УИД: <номер>

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

22 марта 2023г. г. Раменское

Раменский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Ермиловой О.А., при секретаре судебного заседания Еникеевой А.Д., с участием ст. помощника прокурора Абаимовой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2777/2023 по иску ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО12, к АО "Речицкий фарфоровый завод", 3-е лицо Фонд пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> и <адрес>, ИП ФИО2 об установлении юридического факта трудовых отношений, несчастного случая на производстве, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3, действуя в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО13, <дата> года рождения, обратилась в суд с иском к ответчику АО "РФЗ" об установлении юридического факта трудовых отношений между ФИО4 и АО "РФЗ" от 02.03.2021г. в должности рабочего и датой прекращения трудовых отношений в связи со смертью работника от 07.03.2021г.; установлении факта несчастного случая на производстве; компенсации морального вреда в ее пользу в сумме 1 000 000 руб. в связи с гибелью супруга и в пользу сына в сумме 1 000 000 руб. в связи с гибелью отца, мотивируя требования тем, что ее супруг и отец ребенка погиб при выполнении трудовых работ по демонтажу системы дымохода на высоте и на территории АО "РФЗ", а также с ведома зам. генерального директора организации ФИО6, ответчик, являясь владельцем источника повышенной опасности, не создал безопасные условия работнику, что привело к его гибели.

Истец ФИО3 в судебном заседании отсутствовала, извещена надлежащим образом, заявила о рассмотрении дела без своего присутствия с участием представителя ФИО11 (л.д. 156, том 2).

Представитель истца ФИО11 по доверенности (л.д. 20, 2 том) в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика АО "РФЗ" в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, что подтверждается распиской (л.д. 145, том 2), ранее представил письменные возражения, которыми просил в иске отказать, указывая на отсутствие трудовых отношений с погибшим (л.д. 247-249, том 1).

3-е лицо представитель Фонда пенсионного и социального страхования РФ по г. Москве и Московской области (правопреемник ГУ –Московского областного регионального отделения Фонда социального страхования РФ, 38 филиал) в судебном заседании отсутствовала, извещен надлежащим образом, заявил о рассмотрении дела без своего присутствия.

3-е лицо ИП ФИО2 в судебном заседании отсутствовала, извещена надлежащим образом.

Помощник прокурора Абаимова Е.А. в судебном заседании полагала требования иска в части компенсации морального вреда супруге и сыну погибшего подлежащими удовлетворению в разумных пределах из-за неосторожного поведения самого погибшего.

Дело постановлено рассмотреть в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему выводу.

Как установлено судом и следует из материалов гражданского дела, ФИО4 являлся супругом и отцом соответственно ФИО3 и несовершеннолетнего ФИО14, <дата> года рождения (л.д. 12, 14, том 1).

Из постановления ст. следователя следственного отдела по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.04.2021г. следует, что 07.03.2021г. в ГБУЗ МО «Раменская РБ» наступила смерть ФИО4, который был доставлен 02.03.2021г. в приемный покой с телесными повреждениями, полученными в результате падения в тот же день с крыши при ведении работ по демонтажу системы обогрева помещений отходными газами и дымоходной системы главного производственного корпуса АО "РФЗ", расположенного по адресу: <адрес>, Раменский г.о., с Речицы, <адрес>Б (л.д. 17-19, том 1).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Согласно ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Из анализа норм ТК РФ, в частности, ст. ст. 56, 61, 65, 66, 67, 68, 91, 129, 135, следует, что фактический допуск работника к работе предполагает, что работник приступил к исполнению трудовых обязанностей по обусловленной соглашением сторон должности, с момента начала исполнения трудовой функции работник подчиняется действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка. Оплата труда работника осуществляется работодателем в соответствии с установленным по занимаемой работником должности окладом и действующей у работодателя системой оплаты труда. Работник в связи с началом работы обязан передать работодателю соответствующие документы.

