Решение по делу № 2-4733/2022 от 10.04.2023 - о признании незаконным понуждения к увольнению, признании незаконным изменение условий труда, признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации за вынужденный прогул, задолженности по индексации заработной платы, компенсации морального вреда, судебных расходов.

Дело № 2-535/2023

УИД 50RS0049-01-2022-006717-59

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 апреля 2023 года г. Чехов

Чеховский городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Шаниной Л.Ю.

с участием старшего помощника Чеховского городского прокурора Беззубенковой О.С.

при секретаре судебного заседания Перединой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ича к ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар» о признании незаконным понуждения к увольнению, признании незаконным изменение условий труда, признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации за вынужденный прогул, задолженности по индексации заработной платы, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к ответчику ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар», уточнив их в соответствии со ст. 39 ГПК РФ, просил признать действия ответчика к понуждению к увольнению незаконными, обязать ответчика издать приказ об отмене приказа об увольнении истца от ДД.ММ.ГГГГ, восстановить его на работе в должности заместителя технического директора по организации производства - главного технолога ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар», взыскать компенсацию вынужденного прогула в размере 687 902,91 руб., признать незаконными действия ответчика в части изменения условий труда, выраженные в изменении места работы, признать незаконными действия в части изменения условий труда, взыскать денежные средства в размере 312 688,66 руб. в счет индексации заработной платы, 250 000 руб. в счет компенсации морального вреда, 85 000 в счет возмещения юридических расходов.

В обоснование заявленных требований в иске указано, что истец осуществлял трудовую деятельность с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ООО "Гусар" в должности заместителя технического директора по организации производства - главного технолога на основании трудового договора №. С ДД.ММ.ГГГГ со стороны ответчика в отношении истца систематически совершались действия по принуждению к увольнению, которые выражены в моральном давлении, хотя в отношении истца акты и приказы о неисполнении трудовых обязанностей не составлялись, объяснения по фактам нарушений трудовой дисциплины или неисполнения обязанностей с истца не требовали. Заместитель технического директора ФИО2 уведомил истца в устной форме о реорганизации отдела в связи с сокращением численности на основании п. 2 ст. 81 ТК РФ, а именно ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 посредством сотовой связи сообщил ему о том, что 4 человека с ДД.ММ.ГГГГ. будут направлены в командировку в <адрес> на 30 календарных дней. ДД.ММ.ГГГГ ответчик вручил истцу приказ о направлении его в командировку в <адрес> завод ООО «Гусар» сроком на 30 календарных дней, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В трудовом договоре, заключенном между истцом и ответчиком, отсутствует условие о командировках. Полагает, что направлять в командировку можно только с согласия сотрудника. Считает, что таким образом ответчиком создаются невыносимые условия труда, сроки выполнения поставленных перед истцом задач были предельно короткими, несоразмерными, с объемом задач, поставленных ответчиком. Такое понуждение к увольнению, сопряженное с разговорами с моральным давлением и выдачей требований. Ответчик не издал приказ о сокращении численности работников организации, не ознакомил с приказом об изменении штатного расписания. В настоящее время ответчик ввел в действие новое штатное расписание, в котором сокращенная должность истца, но с другим названием фактически присутствует и увеличена численность работников. Считает, что данное увольнение незаконно, поскольку не является сокращением введение другой должности с другим наименованием, но с сохранением тех же функций, а также введение и выведение из штатного расписания должностей, что в конечном итоге не привело к уменьшению штатных единиц в целом. Также полагает, что имеет право на индексацию заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 312 688,66 руб. Компенсацию морального вреда оценивает в 250 000 руб., поскольку действиями ответчика ему, истцу, были причинены нравственные страдания, выраженные в глубоких психоэмоциональных переживаниях.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал, по доводам указанным в иске, и пояснил, что он является инвалидом третьей группы, при трудоустройстве требований о предоставлении справки об инвалидности не имелось. При ознакомлении с приказом о направлении в командировку справку об инвалидности работодателю не представлял, но сообщил, что нарушена процедура направления в командировку, указал пункт положения о командировках, который относится к инвалидам. В командировку был направлен с целью снижения себестоимости товара, а в его обязанности входит выявление возможности снижения себестоимости. В настоящее время не работает.

