производство № 2-831/2025
дело № 67RS0002-01-2024-004845-57
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
28 января 2025 года
Промышленный районный суд г. Смоленска
в составе:
председательствующего судьи Ермаковой Е.А.,
при секретаре Самойловой Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, указав в обоснование требований, что в производстве Смоленского районного суда находилось уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ. По данному уголовному делу истец признан потерпевшим. Приговором Смоленского районного суда г. Смоленска, вступившим в законную силу, ответчик признан виновным в совершении преступления. Истец указывает, что в результате совершения ответчиком преступления, ему причинены физические и нравственные страдания, которые выражаются в следующем: длительное состояние волнения, которое привело к поднятию давления от состояния беспомощности, вызванного неоднократными уведомлениями о списании денежных средств со счета банковской карты, состояние беспомощности от сложившейся ситуации, необходимость обращения к знакомым с целью получения денежных средств взаймы для приобретения продуктов и лекарств, в связи с блокировкой карты и списанием с нее денежных средств. Просит суд взыскать с ответчика в свою пользу в счет компенсации морального вреда причиненного преступлением 150 000 руб.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного разбирательства в установленном законом порядке, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее в судебных заседаниях исковые требования поддержал, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Просил иск удовлетворить.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного разбирательства в установленном законом порядке, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее в судебных заседаниях исковые требования не признал, поддержал представленные возражения на исковое заявление. Дополнительно указал, что сумма заявленная истцом ко взысканию несоразмерна причиненному истцу материальному ущербу и является завышенной.
В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.
Исследовав письменные материалы дела, материалы уголовного дела <данные изъяты>, суд приходит к следующему.
В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Как разъяснено в п. 8 Постановления пленума ВС РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
В судебном заседании установлено, что 05.08.2024 отделом <данные изъяты> по признакам преступления, предусмотренного п. «г», ч. 3 ст. 158 УК РФ возбуждено уголовное дело <данные изъяты>.
Приговором Смоленского районного суда г. Смоленска по делу <данные изъяты> от 26.09.2024 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренных п. «г», ч. 3 ст. 158 УК РФ, с назначением наказания в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ в период испытательного срока на ФИО2 возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в указанный орган в установленные им сроки, трудоустроиться.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Смоленского областного суда от 04.12.2024 приговор Смоленского районного суда г. Смоленска от 18.08.2023 изменен, действия ФИО2 переквалифицированы с п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ на ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ с назначением наказания в виде 1 года 4 месяца лишения свободы. В соответствии со ст. 73 УК РФ постановлено наказание считать условным, с испытательным сроком 1 год 4 месяца. На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на ФИО2 возложены обязанности: в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, являться на регистрацию в указанный орган в установленные им сроки. В остальной части приговор оставлен без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.
Таким образом, 04.12.2024 приговор Смоленского районного суда г. Смоленска от 26.09.2024 с учетом его изменений судом апелляционной инстанции вступил в законную силу.
Как следует из приговора Смоленского районного суда г. Смоленска от 26.09.2024, 5 августа 2024 года в период времени с 12 часов 00 минут, точное время не установлено, ФИО2, находясь около <данные изъяты> на входе в парк «<данные изъяты>», обнаружил лежащую на земле банковскую карту <данные изъяты>, с банковским счетом <данные изъяты>, открытым в офисе <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> на имя ФИО1, которую взял в руки и стал неправомерно удерживать при себе. В указанный период времени, в указанном месте, предполагая, что на данном банковском счете имеются денежные средства, а также установив при осмотре вышеуказанной банковской карты, что на ней имеется функция бесконтактной оплаты, позволяющая осуществлять покупки без введения пин-кода у ФИО2 из корыстных побуждений, возник единый преступный умысел, направленный на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты> банковской карты <данные изъяты> открытого в офисе <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> на имя ФИО1
В процессе планирования преступных действий, ФИО2, не владея достоверной информацией о пин-коде доступа к указанной банковской карте, разработал преступный план, согласно которому планировал проследовать в торговые организации, расположенные в <данные изъяты>, оснащенные банковскими терминалами оплаты товаров и с помощью обнаруженной им банковской карты бесконтактным способом, не требующим ввода пин-кода, осуществить оплаты указанной банковской картой, тем самым тайно похитить денежные средства с банковского счета <данные изъяты> банковской карты <данные изъяты>, открытого в офисе <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> на имя ФИО1, а приобретенным товаром на похищенные деньги распорядиться в дальнейшем по своему усмотрению.
Также, в целях конспирации и увеличения объемов хищения, при осуществлении покупок на суммы менее 1 000 рублей, что было обусловлено невладением информации о комбинации цифр пин-кода, ФИО2 принято решение о совершении умышленных преступных действий с единым умыслом в несколько этапов в различных торговых точках г. Смоленска.
Реализуя свои преступные намерения, охваченные единым преступным умыслом, ФИО2 5 августа 2024 года в период времени с 12 часов 00 минут по 12 часов 35 минут, точное время не установлено, действуя умышленно из корыстных побуждений, с целью тайного хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, находясь в магазине «Магнит Косметик», расположенном по адресу: <данные изъяты>, приложив к терминалу бесконтактной оплаты банковскую карту <данные изъяты>, путем бесконтактной оплаты, не вводя пин-код, 5 августа 2024 года в 12 часов 32 минуты осуществил оплату товаров на сумму 1 296 рублей 96 копеек.
Далее, ФИО3, продолжая осуществлять свои преступные намерения, охваченные единым умыслом, направленные на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, действуя тайно, умышленно из корыстной заинтересованности, 5 августа 2024 года в период времени с 12 часов 35 минут по 12 часов 40 минут, точное время не установлено, удерживая при себе банковскую карту <данные изъяты>, выпущенную на имя ФИО1, проследовал в аптеку «Здравсити», расположенную по адресу: <данные изъяты>, где выбрал необходимый товар и, приложив к терминалу бесконтактной оплаты банковскую карту <данные изъяты>, путем бесконтактной оплаты, лично, не вводя пин-код, 5 августа 2024 года в 12 часов 37 минут осуществил оплату товаров на сумму 475 рублей.
Далее, ФИО3, продолжая осуществлять свои преступные намерения, охваченные единым умыслом, направленные на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, действуя тайно, умышленно из корыстной заинтересованности, 5 августа 2024 года в период времени с 12 часов 41 минуты по 12 часов 46 минут, точное время не установлено, удерживая при себе банковскую карту <данные изъяты>, выпущенную на имя ФИО1, проследовал в магазин «Лаваш», расположенный по адресу: <данные изъяты>, где выбрал необходимый товар и, приложив к терминалу бесконтактной оплаты банковскую карту <данные изъяты>, путем бесконтактной оплаты, лично, не вводя пин-код, 5 августа 2024 года в 12 часов 44 минуты осуществил оплату товаров на сумму 515 рублей 83 копейки.
Далее, ФИО3, продолжая осуществлять свои преступные намерения, охваченные единым умыслом, направленные на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, действуя тайно, умышленно из корыстной заинтересованности, 5 августа 2024 года в период времени с 12 часов 45 минут по 12 часов 55 минут, точное время не установлено, удерживая при себе банковскую карту <данные изъяты>, выпущенную на имя ФИО1, проследовал в магазин «Магнит», расположенный по адресу: <данные изъяты>, где выбрал необходимый товар и, приложив к терминалу бесконтактной оплаты банковскую карту <данные изъяты>, путем бесконтактной оплаты, лично, не вводя пин-код, 5 августа 2024 года в 12 часов 50 минут осуществил оплату товаров на сумму 593 рубля 93 копейки.
Далее, ФИО3, продолжая осуществлять свои преступные намерения, охваченные единым умыслом, направленные на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, действуя тайно, умышленно из корыстной заинтересованности, 5 августа 2024 года в период времени с 12 часов 55 минут по 13 часов 05 минут, точное время не установлено, удерживая при себе банковскую карту <данные изъяты>, выпущенную на имя ФИО1, проследовал в аптеку «Городская аптека», расположенную по адресу: <данные изъяты>, где выбрал необходимый товар и, приложив к терминалу бесконтактной оплаты банковскую карту <данные изъяты>, путем бесконтактной оплаты, лично, не вводя пин-код, 5 августа 2024 года в период времени с 13 часов 02 минуты по 13 часов 03 минуты осуществил оплату товаров двумя операциями на общую сумму 1 148 рублей 20 копеек.
Далее, ФИО3, продолжая осуществлять свои преступные намерения, охваченные единым умыслом, направленные на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, действуя тайно, умышленно из корыстной заинтересованности, 5 августа 2024 года о период времени с 13 часов 05 минут по 13 часов 30 минут, точное время не установлено, удерживая при себе банковскую карту <данные изъяты>, выпущенную на имя ФИО1, проследовал в магазин «Магнит», расположенный по адресу: <данные изъяты>, где выбрал необходимый товар и, приложив к терминалу бесконтактной оплаты банковскую карту <данные изъяты>, путем бесконтактной оплаты, лично, не вводя пин-код, 5 августа 2024 года в 13 часов 08 минут осуществил оплату товаров на сумму 622 рубля 02 копейки.
Далее, ФИО3, продолжая осуществлять свои преступные намерения, охваченные единым умыслом, направленные на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, действуя тайно, умышленно из корыстной заинтересованности, 5 августа 2024 года в период времени с 13 часов 30 минут по 13 часов 40 минут, точное время не -установлено, удерживая при себе банковскую карту <данные изъяты>, выпущенную на имя ФИО1, проследовал в зоомагазин «Барбоскин», расположенный по адресу: <данные изъяты>, где выбрал необходимый товар и, приложив к терминалу бесконтактной оплаты банковскую карту <данные изъяты>, путем бесконтактной оплаты, лично, не вводя пин-код, 5 августа 2024 года в 13 часов 39 минут осуществил оплату товаров на сумму 325 рублей.
Далее, ФИО3, продолжая осуществлять свои преступные намерения, охваченные единым умыслом, направленные на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, действуя тайно, умышленно из корыстной заинтересованности, 5 августа 2024 года в период времени с 13 часов 40 минут по 13 часов 42 минуты, точное время установлено, удерживая при себе банковскую карту <данные изъяты>, выпущенную на имя ФИО1, проследовал в аптеку «Аптекарь», расположенную по адресу<данные изъяты>, где выбрал необходимый товар и, приложив к терминалу бесконтактной оплаты банковскую карту <данные изъяты>, путем бесконтактной оплаты, лично, не вводя пин-код, 5 августа 2024 года в 13 часов 41 минуту осуществил оплату товаров двумя операциями на общую сумму 893 рубля 50 копеек.
Далее, ФИО3, продолжая осуществлять свои преступные намерения, охваченные единым умыслом, направленные на тайное хищение денежных средств с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, действуя тайно, умышленно из корыстной заинтересованности, попытался осуществить одну операцию по оплате товара в магазине «Магнит», расположенном по адресу: <данные изъяты> а именно 5 августа 2024 года в 13 часов 43 минуты на общую сумму 599 рублей 99 копеек, но не смог этого сделать, поскольку его противоправные действия были обнаружены ФИО1, после которых последний заблокировал данную банковскую карту.
Таким образом, ФИО3 5 августа 2024 года в период времени с 12 часов 32 минут по 13 часов 43 минут, действуя с единым преступным умыслом, из корыстных побуждений, тайно похитил с банковского счета № <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, в отделении банка <данные изъяты>» по адресу: <данные изъяты>, денежные средства в общей сумме 5 870 рублей 44 копейки, принадлежащие ФИО1, чем причинил последнему материальный ущерб на указанную сумму.
При этом, ФИО3 пытался похитить с банковского счета <данные изъяты>, открытого на имя ФИО1, в отделении банка <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> денежные средства на сумму 599 рублей 99 копеек, чем причинил бы ФИО1 материальный ущерб на общую сумму 6 470 рублей 43 копейки, но не смог этого осуществить по независящим от него обстоятельствам.
Действия ФИО2 судом первой инстанции квалифицированы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК ПФ, судом апелляционной инстанции переквалифицированы на ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 3 ст. 158 УК ПФ – покушение на кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с банковского счета.
Разрешая заявленные истцом требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, суд исходит из следующего.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (часть первая статьи 151, статья 1099 ГК РФ и часть 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, далее - УПК РФ).
В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.
Постановлением Конституционного Суда РФ от 26.10.2021 № 45-П "По делу о проверке конституционности статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО4" часть первая статьи 151 ГК Российской Федерации признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку она сама по себе не исключает компенсацию морального вреда в случае совершения в отношении гражданина преступления против собственности, которое нарушает не только имущественные права данного лица, но и его личные неимущественные права или посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (включая достоинство личности), если при этом такое преступление причиняет указанному лицу физические или нравственные страдания. При этом часть первая статьи 151 ГК Российской Федерации признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 21 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 56 (часть 3), в той мере, в какой она - по смыслу, придаваемому ей судебным толкованием (в том числе во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 1099 данного Кодекса), - служит основанием для отказа в компенсации морального вреда, причиненного гражданину совершенным в отношении него преступлением против собственности, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права потерпевшего, без установления на основе исследования фактических обстоятельств дела того, причинены ли потерпевшему от указанного преступления физические или нравственные страдания вследствие нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага.
С учетом данной позиции Конституционного суда Российской Федерации, применительно к настоящему делу суд исследует последствия совершенного преступления в отношении истца, в частности, нарушает ли деяние личные неимущественные права или посягает на принадлежащие потерпевшему нематериальные блага (включая достоинство личности), если при этом это преступление причиняет лицу физические или нравственные страдания.
В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда РФ № 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.
Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами. Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь ввиду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Согласно статье 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (пункт 3).
Из приведенных положений закона следует, что моральный вред может заключаться не только в физических страданиях, которые могут объективно выражаться в расстройстве или повреждении здоровья, но и в нравственных страданиях, которые могут не иметь внешнего проявления и могут не влечь повреждения или расстройства здоровья.
В случае нарушения противоправными действиями личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага наличие нравственных страданий предполагается и доказыванию не подлежит.
В постановлении от 26 октября 2021 г. № 45-П Конституционный Суд Российской Федерации применительно к преступлениям против собственности указал, что любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации к числу основных прав и свобод человека и гражданина относится и право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2).
С учетом этого любое преступление против собственности (обладая - как и всякое преступление - наибольшей степенью общественной опасности по сравнению с гражданскими или административными правонарушениями, посягающими на имущественные права) не только существенно умаляет указанное конституционное право, но и фактически всегда посягает на достоинство личности.
В то же время - при определенных обстоятельствах - оно может причинять потерпевшему от преступления как физические, так и нравственные страдания (моральный вред).
Вместе с тем сам факт причинения потерпевшему от преступления против собственности физических или нравственных страданий не является во всех случаях безусловным и очевидным.
К тому же характер и степень такого рода страданий могут различаться в зависимости от вида, условий и сопутствующих обстоятельств совершения самого деяния, а также от состояния физического и психического здоровья потерпевшего, уровня его материальной обеспеченности, качественных характеристик имущества, ставшего предметом преступления, его ценности и значимости для потерпевшего и т.д.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»; далее - постановление № 33).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 указанного постановления № 33).
В обоснование доводов иска ФИО1 указал, что в результате совершения ответчиком преступления, ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, обусловленных длительным состоянием волнения, испытанным чувством беспомощности, вызванным неоднократными уведомлениями о списании денежных средств со счета банковской карточки, необходимостью изыскания денежных средств для приобретения продуктов и лекарств, в связи с блокировкой карты по причине действий ответчика, а также чувством отчаяния, связанным с невозможностью защитить свои и своей семьи финансовые интересы, учитывая, в том числе, что он является ветераном боевых действий, принимал участие в специальной военной операции.
Оценив представленные суду доказательства, суд считает доказанным факт причинения ФИО1 как потерпевшему по уголовному делу морального вреда, который подлежит компенсации в денежном выражении, поскольку незаконные действия ответчика с очевидностью являлись посягательством на его достоинство, нарушили его право иметь имущество и распоряжаться им своей волей, что стало причиной беспокойства истца, привело к формированию у него негативных ощущений и эмоций, чувства дискомфорта, беспомощности.
Определяя размер подлежащей выплате истцу компенсации суд учитывает фактические обстоятельства дела, установленные вступившим в законную силу приговором от 26.09.2024 обстоятельства преступления, степень вины причинителя вреда, характер причиненных потерпевшему нравственных страданий, обусловленных конкретными действиями ФИО3, и, исходя из требований разумности и справедливости, определяет размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации причиненного морального вреда с ФИО2 7 000 руб., что находит позволяющим в полной мере возместить причиненный моральный вред истцу, с другой - не допустить неосновательного его обогащения.
Таким образом, требования ФИО5 являются обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) в счет денежной компенсации морального вреда 7 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.
Судья Е.А. Ермакова
Мотивированное решение изготовлено 11.02.2025