РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 апреля 2023 года адрес

Тимирязевский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Черкащенко Ю.А., при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-431/23 по иску ФИО1 к адрес ПрОП» России о признании увольнения незаконным, изменении формулировки увольнения

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику и просит в уточненной редакции заявленных требований :

- установить факт трудовых отношений между ФИО1 и адрес ПрОП» с 19.09.2022 по 05.10.2022 в должности руководителя научно-образовательного центра (НОЦ) адрес «ПрОП» в дистанционном режиме и обязать адрес ПрОП» внести изменения в табель учета рабочего времени ФИО1 за август и сентябрь 2022 года, а именно: учесть в табеле период с 19.09.2022 по 30.09.2022 и с 03.10.2022 по 05.10.2022 как отработанные дни, отметив кодом – продолжительность работы в дневное время буквенный код «Я» (01);

- признать незаконным приказ генерального директора адрес ПрОП» от 05.10.2022 об увольнении ФИО1 на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ;

- обязать адрес ПрОП» изменить формулировку расторжения трудового договора с ФИО1 с подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ (по инициативе работника) и дату расторжения трудового договора на дату вынесения решения суда;

- обязать адрес ПрОП» произвести перерасчет и выплату компенсации при увольнении за неиспользованный ФИО1 ежегодный оплачиваемый отпуск, с учетом её работы в период ежегодного оплачиваемого отпуска с 22.08.2022 по 26.08.2022, с 29.08.2022 по 31.08.2022, с 01.09.2022 по 03.09.2022, с 05.09.2022 по 07.09.2022, с 11.09.2022 по 12.09.2022 и с учетом периода времени вынужденного прогула;

- обязать адрес ПрОП» произвести отчисления за период работы ФИО1 с 19.09.2022 по 05.10.2022 во все обязательные фонды – социального страхования, пенсионный фонд;

- взыскать с адрес ПрОП» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 06.10.2022 по 08.02.2023 (84 дня) в размере сумма, не начисленную заработную плату за период с 19.09.2022 по 05.10.2022 (13 дней) в размере сумма, не начисленную заработную плату за работу 16 дней в период ежегодного оплачиваемого отпуска с 20.08.2022 по 18.09.2022 в размере сумма, а всего сумма;

- взыскать с адрес ПрОП» в пользу ФИО1 моральный вред в размере сумма

В обоснование заявленных требований истец указала, что 02.11.2020 между ФИО1 и ответчиком было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым истец выполнял свою трудовую функцию вне стационарного рабочего места прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя.

В связи с окончанием срока действия указанного дополнительного соглашения 20.08.2022 истцом 27.07.2022 было подано ответчику заявление с просьбой продлить дистанционный режим работы по семейным обстоятельствам.

Однако заявление работодателем рассмотрено не было, дополнительное соглашение к трудовому договору о продлении дистанционного режима заключено не было.

В связи с чем истец полагала, что была фактически допущена к работе для выполнения трудовой функции в дистанционном режиме с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя после окончания срока действия дополнительного соглашения.

Кроме того, истец указывает, что в связи с заключением дополнительных соглашений к трудовому договору от 11.08.2021 и от 23.06.2022 условия дополнительного соглашения к трудовому договору от 02.11.2020, которыми был установлен период выполнения трудовой функции дистанционно с 02.11.2020 по 20.08.2020, были отменены ещё с 11.08.2021.

Поскольку истец продолжал работать дистанционно за пределами Российской Федерации, то вменяемого прогула в период с 19.09.2022 по 05.10.2022 не совершала, в связи с чем считает приказ об увольнении по подпункту «а» пункта 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ незаконным.

Также истец указывает, что в период своего нахождения в ежегодном оплачиваемом отпуске с 22.08.2022 по 18.09.2022 выполняла по поручению работодателя свою трудовую функцию дистанционно без оформления ответчиком отзыва из ежегодного оплачиваемого отпуска.

Истец в судебное заседание не явилась, направила в суд своего представителя, который в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении.