Представитель истца по устному ходатайству ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержал, по доводам указанным в иске, и пояснил, что ответчиком был издан ДД.ММ.ГГГГ приказ об изменении организационной структуры предприятия. Филиал, в котором работал истец, уже не входит в предприятие на основании данного приказа. С ДД.ММ.ГГГГ работодатель начал давить на истца с понуждением об увольнении, были неоднократные предложения уволиться по собственному желанию, после чего истцу был вручен приказ от ДД.ММ.ГГГГ о направлении его в командировку в <адрес> на 30 дней. В задачу истца входило уменьшение цены производимых товаров, при том, что истец занимал должность заместителя технического директора по организации производства, главного технолога. Ответчик обязан был выплатить истцу авансовые платежи перед направлением в командировку. Полагает, что командировка была мнимой, с целью увольнения работника. Под давлением истец написал заявление на увольнение по собственному желанию, в котором указал, что неоднократно нарушаются его права, условия трудового договора, изменяется место работы, в результате чего он не может работать и опасается за свое здоровье. Истец был уволен ДД.ММ.ГГГГ Считает, что ответчик подменил понятие «увольнение» и «сокращение штата», чем лишил истца компенсационных выплат, определенных ст. 180 ТК РФ. Вместе с тем, ответчиком не была произведена индексация заработной платы. Истцу причинен моральный вред, поскольку он вынужден был обратиться к врачу, после получения приказа о направлении его в командировку. Истец не предоставлял справку об инвалидности ответчику, при этом он проходит у ответчика медицинские обследования, работодатель отвечает за здоровье сотрудника.

Ответчик – представитель ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар» по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования признала в части взыскания денежных средств в счет индексации заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. в размере 38 598,69 руб. В удовлетворении остальных исковых требований просила отказать, предоставила возражения на исковое заявление (том 1 л.д. 82-85, 163-165, 183-184, 248-249), в которых указала, что истец и ответчик состояли в трудовых отношениях, истец занимал должность главного технолога с ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было подано заявление об увольнении по собственному желанию с ДД.ММ.ГГГГ а также было указано, что данное заявление было написано под давлением администрации. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ трудовые отношения между сторонами были прекращены с ДД.ММ.ГГГГ, истец был уволен с занимаемой должности на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника), с приказом об увольнении истец ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ, в день увольнения с истцом был произведен окончательный расчет путем безналичного перечисления денежных средств на банковскую карту, трудовая книжка ему выдана на руки. Заявление об отзыве своего заявления об увольнении истцом в адрес ответчика представлено не было. Факт личного подписания истцом заявления об увольнении с указанием даты увольнения, отсутствие отзыва заявления в установленный законом срок, отсутствие в заявлении об увольнении срока отработки, ознакомление истца с приказом об увольнении, получение им трудовой книжки в день увольнения свидетельствуют о том, что ФИО1 были совершены последовательные действия с намерением расторгнуть трудовой договор. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих вынужденный характер увольнения, доказательств, свидетельствующих о факте психологического воздействия на истца со стороны ответчика с целью увольнения по собственному желанию, в материалы дела не представлено. Сокращение технического подразделения Московского представительства ответчика не производилось, соответственно, приказ о сокращении не издавался. В трудовом договоре истца отсутствует условие о не направлении в командировку. Полагает, что у работодателя имелось право направлять ФИО1 в командировки. Само по себе направление работника в командировку изменением условий труда не является. Как следует из материалов дела, подаче истцом заявления об увольнении по собственному желанию предшествовало издание приказа о направлении истца в командировку, однако само по себе данное обстоятельство не свидетельствует о давлении со стороны работодателя на истца с целью подачи им заявления об увольнении. В случае отказа истца от командировки, работодатель был вправе применить к нему дисциплинарное взыскание. Избранный истцом способ защиты в виде увольнения по собственному желанию с целью избежать наказания за нарушение трудовой дисциплины не свидетельствует об отсутствии волеизъявления на прекращение трудового договора и не свидетельствует сам по себе о вынужденном характере заявления об увольнении. Направление работника в командировку, что истцом рассматривается как оказание на него давления, является его субъективным восприятием производственной деятельности организации и не свидетельствует о дискриминации работника. Истец не предоставлял работодателю справку об установлении инвалидности, сведения о его инвалидности у ООО «Гусар» не было. Полагает, что ООО «Гусар» не несет ответственности за сокрытие работником сведений об установленной ему инвалидности и при всей степени должной внимательности и осмотрительности ответчик не имел возможности запросить у истца согласие/отказ от командировки ввиду отсутствия документов, подтверждающих необходимость получения соответствующего согласия работника. Также полагает, что ФИО1 пропущен срок исковой давности по требованию о восстановлении на работе, поскольку с приказом об увольнении истец ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, а уточненное исковое заявление с требованием о восстановлении на работе и взыскании компенсации за вынужденный прогул датировано ДД.ММ.ГГГГ и подано в суд в ту же дату. Доводы истца о том, что указанный срок пропущен в связи с обращением в надзорные органы, является несостоятельной, поскольку положения трудового законодательства не устанавливают досудебный порядок регулирования индивидуальных трудовых споров. С ДД.ММ.ГГГГ заработная плата истцу была проиндексирована соответственно, годичный срок обращения с требованиями об индексации заработной платы за ДД.ММ.ГГГГ г.г. истек.

