Решение по делу № 2-10/2025 от 27.03.2025

24RS0060-01-2024-000394-18

гражданское дело №2-10/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 марта 2025 года г.Бородино

Бородинский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего – судьи Фоменко А.А.,

при секретаре Табакаевой О.А.,

с участием помощника прокурора г.Бородино Красноярского края Грачевой Д.Л.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – адвоката Борщиной Т.В., предъявившей удостоверение № и ордер № от 30.09.2024,

представителя ответчика ООО «Бирель плюс» ФИО2, действующего на основании доверенности от 20.06.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Бирель плюс» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

Истец ФИО1 обратилась в Бородинский городской суд Красноярского края к ответчику ООО «Бирель плюс» о компенсации морального вреда, мотивируя тем, что она состоит в зарегистрированном браке с ФИО3 с 21.06.1990 и по настоящее время.

На основании трудового договора с 16.09.2021 ФИО3 работал в ООО «Бирель плюс» водителем грузового автомобиля 4 разряда, место работы - обособленное подразделение «Ковыктинское месторождение» в Иркутской области.

09.06.2022 муж истца в результате несчастного случая на производстве получил тяжелую травму головы. Должностные лица ответчика не оказали ФИО3 помощи, до медицинского учреждения он добирался самостоятельно.

Впоследствии, ФИО3 находился на листках нетрудоспособности в периоды с 11.07.2022 по 14.10.2022, с 21.10.2022 по 11.11.2022, с 20.12.2022 по 04.01.2023, с 12.01.2023 по 08.02.2023, с 14.02.2023 по 24.03.2023.

Согласно медицинскому заключению о характере повреждений здоровья, полученных в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести КГБУЗ «Бородинская ГБ» установлен диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга и формирование хронических субдуральных гематом с обеих сторон с невыраженным неврологическим дефицитом, травма производственная.

В результате тяжкого вреда, причиненного здоровью, муж истца перенес операцию, длительное время был нетрудоспособным, нуждался в помощи истца. До настоящего времени ФИО3 испытывает сильные головные боли, потерю памяти, быструю утомляемость, слабость в руках и ногах, расстройство координации движений. В период лечения муж истца не мог обходиться без посторонней помощи, она сопровождала его в медицинских учреждениях.

Истец испытывает моральные и нравственные переживания, связанные с страданиями супруга, необходимостью лечения супруга, невозможностью сохранения прежнего уровня жизни.

Просит взыскать с ответчика ООО «Бирель плюс» в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве в размере 250000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 5000 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 300 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, просила удовлетворить.

В судебном заседании представитель истца - Борщина Т.В. исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, просила удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Бирель Плюс» ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился по доводам, указанным в возражении на исковое заявление, просил применить сроки исковой давности по требованию о компенсации морального вреда и отказать в удовлетворении исковых требований.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, причину неявки суду не сообщил.

В силу ст.167 ГПК РФ, суд рассматривает дело в отсутствие третьего лица.

Заслушав истца и ее представителя, представителя ответчика, допросив явившихся свидетелей, заключение прокурора, полагавшего необходимым требования истца удовлетворить, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 СК РФ).

В соответствии с Конституцией Российской Федерации, Семейным кодексом Российской Федерации, положениями статей 150, 151 ГК РФ следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

Как следует из материалов дела, истец ФИО1 и ФИО3 состоят в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о заключении брака IV-БА № от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ООО «Бирель плюс» в должности водителя грузового автомобиля 4 разряда, что подтверждается трудовым договором № от 27.09.2021, приказом о приеме на работу № от 27.09.2021.

09.06.2022 ФИО3 в результате несчастного случая на производстве получил тяжелую травму головы.

Впоследствии, ФИО3 находился на листках нетрудоспособности в период с 11.07.2022 по 14.10.2022, с 21.10.2022 по 11.11.2022, с 20.12.2022 по 04.01.2023, с 12.01.2023 по 08.02.2023, с 14.02.2023 по 24.03.2023.

08.11.2022 работодателем составлен акт Н-1 о несчастном случае на производстве, согласно выводам которого, причиной несчастного случая на производстве явилась «неосторожность работка по скользкой поверхности дороги, покрытой глиной после выпадения осадков в виде дождя» (п.10). Согласно п.11 данного акта, вина должностных лиц, допустивших нарушение требований охраны труда - отсутствует.

Решением Бородинского городского суда Красноярского края от 04.09.2023 из п.10 акта от 08.11.2022 о несчастном случае на производстве исключена формулировка причины несчастного случая – неосторожность работника, из п.11 акта о несчастном случае на производстве, исключен вывод об отсутствии виновности должностных лиц, допустивших нарушения требований охраны труда ООО «Бирель Плюс».

Согласно п.10 акта №Н-1 о несчастном случае на производстве, составленного ООО «Бирель плюс» 13.10.2023, причинами несчастного случая, произошедшего 09.06.2022 явилось нарушение должностными лицами ООО «Бирель плюс» ответственными за нарушение законодательных и иных нормативных правовых и локальных актов требований п.22 ТК РФ, подп.«ф» п.26 Положения о системе управления охраной труда. Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, является К.В.Е. – механик (п.11).

Из выписного эпикриза КГБУЗ «Бородинская городская больница» следует, что ФИО3 находился на лечении в Бородинской городской больнице с 19.06.2022 по 11.07.2022, при этом с 26.06.2022 по 30.06.2022 находился в палате интенсивной терапии, с 30.06.2022 по 11.07.2022 - в хирургическом отделении. Больной поступил с жалобами на головные боли, общую слабость, головокружение, слабость в правой верхней конечности. 28.06.2022 в экстренном порядке прооперирован: <данные изъяты>. Выписан в удовлетворительном состоянии. Рекомендовано наблюдение хирурга, невролога, нарколога в поликлинике по месту жительства, профилактика травматизма.