Представители ответчика в судебном заседании заявленные исковые требования не признали, в удовлетворении иска просили отказать, по доводам, изложенным в письменных возражениях.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

В силу ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 67 Трудового кодекса РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

В соответствии со ст. 68 Трудового кодекса РФ прием на работу оформляется трудовым договором. Работодатель вправе издать на основании заключенного трудового договора приказ (распоряжение) о приеме на работу. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно ст. 72 Трудового кодекса РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Судом установлено, что между истцом и ответчиком заключен трудовой договор от 01.06.2016 № 18/16, согласно условиям которого ФИО1 была принята на должность руководителя учебного центра, работа осуществлялась по адресу: адрес, по месту нахождения работодателя. На основании заключенного трудового договора ответчиком был издан приказ о приеме работника на работу от 01.06.2016 № 60-л/с.

Согласно дополнительному соглашению от 02.11.2020 к трудовому договору от 01.06.2016 № 18/16 истцу было определено выполнение трудовой функции вне места расположения работодателя (дистанционно) по месту жительства по адресу: адрес на период с 02.11.2020 по 20.08.2022.

На основании указанного дополнительного соглашения был издан приказ работодателя от 02.11.2020 № 157-л/с о переводе на дистанционную работу ФИО1 на период с 02.11.2020 по 20.08.2022.

Срок действия дистанционного режима работы истек 20.08.2022.

Истец, 27.07.2022 обратился к ответчику с заявлением о продлении указанного режима по семейным обстоятельствам и в случае согласия работодателя просила указать два места жительства для выполнения трудовой функции: адрес, мкр. Сходня, адрес и Hoofdweg 2, 1261RH Blaricum The Netherlands.

15.09.2022 истец обратилась к ответчику с требованием о заключении дополнительного соглашения к трудовому договору от 01.06.2016 № 18/16 с указанием места осуществления трудовой функции вне места нахождения работодателя, в том числе за пределами Российской Федерации, а именно: адрес, мкр. Сходня, адрес и Hoofdweg 2, 1261RH Blaricum The Netherlands.

Как следует из приказа от 10.08.2022 № 155 истец находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске с 22.08.2022 по 04.09.2022.

На основании приказа от 24.08.2022 № 168-о ФИО1 был предоставлен ежегодный оплачиваемы отпуск с 05.09.2022 по 18.09.2022.

Что подтверждается также табелем учета рабочего времени за август и сентябрь 2022 года, показаниями свидетеля фио

Истец с приказами о предоставлении отпуска ознакомлена под роспись, что подтверждается наличием подписи истца ФИО1 на указанных приказах.

Факт нахождения в периоды с 22.08.2022 по 04.09.2022 и с 05.09.2022 по 18.09.2022 в ежегодном оплачиваемом отпуске подтверждается и доводами ФИО1, излженными в исковом заявлении.

Таким образом, истцу необходимо было приступить к выполнению трудовой функции по месту нахождения работодателя (адрес) после окончания отпуска, то есть 19.09.2022.

Представленным в материалы дела письмом от 16.09.2022 № 01-1727/БХ ответчик уведомил истца о необходимости приступить к работе 19.09.2022 по месту работы согласно условиям трудового договора, а именно: адрес.

Приказом от 05.10.2022 № 316-л/с к истцу было применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения в соответствии с подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

Как следует из материалов дела, указывается стороной ответчика и не опровергнуто истцом, который на основании дополнительного соглашения от 02.11.2020 к трудовому договору от 01.06.2016 № 18/16 был переведен на дистанционную работу на срок до 20.08.2022, с 19.09.2022 истец на рабочем месте не находился и в предоставленных объяснениях подтверждал факт отсутствия на рабочем месте в период с 19.09.2022 по 05.10.2022.

В ответ на заявление и требование ответчик направил истцу письмо от 16.09.2022 № 01-1727/БХ, сообщив, что трудовой договор от 01.06.2016 № 18/16 заключен и действует, а также уведомив истца о необходимости приступить к работе 19.09.2022 по месту работы согласно условиям трудового договора, а именно: адрес.

Кроме того, судом были допрошены свидетели.

Свидетель фио показал, что он работал в должности заместителя руководителя технического департамента, был коллегой ФИО1 с сентября 2020 года по 16 сентября 2022 года. Когда он пришел работать на предприятие фио работала дистанционно. При трудоустройстве выделялась почта, пароль устанавливался адмнистратором, но при увольнении почту заблокировали. Задания от фио он не получал, руководителем был ФИО4 и ФИО2, ФИО3. Созванивались по ВКС каждый вторник, истец также подключалась. В августе была совместная подготовка к выставке в Узбекистане, истец принимала непосредственное участие, он видел план мероприятий по дням и ответственных лиц. Поручения давались в различной форме. Истец в подчинении свидетеля не находилась, поручений не давал.