Вместе с тем, представитель ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар» по доверенности ФИО4 в судебном заседании пояснила, что служба технического директора всегда находилась в ООО «Гусар», как и в настоящее время. Из соглашения усматривается, что истец работал в службе технического директора, отдел технолога также относится к службе технического директора. Технический директор утвердил структуру и положение об отделе главного технолога, в который входит отдел, в котором работал истец, отдел главного технолога Московского блока находится в отделе главного технолога. Отдел не сокращен. За период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ индексация заработной платы истцу выплачена. За ДД.ММ.ГГГГ года индексация не производилась, полагает, что это право работодателя.

Заслушав пояснения истца, заключение прокурора, полагавшего исковые требования в части восстановления на работе не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, проверив их, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 ТК РФ).

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 ТК РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 ТК РФ).

Частью первой статьи 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть вторая статьи 80 ТК РФ).

В силу части четвертой статьи 80 ТК РФ до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В подпункте "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе, возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае, если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ. истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО Гусевский арматурный завод «Гусар», занимал должность начальника отдела – главного технолога Отдела главного технолога проектного блока, <адрес> на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. (том 1 л.д. 86-87).

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ. между ООО Гусевский арматурный завод «Гусар» (ООО «Гусар») и ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ. № (том 1 л.д. 60) согласно п.2 которого п. 4.1 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ. № изложен в следующей редакции: «место работы работника находится в Обособленном подразделении в <адрес> в помещениях работодателя по адресу: <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ. между ООО Гусевский арматурный завод «Гусар» и ФИО1 заключено соглашение об изменении условий трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ. № (том 2 л.д. 23-26) согласно п.4.1 которого место работы работника находится в помещениях работодателя по адресу: <адрес>

Пунктом 5.1 работнику установлен должностной оклад (тарифная ставка) в размере 105 000 руб. в месяц.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволен по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (том 1 л.д. 88).

В своем заявлении о расторжении трудового договора истец просил уволить его по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ без отработки двух недель в связи с неоднократными нарушениями со стороны работодателя ООО «Гусар» условий трудового договора, а именно: отсутствие индексации заработной платы, понуждение к увольнению по собственному желанию, нарушений условий сохранения здоровья, необоснованное направление в командировки (том 1 л.д. 61).

Истец, обращаясь с иском о признании незаконным понуждения к увольнению, ссылается на те обстоятельства, что подача им заявления о расторжении трудового договора не носила добровольного характера, с ДД.ММ.ГГГГ со стороны ответчика в отношении него совершаются действия по принуждению к увольнению путем направления в командировку, а также предполагаемом сокращении штата.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ. ответчиком издан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о направлении работника в командировку, согласно которому истца направляли в командировку по адресу: <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. на 30 календарных дней (том 1 л.д. 69). Из указанного приказа усматривается, что целью командировки является руководство техническим подразделением ОП; снижение себестоимости продукции, затрат на производство и реализацию продукции по плану производства ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ

Ознакомившись с указанным приказом ДД.ММ.ГГГГ., истец сделал отметку на нем о том, что ему не понятна цель командировки, которая не соответствует должностной инструкции (том 1 л.д 70). Также истец направил на имя технического директора ФИО5 возражения (том 1 л.д. 55) с просьбой отменить приказ о командировке, поскольку цель и задача командировки ему не понятны и не соответствуют его должностным обязанностям; нет работников технического подразделения ОП, которыми надо руководить; нарушены (не выполнены) процедуры п.п. 2.2, 2.4 Положения о командировках; имеются медицинские противопоказания, а также что целью приказа является понуждение к увольнению по собственному желанию.