Из выписки медицинской карты амбулаторного больного КГБУЗ Красноярская клиническая больница» от 29.09.2022, следует, что ФИО3 находился на консультации и обследовании в поликлинике КГБУЗ ККБ с 28.09.2022 по 29.09.2022. Клинический диагноз: Очаговая травма головного мозга. Левосторонний гемипарез, астенический и цефалгический синдром. Рекомендации: реоперация не показана, рекомендовано наблюдение и лечение у невролога и кардиолога по месту жительства, коррекция АД, курсы сосудистой и ноотропной терапии. Остается временно нетрудоспособным.

Согласно акта медико-социально экспертизы от 19.02.2024 ФИО3 установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности на период с 23.01.2024 по 23.01.2025.

Согласно заключения эксперта № от 13.01.2025 и выводов на поставленные вопросы следует, что при обращении за медицинской помощью ФИО3 выставлен диагноз: <данные изъяты>. Данная травма, согласно п.6.1.3 приказа МЗиСР РФ 194н от 24.04.2008, отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак, вреда опасного для жизни человека, создающего непосредственно угрозу для жизни. По указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Из пояснений ФИО1 следует, что в результате тяжкого вреда, причинённого здоровью, ФИО3 испытывает сильные головные боли, потерю памяти, быструю утомляемость, слабость в руках и ногах, расстройство координации движений. Истец как супруга ФИО3 испытывает моральные и нравственные переживания, связанные с страданиями супруга, необходимостью лечения супруга, невозможностью сохранения прежнего уровня жизни.

Кроме того отражает, что на период оперативного и амбулаторного лечения находилась рядом с супругом, помогала ему проходить лечение и реабилитацию, делала массаж, сопровождала его в больницы, а так же до настоящего времени продолжает следить за состоянием супруга, в связи с чем испытывает моральные переживания и стресс за состояние здоровья супруга.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемы и не передаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 ГК РФ).

Согласно пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Как следует из пояснений истца ФИО1 в судебном заседании, что после случившегося с ее супругом несчастного случая, она испытывала и в настоящее время испытывает нравственные страдания. В период лечения, муж истца не мог обходиться без посторонней помощи, она ухаживала за ним в больнице, сопровождала его в медицинских учреждениях. После получения травмы, изменился устоявшийся их уклад жизни, ее семья стала испытывать материальные трудности.

Так же допрошенные в судебном заседании свидетели Б.И.А., Л.Ю.А., Р.Л.А. показали, что ФИО3 получил травму головы работая на вахте в Иркутской области. Приехав г.Бородино, ФИО3 была проведена операция и он долго находился в реанимации, где ФИО1 постоянно ухаживала за ним (кормила, проводила гигиенические процедуры), поскольку ФИО3 не мог обходиться без посторонней помощи, так как был частично парализован. После выписки из больницы ФИО1 осуществляла уход за супругом в домашних условиях (кормила, проводила гигиенические процедуры, делала массаж), сопровождала его в медицинские учреждения г.Красноярска, так как по состоянию здоровья ФИО3 не мог самостоятельно посещать их.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля врач-хирург В.И.Б. подтвердил, что ФИО3 находился на лечении в хирургическом отделении КГБУЗ «Бородинская ГБ», ему была проведена операция. За все время нахождения ФИО3 в хирургическом отделении, его супруга навещала его ежедневно, оказывала помощь и ухаживала за больным. После выписки из стационара, ФИО3 находился на амбулаторном лечении, ему рекомендовано было обратиться за консультацией к физиотерапевту и за услугами массажиста, кроме того, супруге пациента – ФИО1, бы дан ряд рекомендаций по лекарственным препаратам и реабилитационным мероприятиям, для скорейшего выздоровления ФИО3

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку их показания являются последовательными, взаимосвязанными и непротиворечивыми, согласуются с пояснениями истца, соответствуют иным письменным доказательствам по делу, заинтересованности свидетелей в исходе дела судом не установлено, доказательств обратного суду не представлено.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства дела, оценив представленные сторонами доказательства, руководствуясь приведенными нормами права, суд считает, что в данном случае истцу были причинены нравственные страдания в связи с травмированием ее супруга в результате несчастного случая на производстве, причинением ему тяжкого вреда здоровью, изменением привычного уклада жизни семьи, то есть в нарушении ее неимущественного права на семейные связи.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует иметь ввиду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 года N1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда с учетом, установленных по делу обстоятельств, учитывая состояние здоровья супруга истца, требующее постоянного внимания, изменение привычного уклада жизни семьи истца, последовавшие в результате травмы супруга истца, явилось причиной нравственных страданий истца, как его супруги, выразившихся в нарушении их неимущественного права на родственные и семейные связи, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд считает требования о компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 в связи с производственной травмой ее супруга ФИО3 обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере 70000 рублей.

Доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о компенсации морального вреда, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку требования о взыскании компенсации морального вреда относятся к требованиям о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, на которые исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абз.2 ст.208 ГК РФ).

В силу ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (абз.2 п.11).

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате юридических услуг в размере 5000 рублей за составление искового заявления, суд приходит к выводу об отказе в их удовлетворении, поскольку в материалах дела отсутствуют платежные документы подтверждающие несение истцом расходов за оказанные юридические услуги.

Вместе с тем, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины, подтвержденные квитанцией от 09.07.2024 в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 к ООО «Бирель плюс» о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт № №) с ООО «Бирель плюс» (ИНН №) компенсацию морального вреда в результате несчастного случая на производстве в размере 70000 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 300 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ООО «Бирель плюс» – отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Бородинский городской суд в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий - судья А.А.Фоменко

Мотивированное решение изготовлено 02 апреля 2025 года