31RS0№-65 Дело № 2-3040/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 августа 2025 г. г. Старый Оскол

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Никулина Д.А.,

при секретаре судебного заседания Мелентьевой Я.Я.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2 (по доверенности), помощника Старооскольского городского прокурора Череповой А.А.,

в отсутствие истца ФИО1, представителя ответчика АО «Оскольский электрометаллургический комбинат им. А.А. Угарова», извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Оскольский электрометаллургический комбинат имени Алексея Алексеевича Угарова» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к АО «Оскольский электрометаллургический комбинат им. А.А. Угарова», в котором просит компенсировать ему моральный вред в размере 500 000 руб. и с учетом заявленного письменного ходатайства в судебном заседании взыскать судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 руб.

В обоснование исковых требований истец указал, что с 01.01.1985 по 22.11.2021 осуществлял трудовую деятельность в АО «ОЭМК им. А.А.Угарова» в должности <данные изъяты> в <данные изъяты> получив в указанный период профессиональное заболевание «<данные изъяты>». В связи с получением профессионального заболевания при исполнении трудовых обязанностей ему причинены физические и нравственные страдания.

В судебное заседание истец не явился, извещен надлежащим образом (путем направления заказной почтовой корреспонденции, РПО №), обеспечил явку представителя ФИО2, который поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, с учетом ходатайства о взыскании судебных расходов, отметив, что у ФИО1 вследствие несовершенства технологии, механизмов, оборудования на предприятии АО «ОЭМК им. А.А.Угарова» с течением времени произошла утрата <данные изъяты>, установлен диагноз: «<данные изъяты>». В повседневной жизни ФИО1 испытывает страдания, поскольку у него нарушена <данные изъяты> в <данные изъяты>, поскольку ухудшилось восприятие дорожной обстановки, кроме того, не может проводить досуг, <данные изъяты>, при этом указанные последствия в организме необратимы.

Представитель ответчика АО «Оскольский электрометаллургический комбинат им. А.А. Угарова», извещенный надлежащим образом (путем направления заказной почтовой корреспонденции, РПО №, статус – получено адресатом 6 августа 2025 г.), в судебное заседание не явился, заявлено ходатайство о рассмотрении дела без участия, просил отказать в удовлетворении иска по доводам, изложенным в письменных возражениях, в которых указано на осведомленность ФИО1 в момент трудоустройства о рисках для здоровья, а также на наличие в связи с этим улучшенных социальных гарантий (в виде отдыха, досрочного назначения пенсии и т.д.).

Выслушав представителя истца, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить иск в части, дав оценку доказательствам, в силу статьи 57 ГПК РФ, суд признает заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в части.

Трудовым кодексом Российской Федерации (далее – ТК РФ) установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 ТК РФ).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Федеральный закон № 125-ФЗ), абзац 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Ввиду отсутствия в ТК РФ норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ (статья 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ). Аналогичные разъяснения отражены в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

В пункте 20 указанного постановления разъяснено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (пункт 3 статьи 1064 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлял трудовую деятельность в АО «ОЭМК им. А.А.Угарова» (ранее наименование - «ОЭМК им. Л.И. Брежнева): ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в должности <данные изъяты> (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ), ДД.ММ.ГГГГ переведен <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ переведен в том же цехе <данные изъяты>, с 1985 г. по 2021 г. работал в том же цехе <данные изъяты> на горячих участках работ, ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с истцом расторгнут (на основании пункта <данные изъяты>).

Актом № о случае профессионального заболевания от 29 ноября 2024 г., утвержденным заместителем руководителя Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Белгородской области, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ поставлен заключительный диагноз: <данные изъяты>.

Давая оценку указанному акту о случае профессионального заболевания от 29 ноября 2024 г., суд учитывает, что профессиональное заболевание ФИО1 возникло при обстоятельствах и условиях несовершенства технологии, длительном стаже работы в условиях воздействия производственного шума, превышающего предельно допустимые уровни (пункт 17 акта).

Данным актом также установлено, что заболевание является профессиональным и является следствием длительного воздействия на организм работника производственного шума (от 59 дБА до 84,6 дБА), а также длительный стаж работы в указанных условиях.

Профессия (должность), повлекшая профессиональное заболевание: <данные изъяты>. Общий стаж работы <данные изъяты>. Стаж работы в условиях воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов – <данные изъяты> (пункты 6,7,8,9 акта).

Наличие вины работника не установлено (пункт 19 акта).

Согласно медицинскому заключению о наличии профессионального заболевания № от 11 октября 2024 г., основное заболевание (<данные изъяты> – профессиональное.

Выписным эпикризом из истории болезни № также подтверждается довод истца о возникновении у него неблагоприятных последствий, отраженных как основной клинический диагноз (основное заболевание): (<данные изъяты> <данные изъяты>) ст. ФИО1 рекомендовано наблюдение и лечение у <данные изъяты>).

Как установлено в судебном заседании, профзаболевание у истца является хроническим, а не временным, что свидетельствует о длительности и тяжести, переносимых им страданий и подтверждается указанным выписным эпикризом из истории болезни ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана».

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что истец претерпевает наряду с физическими страданиями и нравственные страдания в виде нарушений функции <данные изъяты>, а также при управлении <данные изъяты>. Также следует отметить, что эти последствия в организме необратимы.

Согласно справке МСЭ-2006 № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 определена <данные изъяты> срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

Поскольку непосредственной причиной профессионального заболевания истца послужил длительный стаж работы во вредных условиях труда в АО «Оскольский электрометаллургический комбинат им. А.А. Угарова», суд приходит к выводу о наличии причинной связи между работой истца и возникновением профессионального заболевания, при этом обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда положениями действующего трудового законодательства возложена на работодателя.

При определении подлежащего взысканию в пользу ФИО1 размера компенсации морального вреда суд исходит из продолжительности периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в АО «Оскольский электрометаллургический комбинат им. А.А. Угарова», <данные изъяты>, пенсионного возраста истца, уровня дохода в виде <данные изъяты> руб., <данные изъяты>, невозможность устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, хронический характер профзаболевания, необходимость постоянного контроля за состоянием и лечения в связи с имеющимся заболеванием.

<данные изъяты> свидетельствует о незначительности нарушений функций его организма и отсутствии ограничений основных категорий жизнедеятельности, что также учитывается судом при определении размера компенсации морального вреда, поскольку прямо влияет на характер и степень его нравственных страданий.

Доводы стороны ответчика о том, что в момент трудоустройства ФИО1 осознавал риск для своего здоровья, особые (сложные) условия труда, с учетом соответствующих доплат, а также наличие иных (сопутствующих) заболеваний не исключают возможность в судебном порядке получить компенсацию морального вреда с работодателя вследствие выявления у работника профессионального заболевания.

Учитывая требования разумности и справедливости, степень нравственных и физических страданий заявителя, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 350 000 руб.

Определенный судом размер денежной компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда, и соблюсти баланс интересов сторон.

Разрешая требования истца в части взыскания расходов по оплате юридических услуг на общую сумму 30 000 руб., суд приходит к следующим выводам.

Несение расходов на оплату услуг представителя подтверждается соглашением об оказании юридической помощи от 10 июля 2025 г. между ФИО1 (доверитель) и ФИО2 (представитель), распиской ФИО2 о получении от ФИО1 денежных средств в размере 30 000 руб., актом выполненных работ от 20 августа 2025 г., согласно которому ФИО3 выполнены следующие работы: юридическая консультация, составление искового заявления и иных процессуальных документов, представление интересов в суде первой инстанции.

Как следует из содержания Определения Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 г. № 1008-О-О, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает порядок распределения между сторонами судебных расходов в целях создания механизма эффективного восстановления нарушенных прав и с учетом принципа максимальной защиты имущественных интересов заявляющего обоснованные требования лица, правам и свободам которого причинен вред.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

С учетом результата рассмотрения дела по существу, объема выполненной представителем работы по консультации, составлению искового заявления, направлению документов, участию в одном судебном заседании (его длительность), принимая во внимание принципы разумности и соразмерности, сложность спора (отсутствие необходимости производить расчеты, отсутствие в судебном заседании ответчика), суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца возмещения судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 20 000 руб.

В обоснование возражений относительно требований о взыскании расходов не приведено убедительных доводов, чтобы суд пришел к иному выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ взысканию с АО «Оскольский электрометаллургический комбинат им. А.А. Угарова» в бюджет Старооскольского городского округа Белгородской области подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 руб., от уплаты которой истец освобожден в силу закона.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

иск ФИО1 к акционерному обществу «Оскольский электрометаллургический комбинат имени Алексея Алексеевича Угарова» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов – удовлетворить в части.

Взыскать с акционерного общества «Оскольский электрометаллургический комбинат имени Алексея Алексеевича Угарова» (ИНН №) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 350 000 (Триста пятьдесят тысяч) руб., судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 руб., отказав в остальной части требований.

Взыскать с акционерного общества «Оскольский электрометаллургический комбинат имени Алексея Алексеевича Угарова» (ИНН №) в бюджет Старооскольского городского округа государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 26 августа 2025 года.

Судья Д.А. Никулин