда в размере 50000 рублей, отсутствуют документы, подтверждающие причинение морального вреда. Просит в удовлетворении требований отказать, дело рассмотреть в отсутствие представителя Министерства финансов РФ.

Судом в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ принято решение о рассмотрении дела в отсутствие представителей ответчика.

Представитель третьего лица - помощник прокурора Ленинского района г. Нижний Тагил ФИО4, в судебном заседании поддержала доводы, указанные в письменных возражениях третьего лица. Суду пояснил, что истец имеет право на реабилитацию и компенсацию морального вреда, с учетом конкретных обстоятельств дела, полагала, что размер компенсации подлежит снижению в соответствии с требованиями разумности и справедливости до 10000 рублей.

Согласно письменным возражениям заместителя прокурора области - Юровский А.В., в отношении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. было возбуждено уголовное дело по факту <...> по ч.№ УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ. было возбуждено уголовное дело по ч.№ УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ. уголовные дела соединены в одном производстве. ДД.ММ.ГГГГ. в отношении ФИО5 было возбуждено уголовное дело по ч№ УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ. все дела соединены в одном производстве. Обвинение было предъявлено ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. был задержан в порядке ст. № УПК РФ, постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от ДД.ММ.ГГГГ. в связи с нарушением Цыгановским меры пресечения домашний арест заменен на содержание под стражей, ДД.ММ.ГГГГ. мера пресечения была отменена. Основания для компенсации морального вреда в заявленном истцом размере отсутствуют. Доводы истца об ухудшении состояния его здоровья в результате незаконного уголовного преследования, доказательствами не подтверждены. Доводы об ухудшении физического состояния, возникновении депрессии являются необоснованными, доказательствами не подтверждены, взысканные приговором суда процессуальные издержки не могут влиять на размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации необходимо учесть, что незаконно под стражей и под домашним арестом истец не содержался. Все процессуальные действия проводились в рамках одного уголовного дела, весь срок содержания под стражей и домашним арестом зачтен в срок отбытого наказания. Размер компенсации морального вреда определенный истцом является чрезмерно завышенным, в силу принципов разумности и справедливости подлежит снижению до 10000 рублей.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав и оценив письменные доказательства по делу, приходит к следующему.

Исходя из закрепленного в ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, имеющей прямое действие на территории Российской Федерации и с ч. 1 ст. 12, ч.1 ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, принципа состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Судом сторонам направлены копия искового заявления копия определения о подготовке дела к судебному разбирательству. Обязанность доказывания сторонам разъяснена, бремя доказывания между сторонами распределено, и стороны имели достаточно времени и возможностей для сбора и предоставления доказательств.

В соответствии с ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации непредставление доказательств и возражений в установленный срок не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Исходя из положений статьи 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц, реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба, а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 5 ст. 5) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подп. "а" п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу, на компенсацию.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Главой 18 и статьей 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право на реабилитацию, которое включает в себя, в том числе право на устранение последствий морального вреда.

На основании п. 3 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет обвиняемый, в отношении которого прекращено уголовное преследование по реабилитирующим основаниям.

При этом, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 16.02.2006 N 19-О и от 19.02.2009 N 109-О-О, в данной норме, как и в других статьях УПК РФ, не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях судом, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела, может быть принято решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства. Указанной правовой позиции Конституционного Суда РФ соответствует разъяснение, изложенное в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве». Согласно указанному Постановлению право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения, что по смыслу закона относится и к случаям оправдания лица судом в части предъявленного ему обвинения.

Частью второй статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации регламентировано, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, требование истца о компенсации морального вреда, заявленное в порядке гражданского судопроизводства (пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), является основанным на законе.

Исходя из содержания данных положений закона право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает при наличии реабилитирующих оснований.

В силу положений п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.

Согласно ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности

В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий учитывается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 ранее неоднократно судим:

<...>

<...>

<...>

<...>

Приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 осужден по ч.№ УК РФ к лишению свободы на срок 4 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда. В отбытый срок наказания зачтено время содержание под стражей с ДД.ММ.ГГГГ. до вступления приговора в законную силу. Также зачтено наказание отбытое по приговору мирового судьи судебного участка № Дзержинского судебного района г. Нижнего Тагила от ДД.ММ.ГГГГ. в период с ДД.ММ.ГГГГ. Также зачтено время нахождения под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ.

Приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.№ УК РФ на основании п.№ УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию и возмещение причиненного ущерба, связанного с уголовным преследованием в порядке главы 18 УПК РФ.

Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГг.

Из представленных суду доказательств следует, что в отношении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. было возбуждено уголовное дело по факту <...> по ч.№ УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ. было возбуждено уголовное дело по ч.№ УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ уголовные дела соединены в одном производстве. ДД.ММ.ГГГГ. в отношении ФИО5 было возбуждено уголовное дело по ч.№ УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ. все дела соединены в одном производстве, обвинение было предъявлено ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. был задержан в порядке ст. № УПК РФ, постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от ДД.ММ.ГГГГ. в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от ДД.ММ.ГГГГ. в связи с нарушением Цыгановским меры пресечения домашний арест заменен на содержание под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ. включительно, ДД.ММ.ГГГГ. мера пресечения была отменена.

Из исследованных в судебном заседании доказательств следует, что в данном случае истец обвинялся в совершении преступления средней тяжести, предусмотренного ч.№ УК РФ, необоснованно и, именно, в связи с этим, испытывал нравственные переживания. Суд исходит из того, что истцу в результате уголовного преследования безусловно причинен моральный вред, выразившийся в перенесенных им нравственных страданиях, нарушении личных неимущественных прав, принадлежащих ему от рождения, что не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами. Факт причинения истцу нравственных страданий презюмируется из факта его незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Факт причинения истцу морального вреда подтвержден в судебном заседании представленными суду доказательствами, вступившим в законную силу судебным решением (приговором).

Доводы представителей ответчиков и третьего лица о том, что суду не представлено доказательств, подтверждающих причинение ФИО1 нравственных страданий, не могут быть приняты во внимание, поскольку сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности свидетельствует о нарушении прав лица, подвергшегося незаконному уголовному преследованию, и причинение ему нравственных страданий.

Основываясь на приведенных выше положениях законодательства Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда, в результате его незаконного уголовного преследования, за счет казны Российской Федерации, исходя из положений ст. ст. 1070, 1071, 1101, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определяя размер компенсации морального вреда, принимая во внимание положения ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, данные в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», суд учитывает принципы разумности и справедливости, оценивает характер и степень причиненных потерпевшему нравственных страданий, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность производства по уголовному делу, учитывает фактические обстоятельства дела, личность истца, объем и существо обвинения истца (обвинялся в совершении преступления небольшой тяжести).

Суд учитывает, период уголовного преследования истца по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.№ УК РФ (с ДД.ММ.ГГГГ. до оправдания по предъявленной статье приговором от ДД.ММ.ГГГГ.)), учитывает, что ФИО1 ранее судим, также ранее отбывал наказание в виде лишения свободы, в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы.

Разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусмотрены. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства дела, степень причиненных истцу нравственных страданий, и полагает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

Указанный размер компенсации морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Указанная сумма компенсации является наиболее соответствующей степени и характеру физических и нравственных страданий истца, его индивидуальным особенностям, иным заслуживающим внимание обстоятельствам, в том числе продолжительности уголовного преследования и другим имеющим значение при определении размера компенсации морального вреда обстоятельствам.

Руководствуясь ст.ст.12, 194-199, 320 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы в Ленинский районный суд г.Нижнего Тагила Свердловской области.

В окончательной форме решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГг.

Председательствующий

Судья Гурина С.А.