Свидетель фио показала, что фио была ее руководителем в феврале 2019 года, фио была руководителем подразделения, обеспечивала работу подразделения, она работала дистанционно, они общались по электронной почте до момента как ее уволили, в момент ее отпуска они общались по итогам выставки Армия 2022, по поводу выставки в Узбекистане, получали разрешение у руководства по поводу мероприятия, готовили ответы в августе и сентябре, истец участвовала , готовила текст и план работ подразделения. План утверждался руководителем подразделения. Рабочая почта создается на момент трудоустройства сотрудника, пароль выдавался . Взаимодействие с фио было по электронной почте, по телефону и через мессенджер . фио администрировала поручения, проверяла работы. Это также было в сентябре, готовились к выставке, фио давала задания, была включена в процесс. По ВКС принимала участие по рабочим вопросам на протяжении всей работы. Официального приказа об отзыве истца из отпуска не было.

Свидетель фио показала, что работали с ФИО1 с июля 2022 года, свидетель работала в должности пиар менеджера, ее непосредственным руководителем был ФИО2, ФИО4. У свидетеля была задача построить отношения с ФИО1 Она взаимодействовала с ФИО1, с сайтами, социальными сетями, подготовка праздников, подготовка форума Армия 2022, подготовка презентации, докладов. Показывала сначала фио , а потом это попадало на стол директору. Взаимодействовали по телефону, рабочую электронную почту. Где было ее рабочее место свидетелю не известно. Физически с ней не встречались. Деятельность свидетеля не касалась работы фио. Армия 2022 проходила с 15 по 23 августа.

Свидетель фио показал, что до ноября на предприятии он исполнял обязанности заместителя начальника отдела, в его обязанности входило согласование, в том числе заявок от филиалов на закупки. фио занимала должность руководителя НОТС, но в ее круг обязанностей многое входило. Свидетель работал с августа 2021 года по ноябрь 2022 года, с фио познакомился при приеме на работу. Непосредственный руководитель свидетеля говорил, что фио знает основную продукцию, живет в Голландии, работает дистанционно. Ее рабочее место он не видел. После выставки Армия 2022 , на электронную почту поступило сообщение чтобы не общались с данным сотрудником. С фио общались по телефону, электронной почте. Давление на нее было под конец работы посредством писем, ей закрыли доступ к почте, после чего она пользовалась другой почтой.

Свидетель фио показала, что она является заместителем руководителя департамента, с фио взаимодействовали с сентября 2020 года . Общались с ней только в рамках совместных проектов, выполнения поручений, общались по телефону, электронной почте. Дистанционная работа была на конкретный срок, продление не предусматривалось, только по соглашению сторон. Работник просил заключить новое дополнительное соглашение по двум адресам исполнения трудовой функции в адрес и Нидерландах. Из отпуска ее не отзывали, никаких приказов не издавалось. На работу ее ожидали 19 сентября , но ее не было, о чем составлены акты. Заявления об увольнении фио были отозваны.

Таким образом, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения заявленных истцом требований не имеется.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между истцом и ответчиком согласия об изменении условий трудового договора по выполнению ФИО1 трудовой функции вне места расположения работодателя (дистанционно) после 20.08.2022 достигнуто не было, соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора в письменной форме об установлении дистанционного режима с 20.08.2022 сторонами не заключалось. Доказательств обратного суду не представлено.

Ссылка истца на то, что дополнительные соглашения от 11.08.2021 и от 23.06.2022 к трудовому договору от 01.06.2016 № 18/16 отменили условия дополнительного соглашения от 02.11.2020 к трудовому договору от 01.06.2016 № 18/16 о месте выполнения трудовой функции ФИО1 в период с 02.11.2020 по 20.08.2022 вне места расположения работодателя (дистанционно), суд находит несостоятельной ввиду следующего.

В связи с приведением трудового договора от 01.06.2016 № 18/16 в соответствии с типовой формой трудового договора с работником ФГУП «Московское ПрОП» Минтруда России, между истцом и работодателем было заключено дополнительное соглашение от 11.08.2021, на основании которого трудовой договор был изложен в новой редакции по типовой форме, соответствующей требования трудового законодательства РФ.