Исходя из совокупного толкования приведенных норм следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

Поскольку истец заявляет о факте трудовых отношений погибшего супруга с ответчиком АО «РФЗ», то в предмет доказывания входит состоявшееся между ними соглашение о заключении трудового договора, наличие существенных (обязательных) условий этого договора в соответствии со ст. 57 ТК РФ: место работы, трудовую функцию, дату начала работы, режим рабочего времени и отдыха, условия оплаты труда, место исполнения трудовых обязанностей, срок трудового договора и т.п.

Однако из постановления ст. следователя следственного отдела по г. Раменское ГСУ СК РФ по <адрес> об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.04.2021г. следует, что несчастный случай с ФИО4 произошел в результате проявленной последним небрежности, выразившейся в нарушении им требований охраны труда при производстве работ на высоте. Следователем также указано, что не имеется оснований утверждать, что смерть ФИО4 наступила при выполнении им трудовых обязанностей в результате нарушения правил техники безопасности при выполнении им трудовых обязанностей или иных правил охраны труда лицом, обязанным обеспечивать соблюдение этих правил. При этом было установлено, что ФИО4 осуществлял работы по демонтажу системы дымохода цеха на территории АО «РФЗ», был фактически допущен к производству данных работ с ведома зам. ген. директора АО «РФЗ» ФИО8, но из за отсутствия документально подтвержденных сведений о наличии у пострадавшего трудовых отношений не позволило ст. следователю сделать вывод о том, что ФИО4 стал жертвой несчастного случая на производстве (л.д. 19, том 1).

Указанное постановление вступило в законную силу.

Иного истцом в порядке ст. 56 ГПК РФ не приведено.

Напротив, из Договора подряда от 12.02.2021г. между ИП ФИО2 (Подрядчиком) и АО «РФЗ» (Заказчиком) следует, что Подрядчик своей техникой, рабочим персоналом и инструментами, обязался выполнить по заданию Заказчика в период с 12.02 по 28.02.2021г. в том числе: демонтаж системы обогрева помещения отходными газами и дымоходной системы н объекте Заказчика: Главном производственном корпусе АО «РФЗ» по адресу: <адрес> (л.д. 1-6, том 2).

Согласно п. 2.1.5 Данного договора Подрядчик обязан выполнить работы как лично, так и с наймом субподрядчиков с согласованием списка подрядчиков с Заказчиком.

Из мотивировочной части постановления ст. следователя следственного отдела по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.04.2021г. усматривается, что ФИО4 в рамках указанного приглашения и в сопровождении ФИО9 прибыл на территорию ответчика (Заказчика), принял порученный объем работ и с разрешения последнего приступил к их началу (л.д. 18-19, том 1).

Таким образом, согласиться с доводами истца о том, что отношения отвечали признакам трудовых отношений, суду не приходится, поскольку фактически ФИО4 оказывал работу в рамках гражданско-правового договора, о чем свидетельствовал разовый и срочный характер правоотношения.

Таким образом, в деле отсутствуют доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) подтверждающие юридически значимые обстоятельства того, что ФИО4 был допущен в спорный период к выполнению указанной им работы в должности рабочего в АО «РФЗ» с ведома и по поручению данного работодателя, стал подчиняться правилам внутреннего трудового распорядка или графику сменности работы и т.д., поскольку каких-либо кадровых решений в отношении ФИО4 ответчиком не принималось, записи в трудовую книжку не вносились, заработная плата ему не начислялась и не выплачивалась, доказательства, подтверждающие выполнение ФИО4 на постоянной основе определенной трудовой функции в условиях подчинения правилам внутреннего трудового распорядка, соблюдения режима рабочего времени, установления размера заработной платы в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлены.

К доводам иска о том, что ФИО4 приступил к выполнению работы с ведома зам. генерального директора организации ФИО6, суд относится критически, поскольку исходя из вышеуказанных норм права, независимо от того, возникают трудовые отношения на основании заключенного между сторонами трудового договора или в результате фактического допущения работника к работе, между сторонами должны быть согласованы и определены существенные условия, позволяющие квалифицировать возникшие правоотношения именно как трудовые.

