РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июня 2023 года г. Сургут

Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Никитиной Л.М.,

при секретаре судебного заседания Семеновой М.А.,

с участием ст. помощника прокурора Дубенкина А.Ю.,

представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 22.09.2022,

представителя ответчика ООО «КапиталПромЭнергия» ФИО2, действующего на основании доверенности № 5 от 24.04.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-611/2023 по исковому заявлению ФИО4, в лице законного представителя ФИО5, к ООО «КапиталПромЭнергия» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

С.Е.С., в лице законного представителя ФИО5, обратилась в суд с вышеуказанным иском, мотивируя требования тем, что в результате несчастного случая, произошедшего в период исполнения трудовых обязанностей в ООО «КапиталПромЭнергия» ФИО3, который приходится С.Е.С. отцом, ФИО3 погиб. Факт трудовых отношений между ФИО3 и ответчиком установлен вступившим в силу решением Сургутского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ. также указанным решением на ответчика возложена обязанность по оформлению акта формы Н-1, которое не исполнено.

Отец С.Е.С. погиб выполняя поручения своего руководителя ООО «КапиталПроммЭнергия» в лице директора ФИО9, после его смерти малолетний ребенок С.Е.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, осталась без отца. Компенсация морального вреда причинённого С.Е.С. оценивается в размере 2000000 рублей.

Просит взыскать с ООО «КапиталПромЭнергия» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в связи со смертью отца, погибшего на производстве ДД.ММ.ГГГГ, в размере 2000000 рублей.

В судебное заседание законный представитель истца ФИО5 не явился, извещена надлежащим образом.

Представитель ФИО5 – ФИО1 на удовлетворении заявленных требований настаивал по доводам искового заявления.

Представитель ООО «КапиталПромЭнергия» ФИО2 в судебном заседании выразил частичное согласие с заявленными требованиями, просил учесть, что с общества уже взысканы денежные средства в пользу ФИО5 – супруги умершего, а также факт добровольной выплаты руководителем общества супруге 250000 рублей.

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

Согласно ч.2 ст.7 Конституции РФ, в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено также в ч.3 ст.37 Конституции РФ.

В судебном заседании установлено, подтверждено вступившим в силу решением Сургутского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, что ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ООО «КапиталПромЭнергия» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Также, вышеуказанным решением суда несчастный случай со смертельным исходом, произошедший со ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, признан несчастным случаем на производстве, на ООО «КапиталПромЭнергия» возложена обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшим со ФИО3, при этом установлены обстоятельства произошедшего.

Так, ДД.ММ.ГГГГ в следственный отдел по городу Сургут поступило сообщение по факту обнаружения трупа ФИО3 на территории строящегося объекта по адресу: <адрес>. Местом обнаружения трупа ФИО3 является здание трансформаторной электрической подстанции, расположенной на территории строящихся жилых домов. Труп ФИО3 лежал около 6 ячеек с электрическим оборудованием мощностью 10 КВт каждая. На момент осмотра электрооборудование находилось под высоким напряжением. На трупе ФИО3 обнаружены следы поражения током. Кроме того, в помещении обнаружена бухта слаботочного кабеля и крепёжная фурнитура. В ходе проверки, согласно пояснениям опрошенных лиц, установлено, что в 2017 году ООО «Юграпромстрой» начало строительство жилого комплекса по адресу: <адрес>. Для обеспечения комплекса электроэнергией, силами ООО «Юграпромстрой», по вышеуказанному адресу, в рамках инвестиционного контракта с ООО «СГЭС», было возведено сооружение трансформаторной подстанции ТП-22. В 2019 году трансформаторная подстанция была запущена, но официально не введена в эксплуатацию. Электрооборудование подключено и функционирует, то есть находится под высоким напряжением. В 2019 году между ООО «Юграпромстрой» и ООО «КапиталПромЭнергия» заключен договор подряда, в рамках которого ООО «КапиталПромЭнергия» директором которого является ФИО9 взяло на себя обязательства по установке пожарно-охранной сигнализации в помещении вышеуказанной трансформаторной подстанции. Доступ в помещение вышеуказанной трансформаторной подстанции ограничен. Двери ведущие в подстанцию оборудованы замком. ФИО3 на основании гражданско-правового договора был привлечён ИП ФИО9 для производства монтажа слаботочных кабельных линий охранных и пожарной сигнализации в помещении электроподстанции ТП-22, расположенной на территории строящихся домов по адресу: <адрес>. Также для производства работ был привлечён ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ в дневное время ФИО3 и ФИО10 было выдано задание произвести ДД.ММ.ГГГГ монтаж слаботочной линии охранной сигнализации на вышеуказанном объекте ТП-22. При этом ФИО13 C.JL и ФИО10 были предупреждены о том, что на данный объект прибудет электромонтёр ФИО12, который проведёт им инструктаж о порядке производства работ в помещении высоковольтной электроподстанции ТП-22. Указанные лица были предупреждены, чтобы без ФИО6 они не приступали к работам, поскольку в ТП-22 находится высоковольтное действующее оборудование. 11.08. 2020 около 08 часов 20 минут ФИО9 прибыл на строящийся объект по адресу: <адрес>, где встретил ФИО13 C.Л., который прибыл для производства вышеуказанных работ, и провёл ФИО3 краткий инструктаж того, что он должен был сделать, то есть произвести монтаж линий охранной сигнализации в ТП-22. Вновь предупредил, что должен прибыть электрик ФИО6, который проинструктирует по технике безопасности при работе в ТП-22. Указанные лица самостоятельно должны были выполнить работы, после чего доложить об исполнении. Помещение ТП-22 закрывается на навесной замок. Со слов ФИО9 утром ДД.ММ.ГГГГ, когда он находился на строительной площадке, обратил внимание, на то, что двери ТП были открыты, навесного замка на дверях не было. 09 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 обнаружил ФИО3 в помещении указанного ТП-22 без признаков жизни. Исходя из имеющихся сведений, ФИО3 без инструктажа со стороны ФИО6, приступил к монтажу слаботочных линий охранной сигнализации в помещении электроподстанции.

В силу ч.2 ст. 61 обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как следует из пояснений стороны ответчика, подтверждено стороной истца, решение суда от ДД.ММ.ГГГГ до настоящего времени не исполнено.

В соответствии со ст.219 Трудового кодекса Российской Федерации, каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда.

Согласно ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ, стороной ответчика не представлено доказательств, свидетельствующих об обеспечении ФИО3 безопасных условий труда.

В соответствии со ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме.

На основании ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 46 постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Согласно представленного свидетельства о рождении, ФИО3 приходился отцом С.Е.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Из справки о составе семьи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован по месту жительства в <адрес> совместно супругой ФИО5 и несовершеннолетней дочерью С.Е.С.

Заявляя требование о компенсации морального вреда в размере 2000000 рублей, ФИО5, действующей в интересах несовершеннолетней С.Е.С., указано, что для малолетнего ребенка смерть отца это очень огромная потеря, С.Е.С. долгое время находится в стрессовом состоянии. Каждый день спрашивает про погибшего отца, С.Е.С. была очень привязана к отцу, до сих пор ей невозможно объяснить, что она больше не увидит своего отца живым. До смерти ФИО13 C.JI. постоянно проживал в семье, заботился о своей дочери, учил её как правильно держать столовые приборы, постоянно проводил с ней развлекательные игры, учувствовал в воспитании дочери, был примером для нее. Других детей у погибшего ФИО13 C.Л. не было, в связи с этим он отдавал всю свою любовь и свободное время единственной дочери. После смерти своего отца С.Е.С. лишена отцовской любви, лишена отцовской ласки, лишена опоры в жизни, в процессе взросления ей не к кому будет прийти за советом или обратиться за защитой, кроме матери.

При определении размера компенсации морального вреда, учитывая все обстоятельства смерти ФИО3, установленные вступившим в силу решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, принимая во внимание вышеуказанные доводы стороны истца и степень физических и нравственных страданий, причиненных С.Е.С. в результате смерти близкого человека, невосполнимость утраты отца, возраст Евы, принимая во внимание, что в результате несчастного случая, повлекшего смерть работника, закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда, стоимость человеческих страданий не высчитывается, компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в размере 1000000 рублей.

Судом не принимаются во внимание произведенные ИП ФИО9 выплаты в пользу ФИО5 в размере 250000 рублей, поскольку последние произведены в качестве материальной помощи и расчета по договору.

На основании ст.103 ГПК РФ с ООО «КапиталПромЭнергия» в доход <адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО4, в лице законного представителя ФИО5, к ООО «КапиталПромЭнергия» о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «КапиталПромЭнергия» в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО4 1000000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ООО «КапиталПромЭнергия» в доход бюджета Муниципального образования г. Сургута государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, через Сургутский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено 28.06.2023.

Судья Л.М. Никитина