Решение по делу № 2-721/2022 от 21.07.2022 | Бугульминский городской суд (Республика Татарстан)

16RS0037-01-2022-001656-44

Дело № 2-721/2022

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

21 июля 2022 года город Бугульма

Бугульминский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Галеевой Д.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Хасановой Л.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО13 к отделу Государственной трудовой инспекции в Республике Татарстан в г. Альметьевске, Государственной инспекции труда в Республике Татарстан, обществу с ограниченной ответственностью «Татнефть-Актив» и Филиалу № 10 Государственного учреждения - регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве, проведении повторного расследования несчастного случая на производстве, признании бездействия Государственной инспекции труда в Республике Татарстан и признании незаконным ответа,

установил:

ФИО13 обратился в суд с иском к отделу Государственной трудовой инспекции в Республике Татарстан в г. Альметьевске, Государственной инспекции труда в Республике Татарстан, обществу с ограниченной ответственностью «Татнефть-Актив» и Филиалу № 10 Государственного учреждения - регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве, проведении повторного расследования несчастного случая на производстве, признании бездействия Государственной инспекции труда в Республике Татарстан и признании незаконным ответа.

В обоснование заявленных требований указывается, что решением Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 18.12.2020 по гражданскому делу № 2-24/2020 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО13 к ООО «Татнефть-Актив» о признании несчастного случая производственной травмой, взыскании задолженности по пособию по временной нетрудоспособности, возмещения вреда, причиненного здоровью и компенсации морального вреда

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Татарстан от 20.05.2021 решение Бугульминского городского суда от 18.12.2020 отменено в части отказа в установлении факта несчастного случая на производстве и отказа во взыскании компенсации морального вреда, новым решением установлен факт несчастного случая на производстве, произошедшего 29.05.2005 с ФИО13, работавшим в АО «Татнефтегеофизика» (правопреемник - ООО «Татнефть-Актив»).

20.08.2021 ООО «Татнефть-Актив» составлен акт № о несчастном случае на производстве с которым истец не согласен.

07.09.2021 истцом была подана жалоба в Государственную инспекцию труда Республики Татарстан на акт № о несчастном случае на производстве от 20.08.2021, составленный ООО «Татнефть-Актив», однако в установленный законом срок его жалобу рассмотрена не была.

истцу дан ответ не на жалобу, а как на обращение, за подписью начальника отдела по надзору в г.Альметьевск Государственной инспекции труда в РТ-главного государственного инспектора труда в котором указано о нецелесообразности проведения дополнительного расследования несчастного случая с чем истец не согласен, поскольку апелляционным определением Верховного Суда Республики Татарстан от 20.05.2021 установлен факт несчастного случая на производстве, произошедшего 29.05.2005 с ФИО13, работавшим в АО «Татнефтегеофизика» (правопреемник - ООО «Татнефть-Актив»), судебной коллегией постановлено возложить обязанность на ООО «Татнефть-актив» принять необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего расследования несчастного случая на производстве с ФИО13 и оформление материалов расследования в соответствии с Главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации.

Во исполнение указанного судебного акта приказом директора ООО «Татнефть-Актив» № создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве.

С Актом № от 20.08.2021, составленным комиссией, истец не согласен. Считаю его необоснованным и незаконным в связи со следующим.

В оспариваемом акте в п. 8.4 указано, что очевидцы несчастного случая не установлены.

Данный вывод не соответствует действительности, поскольку в материалах дела имеются документы, подтверждающие, что в момент несчастного случая на скважине находился ФИО1 Имеются медицинские документы, подтверждающие получение ФИО1 травм, связанных с взрывом, а также прохождение им лечения как в Аксубаевской ЦРБ, так и в Бугульминской ЦРБ, в связи с травмами, полученными при взрыве.

Кроме того, в материалах гражданского дела № 2-24/2020 имеются свидетельские показания ФИО2, который являлся на момент несчастного случая старшим группы, проводившей взрывные работы.

ФИО2 в судебном заседании показал, что на скважине в конце мая действительно произошел взрыв. Двое работников, в том числе ФИО13, были госпитализированы в больницу в Аксубаево. Показания ФИО2 отражены в протоколе судебного заседания от 11.11.2019 по делу №2-1837/2019 и в апелляционном определении по делу №2- 24/2020. В свидетельских показаниях ФИО2 указал, что в больницу пострадавших доставили ФИО3 и ФИО4. О произошедшем взрыве ФИО2 сообщил руководству, после чего приехал начальник партии и стал все оформлять сам.

Следовательно, имелось как минимум трое очевидцев произошедшего (ФИО1, ФИО3 и ФИО4), а также ФИО2, который хотя и непосредственно не присутствовал при взрыве, но был в курсе этих событий.

Однако при проведении расследования указанные лица не опрашивались членами комиссии, пояснения ни от ФИО1, ни от ФИО2, ни от ФИО4, ни от ФИО3 комиссией получены не были.

Таким образом, вывод комиссии об отсутствии очевидцев несчастного случая не обоснован и не соответствует действительности.

Согласно нормам действующего законодательства, регулирующих трудовые отношения и хранение кадровых документов, документы личного состава хранятся от 50 до 75 лет. В связи, с чем вывод о том, что комиссии не представляется возможным установить лиц, допустивших нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, которые явились бы причинами несчастного случая ввиду отсутствия подтверждающих документов, срока давности получения травм, несостоятелен.

Учитывая срок хранения кадровых документов, установить лиц, ответственных на момент несчастного случая за безопасность проведения взрывных работ возможно.

Кроме того, в своих объяснениях в судебных заседаниях, а также в письменных пояснениях председателю комиссии ФИО13 указывал, что начальник экспедиции ФИО5 просил его сказать в лечебном учреждении, что тот получил травмы в результате взрыва газового баллона, а также говорил ему, что на время нахождения ФИО13 на стационарном лечении в табеле учета рабочего времени ему будут проставляться «восьмерки» с целью сохранения ему заработной платы и доплат.

Комиссией пояснения у ФИО5 не запрашивались. Сведения о невозможности запроса данных пояснений в акте не содержатся. Комиссией не приняты надлежащие меры и не совершены необходимые действия по выявлению ответственных лиц на момент несчастного случая, а также не собран необходимый объем информации для объективного расследования несчастного случая.

При этом в состав комиссии медицинские работники включены не были. В связи, с чем истец считает, что члены комиссии не вправе были оценивать медицинские заключения, справки, выписки и прочие медицинские документы.

В данном случае факт несчастного случая на производстве, произошедшего 29.05.2005 с ФИО13, работавшим в АО «Татнефтегеофизика» установлен вступившим в законную силу решением суда.

При этом расследование, результаты которого отражены в оспариваемом акте, сводятся к оценке преимущественно медицинских документов ФИО13, а не к установлению обстоятельств и причин несчастного случая и лиц, допустивших нарушения требований охраны труда.

Кроме того, в обжалуемом акте члены комиссии неправомерно дают оценку вступившему в законную силу судебному акту, что противоречит смыслу деятельности комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, а также положениям гражданского процессуального законодательства, дублируя доводы кассационной жалобы ответчика в вышестоящую судебную инстанцию.

В особом мнении начальника отдела имущества ООО «Татнефть-Актив» ФИО6, особом мнении главного специалиста отдела лизинга ООО «Татнефть-Актив» ФИО7, особом мнении специалиста 2 категории по ПБ, ОТ и ОС ООО «Татнефть-Актив» ФИО8, особом мнении ведущего юрисконсульта ЦПС ОЦО ЦОБ ПАО «Татнефть» ФИО9, особом мнении заместителя руководителя по инфраструктурному развитию исполнительного комитета Аксубаевского муниципального района ФИО10 указывается, что в медицинской карте стационарного больного № содержатся сведения о наличии у ФИО14 имеется , что и могло стать причиной снижения (вплоть до утраты) слуха, развития тугоухости.

Однако в медицинской карте ФИО13 № напротив строки с перечислением указанных заболеваний стоит запись «отриц.», что означает отсутствие данных заболеваний.

Отсутствие у ФИО13 подтверждается также справкой от 03.09.2021 , согласно которой ФИО13 на учете не состоит и не состоял.

При расследовании несчастного случая на производстве комиссией не учтено, что само отсутствие информации о происшествии, при этом наличие пострадавших ФИО13 и ФИО1 показаний ФИО13, показаний свидетелей, табеля учета рабочего времени, свидетельствует о намерении работодателя скрыть данный несчастный случай на производстве. В связи с чем ссылка на отсутствие информации о происшествии, сведений о пострадавших противоречит самому смыслу данного судебного разбирательства.

Согласно нормам действующего законодательства, регулирующего трудовые отношения, несчастные случаи на производстве расследуются независимо от сроков давности. В связи, с чем ФИО13 имел право и обратился с соответствующим исковым заявлением в суд, представил имеющиеся доказательства, которые оценены судом.

Также имеются расхождения между приказом о создании комиссии по расследованию несчастного случая № от 22.07.2021, актом № от 20.08.2021, протоколом опроса пострадавшего при несчастном случае (очевидца несчастного случая, должностного лица) от 29.07.2021 в части количественного состава комиссии. Таким образом, считает, что расследование несчастного случая на производстве проведено с нарушением требований ст. 229.2 Трудового кодекса и не является объективным.

Комиссией не совершены действия на получение пояснений по расследуемому несчастному случаю от лиц, причастных к нему, установленных судом; не были предприняты действия на установление ответственных лиц за охрану труда на момент несчастного случая; в акте содержатся сведения о ФИО13, не соответствующие действительности.

Истец считает, что как таковое расследование несчастного случая на производстве комиссией проведено не было, действия комиссии свелись к оценке медицинских документов ФИО13, оценке выводов суда апелляционной инстанции и построению предположений о природе заболеваний ФИО13 Несмотря на то, что несчастный случай был связан с проведением взрывных работ, в состав комиссии не были включены сотрудники Ростехнадзора, осуществляющие контроль за данным видом работ.

На основании изложенного истец просит суд признать недействительным Акт № о несчастном случае на производстве от 20.08.2021, составленный ООО «Татнефть-Актив»; провести повторное расследование несчастного случая на производстве с привлечением профсоюзного инспектора труда и представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности (Ростехнадзора); признать бездействие Государственной инспекции труда по Республике Татарстан; признать незаконным ответ Альметьевской Государственной инспекции труда в РТ за № от 14.10.2021; взыскать с ООО «Татнефть-Актив» моральный ущерб в размере 200 000 рублей.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, не явились, выразили свою позицию в предыдущих судебных заседаниях и в письменных возражениях.

Истец ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

В предыдущих судебных заседания представитель истца ФИО15 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

Представитель Государственного учреждения - регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан ФИО16 с иском не согласилась. Считает права истца не нарушенными, так как содержание акта по форме Н-1 значения для получения социальных выплат не имеет, поскольку есть вступивший в законную силу судебный акт, на основании которого истец, представив медицинское заключение, имеет право на получение всех выплат. Однако с заявлением в Фонд соцстрахования истец не обращался.

Представитель ООО «Татнефть-Актив» ФИО11 иск не признала, суду показала, что расследование было проведено в соответствии с требованиями Трудового кодекса, компенсация морального вреда по данному случаю была взыскана апелляционным определением в размере 100 000 рублей и выплачена истцу в полном объеме.

Специалист Приволжского управления Ростехнадзора ФИО12 с исковыми требованиями не согласился, считает, что за давностью лет и отсутствием обязательной для таких случаев документации, установить причину, виновных и даже сам факт инцидента не представляется возможным.

Государственная трудовая инспекция в Республике Татарстан в г. Альметьевске о времени и месте рассмотрения дела извещалась, явку представителя не обеспечила, отзыв не представила.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц ПАО «Татнефть», Татнефть Профсоюз, исполнительный комитет Аксубаевского муниципального района Республики Татарстан извещались, в судебное заседание своих представителей не направили.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, установив юридически значимые обстоятельства по делу, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему выводу.

Конституцией Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 31).

Согласно п. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовой кодекс Российской Федерации (далее ТК РФ) закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 ТК РФ).

В соответствии с частью части 1 статьи 227 ТК РФ, расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В силу положений статьи 228 ТК РФ при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан:

немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию;

принять неотложные меры по предотвращению развития аварийной или иной чрезвычайной ситуации и воздействия травмирующих факторов на других лиц;

сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не ведет к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения - зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия);

немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего;

принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

Основным документом, подтверждающим факт повреждения здоровья и временную утрату профессиональной трудоспособности, является листок нетрудоспособности, выдаваемый медицинской организацией по форме и в порядке, предусмотренном Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Наступление стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждениями медико-социальной экспертизы при представлении акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 или акта о профессиональном заболевании и оформляется в виде заключения.

Порядок формирования комиссий по расследованию несчастных случаев, сроки расследования, порядок проведения расследования несчастных случаев работодателем предусмотрены ст. ст. 229, 229.1, 229.2, 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного представительного органа работников (при наличии такого представительного органа), уполномоченный по охране труда (при наличии). Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

При расследовании несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области охраны труда или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов, а при расследовании указанных несчастных случаев с застрахованными - представители исполнительного органа страховщика по месту регистрации работодателя в качестве страхователя. Комиссию возглавляет, как правило, должностное лицо территориального органа федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.

Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, состав комиссии утверждается приказом (распоряжением) работодателя. Лица, на которых непосредственно возложено обеспечение соблюдения требований охраны труда на участке (объекте), где произошел несчастный случай, в состав комиссии не включаются.

Для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ);

указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ);

соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ;

произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ);

имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.

Право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

Из материалов дела следует, что решением Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 18.12.2020 по гражданскому делу № 2-24/2020 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО13 к ООО «Татнефть-Актив» о признании несчастного случая производственной травмой, взыскании задолженности по пособию по временной нетрудоспособности, возмещения вреда, причиненного здоровью и компенсации морального вреда.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Татарстан от 20.05.2021 постановлено:

решение Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 18.12.2020 отменить в части отказа в установлении факта несчастного случая на производстве и отказа во взыскании компенсации морального вреда, и принять в этой части новое решение.

Установить факт несчастного случая на производстве, произошедшего 29.05.2005 с ФИО13, работавшим в АО «Татнефтьгеофизика» (правопреемник – ООО «Татнефть-Актив»).

Возложить обязанность на ООО «Татнефть-Актив» принять необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего расследования несчастного случая на производстве с ФИО13 и оформление материалов расследования в соответствии с Главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Татнефть-Актив» в пользу ФИО13 в счет компенсации морального вреда 100000 рублей.

Это же решение суда в остальной части оставить без изменения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Татнефть-Актив» государственную пошлину 600 рублей в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленных бюджетным законодательством Российской Федерации.

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 20.08.2021 апелляционное определение оставлено без изменения.

Апелляционным определением установлено, что по итогам расследования несчастного случая будет определено право истца на виды обеспечения по страхованию, в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание обстоятельства дела, а именно то обстоятельство, что работодателем был скрыт факт несчастного случая на производстве, в результате которого истец получил травмы и находился на стационарном лечении и был лишен права на виды обеспечения по страхованию, в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», учитывая объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины Работодателя, а также требования закона о разумности и справедливости взыскания, определил размер подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда равной 100 000 рублей. При этом судебная коллегия также учитывала, что сам истец способствовал покрытию несчастного случая на производстве.

В исполнение решения суда апелляционной инстанции ООО «Татнефть-Актив» проведено расследование несчастного случая и по его результату составлен Акт № о несчастном случае на производстве по форме № от 20.08.2021.

Проанализировав оспариваемый Акт применительно требованиям законодательства, регулирующим спорные правоотношения, суд приходит к мнению, об отсутствии оснований для признания его незаконным.

Опрошенный в судебном заседании специалист взрывотехник Юго-Восточного территориального отдела Приволжского Управления Ростехнадзора ФИО12 пояснил, что в данном случае расследования привлечение в состав комиссии специалиста взрывотехника не является обязательным, поскольку не было установлено разрушения сооружений. При этом в настоящее время, спустя 17 лет, невозможно установить причину взрыва – изменилось место происшествия, срок хранения документов истек, в результате реорганизации документы по данному случаю не передавались, кроме того, журнал-наряд допусков храниться не более 5 лет. При имеющихся данных невозможно установить даже сам факт взрыва.

Для установления объективной картины необходимо знать, какие материалы использовались, их количество, глубину и порядок их заложения, грунт, установить непосредственное место происшествия, эпицентр взрыва и т.д. В данном случае имеются только показания заинтересованного лица. В этой же связи невозможно установить и виновных в происшествии.

При установлении обстоятельств по гражданскому делу № 2-24/2020 по иску ФИО13 к ООО «Татнефть-Актив» о признании несчастного случая производственной травмой, взыскании задолженности по пособию по временной нетрудоспособности, возмещения вреда, причиненного здоровью и компенсации морального вреда, они не опрашивались. В материалах гражданского дела № 2-24/2020 имеются сведения о гражданине ФИО2, привлеченном к участию в деле качестве свидетеля, который суду пояснял, что пострадавших ФИО13 и ФИО1 доставили в больницу ФИО3 и ФИО4 (без указания на имя/отчество). Из пояснений ФИО2 следует, что он сам очевидцем произошедшего не был, знает обо всем со слов других.

Между тем, привлеченный к участию в деле по ходатайству представителя истца в качестве свидетеля ФИО1 по вызову суда не явился. В телефонограмме суду сообщил, что от дачи показаний отказывается, против привлечения его в качестве свидетеля по данному делу возражает.

Согласно ответу ООО «Татнефть-Актив» на запрос суда, расследование было проведено по материалам гражданского дела № 2-24/2020. На момент несчастного случая на производстве ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ОАО «Татнефтегеофизика» и был уволен в порядке перевода в ООО «ТНГ-Юграсервис» 31.12.2008 до проведения реорганизации ОАО «Татнефтегеофизика» в форме присоединения к ООО «Татнефть-Актив» 24.02.2009.

По результатам проведенного расследования комиссия пришла к выводу о невозможности установить причины несчастного случая и лиц, допустивших нарушение требований охраны труда в связи с отсутствием подтверждающих документов и давностью события, ввиду чего провести анализ не представляется возможным.

Поскольку при проведении расследования не удалось установить личные данные и опросить непосредственных свидетелей события, вывод Акта об отсутствии очевидцев, суд считает правомерным.

Вместе с тем, вопреки доводам истца, отсутствие в комиссии медицинского работника, по мнению суда, не является основанием для признания Акта незаконным, поскольку все приведенные в Акте медданные истца взяты из заключения судебной экспертизы, дополнительной судебной экспертизы, проведенных в рамках гражданского дела № 2-24/2020 по иску ФИО13 к обществу с ограниченной ответственностью «Татнефть-Актив» о признании несчастного случая производственной травмой, взыскании задолженности по пособию по временной нетрудоспособности, возмещения вреда, причиненного здоровью и компенсации морального вреда, и иной медицинской документации, представленной в этом же деле. Каких-либо иных выводов или диагнозов ФИО13 комиссией поставлено не было.

Суждение в особом мнении члена комиссии о несогласии с выводами апелляционного определения также не влечет незаконность оспариваемого документа, поскольку является его субъективным (особым) мнением, выражено в качестве такового и не включено в выводы комиссии.

Кроме того, в соответствии со статьей 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для обращения заинтересованного лица в суд является необходимость защиты его нарушенных или оспоренных прав. Аналогичные положения содержатся в статье 11 Гражданского кодекса Российской Федерации.

То есть судебной защите подлежит только нарушенное право.

В результате проведенного расследования комиссией признано повреждение здоровья ФИО13 в результате несчастного случая на производстве, его вина в произошедшем не установлена, что порождает его право на получение выплат в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Для получения причитающихся выплат ФИО13 необходимо было пройти медицинское освидетельствование на установление степени тяжести причиненного вреда здоровью и обратиться с заявлением в филиал № 10 ГУ-РО ФСС РФ по РТ, чего им не сделано. В начислении выплат в связи с Актом истцу отказано не было, то есть по факту необходимость судебной защиты в смысле приведенных выше норм у него отсутствует. Право обращения и в настоящее время истцом не утрачено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что оспариваемым Актом права ФИО13 не нарушены и оснований для признания его незаконным не имеется.

Вместе с тем, оснований полагать, что при новом расследовании, с учетом отсутствия необходимых документов и сведений, спустя 17 лет от события, комиссия установит новые обстоятельства инцидента или придет к иным выводам у суда не имеется.

Доводы ответчиков о несоблюдении истцом порядка оспаривания Акта судом отклоняются, поскольку Акт от 20.08.2021 был получен истцом 01.09.2021, 07.09.2021 истец обратился с жалобой в Государственную инспекцию труда Республики Татарстан. Ответ Государственной инспекции труда Республики Татарстан на обращение истца датирован 14.10.2021. В суд ФИО13 обратился 01.11.2021, то есть с соблюдением порядка и в установленный законом трехмесячный срок.

Разрешая требование о признании бездействия Государственной инспекции труда Республики Татарстан незаконным, признании ответа Государственной инспекции труда Республики Татарстан незаконным суд исходит из следующего.

Согласно части 2 статьи 220 КАС РФ в административном исковом заявлении о признании незаконными решений, действий (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, должны быть в частности указаны: сведения о правах, свободах и законных интересах административного истца, которые, по его мнению, нарушаются оспариваемыми решением, действием (бездействием), а в случае подачи заявления прокурором или указанными в статье 40 настоящего Кодекса лицами - о правах, свободах и законных интересах иных лиц; нормативные правовые акты и их положения, на соответствие которым надлежит проверить оспариваемые решение, действие (бездействие) (пункты 6 и 7).

Истцом сведения о правах, свободах и законных интересах административного истца, которые, по его мнению, нарушаются оспариваемыми решением, действием (бездействием) суду представлены не были. Исходя из пояснений представителя истца, он не согласен с ответом на его жалобу и непроведении дополнительного расследования.

В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 02 мая 2006 года N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" письменное обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, рассматривается в течение 30 дней со дня регистрации письменного обращения, за исключением случая, указанного в части 1.1 настоящей статьи.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года N 36 "О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации", суд не осуществляет проверку целесообразности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, принимаемых, совершаемых ими в пределах своего усмотрения в соответствии с компетенцией, предоставленной законом или иным нормативным правовым актом.

По правилам ст. 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве, составления соответствующего акта, несогласия пострадавшего с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на проведение госнадзора и контроля за соблюдением законодательства и иных нормативных правовых актов, содержат трудового права, и его территориальными органами.

Государственный инспектор труда при поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего о несогласии с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями Главы 36 Трудового кодекса Российской Федерации независимо от срока давности несчастного случая. По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем). Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая.

В данном случае главным государственным инспектором труда дан ответ о нецелесообразности проведения дополнительного расследования несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО13

Обжалуя ответ госоргана, истец указывает о своем несогласии с выраженной в нем позицией, что не может служить основанием для признания этого документа незаконным, поскольку он составлен уполномоченным на то лицом в пределах его компетенции с учетом юридически значимых обстоятельств.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о признании бездействия госоргана и его ответа на обращение гражданина незаконным.

Отклоняя иск в части взыскания компенсации морального вреда, суд исходит из того, что основное исковое требование истца оставлено судом без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

исковое заявление ФИО13 к отделу Государственной трудовой инспекции в Республике Татарстан в г. Альметьевске, Государственной инспекции труда в Республике Татарстан, обществу с ограниченной ответственностью «Татнефть-Актив», Филиалу № 10 Государственного учреждения - регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве, проведении повторного расследования несчастного случая на производстве, признании бездействия Государственной инспекции труда в Республике Татарстан и признании незаконным ответа, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Татарстан в течение месяца через Бугульминский городской суд Республики Татарстан.

Мотивированное решение суда составлено 28 июля 2022 года.

Судья: подпись.

Копия верна.

Судья: Галеева Д.Б.

Решение вступило в законную силу «___»_____________20__ года

Судья: Галеева Д.Б.

Решение10.08.2022