Дело № 2-316/2023 (33-12646/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 22.09.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Рябчикова А.Н.,

судей Лузянина В.Н.,

Хазиевой Е.М.,

при помощнике судьи Мышко А.Ю., при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира Свердловской области к ФИО1 и ФИО2 о возмещении ущерба, по апелляционной жалобе ФИО1 и ФИО2 на решение Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 03.05.2023.

Заслушав доклад судьи Хазиевой Е.М., объяснения представителя истца ФИО3, ответчика ФИО2 и представителя ответчиков ФИО4, судебная коллегия

установила:

Департамент по охране, контролю и регулированию использования животного мира Свердловской области (истец, Департамент) обратился в суд с иском к ФИО1 и ФИО2 (ответчики) о солидарном взыскании в пользу государства в лице Департамента как главного администратора доходов, полученных в счет возмещения ущерба, причиненного животному миру и подлежащих поступлению в бюджет Нижнесергинского муниципального района (по месту причинения вреда), возмещения ущерба в сумме 400750 руб. В обоснование иска указано, что <дата> ФИО1 совместно с ФИО2 в отсутствие разрешения добыли на территории охотничьего угодья «Сосновый бор» одну особь лося. Постановлением по делу об административном правонарушении ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение правил охоты); штраф в сумме 1000 руб. уплачен. Постановлением по делу об административном правонарушении ФИО2 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях; штраф в сумме 3000 руб. уплачен. Уплата штрафа не освобождает от гражданско-правовой ответственности в виде возмещения ущерба 400750 руб. (400000 руб. за незаконную добычу лося + 750 руб. неполученной пошлины за разрешение на добычу лося).

В ходе судебного разбирательства ответчики иск не признали, указав на отсутствие факта незаконной охоты. Ответчик ФИО2 пояснил, что подстрелил лося в ..., потом только добрал подранка на территории Соснового бора. Ответчик ФИО1 пояснил, что <дата> находился с ФИО2 в лесу, чтобы забрать собак и тушу лося, но участие в охоте не принимал.

Решением Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 03.05.2023 иск удовлетворен. Постановлено взыскать солидарно со ФИО1 и ФИО2 в пользу государства в лице Департамента в счет возмещения ущерба, причиненного животному миру, 400750 руб., подлежащих поступлению в бюджет Нижнесергинского муниципального района. Постановлено взыскать со ФИО1 государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 3603 руб. 75 коп. Постановлено взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 3603 руб. 75 коп.

С таким решением не согласились ответчики ФИО1 и ФИО2, которые поставили вопрос об отмене судебного решения и отказе в удовлетворении иска. В обоснование апелляционной жалобы указано, что постановления по делу об административном правонарушении преюдициальными не являются, что судом первой инстанции должным образом не исследованы все фактические обстоятельства происшествия. Материалами уголовного дела подтверждается, что ( / / )10 имелась лицензия, он включил ответчиков в состав группы охотников, то есть ответчики могли вести охоту в лесу. Кроме того, материалами уголовного дела подтверждается, что раненный лось был только добран на территории, где не имелось разрешение, что допускается правилами охоты.

В суде апелляционной инстанции ответчик ФИО2 и представитель ответчиков поддержали доводы апелляционной жалобы. Представитель истца Департамента возражал против удовлетворения апелляционной жалобы. Судом апелляционной инстанции истребованы материалы уголовного дела.

Ответчик ФИО1 в суд апелляционной инстанции не явился. Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства заблаговременного его извещения посредством почтовой корреспонденции и публикации сведений о судебном заседании на официальном сайте Свердловского областного суда, а также что его интересы представляет полномочный представитель, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав явившихся лиц, исследовав материалы гражданского дела и истребованные материалы уголовного дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы ответчиков, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Согласно ст. 75 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды устанавливается имущественная, дисциплинарная, административная и уголовная ответственность. Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», непривлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не исключает возможности возложения на него обязанности по возмещению вреда окружающей среде; равным образом привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не является основанием для освобождения лица от обязанности устранить допущенное нарушение и возместить причиненный им вред.

Поэтому наличие постановлений инспектора о привлечении к административной ответственности ФИО1 и ФИО2 за нарушение правил охоты (л.д. 62, 184 тома 1), а также постановлений следователя о прекращении уголовного преследования в их отношении за незаконную охоту (л.д. 122, 123 тома 2) за отсутствием состава преступления по причине отрицания ими своей вины в ходе допросов, не препятствует установлению предусмотренного ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 77 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» состава деликта за причинение вреда окружающей среде, в частности за уничтожение особи лося в отсутствие разрешения. Указанные постановления судебными не являются, поэтому перечисленные в них обстоятельства не могут быть приняты как преюдициальные в порядке ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов истребованного судебной коллегией уголовного дела, на основании которых также вынесены постановления по делам об административных правонарушениях, изначально .... ФИО1 и ФИО2 не отрицали факт коллективной охоты. По объяснениям самого ФИО1 от <дата> (л.д. 81 тома 2), он со своим другом ФИО2 <дата> ходили на охоту на лося вдвоем, у ФИО1 с собой оружия не было, его были собаки. У ФИО1 <дата> изъяты смывы с обуви (л.д. 59 тома 2), на которых по данным экспертизы (л.д. 109 тома 2) оказалось кровь парнокопытного семейства олени (косуля, лось). По объяснениям ФИО2 от <дата> (л.д. 83 тома 2), <дата> он совместно со ФИО1 на квадрацикле поехал на охоту, на которую взяли собак и оружие; у ФИО2 при себе была лицензия на имя ( / / )11 поскольку он совместно с ним состоят в бригаде охотников. О том, что ( / / )12 собрался на охоту и принимал в ней участия, никто не говорил. К тому же ФИО1 и ФИО2 после отстрела лося изначально не сообщили егерю и директору охотничьего хозяйства о том, что добыли лося, когда их заметили – сообщили, что ищут потерявшихся собак.

В последующем, когда выяснилось, что разрешение на добычу лося и только на территории ... имеется лишь у ( / / )13 (л.д. 86 тома 2), а в состав охотничьей бригады писаны ( / / )14 и ФИО2 и не вписан ФИО1 (л.д. 49, 114 тома 1), показания ответчиков кардинально меняются. По протоколу допроса ФИО2 от <дата> (л.д. 116 тома 2), он уже не с ФИО1, а с ( / / )15 отправился на охоту, на территорию охотничьего хозяйства «Сосновый бор» ФИО2 один зашел случайно, чтобы добрать подранка – раненного им на территории ... лося. По протоколу допроса ФИО1 от <дата> (л.д. 120 тома 2), он с ФИО2 <дата> не охотился, а следы крови на его сапогах могли остаться от дорожно-транспортного происшествия со сбитым лосем или от того, что он <дата> с ФИО2 ездил искать своих собак. При том, как последовательно указывали уполномоченные лица, ФИО1 и ФИО2 они видели в районе охоты, от них ФИО1 сначала попытался скрыться, потом пояснил о розыске сбежавших принадлежащих ему собак (объяснения гос.инспектора, егеря, директора охотничьего хозяйства – л.д. 71, 76, 79, 92, 98 тома 2). В настоящее время, в отсутствие объективно проверяемых сведений об участии в охоте ( / / )16, ответчик ФИО2 поясняет о том, что ( / / )17 остался в охотничьем домике в силу возраста, поэтому непосредственного участия в охоте не принимал.

Установленного фактического обстоятельства отсутствия ( / / )18, единственно у которого имелось вообще действующее разрешение на добычу копытного животного, необходимо и достаточно для констатации незаконности охоты.

В силу ч. 1 ст. 23 Федерального закона от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» основной осуществления охоты и сохранения охотничьих ресурсов являются правила охоты. Правила охоты утверждены приказом Минприроды России от 24.07.2020 № 477.

Так, в силу п. 10 Правил охоты лицо, ответственное за осуществление коллективной охоты, обязано присутствовать в месте осуществления коллективной охоты, сохранять при себе во время осуществления коллективной охоты список охотников для немедленного предъявления уполномоченным лицам и т.д.

( / / )6, единственно на которого выписано разрешение на добычу копытного животного (лося) (л.д. 210 тома 1, л.д. 86 тома 2) и который вписан в состав охотничьей бригады (л.д. 49, 114 тома 1), соответственно, является лицом, ответственным за осуществление коллективной охоты, в рассматриваемой охоте участия не принимал, - что в целом порочит охоту <дата>.

Более того, в любом случае в силу п. 5 Правил охоты при осуществлении охоты физические лица обязаны иметь при себе разрешение на добычу охотничьих ресурсов. Заявленная ответчиком ФИО2 путевка в силу п. 9 Правил охоты при осуществлении коллективной охоты на копытных животных, медведей, волка, шакала, лисицу в закрепленных охотничьих угодьях выдается лицу, получившему в установленном порядке разрешение на добычу охотничьих ресурсов. В силу пп. 11, 11.1 и 11.2 Правил охоты при осуществлении коллективной охоты в наличии для предъявления уполномоченным лицам должны быть не только охотничий билет и разрешение на хранение и ношение охотничьего оружия, но разрешение на добычу охотничьих ресурсов и путевка (в случае осуществления охоты в закрепленных охотничьих угодьях).

Ни у ФИО1, ни у ФИО2 не имелось разрешения на добычу копытного животного вообще. Поэтому само по себе наличие у ФИО2 выписанной общей путевки на предоставление услуг в сфере охотничьего хозяйства (л.д. 88 тома 2) не дает разрешение ни ему лично, ни коллективу охотников в указанном составе на добычу копытного животного (лося), о чем ФИО2 как охотник со стажем не мог не знать. Судебная коллегия повторно обращает внимание, что разрешение на добычу копытного животного (лося) (л.д. 210 тома 1, л.д. 86 тома 2) имелось только ( / / )19, который участи в охоте не принимал, и только на добычу животного на территории ... Приведенные фактические обстоятельства документированы и уже не отрицаются ответчиками.

Доводы ответчика ФИО1 о том, что он не принимал участие в коллективной охоте <дата>, поскольку хоть и присутствовал на территории, но не имел огнестрельного оружия для поражения животного, противоречит как установленным фактическим обстоятельствам (в том числе заключению по смывам с его сапог, последовательным объяснениям егеря и директора охотничьего хозяйства, а также первоначальным объяснениям ответчиков), так и правилам охоты, которые позволяют принимать участие в коллективной охоте без добычи животного непосредственно всеми членами бригады.

Кроме того, в силу п. 59 Правил охоты запрещается нахождение в охотничьих угодьях вне сроков охоты, а в сроки охоты без разрешения на добычу охотничьих ресурсов с собаками, не находящимися на привязи, за исключением нахождения с собаками охотничьих пород в зонах нагонки и натаски, которые определены в документах территориального охотустройства. Каких-либо объяснений очевидного нарушения данных требований ответчиками ФИО1 и ФИО2, которые не отрицали факт добычи лося на территории охотничьего хозяйства с участием принадлежащих первому собак, а также указывали на поиск данных собак (со специальным ошейником), не приведено.

Также в силу п. 21 Правил охоты, на которые дополнительно ссылаются податели апелляционной жалобы, при осуществлении охоты на копытных животных, если животное ранено, оно подлежит добору. Согласно п. 24 Правил охоты, при доборе раненого копытного животного разрешается заходить в охотничьи угодья, не указанные в разрешении на добычу охотничьих ресурсов, предварительно сделав в нем отметку о ранении охотничьего животного; в этом случае до момента пересечения границы соседнего охотничьего угодья с целью добора раненого копытного животного, лицо, на чье имя выдано разрешение на добычу охотничьих ресурсов, любым доступным способом, уведомляет уполномоченное лицо.

Вместе с тем материалами дела не подтверждается ни факт значительного ранения лося на территории ..., ни совершение своевременной записи в разрешении, ни факт извещения уполномоченного лица о доборе раненного животного.

Как следует из материалов дела (схема и выкопировка из плана – л.д. 52, 69 тома 2) и не отрицается ответчиками, охоту на лося началась на территории ... потом перешла (через дорогу) на территорию охотничьего хозяйства «Сосновый бор», где животное было застрелено ответчиком ФИО2 путем производства прицельного смертельного выстрела.

Вопреки утверждению ответчиков в апелляционной жалобе, проверка пояснения о ранении лося на территории ... произведена с учетом заявления ответчика ФИО2, которое совершено не сразу, что существенно затруднило уполномоченным лицам сбор доказательств. <дата> ответчики при встрече с егерем ( / / )20 и директором охотничьего хозяйства ( / / )21 ничего не сказали про добычу лося, поэтому проверка на месте проведена <дата> без дополнительного осмотра другой территории. Версия о доборе животного проверена на месте <дата> после выдвижение такой версии.

В ходе осмотра места происшествия <дата> установлено, что на поверхности шкуры головы туши имеется сквозное повреждение округлой формы, повреждений на шкуре больше не имеется, также на поверхности шкуры в области туловища и ног не обнаружено следов от текущей крови; туша и примыкающая территория обследованы металлоискателем, металлических предметов в туше и на примыкающей территории не обнаружено (протокол осмотра места происшествия – л.д. 49 тома 2). Согласно заключению эксперта (л.д. 106 тома 1) и акту зав.ветлечебницы (л.д. 89 тома 2), смерть животного наступила от данной огнестрельной раны в области головы, не совместимой с жизнью. В ходе дополнительного осмотра места происшествия <дата> с участием ФИО2 установлено, что на указанном им месте, на одном дереве имеются небольшие пятна бурого цвета, на других деревьях, на поверхности снега и под снегом на следах лося пятен бурого цвета не обнаружено, как не обнаружено следов лежек раненного животного (протокол осмотра места происшествия – л.д. 64-66 тома 2).

Последующая ссылка ответчика ФИО2 о том, что при дополнительном осмотре не использован металлоискатель, представляется надуманной: в основу версии о доборе раненного животного должно быть положены доказательства не выстрела в него, а его тяжелого ранения, которое дает право охотнику добрать подранка. То обстоятельства, что на туше животного местами отсутствует шерстяной покров, но целостность кожного покрова не нарушена (помимо места от единственного пулевого ранения), (по протоколу допроса зав.ветлечебницей, на который ссылается податель апелляционной жалобы, - л.д. 100 оборот, том 1), наоборот, свидетельствует об отсутствии какого-либо существенного ранения лося до его смертельного ранения охотником на территории охотничьего хозяйства «Сосновый бор».

Своевременно и надлежащим образом совершить запись в разрешении (л.д. 86, 87 тома 2) и известить уполномоченное лицо ( / / )22 на которого единственно выписано такое разрешение, не мог физически: не находился по месту охоты; по объяснениям ответчика, был в охотничьем домике и не поехал на охоту. Более того, ответчики ФИО1 и ФИО2 при встрече с егерем и директором охотничьего хозяйства «Сосновый бор» ничего не сказали о добыче или доборе лося, заявив только, что разыскивают собак (объяснения гос.инспектора, егеря, директора охотничьего хозяйства – л.д. 71, 76, 79, 92, 98 тома 2).

Судебная коллегия отмечает, что в целом позиция ответчиков ФИО1 и ФИО2 сводится к оценке имеющихся доказательств с позиции применения уголовно-процессуального законодательства, что в рамках гражданского судопроизводства не обоснованно. В силу п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно причинитель вреда должен доказать, что вред причинен не по его вине. Подобных доказательств со стороны ответчиков не представлено, таковыми доказательствами одни противоречивые их объяснения быть не могут.

Кроме того, вопреки позиции подателей апелляционной жалобы, судебная коллегия не может проигнорировать также то обстоятельства, что ответчики были привлечены по данному случаю к соответствующей административной ответственности, с которой оба согласились. Постановлением государственного инспектора Свердловской области <№> от <дата> (л.д. 184-187 тома 1) по делу об административном правонарушении ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение правил охоты). Административный штраф уплачен (л.д. 190 тома 1). Постановлением государственного инспектора Свердловской области <№> от <дата> (л.д. 62-63 тома 1) по делу об административном правонарушении ФИО2 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение правил охоты). Административный штраф уплачен (л.д. 67 оборот, том 1). В рамках указанных дел об административных правонарушениях анализировались те же материалы уголовного дела, выкопировки из которого представлены с названными делами. Кардинальное изменение процессуальной позиции произошло ввиду выставления Департаментом возмещения имущественного ущерба в общей сумме 400750 руб., что значительно меньше уплаченных ими административных штрафов на суммы 1000 руб. и 3000 руб. Вместе с тем уплата административного штрафа не исключает деликтной гражданско-правовой ответственности и не является должным оправданием подобной смены позиции, собственно, как и желание избежать уголовной ответственности.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что доводы ответчиков ФИО1 и ФИО2 о правомерности рассматриваемой охоты противоречат собранным по делу материалам, направлены на своеобразную интерпретацию фактических обстоятельств происшествия при отсутствии аргументов для кардинальной смены процессуальной позиции, помимо желания избежать какой-либо ответственности за происшествие. Не подтверждают существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на вынесение правильного по сути судебного решения. Поэтому предусмотренных ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене или изменению решения судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия дополнительно отмечает следующее.