В связи с приватизацией и реорганизацией в форме преобразования ФГУП «Московское ПрОП» Минтруда России» в адрес ПрОП» между истцом и работодателем было заключено дополнительное соглашение от 23.06.2022, в соответствии с которым были внесены изменения в трудовой договор от 01.06.2016 № 18/16 о наименовании работодателя.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что указанные дополнительные соглашения не изменяли условий трудового договора от 01.06.2016 № 18/16, предусмотренных дополнительным соглашением от 02.11.2020 о выполнении истцом трудовой функции вне места расположения работодателя (дистанционно) по месту жительства по адресу: адрес – на период с 02.11.2020 по 20.08.2022.

Как указывает истец, что в период с 19.09.2022 по 05.10.2022 продолжал выполнять трудовую функцию дистанционно по поручению и под контролем работодателя, в связи с чем считает, что между ФИО1 и работодателем сложились фактические трудовые отношения дистанционно.

Вместе с тем указанные обстоятельства не находят своего подтверждения ввиду следующего.

Из представленных истцом служебных записок, скриншотов переписки через мессенджер WhatsApp, скриншотов с электронной почты, скриншотов публикаций из сети Интернет, планов работ научно-образовательного центра, заключения специалиста по исследованию цифровой информации, не усматривается, что работодателем давались поручения ФИО1 о выполнении трудовой функции в период с 19.09.2022 по 05.10.2022, а также что истцом выполнялась трудовая функция в спорный период.

Как следует из табеля учета рабочего времени за сентябрь 2022 года ответчик учел период с 19.09.2022 по 05.10.2022 отметив указанные дни - прогулы (отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение времени, установленного законодательством).

Показания допрошенных в ходе судебного заседания свидетелей фио, фио, фио, фио, фио также не подтверждают выполнение истцом трудовых функций в соответствии с должностной инструкцией в оспариваемый период по поручению и под контролем работодателя.

Согласно ст. 56, 60 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств наличия у него оснований для осуществления в спорный период работы дистанционно, вне места нахождения работодателя, равно как и не представлено относимых и допустимых доказательств дистанционного выполнения работы в соответствии с условиями трудового договора в интересах, по поручению и под контролем работодателя в спорный период времени, что позволяет прийти к выводу о том, что истец не осуществлял трудовую деятельность в спорный период.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что дистанционный режим, установленный ФИО1 на основании дополнительного соглашения от 02.11.2020 к трудовому договору от 01.06.2016 № 18/16 и приказа работодателя от 02.11.2020 № 157-л/с о переводе на дистанционную работу ФИО1 был установлен на период с 02.11.2020 по 20.08.2022.

С учетом установленных обстоятельств, суд также приходит к выводу, что истец в период с 19.09.2022 по 05.10.2022 состояла в трудовых отношениях на основании заключенного трудового договора с ответчиком и обязана была осуществлять трудовую функцию по должности руководитель НОЦ в интересах, по поручению и под контролем работодателя (соблюдая положения трудового договора, должностной инструкции, иных локальных нормативных актов работодателя) по месту работы согласно условиям трудового договора – адрес .

При этом, требование истца о заключении с ней дополнительного соглашения к трудовому договору с указанием места работы вне места нахождения работодателя, в том числе за пределами российской Федерации (Hoofdweg 2, 1261RH Blaricum The Netherlands) не основано на законе, поскольку Трудовой кодекс РФ не предусматривает возможность заключения трудового договора о дистанционной работе с гражданином Российской Федерации, осуществляющим трудовую деятельность за пределами адрес (письмо Минтруда России от 09.09.2022 № 14-2/ООГ-5755).

При таких обстоятельствах, требования истца об установлении факта трудовых отношений между ФИО1 и адрес ПрОП» с 19.09.2022 по 05.10.2022 в должности руководителя научно-образовательного центра (НОЦ) в дистанционном режиме и об обязании ответчика внести изменения в табель учета рабочего времени истца, удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования истца о признании незаконным приказа от 05.10.2022 об увольнении ФИО1 по подпункту «а» пункта 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ и об изменении формулировки расторжения трудового договора с подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ на пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ (по инициативе работника), суд исходит из следующего.

Статьями 21, 22 Трудового кодекса РФ установлены права и обязанности работника и работодателя, которыми предусмотрено право работника на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

Согласно п. п. "а" п. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, в том числе прогула, т.е. отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение рабочего дня (смены) независимо от его (ее) продолжительности.