В соответствии с частью 1 статьи 166 ТК РФ служебная командировка - это поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы.

При направлении работника в служебную командировку ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, возмещение расходов, связанных командировкой (ст. 167 ТК РФ).

В случае направления в служебную командировку работодатель обязан возмещать работнику: расходы по проезду; расходы по найму жилого помещения; дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные); иные расходы, произведенные работником с разрешения или ведома работодателя (ч. 1 ст. 168 ТК РФ).

Суд не может согласиться с доводами истца о том, что ему была не понятна цель и задача командировки, поскольку пункт 2.1 должностной инструкции истца содержит практически дословно поименованную цель (том 1 л.д. 56-57).

Согласно п.3.3 должностной инструкции заместителя технического директора по организации производства – главного технолога (том 1 л.д. 56-57) в обязанности истца входило снижение себестоимости продукции.

В соответствии со ст. 268 ТК РФ запрещается направление в служебные командировки, привлечение к сверхурочной работе, работе в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни работников в возрасте до восемнадцати лет (за исключением творческих работников средств массовой информации, организаций кинематографии, теле- и видеосъемочных коллективов, театров, театральных и концертных организаций, цирков и иных лиц, участвующих в создании и (или) исполнении (экспонировании) произведений, в соответствии с перечнями работ, профессий, должностей этих работников, утверждаемыми Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений).

В соответствии со ст. 167 ТК РФ направление инвалидов в служебные командировки допускается только с их письменного согласия и при условии, если это не запрещено им по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. При этом указанные работники должны быть в письменной форме ознакомлены со своим правом отказаться от направления в служебную командировку.

Согласно Положению о направлении работников ООО «Гусар» в служебные командировки, направление в служебную командировку работников-инвалидов допускается только, если направление в командировку не противоречит их индивидуальной программе реабилитации (п.1.7). При направлении работника-инвалида в командировку сотрудник общего отдела уведомляет командируемого работника о том, что он вправе отказаться от командировки, и запрашивает его письменное согласие на направление в командировку (п. 2.2). Сотрудник бухгалтерии не позднее, чем за два дня до начала командировки, перечисляет командируемому работнику под отчет денежные средства (п. 2.4).

Истцом в ходе рассмотрения дела была представлена справка об установлении ему инвалидности III группы от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 140).

Истец пояснил в судебном заседании, что у него, как инвалида, отсутствует индивидуальная программа реабилитации.

Как указывает представитель ответчика, указанная справка истцом работодателю представлена не была, сведения об инвалидности ФИО1 у ООО «Гусар» отсутствовали. Указанные обстоятельства также не отрицаются истцом.

Как пояснил представитель ответчика, денежные средства под аванс на цели служебной командировки не были перечислены истцу в связи с поступлением от него возражений на направление в командировку.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что указанные в приказе цели командировки соответствуют трудовой функции работника, а заключенный с истцом трудовой договор не содержит оговорок о работе без командировок, при этом сведения об обстоятельствах, препятствующих направлению работника в командировку (беременность, ученический договор, инвалидность, статус зарегистрированного кандидата), и обстоятельств, исключающих направление работника в командировку без его согласия (наличие малолетних детей, детей-инвалидов, осуществление ухода за больными членами их семей в соответствии с медицинским заключением) истцом работодателю представлены не были.

Доказательств оказания на истца давления со стороны работодателя, направленного на понуждение к написанию заявления об увольнении, материалы дела не содержат. Процедура увольнения истца по собственному желанию ответчиком не нарушена.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требования ФИО1 о признании незаконным понуждения к увольнению, признании незаконным увольнения, восстановления на работе, суд также исходит из того, что в ходе рассмотрения дела не установлено и не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что у работодателя имело место сокращение численности работников или штата и начата соответствующая процедура, то есть, инициативы работодателя на прекращение трудовых отношений с истцом не имеется.

Данные обстоятельства также подтверждаются и пояснениями истца, который в исковом заявлении пояснил, что письменно за два месяца, как это предусмотрено Трудовым кодексом РФ, о сокращении его никто не уведомил, с приказом о сокращении штатов не ознакомил, приказ не видел и не подписывал.

Согласно штатного расписания Обособленного подразделения в <адрес> на ДД.ММ.ГГГГ в службе технического директора числились две штатные единицы: технический директор обособленного подразделения и заместитель технического директора по организации производства – главный технолог. В соответствии со штатным расписанием с ДД.ММ.ГГГГ. численность сотрудников службы технического директора не изменилась. На ДД.ММ.ГГГГ. в службе технического директора 1 штатная единица – заместитель технического директора по организации производства – главный технолог, в отделе главного технолога 4 штатные единицы, из которых одна вакантна (том 1 л.д. 197а-198, том 2 л.д. 5-17).

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что сокращение штата не производилось.

В соответствии с п. 6 приказа Генерального директора ООО «Гусар» № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении организационной структуры Общества» руководителям структурных подразделений в срок до ДД.ММ.ГГГГ предписано актуализировать должностные инструкции и положения о подразделениях (том 2 л.д. 20).

ДД.ММ.ГГГГ техническим директором ООО «Гусар» ФИО9 утверждено Положение об отделе главного технолога (том 2 л.д. 1-4).

В соответствии с п. 1.9 положения об отделе главного технолога, в указанный отдел входит, в том числе и отдел главного технолога Московского проектного блока.

Приказом Генерального директора № от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 18-19) в связи с утверждением приказом от ДД.ММ.ГГГГ № новой организационной структуры предприятия с ДД.ММ.ГГГГ введены в действие положения о подразделениях, в том числе и положения об отделе главного технолога и об отделе перспективного развития.

Суд учитывает те обстоятельства, что Положение об отделе главного технолога было введено в действие после даты увольнения истца.

Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца о признании незаконными действий ответчика в части изменения условий труда, выраженных в изменении места работы. Направление работника в командировку не является изменением условий труда и места работы.

Доводы истца о понуждении к увольнению путем не выплаты индексации заработной платы суд признает несостоятельными с учетом того, что спор по индексации заработной платы мог быть решен в судебном порядке.

Окончательный расчет с истцом был произведен в день увольнения, что подтверждается справкой о доходах и суммах налога физического лица (том 1 л.д. 74), что не оспаривается истцом.

При таких данных, разрешая спор об увольнении по инициативе работника, суд, оценив собранные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, и с учетом требований закона, приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении заявленных требований о восстановлении на работе, оплате времени вынужденного прогула, поскольку его увольнение по п. 3 ч. 1 ст. ст. 77 ТК РФ произведено ответчиком с соблюдением требований действующего трудового законодательства и на основании поданного истцом заявления об увольнении по собственному желанию, которое им не отзывалось, доказательства отсутствия добровольного волеизъявления на подачу заявления об увольнении по собственному желанию истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ и п. 22 Постановления Пленума ВС РФ N 2 от ДД.ММ.ГГГГ, представлены не были.

Оснований для удовлетворения исковых требований о возложении на ответчика обязанности по изданию приказа об отмене приказа об увольнении истца от ДД.ММ.ГГГГ. у суда не имеется.

Таким образом, судом установлено отсутствие оснований для признания увольнения истца незаконным и восстановления его на работе.

Вместе с тем, ответчиком заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

В силу ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 ГК РФ).

В силу положений ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации установлены сроки на обращение в суд за разрешением индивидуальных трудовых споров.

В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ст. 199 ГК РФ).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ, статья 24 ГПК РФ).

Из приведенных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Вместе с тем законом установлены и специальные сроки для обращения в суд за разрешением определенных категорий индивидуальных трудовых споров. К таким спорам отнесены споры работников об увольнении, срок на обращение в суд по которым составляет один месяц, исчисляемый со дня вручения работнику копии приказа об увольнении или со дня выдачи ему трудовой книжки либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки. При этом надлежащее оформление прекращения с работником трудовых отношений, уведомление работника об основаниях его увольнения путем ознакомления работника с приказом об увольнении, а также выдачи работнику трудовой книжки с соответствующей записью о прекращении трудовых отношений являются обязанностью работодателя. С исполнением работодателем указанной обязанности законодатель связывает начало течения срока на обращение работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении.

Так, с приказом об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ № истец ФИО1 был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается его личной подписью (том 1 л.д. 88).

Таким образом, срок для обращения в суд с требованием о признании увольнения незаконным истек ДД.ММ.ГГГГ Учитывая, что уточенное исковое заявление с требованиями о восстановлении на работе (том 1 л.д. 37-41) было подано в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть по прошествии двух недель с момента истечения предусмотренного трудовым законодательством срока, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока для обращения в суд с требованиями о восстановлении на работе, в связи с чем применяет последствия предусмотренные частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Доводы истца о том, что указанный срок пропущен в связи с обращением в надзорные органы, является несостоятельной, поскольку положения трудового законодательства не устанавливают досудебный порядок урегулирования индивидуальных трудовых споров.

Доказательств наличия уважительных причин пропуска срока истцом не представлено, оснований для восстановления срока суд не усматривает.

В связи с тем, что исковые требования о восстановлении на работе удовлетворению не подлежат, оснований для взыскания компенсации за вынужденный прогул у суда не имеется.

Разрешая исковые требования о взыскании с ответчика в пользу истца денежных средств в размере 312 688,66 руб. в счет индексации заработной платы, суд исходит из следующего.

В силу ст. 134 Трудового кодекса РФ обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы включает индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

В соответствии с положениями статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 6 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 89) введено в действие с ДД.ММ.ГГГГ. «Положение об индексации заработной платы работников ООО «Гусар», согласно п. 26 которого, индексация окладов/тарифных ставок, сдельных и повременных расценок проводится два раза в год (1 апреля и 1 октября), в пределах утвержденного советом директоров бюджета доходов и расходов ООО «Гусар» на соответствующий финансовый год (том 1 л.д. 89об. – 90).

В соответствии с п. 2.10 Положения размер индексации окладов/тарифных ставок, сдельных и повременных расценок труда устанавливается приказом генерального директора, который издается из позднее 15 марта и 15 сентября.

Как указывает истец, за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. индексация заработной платы произведена не была, в связи с чем имеется задолженность в размере 312 688,66 руб.

На основании приказа ООО «Гусар» от ДД.ММ.ГГГГ. № установлен размер индексации окладов/тарифных ставок, сдельных и повременных расценок труда в размере 5% в порядке, предусмотренном Положением об индексации заработной платы работников ООО «Гусар» (том 1 л.д. 91).

На основании приказа ООО «Гусар» от ДД.ММ.ГГГГ. № установлен размер индексации окладов/тарифных ставок, сдельных и повременных расценок труда в размере 1,5% в порядке, предусмотренном Положением об индексации заработной платы работников ООО «Гусар» (том 1 л.д. 92).

На основании приказа ООО «Гусар» от ДД.ММ.ГГГГ. № установлен размер индексации окладов/тарифных ставок, сдельных и повременных расценок труда в размере 12,66 % в порядке, предусмотренном Положением об индексации заработной платы работников ООО «Гусар»: рабочим основного и вспомогательного производств (согласно Приложения №), специалистам (согласно Приложения №) с ДД.ММ.ГГГГ; специалистам (согласно Приложения №), и работникам руководящего состава (согласно Приложения №) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 93).

Как усматривается из расчетных листков, индексация заработной платы ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ произведена в полном объеме (том 1 л.д. 166-167, 196).

Суд учитывает заявление ответчика о пропуске срока на обращение с иском, приходит к выводу о применении последствий, предусмотренных ч. 1 ст. 392 ТК РФ к заявленным требованиям за период до ДД.ММ.ГГГГ., поскольку истец обратился с иском в суд ДД.ММ.ГГГГ (согласно штемпеля на конверте том 1 л.д 31).

Удовлетворяя исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчика задолженности по индексации заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ суд исходит из того, что период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчиком признается как период, в который не была произведена индексация заработной платы, а период с ДД.ММ.ГГГГ (начало течения срока исковой давности) по ДД.ММ.ГГГГ индексация была произведена, а в ДД.ММ.ГГГГ индексация не произведена.

Из разъяснений, изложенных в п. 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, следует, что при разрешении споров работников с организациями - работодателями, не получающими бюджетного финансирования, по поводу индексации заработной платы подлежат применению положения локальных нормативных актов, устанавливающие системы оплаты труда, порядок индексации заработной платы работников в таких организациях.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, индексация заработной платы направлена на обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности, по своей правовой природе представляет собой государственную гарантию по оплате труда работников (статья 130 Трудового кодекса Российской Федерации) и в силу предписаний статей 2, 130 и 134 Трудового кодекса Российской Федерации должна обеспечиваться всем лицам, работающим по трудовому договору. Предусмотренное статьей 134 ТК РФ правовое регулирование не позволяет работодателю, не относящемуся к бюджетной сфере, лишить работников предусмотренной законом гарантии и уклониться от установления индексации, поскольку предполагает, что ее механизм определяется при заключении коллективного договора или трудового договора либо в локальном нормативном акте, принятом с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2010 года N 913-О-О, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2015 года N 2618-О).

Из содержания приведенных выше нормативных положений, с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что статьей 134 ТК РФ установлена императивная обязанность работодателей, как относящихся, так и не относящихся к бюджетной сфере, осуществлять индексацию заработной платы работников в целях повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности.

При этом государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, а работодатели, которые не получают бюджетного финансирования, - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Таким образом, право работника на индексацию заработной платы не зависит от усмотрения работодателя, то есть от того, исполнена ли им обязанность по включению соответствующих положений об индексации в локальные нормативные акты организации. Работодатель не вправе лишать работников предусмотренной законом гарантии повышения уровня реального содержания заработной платы и уклоняться от установления порядка индексации.

Данная позиция выражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08 апреля 2019 года N 89 - КГ18-14.

На основании вышеизложенного, и в силу указанных норм закона, принимая признание ответчиком требований о взыскании в счет индексации заработной платы истца за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. в размере 38 598,69 руб., суд принимает расчет ответчика в качестве доказательства надлежащего расчета индексации заработной платы, а также рассчитывает индексацию заработной платы истца за период ДД.ММ.ГГГГ, применив коэффициент индексации 12,66 согласно приказу работодателя (приказ ООО «Гусар» от ДД.ММ.ГГГГ №) в сумме 55 286 руб. 18 коп. (38598,69 +8353,06 (индексация за апрель)+ 8334,43 (индексация за май)).

С расчетом истца, произведенным исходя из индекса потребительских цен к ДД.ММ.ГГГГ в размере 108,9% по данным Госкомстата Российской Федерации, суд не может согласиться, поскольку он не основан на локальных актах работодателя.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Пункт 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года N 2 предусматривает, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (задержке заработной платы).

Согласно ч. 1 ст. 237 ТК РФ, разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства нашло подтверждение нарушение работодателем трудовых прав ФИО1 на своевременную выплату индексации заработной платы, требование истца о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд с учетом положений п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" и фактических обстоятельств дела считает разумной и справедливой сумму в размере 10000 рублей.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истец просит взыскать с ответчика понесенные им судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 85 000 рублей, в обоснование чего им представлен договор № от ДД.ММ.ГГГГ дополнительное соглашение в указанному договору от ДД.ММ.ГГГГ квитанции об оплате (том 1 л.д. 121-123).

Учитывая требования разумности и справедливости, такие обстоятельства, как участие представителя истца в судебных заседаниях, сложность и продолжительность рассматриваемого дела, суд считает требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителей в судебных заседаниях подлежащим удовлетворению частично в сумме 15000 руб.

В соответствии с положениями ст. 393 ТК РФ, при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины, то в силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в размере 1856 руб., рассчитанная исходя из сумм удовлетворенных материальных требований и требования нематериального характера.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 ича к ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар» удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар» в пользу ФИО1 ича задолженность по индексации заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. в сумме 55 286 руб. 18 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 руб.

В удовлетворении требований ФИО1 к ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар» о признании незаконным понуждения к увольнению, признании незаконным изменение условий труда, признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации за вынужденный прогул, задолженности по индексации заработной платы в большем размере, компенсации морального вреда и судебных расходов в большем размере отказать.

Требование о взыскании задолженности по индексации заработной платы подлежат немедленному исполнению.

Взыскать с ООО «Гусевский арматурный завод «Гусар» в доход в доход бюджета муниципального образования городской округ Чехов Московской области государственную пошлину в размере 1856 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Чеховский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: