Дело № 2-189/2023 копия
59RS0027-01-2022-004548-38
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г.Кунгур Пермского края 17 января 2023 года
Кунгурский городской суд Пермского края в составе:
председательствующего судьи Третьяковой М.В.,
при секретаре Хасимовой Э.И.,
с участием прокурора Путина А.А.,
истца ФИО1,
представителя ответчиков ФИО2,
рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Кунгуре Пермского края гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 40 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 40 ГУФСИН России по Пермскому краю» (далее – ФКУ ИК-40 ГУФСИН России по Пермскому краю»), Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю (далее – ГУФСИН России по Пермскому краю), Федеральной службе исполнения наказаний России, с учетом уточнения исковых требований просит признать незаконным увольнение, восстановить на работе в должности кузнеца с 24.06.2022, взыскать компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.
В обоснование иска указывает, что по прибытию в ФКУ ИК-40 был трудоустроен по специальности в цех № с 01.10.2020г. на должность кузнеца. Однако в июне 2022 года был незаконно и необоснованно уволен. Данное увольнение лишило его трудового - вредного стажа, а также пенсионных начислений, социальной адаптации, официального страхового больничного. Таким образом, ФКУ ИК-40 ГУФСИН России допустило нарушение условий его содержания, которое он оценивает в 500000 руб.
В судебном заседании ФИО1 заявленные исковые требования поддержал, указал, что с 01.10.2020г. был трудоустроен в должности кузнеца в цехе № 1. С 05.06.2022 по 09.06.2022 находился на больничном, с 10.06.2022 должен был выйти на работу. Однако поскольку с мастером участка ФИО5 были разногласия по вопросу оплаты труда, он был уволен. После того как он был ознакомлен с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении, он обратился к и.о.начальника ФКУ ИК-40 ФИО6, объяснил ситуацию. Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ приказ № был отменен. Далее вновь приказом № от ДД.ММ.ГГГГ начальника ФКУ ИК-40 ФИО7 был уволен. Просит признать увольнение незаконным, поскольку был эпатирован на лечение, трудовую дисциплину не нарушал, оснований для прекращения работы не имелось, в том числе с учетом положений ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, а также наличия на исполнении исполнительных документов. Поскольку увольнение считает незаконным, просит восстановить на работе в должности кузнеца с ДД.ММ.ГГГГ. В связи с незаконными действиями ответчика испытал нравственные страдания, размер компенсации морального вреда определяет в 500 000 рублей.
Представитель ответчика ФКУ ИК-40 ГУФСИН России по Пермскому краю, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России ФИО2 в судебном заседании иск не признала. В своих объяснениях, поддержала письменные возражения, указала, что в силу особенностей уголовно-исполнительного законодательства на истца не распространяются гарантии, предусмотренные Трудовым кодексом РФ, в части порядка оформления прекращения трудовых отношений, соблюдения самой процедуры увольнения и наличия предусмотренных на то оснований. ФИО1 перестал привлекаться к оплачиваемому труду, т.к. сократились объемы работы, а также ФИО1 должен был выбыть из исправительного учреждения по обстоятельствам, не зависящим от волеизъявления ФКУ ИК-40 ГУФСИН России по Пермскому краю, поскольку уехал на продолжительное обследование. Производственной необходимости для привлечения ФИО1 к трудовой деятельности с июня 2022 по октябрь 2022 года не имелось. Производственная деятельность, а также количество осужденных, занятых на производстве, определяется администрацией учреждения исходя из объема работы. В июне 2022 года цех ковки загружен не был, осужденных, трудоустроенных ранее, было достаточно для выполнения всех заказов. По поступлению в ИК-40 с 03.10.2022 вновь был трудоустроен, но уже сварщиком. Поскольку действия ответчика правомерны, оснований для восстановления на работе истца, а также взыскании заявленных им сумм не имеется, просила в иске отказать.
Суд, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, заключение прокурора, считавшего заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению в полном объеме, исследовав материалы дела, допросив свидетеля, считает иск не подлежащим удовлетворению исходя из следующего.
В силу ч. 7 ст. 18 Закона РФ N 5473-1 от 21.07.1993 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных, наличия материальных и финансовых возможностей для их дополнительного создания, а также спроса потребителей на производимую продукцию, выполняемые работы и предоставляемые услуги.
Согласно ч. 1 ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.
Уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации устанавливаются общие положения и принципы исполнения наказаний, применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом РФ, порядок и условия исполнения и отбывания наказаний, применения средств исправления осужденных (часть вторая статьи 2 Уголовно-исполнительного кодекса РФ), к которым относится и общественно полезный труд (часть вторая статьи 9 того же Кодекса), не имеющий основной целью получение трудового дохода (заработка) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2010 N 805-О-О).
В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Таким образом, конституционные права осужденных, отбывающих по приговору суда наказание в местах лишения свободы, ограничены законом, поэтому на указанных лиц распространяются нормы трудового законодательства РФ только в части, допускаемой и предусмотренной уголовным и уголовно-исполнительным законодательством с соблюдением установленных законом изъятий и ограничений.