Согласно п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ за прогул необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено в том числе за невыход на работу без уважительных причин, то есть отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены), а также за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места.

В п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указано, что при расторжении трудового договора с работником по п. п. "а" п. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ необходимо учитывать, что если в трудовом договоре, заключенном с работником, либо локальном нормативном акте работодателя (приказе, графике и т.п.) не оговорено конкретное рабочее место этого работника, то в случае возникновения спора по вопросу о том, где работник обязан находиться при исполнении своих трудовых обязанностей, следует исходить из того, что в силу ч. 6 статьи 209 Трудового кодекса РФ рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Как следует из материалов дела, 01.06.2016 между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор № 18/16, согласно которому ФИО1 была принята на работу на должность руководителя учебного центра по адресу фактического нахождения ответчика, что подтверждается представленной в материалы дела копией трудового договора.

Дополнительным соглашением от 02.11.2020 к трудовому договору от 01.06.2016 № 18/16 истец переведена на дистанционную работу на срок до 20.08.2022 для выполнения трудовой функции вне места расположения работодателя (дистанционно) по месту жительства истца (адрес, мкр. Сходня, адрес).

В соответствии с приказом работодателя от 02.11.2020 № 157-л/с о переводе истца на дистанционную работу ФИО1 был предоставлен дистанционный режим работы на период с 02.11.2020 по 20.08.2022.

При этом, доводы истца о том, что прогула в спорный период не совершала, в связи с выполнением трудовой функции дистанционно, суд находит несостоятельными, поскольку доказательств перевода истца в установленном законом порядке на дистанционный режим работы после окончания срока действия дополнительного соглашения от 02.11.2020 к трудовому договору от 01.06.2016 № 18/16 не представлено.

Представитель истца в судебном заседании не отрицал, что в период с 19.09.2022 по 05.10.2022 истец отсутствовал на рабочем месте, однако факт вменяемого прогула оспаривал, указывая, что ФИО1 не находилась на рабочем месте по объективным причинам – в связи с нахождением за пределами адрес и выполнением трудовой функции в спорный период дистанционно.

Вместе с тем, суд с данными доводами истца согласиться не может, поскольку истцом не представлено доказательств уважительности причин отсутствия на рабочем месте или получении в установленном порядке согласия работодателя на работу вне пределов рабочего места (дистанционно) в спорный период. Также суд принимает во внимание, что указать, какие именно обстоятельства препятствовали ему присутствовать на рабочем месте, истец и ее представитель не смогли. Документов подтверждающих, что в период с 19.09.2022 по 05.10.2022 истцу работодателем давались поручения на осуществление им трудовой деятельности вне пределов рабочего места (дистанционно), суду не представлено, в материалах дела не имеется.

Представитель ответчика в судебном заседании суду пояснил, что никаких поручений и указаний на необходимость осуществлять истцом свою трудовую функцию дистанционно работодателем не давались.

Данное обстоятельство подтверждается показаниями допрошенного в ходе судебного заседания свидетеля фио, которая подтвердила факт отсутствия истца на рабочем месте в период с 19.09.2022 по 05.10.2022 и тот факт, что истцу каких-либо поручений о выполнении трудовой функции дистанционно со стороны работодателя в спорный период не давалось.

Таким образом, истцом не представлено суду согласно ст. 56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих уважительность его отсутствия на рабочем месте в период с 19.09.2022 по 05.10.2022, в связи с чем у работодателя имелись основания для увольнения истца за прогул.

Порядок увольнения, установленный ст. 193 Трудового кодекса РФ, по указанному основанию работодателем также был соблюден.

В связи с отсутствием истца на рабочем месте с 19.09.2022 по 30.09.2022 работодателем были составлены акты от 19.09.2022 №№ 186, 187, 188, от 20.09.2022 № 191, от 21.09.2022 № 196, от 22.09.2022 № 200, от 23.09.2022 № 205, от 26.09.2022 № 207, от 27.09.2022 №2 09, от 28.09.2022 № 211, от 29.09.2022 № 213, от 30.09.2022 № 215, подтверждающие отсутствие истца в указанный период.

Кроме указанных актов, факт отсутствия на месте работы подтвержден табелями учета рабочего времени за сентябрь-октябрь 2022 года и истцом не оспаривается.