В силу ст. 56 Федерального закона от 24.04.1995 №52-ФЗ «О животном мире» граждане, причинившие вред объектам животного мира и среде их обитания, возмещают нанесенный ущерб добровольно либо по решению суда в соответствии с таксами и методиками исчисления ущерба животному миру, а при их отсутствии - по фактическим затратам на компенсацию ущерба, нанесенного объектам животного мира и среде их обитания, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды. При этом объекты животного мира, которые в соответствии с Федеральным законом от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и (или) законами субъектов Российской Федерации используются или могут быть использованы в целях охоты, представляют собой охотничьи ресурсы.

Размер вреда вследствие уничтожения конкретного вида охотничьих ресурсов исчислен верно, как произведение установленной таксы по виду охотничьих ресурсов, пересчетного коэффициента, - все согласно приложениям №№ 1 и 2 Методики исчисления размера вреда, причиненного охотничьим ресурсам, утвержденной приказом Минприроды России № 948 от 08.12.2011, - и количества уничтоженных особей. Для данного случая составляет 400000 руб. = 80000 руб. за особь лося * 5 перерасчетный коэффициент по охраняемой природной территории (не общедоступные охотничьи угодья) * 1 особь.

Кроме того, в силу п. 1 ст. 15 и п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации причиненный вред подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В частности, поскольку уничтоженный объект животного мира (лось) является охотничьим ресурсом, то предусмотренный главой 25.1 Налогового кодекса Российской Федерации сбор представляется собой недополученные доходы за незаконную добычу объектов животного мира, поэтому подлежит возмещению в составе ущерба (убытков). В данном случае подобный сбор в силу п. 1 ст. 333.1 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 750 руб., посчитан судом первой инстанции в составе общей суммы ущерба, что соответствует фактическим обстоятельствам происшествия, когда ни у одного из ответчиков не имелось соответствующего действующего разрешения до добычу лося на территории охотничьих угодий «Сосновый бор» и (или) ...

В рамках уголовного дела ответчики ущерб, посчитанный по постановлению Правительства Российской Федерации № 750 от 10.06.2019 «Об утверждении такс и методики исчисления крупного и особо крупного ущерба для целей статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации», с учетом разъяснения п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», не уплачивали. Возмещение экологического ущерба, доступного к начислению согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 77 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», например, ущерба среде обитания с сокращением численности подобных животных, снижение продуктивности их популяций, репродуктивной функции отдельных особей, к ответчикам не заявляется.

В рассматриваемом случае, поскольку незаконная добыча лося производилась совместно ответчиками ФИО1 и ФИО2, то есть по предварительной договоренности о коллективной охоте и с заранее определенным распределением ролей (за ФИО1 контроль и управление собаками, без огнестрельного и иного оружия, за ФИО2 – поражение объекта животного мира посредством огнестрельного оружия), то солидарное, без определения долей, взыскание ущерба соответствует ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснения п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде».

Кроме того, судебная коллегия отмечает правильное определение судом первой инстанции выгодоприобретателя присуждаемого возмещения ущерба, причиненного окружающей среде, - в доход местного бюджета по месту причинения вреда, что соответствует требованиям п. 6 ст. 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде». Присужденные судом суммы компенсации по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов, городских округов, городских округов с внутригородским делением, городов федерального значения по месту причинения вреда окружающей среде по нормативу 100 процентов; привлечение соответствующих финансовых органов к участию в деле не является обязательным.

Руководствуясь ст. 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 03.05.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчиков ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий: А.Н. Рябчиков

Судьи: В.Н. Лузянин

Е.М. Хазиева