Поскольку факт допуска истца к исполнению именно трудовых обязанностей не установлен, суд не усматривает законных оснований для удовлетворения заявленных требований об установлении юридического факта трудовых отношений между ФИО4 и АО "РФЗ" от 02.03.2021г. в должности рабочего и датой прекращения трудовых отношений в связи со смертью работника от 07.03.2021г., установлении факта несчастного случая на производстве.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как указано выше, потерпевший осуществлял работы на высоте и производил демонтаж системы обогрева помещения отходными газами и дымоходной системы на объекте Заказчика.

Дымоходная система - является частью отопительной системы, предназначен для отвода продуктов сгорания и является источником повышенной опасности, поскольку выброс дымовых газов через дымоход представляет потенциальную опасность возникновения пожара, взрыва, и, как следствие, причинения вреда жизни и здоровью людей, а также крупного материального ущерба.

В данной связи, руководствуясь вышеуказанными нормами права, суд усматривает законные основания для супруги и сына погибшего на возмещение морального вреда в результате причинения вреда здоровью, повлекшего смерть супруга и отца ФИО4 от ответчика как владельца источника повышенной опасности и независимо от его вины.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер причиненных физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости и иные заслуживающие внимание обстоятельства (ст. 150 названного Кодекса).

На основании п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Таких доказательств ответчик суду в порядке ст. 56 ГПК РФ не представил.

В соответствии со ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано. Однако при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Так, в силу п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Как указано выше смертельный случай произошел с ФИО4 в результате проявленной последним небрежности при производстве работ на высоте. Доказательств наличий в его действиях грубой неосторожности ответчиком в порядке ст. 56 ГПК РФ суду не приведено.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из конкретных обстоятельств данного дела, обстоятельств произошедшего случая, наличия признаков небрежности в поведении самого погибшего, характера полученных травм и наступивших в результате их получения последствий (смерти потерпевшего), нравственных страданий истца –супруги и ребенка погибшего, потерявших близкого человека, и с учетом требований разумности и справедливости, полагает возможным определить размер подлежащей взысканию компенсации равным по 250 000 руб. каждому.

С требованиями о компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб. каждому суд не соглашается, учитывая вышеизложенные обстоятельства, а также то, что законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Таким образом, моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности, что судом определяется как в 250 000 руб. в отношении каждого истца.

Согласиться с возражениями ответчика об отказе в иске, невозможно поскольку как указано выше законом не предусмотрено оснований отказа в возмещении вреда при причинении вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Таким образом, иск подлежит удовлетворению частично.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход соответствующего бюджета подлежат взысканию расходы по делу по оплате госпошлины в сумме 600 руб. (по 300 руб. в отношении каждого истца по требованию о компенсации морального вреда).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО18, к АО "РФЗ", 3-е лицо Филиал <номер> ГУ <адрес> регионального отделения Фонда социального страхования РФ, ИП ФИО2 об установлении юридического факта трудовых отношений, несчастного случая на производстве, компенсации морального вреда -удовлетворить частично.

Взыскать с АО "РФЗ" в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 250 000 руб.

Взыскать с АО "РФЗ" в пользу ФИО17, в лице ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 250 000 руб.

Остальные исковые требования об установлении юридического факта трудовых отношений между ФИО4 и АО "РФЗ" от 02.03.2021г. в должности рабочего и датой прекращения трудовых отношений в связи со смертью работника от 07.03.2021г., установлении факта несчастного случая на производстве, и большем объеме о компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Взыскать с АО "РФЗ" в доход соответствующего бюджета расходы по делу по оплате госпошлины в сумме 600 руб.

Решение может быть обжаловано в Мособлсуд путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Раменский городской суд.

Судья: О.А. Ермилова

Мотивированное решение составлено <дата>г.