Также истцу были направлены уведомления о предоставлении письменного объяснения от 19.09.2022 № 01-1374/ЕЧ, от 21.09.2022 № 01-1756/ЕЧ, от 22.09.2022 № 01-1773/ЕЧ, от 23.09.2022 № 01-1782/ЕЧ, от 30.09.2022 № 01-1834/АЮ.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что увольнение истца произведено в соответствии с действующим трудовым законодательством, процедура увольнения работодателем нарушена не была.

Применение к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения соразмерно совершенному ею проступку, поскольку истец без уважительных причин отсутствовала на рабочем месте длительное время в период с 19.09.2022 по 05.10.2022.

При таких обстоятельствах, заявленные истцом требования о признании увольнения незаконным и об изменении формулировки расторжения трудового договора удовлетворению не подлежат.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика среднего заработка за период вынужденного прогула, заработной платы за период с 19.09.2022 по 05.10.2022, о взыскании заработной платы за период с 19.09.2022 по 05.10.2022 и об обязании ответчика произвести отчисления за период с 19.09.2022 по 05.10.2022 во все обязательные фонды также надлежит отказать, поскольку данные требования являются производными.

Разрешая требования истца об обязании адрес ПрОП» произвести перерасчет и выплату компенсации при увольнении за неиспользованный ФИО1 ежегодный оплачиваемый отпуск, с учетом её работы в период ежегодного оплачиваемого отпуска с 22.08.2022 по 26.08.2022, с 29.08.2022 по 31.08.2022, с 01.09.2022 по 03.09.2022, с 05.09.2022 по 07.09.2022, с 11.09.2022 по 12.09.2022, суд приходит к следующему.

Истец полагает, что, находясь в отпуске без оформления отзыва из ежегодного оплачиваемого отпуска, выполняла по поручению работодателя свою трудовую функцию в период с 22.08.2022 по 26.08.2022, с 29.08.2022 по 31.08.2022, с 01.09.2022 по 03.09.2022, с 05.09.2022 по 07.09.2022, с 11.09.2022 по 12.09.2022.

Как следует из материалов дела, истцу на основании приказов от 10.08.2022 № 155-о и от 24.08.2022 № 168-о был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск с 22.08.2022 по 18.09.2022, с которыми ФИО1 была ознакомлена.

В соответствии со статьей 125 Трудового кодекса РФ отзыв работника из отпуска допускается только с его согласия, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом РФ. Неиспользованная, в связи с этим часть отпуска должна быть предоставлена по выбору работника в удобное для него время в течение текущего рабочего года или присоединена к отпуску за следующий рабочий год.

При этом приказов (распоряжений) об отзыве истца из ежегодного оплачиваемого отпуска в период с 22.08.2022 по 18.09.2022 не издавалось, что подтверждается представленной ответчиком в материалы дела справкой от 06.02.2022 № 060223-ок.

Кроме того, как следует из представленных суду письменных доказательств и доводов искового заявления, истец подтверждает, что находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске в период с 22.08.2022 по 18.09.2022 и трудовых функций в соответствии с должностной инструкцией не выполняла.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств выполнения трудовых обязанностей по поручению и под контролем работодателя в указанный период по месту нахождения работодателя согласно условиям трудового договора от 01.06.2016 № 18/16, что позволяет прийти к выводу о том, что истец находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске с 22.08.2022 по 18.09.2022 и из отпуска ответчиком не отзывалась.

При таких обстоятельствах, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что требование истца об обязании ответчика произвести перерасчет и выплату компенсации при увольнении за неиспользованный ФИО1 ежегодный оплачиваемый отпуск, удовлетворению не подлежит.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика начисленной заработной платы за работу в период ежегодного оплачиваемого отпуска с 20.08.2022 по 18.09.2022 также надлежит отказать, поскольку данное требование является производным.

Поскольку заявленные истцом требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда являются производными от требования о признании незаконным увольнения, в удовлетворении которых судом отказано, данные требования удовлетворению также не подлежат.

При таких обстоятельствах, заявленные ФИО1 исковые требования удовлетворению не подлежат по вышеизложенным основаниям.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к адрес ПрОП» России о признании увольнения незаконным, изменении формулировки увольнения – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Тимирязевский районный суд адрес.

Судья: