Решение по делу № 2-1546/2025 от 02.06.2025 - о взыскании компенсации морального вреда.

УИД № 59RS0004-01-2025-000788-72

Дело № 2-1546/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Пермь 19 мая 2025 года

Ленинский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Милашевич О.В.,

при секретаре судебного заседания Батуевой К.М.,

с участием истца ФИО2,

представителей истца ФИО3, Сачихина А.В.,

представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4,

представителя третьего лица ГУ МВД России по Пермскому краю ФИО5,

представителя третьего лица Управления МВД России по г. Перми ФИО6,

представителя третьего лица Прокуратуры Пермского края ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился с иском к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 руб.

В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ отделом дознания ОП №7 (дислокация Свердловский район) Управления МВД России по г. Перми по факту причинения ФИО9 телесных повреждений было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ. Постановлением следователя Чердынского межрайонного СО СК РФ по Пермскому краю от ДД.ММ.ГГГГ по данному делу в отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, истец привлечен в качестве подозреваемого в совершении указанного преступления. В дальнейшем, трижды, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в различной редакции были предъявлены обвинения в совершении данного преступления. По окончании предварительного расследования прокуратурой Свердловского района г. Перми по делу было утверждено обвинительное заключение. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.112 УК РФ, рассматривалось судами различных инстанций, все это время за истцом сохранялся статус подсудимого, а также вплоть до ДД.ММ.ГГГГ продолжала действовать мера пресечения в виде подписки о невыезде.

Постановлением мирового судьи судебного участка №10 Свердловского судебного района г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № в отношении ФИО2 было прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в виду отсутствия состава преступления с признанием в соответствии с требованиями гл. 18 УПК РФ права на реабилитацию. Указанное постановление суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

В результате возбуждения уголовного дела и установления в отношении П.О.НБ. незаконных ограничений со стороны представителей государства, а также распространения информации о привлечении истца к уголовной ответственности в профессиональном и социальном окружении, истец продолжительное время испытывал чувство унижения собственного достоинства, так как был ни в чем не виноват и понимал это, при этом, все заявления о проверке показаний ФИО2 игнорировались, а данные показания не принимались в расчет.

Также истец указал, что является кадровым офицером, в воинском звании майора зачислен в запас с правом ношения военной формы и знаков отличия, весь период уголовного преследования истец испытывал чувство унижения чести офицера, т.к. проведение следственных действий в отношений него осуществлялось младшими по званию сотрудниками правоохранительных органов, которые общались с истцом в неприемлемой, недопустимой и неуважительной для офицера форме.

Помимо изложенного, в ходе следствия они заявляли, что намерены отправить запросы с документами по делу по прежнему месту службы истца, намекали на то, что тем самым опорочат перед бывшими сослуживцами и командирами. Указанные действия представителей государства глубоко оскорбляли истца, вызывали у него переживания и негативные эмоции, в результате чего весь период уголовного преследования истец постоянно находился в глубокой апатии, беззащитности, общего разочарования от утраты уверенности, что находится под защитой своего государства. Это эмоциональное состояние в течение более двух лет привлечения уголовной ответственности создавало истцу постоянные трудности в осуществлении профессиональной коммуникации, мешало поддержанию концентрации, усилило чувство рассеянности, приводило к быстрой истощаемости и потере жизненных ориентиров.

Данные обстоятельства послужили препятствием для реализации развития в период уголовного преследования истца созданного им международного IT-проекта, поскольку в связи с незаконным уголовным преследованием и установленными в отношении П.О.НБ. ограничениями он был лишен возможности выезжать за пределы г. Перми для проведения переговоров с заинтересованными сторонами, выстраивания новых коммуникаций и получения инвестиций, что в результате послужило основанием для возникновения серьезной задержки по времени реализации проекта.

Кроме того, сотрудники правоохранительных органов на предварительном расследовании постоянно совершали действия, которые повлекли за собой практически полное уничтожение деловой репутации истца. Так, неоднократно в качестве свидетелей были допрошены коллеги ФИО2, в отношении истца были распространены утверждения о его причастности к причинению ФИО9 телесных повреждений, его (истца) неподобающем поведении. В результате информация о привлечении П.О.НБ. к уголовной ответственности постоянно обсуждалась не только в рабочем коллективе, но за его пределами в его профессиональном сообществе. Более того, ввиду того, что сотрудники правоохранительных органов фактически убедили руководителя ФИО2 - директора <данные изъяты> в его (истца) виновности и неминуемости уголовного наказания, профессиональные отношения ФИО2 с ним были испорчены, что предопределило моральную невозможность нахождения истца в рабочем коллективе. После этого директором <данные изъяты> истцу было предложено прекратить трудовые отношения, поскольку наличие в коллективе сотрудника с уголовным преследованием порочило его и организацию в целом перед вышестоящим руководством (Министерством промышленности Пермского края). Таким образом, в результате уголовного преследования истец потерял работу и основной источник доходов.

С ДД.ММ.ГГГГ истец также работал по совместительству в качестве старшего преподавателя <данные изъяты>. Однако факт его уголовного преследования и пребывания в статусе подозреваемого (обвиняемого) в преступлении, которого он не совершал, послужил основанием для прекращения его преподавательской деятельности, так как для ее осуществления требуется предоставление справки об отсутствии уголовного преследования, которую истец не мог предоставить по причине его наличия. В результате ФИО2 пришлось отказаться от продолжения преподавательской деятельности, что также означало утрату дополнительного источника дохода. О произошедшем истец не мог поделиться со своими коллегами, поскольку это негативным образом отразились бы как на нем, так и на <данные изъяты> в целом, что вызывало у истца чувство стыда и морального неудобства.

Также истец указал, что у него сформировался синдром тревожного ожидания исключительно неудачи и наступления неблагоприятных событий, вызванный безысходностью попыток доказать свою невиновность, разрушением статуса его профессиональной востребованности, потерей работы, доходов и средств к существованию.

В связи с уголовным преследованием и избранием в отношении ФИО2 меры пресечения в виде подписки о невыезде, истец два с половиной года не имел возможности видеться с членами своей семьи, общаться со своими родными и близкими, помогать им в быту, поскольку члены моей семьи: родители и брат проживают в разных регионах России (<Адрес>). Фактически, истец был изолирован от них, что усугубляло его моральную подавленность.

Таким образом, в связи с незаконным уголовным преследованием ФИО2 испытал моральные страдания, в связи чем полагает справедливым и разумным взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> Размер компенсации полагает соответствующим тяжести причиненных ему физических и нравственных страданий.

Определением Ленинского районного суда г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Прокуратура Пермского края, ГУ МВД России по Пермскому краю, УМВД России по г. Перми (л.д. 1).

Протокольным определением Ленинского районного суда г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Следственное Управление Следственного комитета России по Пермскому краю (л.д. 129-130).

Истец в судебном заседании на исковых требованиях настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что трудовую деятельность в спорный период осуществлял в <данные изъяты> (далее - <данные изъяты>), однако, в связи с уголовным преследованием по просьбе начальника был вынужден уволиться, поскольку это могло повлиять на репутацию компании, а также создать негативный образ Министерства промышленности Пермского края. Ранее к уголовной ответственности не привлекался, привлекался к административной ответственности. В браке не состоит, имеет ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения. С супругой в разводе с 2009 года, на порядок общения с ребенком и бывшей супругой следственные действия не повлияли. На момент уголовного преследования бывшая супруга с дочерью проживали в городе Ижевске и Сочи. До начала уголовного преследования занимал должность руководителя центра цифровой трансформации промышленности. В период расследования следственные действия проводились на месте работе, допрашивали всех сотрудников. Также работал в университете <данные изъяты>, где каждые три месяца необходимо представлять справку об отсутствии судимости. В связи с тем, что велось уголовное преследование, по окончании контракта истцу пришлось больше не заключать его. Коллеги из университета не знают о том, что в отношении него велось уголовное преследование. На данный момент периодически привлекается проводить занятия. Из <данные изъяты> уволился в апреле 2020 года, хотел устроиться в другие университеты, но из-за необходимости предоставления справки об отсутствии судимости это было невозможно. Имеет военное образование - инженер пилот, на данный момент работает в сфере IT. На момент уголовного преследования он вел проект, который стал реализовываться только в 2025 году и на который были выделены федеральные денежные средства. Также в момент уголовного преследования не имел возможности приехать к пожилым родителям, которые проживают в <Адрес>, в течение 2,5 лет. Родственники и друзья не знают о факте уголовного преследования, поскольку он об этом им не сообщал. Также он осуществлял проект, который был приостановлен в связи с уголовным преследованием, являлся проектом федерального и международного значения. На период уголовного преследования, истец не мог выехать за пределы г. Перми, продвигать проект, поскольку факт уголовного преследования в отношении него мог влиять на продвижение его проекта. К следователю с заявлением на разрешение выехать за пределы города Перми не обращался, право обратиться с заявлением о выезде ему не разъяснялось. Следственные действия проводились на территории работы истца. В порядке статьи 125 УПК РФ с жалобами на действия следователей не обращался. Во время осуществления следственных действий стало падать зрение, обращался к офтальмологу. Ухудшение зрения связывает со стрессом, который испытывал в связи с уголовным преследованием.

Представители истца в судебном заседании на исковых требованиях настаивали по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснили, что истец не мог осуществлять трудовую деятельность в качестве преподавателя, поскольку не мог предоставить справку об отсутствии судимости. Увольнение «по инициативе работника» указано, поскольку его попросили написать заявление об увольнении по собственному желанию. На территории Пермского края его перестали приглашать не конференции, совещания, в связи с чем он не мог развиваться в своей сфере.

Представитель ответчика – Министерства финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по Пермскому краю в судебном заседании исковые требования в заявленном размере не признала, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве (л.д.52-54, 75-80).

Представитель третьего лица УМВД России по г. Перми в судебном заседании просила снизить размер компенсации морального вреда по доводам, изложенным в письменных возражениях (л.д. 70-72).

Представитель третьего лица ГУ МВД России по Пермскому краю в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась по доводам, изложенным в письменных возражениях и дополнительных письменных возражениях (л.д. 73-74, 9395).

Представитель третьего лица – прокуратуры Пермского края в судебном заседании исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда поддержала, указала, что сумма компенсации является завышенной и подлежит снижению, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 96-99).

Представитель третьего лица – Следственного управления Следственного комитета по Пермскому краю в судебное заседание не явилась, направила письменные возражения (л.д.136-138).

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела №, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К нематериальным благам, согласно ст. 150 ГК РФ, относятся, в том числе, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1).

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса (пункт 3, часть 2).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда РФ № 33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (пункт 28).

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (пункт 38).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42).

В судебном заседании установлены следующие обстоятельства.

ДД.ММ.ГГГГ в УМВД России по г. Перми из ГБУЗ ПК «ГКБ им. М.А. Тверье» поступило извещение № о поступлении (обращении) в ГБУЗ ПК «ГКБ им. М.А. Тверье» пациента ФИО9, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что вред его здоровью причинен в результате противоправных действий (л.д. 148).

ДД.ММ.ГГГГ в ОП №2 УМВД России по г. Перми поступило заявление ФИО9, согласно которому в ходе конфликта ФИО2 нанес ему несколько ударов по лицу – не менее трех, также ударил ногой по правой ноге, в результате чего причинен вред здоровью ФИО9 (л.д. 147 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его производству по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, в отношении неустановленного лица (л.д.147).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 был допрошен в качестве потерпевшего, в ходе которого сообщил, что во время обучения и общения с преподавателем ФИО2 допустил в его (ФИО9) адрес оскорбительные высказывания, впоследствии словестный конфликт перерос в физический конфликт (л.д. 148 оборот-150).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был допрошен в качестве свидетеля. В ходе допроса от дачи показаний по обстоятельствам причинения вреда ФИО9 отказался на основании ст. 51 Конституции РФ (л.д.151).

ДД.ММ.ГГГГ следователем Чердынского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета по Пермскому краю в отношении ФИО2 вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 152).

ДД.ММ.ГГГГ с 12-30 часов до 12-55 часов ФИО2 был допрошен в качестве подозреваемого. В ходе допроса от дачи показаний относительно обстоятельств получения ФИО9 травмы отказался на основании ст. 51 Конституции РФ (л.д.153-154).

ДД.ММ.ГГГГ с 11:00 до 13:20 между потерпевшим ФИО9 и подозреваемым ФИО2 произведена очная ставка (л.д. 155-158).

ДД.ММ.ГГГГ с 12-40 часов до 13-00 часов ФИО2 допрошен в качестве подозреваемого. В ходе допроса от дачи показаний относительно обстоятельств получения ФИО9 травмы отказался на основании ст. 51 Конституции РФ (л.д. 158 оборот-160).

ДД.ММ.ГГГГ между потерпевшим ФИО9 и подозреваемым ФИО2 произведена очная ставка (л.д. 160 оборот-163).

ДД.ММ.ГГГГ с 12-35 часов до 13-35 часов ФИО2 дополнительно допрошен в качестве подозреваемого (л.д. 164-165).

В соответствии с заключением № комплексной экспертизы по материалам дела от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ГКУЗОТ Пермского края «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», у ФИО9 имелся <данные изъяты>. Характер <данные изъяты>, локализация и последовательность формирования повреждений анатомических структур, составляющих <данные изъяты>, исключают возможность получения такого вида <данные изъяты> в результате прямой травмы, то есть только при локальном ударном воздействии твердым тупым предметом в область <данные изъяты>. Вместе с тем, можно отметить имевший место <данные изъяты> у ФИО9, мог образоваться при указанных им обстоятельствах: «<данные изъяты>» с учетом того, что стопа у потерпевшего уже была отведена и повернута вниз. При этом удар по голени явился фактором, который увеличил (усугубил) поворот и отведение стопы, в результате чего запустился механогенез формирования данного <данные изъяты> (л.д. 166-171).

ДД.ММ.ГГГГ между свидетелем ФИО10 и подозреваемым ФИО2 произведена очная ставка (л.д. 171 оборот-172).

ДД.ММ.ГГГГ с участием ФИО2 произведено следственное действие – проверка показаний на месте (л.д. 173-174).

В соответствии с заключением № дополнительной комплексной экспертизы по материалам дела от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ГКУЗОТ Пермского края «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», достоверно ответить на вопрос о возможности получения травмы при обстоятельствах, изложенных в протоколе допроса потерпевшего ФИО9, протоколе проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе допроса подозреваемого ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ невозможно, поскольку в данных протоколах не содержится информация о конкретных обстоятельствах образования <данные изъяты>. Возможность образования такого рода <данные изъяты> допускается при обстоятельствах, изложенных в протоколе дополнительного допроса потерпевшего ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ. Образование вышеуказанной травмы исключается при обстоятельствах, изложенных в протоколе показаний на месте с участием подозреваемого ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 174 оборот-180).

ДД.ММ.ГГГГ следователем отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Свердловского района СУ УМВД России по г. Перми в отношении П.О.НБ. вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого по уголовному делу с предъявлением ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ (л.д. 180 оборот-181).

ДД.ММ.ГГГГ с 11-45 часов до 12-10 часов ФИО2 допрошен в качестве обвиняемого (л.д.181 оборот – 182).

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя ОРПОТ Свердловского района СУ УМВД России по г. Перми в отношении обвиняемого ФИО2 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д.182 оборот).

В соответствии с постановлением начальника отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Свердловского района СУ УМВД России по г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ возвращено следователю для производства дополнительного следствия (л.д. 189 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ следователем отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Свердловского района СУ УМВД России по г. Перми в отношении П.О.НБ. вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого по уголовному делу с предъявлением ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ (л.д. 190).

ДД.ММ.ГГГГ с 17-15 часов до 17-48 часов ФИО2 дополнительно допрошен в качестве обвиняемого (л.д. 191-192).

Постановлением мирового судьи судебного участка №2 Свердловского судебного района г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № в отношении П.О.НБ., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, назначена повторная комплексная судебно-медицинская экспертиза (л.д. 192 оборот-194).

В соответствии с заключением № повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ГКУЗОТ Пермского края «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», установлено, что переломовывих правого голеностопного сустава у ФИО9 не является результатом ударного воздействия в область правой нижней конечности (л.д. 195-204).

Постановлением мирового судьи судебного участка №2 Свердловского судебного района г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ возвращено прокурору Свердловского района г. Перми для устранения препятствий его рассмотрения судом (л.д. 205-206).

Апелляционным определением Свердловского районного суда г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ постановление мирового судьи судебного участка №2 Свердловского судебного района г.Перми от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу в отношении ФИО2 оставлено без изменения, апелляционная жалоба адвоката Сачихина А.В. – без удовлетворения (л.д. 207-208).

Кассационным определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ постановление мирового судьи судебного участка №2 Свердловского судебного района г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Свердловского районного суда г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 отменены; уголовное дело передано на новое рассмотрение другому мировому судье через председателя Свердловского районного суда г. Перми (л.д. 209-210).

Постановлением мирового судьи судебного участка №10 Свердловского судебного района г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. За ФИО2 признано право на реабилитацию в соответствии со ст. 133-134 УПК РФ (л.д. 211-212).

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил военную службу, присвоено воинское звание майор в 2009 году (л.д.16).

Из трудовой книжки на имя ФИО2 следует, что в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 принят в Фонд «<данные изъяты>» на должность руководителя в <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ принят по совместительству на должность старшего преподавателя кафедры менеджмента (л.д.18).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 принят в <данные изъяты> на должность старшего преподавателя кафедры менеджмента по совместительству. Из дополнительного соглашения к трудовому договору научно-педагогического работника от ДД.ММ.ГГГГ следует, что трудовой договор с ФИО2 заключен на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 108-110).

Образовательные услуги оказывались ФИО2 также в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 111-114).

ФИО2 являлся спикером и участником многочисленных конгрессов и конференций, связанных с его деятельностью в Фонде «<данные изъяты>», неоднократно награждался благодарственными письмами, дипломами. Также ФИО2 награждался ведомственными дипломами и грамотами Министерства обороны Российской Федерации (л.д. 100-106, 115-125, 146).

Из служебной характеристики командира войсковой части № следует, что ФИО8 характеризуется как дисциплинированный, исполнительный офицер, к исполнению служебных обязанностей относится добросовестно, обладает хорошими организаторскими способностями. В целом характеризуется положительно (л.д.107, 183).

Из служебной характеристики Фонда «<данные изъяты>» в отношении ФИО2 следует, что последний имеет два высших образования, является соискателем ученой степени кандидата экономических наук, занимается научными и практическими исследованиями в области создания новых форм организации производства. ФИО2 разработан проект «<данные изъяты>», который высоко оценен на федеральном уровне. В целом ФИО2 характеризуется положительно (л.д.183 оборот-184).

В соответствии со служебной характеристикой, подписанной начальником № военного представительства Министерства обороны Российской Федерации, ФИО2 характеризуется положительно (л.д. 142).

В ходе судебного заседания в качестве свидетеля допрошена ФИО12, которая суду показала, что с 2019 года находится в отношениях с истцом. О том, что в отношении ФИО2 было возбуждено уголовное дело ей известно. Уголовное преследование ФИО2 велось на протяжении 2,5 лет, в указанный период проживали совместно. После того, как начались следствие и судебные разбирательства, она (ФИО11) стала замечать за ФИО2, что у него повысилась тревожность, он стал просыпаться по ночам, ходить по квартире, много задумываться, пропала энергичность. Раньше он имел интерес к спорту, но в связи со стрессом, перестал уделять этому время. Также он начал жаловаться на ухудшение зрения, ему меняли очки, предполагает, что это также связано со стрессом. Также ФИО2 жаловался на головные боли, отсутствие аппетита. Происходящее повлияло на круг общения, поскольку раньше они часто ходили в гости к коллегам, общим знакомым, либо они приходили в гости к ним. В связи с тем, что слух об уголовном преследовании распространился, ФИО2 было некомфортно от того, что говорят об этой теме его коллеги и друзья, поскольку вопросы все равно были. Сейчас практически также ни с кем не встречаются. У ФИО2 есть мама, которая проживает в городе <Адрес> а также брат, который проживает в городе <Адрес>. ФИО2 скрывал и скрывает обстоятельства о том, что в отношении него было уголовное преследование, поскольку не хочет, чтобы им было тревожно. До того, как началось расследование, раз в месяц ездили в гости к маме ФИО2 После того, как перестали ездить, продолжали поддерживать связь по телефону. Со слов ФИО2 и его коллег, из Фонда «<данные изъяты>» его попросили уволиться (л.д. 129-130).

С учетом того, что материалами дела подтверждается факт уголовного преследования в отношении ФИО2 по ч.1 ст.112 УК РФ, уголовное дело прекращено по реабилитирующему основанию, за ФИО2 признано право на реабилитацию, суд приходит к выводу, что требование истца о взыскании компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что ФИО2 ранее к уголовной ответственности не привлекался. ФИО2 ранее привлекался к административной ответственности, а именно: ДД.ММ.ГГГГ за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 17.3 КоАП РФ за неисполнение распоряжения судьи (назначено наказание в виде административного штрафа в размере <данные изъяты>); ДД.ММ.ГГГГ за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст. 12.16 КоАП РФ (назначено наказание в виде административного штрафа в размере <данные изъяты>) (л.д.188-189). Факты привлечения к административной ответственности ФИО2 не оспаривал.

В отношении ФИО2 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, ФИО2 не задерживался, в ИВС не водворялся, уголовное преследование в отношении ФИО2 осуществлялось за совершение преступления небольшой тяжести.

Доводы истца о том, что в связи с избранием в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, он был лишен возможности выезжать за пределы г. Перми, в связи с чем в период уголовного преследования не мог встретиться с близкими родственниками, проживающими в других городах, а также осуществлять работу над реализацией и развитием созданного им международного IT-проекта, судом отклоняется на основании следующего.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 102 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подписка о невыезде и надлежащем поведении состоит в письменном обязательстве подозреваемого или обвиняемого, в том числе не покидать место жительства или место пребывания без разрешения дознавателя, следователя или суда.

Из анализа указанной нормы следует, что подозреваемый, обвиняемый, в отношении которого избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, имеет право покинуть постоянное или временное место жительства только с разрешения дознавателя, следователя или суда.

С учетом необходимости выезда за пределы города Перми, ФИО2 не был лишен права на обращение к следователю за предоставлением такого разрешения, вместе с тем, по вопросу получения разрешения на выезд за пределы г. Перми ФИО2 к следователю не обращался, доказательств того, что следователь отказывал в выдаче разрешения на выезд ФИО2 к своим родственникам либо по работе, истец не представил, материалы уголовного дела таких сведений не содержат.

Ссылка представителя истца Сачихина А.В. на то, что ФИО2 со стороны следователя не разъяснялось право на обращение к следователю с заявлением о выдаче разрешения на выезд из г. Перми, не может быть признана состоятельной, поскольку из материалов уголовного дела следует, что в период уголовного преследования защиту ФИО2 осуществлял адвокат Сачихин А.В., который при возникновении у его подзащитного такой необходимости как выезд за пределы г. Перми не был лишен возможности как лицо, обладающее высшим юридическим образованием, разъяснить своему подзащитному его право на обращение к следователю с заявлением о выдаче разрешения на выезд из г. Перми.

Относительно доводов истца о том, что в связи с незаконным уголовным преследованием причинен вред его здоровью (ухудшение зрения), суд приходит к следующим выводам.

В подтверждение данного довода истцом представлен протокол осмотра врачом-офтальмологом от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО2 установлен диагноз: <данные изъяты> (л.д. 141).

Вместе с тем, прямая причинно-следственная связь между имеющимся у П.О.НБ. заболеванием и уголовным преследованием по уголовному делу № истцом не доказана, с учетом того, что степень влияния факта уголовного преследования на развитие заболевания, выявленного у ФИО2, представленными медицинскими документами не подтверждается, равно как и не подтверждается факт установления ФИО2 вышеуказанного диагноза в период его уголовного преследования.

Довод истца о том, что в период уголовного преследования истец испытывал чувство унижения чести офицера, поскольку проведение следственных действий в отношении него осуществлялось младшими по званию сотрудниками правоохранительных органов, которые общались с истцом в неприемлемой, недопустимой и неуважительной для офицера форме судом отклоняется в силу следующего.

Пунктами 1, 2 статьи 19 Конституции Российской Федерации установлено, что все равны перед законом и судом.

Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.

Таким образом, учитывая принцип равенства перед законом и судом, наличие у истца офицерского звания не означает обязанность правоохранительных органов проявлять к нему какое-либо особое отношение, не означает наличие у истца каких-либо привилегий при расследовании в отношении него уголовного дела по сравнению с иными гражданами. В данном случае права и обязанности должностных лиц, ведущих расследование, и подозреваемого (обвиняемого) регулируются нормами уголовного-процессуального закона, но не основаны на нормах военной субординации.

Истцом не представлены доказательства того, что в ходе проведения расследования уголовного дела действия (бездействие) сотрудников правоохранительных органов в установленном порядке ФИО2 были обжалованы и признаны незаконными, равно как и не представлены доказательства того, что с истцом обращались в неприемлемой, недопустимой и неуважительной форме.

Доводы истца об утрате источников дохода в связи с потерей работы в результате уголовного преследования, о причиненном вреде его деловой репутации в связи с незаконным уголовным преследованием, материалами дела не подтверждаются.

Материалами дела установлено, что до возбуждения в отношении истца уголовного дела ФИО2 был трудоустроен в Фонде «<данные изъяты>», также по совместительству являлся старшим преподавателем кафедры менеджмента <данные изъяты>.

Из пояснений ФИО2 в судебном заседании следует, что из Фонда «<данные изъяты>» он уволился вынужденно, по просьбе директора, поскольку факт его (ФИО2) уголовного преследования мог негативно отразиться на деловой репутации юридического лица и на репутации Министерства промышленности Пермского края.

Вместе с тем, из сведений Фонда социального и пенсионного страхования Российской Федерации усматривается, что ФИО2 уволен из Фонда «<данные изъяты>» по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, то есть в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника (л.д. 126).

Таким образом, довод истца о том, что его увольнение из Фонда «<данные изъяты>» имело вынужденный характер является голословным, поскольку материалами дела не подтверждается, равно как и не подтверждается факт увольнения ФИО2 в связи с его уголовным преследованием по порочащим основаниям.

Судом отклоняется довод о том, что ФИО2 был вынужден прекратить преподавательскую деятельность ввиду невозможности предоставления справки об отсутствии судимости и факта его уголовного преследования, поскольку из представленного истцом дополнительного соглашения к трудовому договору научно-педагогического работника от ДД.ММ.ГГГГ следует, что трудовой договор с ФИО2 заключен на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, по актам оказанным услуг истец осуществлял деятельность преподавателя до ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, указанный трудовой договор прекратил свое действие ДД.ММ.ГГГГ, то есть до возбуждения уголовного дела (ДД.ММ.ГГГГ) и до привлечения истца в качестве подозреваемого (в качестве подозреваемого истец был привлечен в июне 2020 года). Доказательств продления указанного трудового договора на новый срок, либо заключения между истцом и <данные изъяты> нового трудового договора, который был бы расторгнут сторонами в связи с наличием в отношении ФИО2 сведений о его уголовном преследовании, суду не представлено. Кроме того, из пояснений истца в ходе судебного заседания следует, что по настоящее время ФИО2 продолжает вести преподавательскую деятельность по приглашению <данные изъяты>.

Не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела и довод истца об утрате им источников дохода в связи с его уголовным преследованием.

Так, согласно справке Фонда пенсионного им социального страхования Российской Федерации ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ является директором ООО «<данные изъяты>», с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время – является генеральным директором указанного юридического лица. Кроме того, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал по совместительству в ООО «<данные изъяты>» в должности главного инженера проекта (л.д. 126-127).

Кроме того, истец в судебном заседании пояснил, что продолжает осуществлять деятельность по разработке проектов, которые он успешно представляет в других регионах.

Доводы истца о том, что в Пермском крае его проекты не принимают во внимание из-за имевшего место факта уголовного преследования, являются голословными, ничем не подтверждаются.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что факт уголовного преследования ФИО2 какого-либо негативного действия на трудовую деятельность и финансовое состояние последнего не оказал, поскольку в период его уголовного преследования ФИО2 занимал руководящую должность в ООО «<данные изъяты>» и занимает ее по настоящее время. Утверждение истца о том, что он сам является учредителем указанного юридического лица, то есть сам себя обеспечил работой, не означает, что это является неблагоприятным последствием уголовного преследования, поскольку каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду (статья 37 Конституции Российской Федерации), в том числе путем создания юридического лица.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает то обстоятельство, что, несмотря на длительность уголовного преследования (2 года), в отношении истца за весь период было совершено 9 следственных действий (3 допроса в качестве подозреваемого, по двум из которых истец отказался от дачи показаний со ссылкой на статью 51 Конституции Российской Федерации, 2 допроса в качестве обвиняемого, 3 очные ставки, 1 проверка показаний на месте), длительность уголовного преследовании в данной ситуации была обусловлена проведением нескольких судебно-медицинских экспертиз в целях выявления причины травмы потерпевшего с учетом того, что сотрудники правоохранительных органов не обладают специальными познаниями в области медицины и не могли без проведения экспертизы разрешить вопрос о виновности обвиняемого в совершении преступления.

Доводы представителей истца о том, что должностные лица необоснованно затянули уголовное преследование, поскольку вопрос о невиновности истца возможно было разрешить после получения результатов первой судебно-медицинской экспертизы, являются несостоятельными, поскольку процесс доказывания (собирание, проверка и оценка доказательств), включающий в себя в том числе право должностного лица назначать дополнительные и повторные экспертизы, что и было сделано в рамках уголовного дела с учетом противоречивости и неоднозначности выводов экспертов относительно механизма получения травмы потерпевшим, является правом и обязанностью должностных лиц, вопрос о достаточности объема собранных доказательств относится к прерогативе должностных лиц, осуществляющих предварительное следствие и дознание по делу.

Оценивая доводы истца о том, что в результате уголовного преследования причинен вред его деловой репутации как преподавателя, сотрудника <данные изъяты>, подведомственного Министерству промышленности Пермского края, была унижена честь офицера, суд приходит к следующим выводам.

Из содержания протокола допроса потерпевшего ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ и протокола допроса подозреваемого ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что между сторонами возник сначала словесный конфликт, при этом ФИО2 допускал со своей стороны в адрес ФИО9 аморальные высказывания; впоследствии словесный конфликт перерос в физический, то есть между участниками конфликта произошла драка.

Суд исходит из того, что истец, будучи преподавателем, лицом, занимающим должность в <данные изъяты>, подведомственном органу исполнительной власти - Министерству промышленности Пермского края, лицом, имеющим воинское звание, при должной заботе о своей репутации должен был избегать любых ситуаций, которые могут умалить его авторитет и репутацию. Истец же напротив ДД.ММ.ГГГГ вместо принятия мер по минимизации возникшего словесного конфликта допустил его эскалацию путем высказывания оскорблений в адрес другого лица, далее позволил себе участие в драке, в ходе которой, исходя из показаний потерпевшего, наносил ему удары по лицу, также в ходе драки потерпевшим получена травма ноги с неочевидным механизмом образования, для установления причин которой потребовалось проведение нескольких судебно-медицинских экспертиз на протяжении двух лет.

Данные действия истца свидетельствуют о пренебрежительном отношении к своей репутации, в данном случае истец в силу своего должностного положения, возраста (41 год) должен был осознавать возможность получения другим участником конфликта телесных повреждений в результате драки, соответственно, в данном случае риск неблагоприятных последствий в виде возбуждения уголовного дела и расследования по факту получения травмы потерпевшим полностью лежит на истце. В данном случае уголовное дело было возбуждено на основании извещения медицинского учреждения о поступлении пациента ФИО9 с признаками получения вреда здоровью в результате противоправных действий и заявления ФИО9 о совершении в отношении него противоправных действий со стороны ФИО2, в данном случае сотрудники правоохранительной органов осуществляли публичные функции по осуществлению предварительного следствия по уголовному делу на основании поступившей информации о признаках преступления, и сам факт возбуждения уголовного дела не означает причинение вреда деловой репутации и чести истца со стороны органов предварительного следствия, при том, что отсутствуют доказательства совершения органами полиции каких-либо незаконных действий в отношении истца.

При этом длительность уголовного преследования ФИО2 связана с необходимостью установления всех обстоятельств получения ФИО9 травмы. Поскольку сотрудники полиции не имеют специальных познаний в области медицины, в связи с чем в целях установления возможности получения ФИО9 травмы при обстоятельствах, указанных как потерпевшим, так и ФИО13, было необходимо проведение медицинских экспертиз.

Прекращение уголовного дела в отношении истца свидетельствует о праве истца на реабилитацию, однако не свидетельствует о незаконности действий правоохранительных органов в процессе расследования уголовного дела.

Таким образом, истец в исковом заявлении и в судебном заседании не привел каких-либо индивидуальных и особых обстоятельств применительно к его личности, обосновывающих заявленный им размер компенсации морального вреда в размере <данные изъяты>, факт наступления для истца каких-либо тяжких и необратимых последствий не установлен.

Руководствуясь вышеприведенным нормами права, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, принимая во внимание вышеперечисленные фактические обстоятельства дела и индивидуальные особенности личности истца, категорию тяжести инкриминируемого истцу преступления, а также с учетом конкретных фактических обстоятельств по делу, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты>.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

В силу п. 1 ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

В данном случае от имени казны Российской Федерации выступает распорядитель средств федерального бюджета – Министерство финансов Российской Федерации.

Поскольку вред причинен истцу при осуществлении полномочий органов (учреждений), финансируемых из средств федерального бюджета, взыскание должно производиться с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в порядке ст.ст. 1070, 1071 ГК РФ.

В удовлетворении исковых требований к Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю следует отказать, поскольку оно является ненадлежащим ответчиком.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения компенсацию морального вреда в размере 40000 рублей.

В удовлетворении исковых требований к Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г. Перми в течение месяца со дня принятия мотивированного решения.

Председательствующий - подпись - О.В. Милашевич

Копия верна

Судья О.В. Милашевич

Мотивированное решение изготовлено 02.06.2025