В соответствии с ч. 1 ст. 102, ч. 1 ст. 104, ч. 1 ст. 105 Уголовно-исполнительного кодекса РФ на осужденных распространяются нормы трудового законодательства РФ, регулирующие материальную ответственность осужденных к лишению свободы, продолжительность рабочего времени, правила охраны труда и техники безопасности, производственной санитарии, оплаты труда. Вместе с тем, согласно закону, на осужденных не распространяются, в частности, нормы трудового законодательства, регулирующие порядок приема на работу, увольнения с работы, восстановления на работе, перевода на другую работу и перемещение, социальные гарантии, предусмотренные трудовым договором.
В силу пункта 24 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 16.12.2016 №295, осужденные обязаны трудиться в местах и на работах, определенных администрацией ИУ, с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и прохождения ими обучения по специальности, требующей соответствующей квалификации, а также исходя из наличия рабочих мест, кроме работ и должностей, на которых запрещается использование осужденных в соответствии с перечнем (приложение N 8).
В соответствии с абзацем 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные права, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Судом установлено и из материалов дела следует, что осужденный ФИО1 отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-40 ГУФСИН России по Пермскому краю. Данное обстоятельство следует из объяснений сторон, ими не оспаривается.
Факт трудоустройства осужденного ФИО1 с 01.10.2020 в должности кузнеца ручной ковки 2 разряда в цех № 3, перевода с 01.04.2022 кузнецом ручной ковки в цех № 1 подтверждается карточкой учета рабочего времени осужденного (л.д.48,65).
Приказом от 24.06.2022 ФИО1 был освобожден от оплачиваемого труда с должности кузнеца ручной ковки с 10.06.2022 на основании ст.103 УИК РФ (л.д. 16).
Как следует из пояснений представителя ответчика, ФИО1 перестал привлекаться к оплачиваемому труду, т.к. сократились объемы работы в цехе, а также ФИО1 должен был выбыть из исправительного учреждения по обстоятельствам, не зависящим от волеизъявления ФКУ ИК-40 ГУФСИН России по Пермскому краю, поскольку уехал на продолжительное обследование. Производственной необходимости для привлечения ФИО1 к трудовой деятельности с июня 2022 по октябрь 2022 года не имелось. Производственной необходимости для привлечения ФИО1 к трудовой деятельности с июня 2022 по октябрь 2022 года не имелось. Производственная деятельность, а также количество осужденных, занятых на производстве, определяется администрацией учреждения исходя из объема работы. В июне 2022 года цех ковки загружен не был, осужденных, трудоустроенных ранее, было достаточно для выполнения всех заказов.
Согласно наряда, осужденный ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ этапирован по медицинским показаниям для планового проведения обследования в филиал «Больница №» ФКУЗ МСЧ-95 ФСИН России.
Исследовав доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что оспариваемый истцом приказ от 24.06.2022 является приказом об освобождении осужденного от оплачиваемого труда в порядке ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, а не приказом об увольнении.
Исходя из положений статей 103, 105 УИК Российской Федерации, осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства. Трудоустройство, перевод на другую работу, а также увольнение лица, отбывающего наказание, производятся по усмотрению администрации исправительного учреждения, исходя из его возможностей и потребностей.
В силу ч. 7 ст. 18 Закона РФ N 5473-1 от 21.07.1993 г. "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных, наличия материальных и финансовых возможностей для их дополнительного создания, а также спроса потребителей на производимую продукцию, выполняемые работы и предоставляемые услуги.
Учитывая изложенное, прекращение привлечения истца к труду по мотивам, содержащимся в приказе начальника ФКУ ИК-40 ГУФСИН России по Пермскому краю, действующему законодательству не противоречит, и, принимая во внимание, что трудовой договор с истцом не заключался, истец привлекался к труду в связи с отбыванием наказания, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования истца о восстановлении на работе в ранее занимаемой должности.
Отказ в удовлетворении основного искового требования влечет также отказ в удовлетворении производных из него требований.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу части 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежат компенсации только в случаях, предусмотренных законом.
Таким образом, из буквального содержания вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума следует, что компенсация морального вреда возможна в случаях причинения такого вреда гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место лишь при наличии прямого указания об этом в законе.
Поскольку нормами уголовно-исполнительного законодательства не предусмотрена обязанность компенсации морального вреда, лицам отбывающим наказание, в результате действий органов принудительного исполнения наказания, кроме того, обжалуемые действия ответчика нормам закона соответствуют, требование ФИО1 о компенсации причиненного морального вреда следует оставить без удовлетворения.
От уплаты государственной пошлины истец судом освобожден на основании подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 40 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кунгурский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья (подпись) М.В.Третьякова
Копия верна.Судья:
Подлинное решение подшито в дело № 2-189/2023. Дело находится в Кунгурском городском суде Пермского края.