Решение по делу № 2-558/2025 от 04.06.2025 - о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскания выходного пособия при сокращении, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, взыскании дополнительной компенсации.

УИД 71RS0026-01-2024-004254-26

Решение

Именем Российской Федерации

4 июня 2025 г. г. Киреевск Тульской области

Киреевский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Подчуфарова А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Синяевой И.А.,

с участием истца ФИО2, представителей ответчика ФИО3 и ФИО4, помощника Киреевского межрайонного прокурора Быкова С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-558/2025 по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Адаптивные технологические решения» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскания выходного пособия при сокращении, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, взыскании дополнительной компенсации,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ООО «Адаптивные технологические решения» (далее по тексту – ООО «АТР») о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскания выходного пособия при сокращении, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, взыскании дополнительной компенсации. Исковые требования мотивированы тем, что в период с 27.09.2024 по 02.12.2024 ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО «АТР», где занимал должность руководителя проектов 1С. 05.11.2024 руководитель отдела 1С - ФИО6 в личной переписке в рабочем мессенджере сообщил истцу об уменьшении объемов работ в отделе и предстоящем сокращении управленческих позиций. В тот же день ФИО6 в телефонном разговоре сообщил истцу о сокращении занимаемой ФИО2 должности, предложив написать заявление на увольнение по собственному желанию, на что получил отказ. В дальнейшем со стороны работодателя продолжалось оказание на него морального давления с целью понуждения к увольнению по собственному желанию, поступали угрозы «увольнения по статье». 08.11.2024 истцом в адрес работодателя направлена претензия с предложением устранить нарушения его трудовых прав, прекратить моральное давление и провести сокращение в установленном законом порядке. В своем ответе от 18.11.2024 на претензию ООО «АТР» отрицались факты нарушения трудовых прав истца. В тот же день истцу был заблокирован доступ к корпоративной CRM-системе (Битрикс24) и рабочей электронной почте, что препятствовало дальнейшей работе и свидетельствовало о продолжении морального давления. 20.11.2024 вместо восстановления доступа к корпоративной CRM-системе (Битрикс24) и рабочей электронной почте работодателем был создан новый пользователь с сильно урезанными правами доступа, по сравнению с ранее предоставленными. Данное обстоятельство, несмотря на техническую возможность восстановления прежнего пользователя, препятствовало полноценному выполнению истцом своих трудовых обязанностей, а также создало препятствия для поиска и предъявления доказательств допущенных работодателем нарушений трудового законодательства. 08.11.2024 по факту нарушения своих трудовых прав истец обратился в Государственную инспекцию труда в Тульской области и прокуратуру Советского района г. Казани. 29.11.2024 в связи с оказанием морального давления и созданием условий, препятствующих нормальной работе, истцом было написано заявление об увольнении по собственному желанию. Истец указывает, что оказываемое на него моральное давление привело к ухудшению состояния его здоровья, в связи с чем, с 08.11.2024 по 27.11.2024 он находился на больничном. 30.11.2024 в связи с ухудшением состояния здоровья на фоне стресса из-за сложившейся ситуации истец обратился за медицинской помощью и вновь ушел на больничный. 02.12.2024 в нарушение требований закона увольнение истца не было произведено. Препятствуя его увольнению, представитель работодателя затребовал у истца подтверждение факта увольнения по собственному желанию и отсутствия претензий. 03.12.2024 истец был уволен по собственному желанию в результате оказанного на него морального давления и принуждения к увольнению.

Истец полагает, что в ООО «АТР» фактически произошло сокращение сотрудников. Увольнение по собственному желанию в результате принуждения и оказания морального давления было произведено и в отношении других работников ООО «АТР». Полагает, что увольнение работников под принуждением по собственному желанию вместо проведения процедуры сокращения, является сложившейся в ООО «АТР» практикой. О предстоящем сокращении истец не был уведомлен не менее чем за два месяца до предполагаемой даты увольнения. Отсутствие такого уведомления лишило истца возможности продолжить трудовые отношения в течение двух месяцев, получать заработную плату и, при желании, подыскать другую работу.

Незаконными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, выразившийся в глубоких нравственных страданиях относительно грубых нарушений его трудовых прав, необходимости их отстаивания в органах власти, лишения его источника средств к существованию. Поскольку обращения в Государственную инспекцию труда в Тульской области и прокуратуру Советского района г. Казани не разрешили проблему, истец был вынужден обратиться в суд. Со стороны работодателя допускались систематические нарушения его трудовых прав: принуждение к увольнению, воспрепятствование осуществления истцом трудовой деятельности путем блокировки доступа к корпоративной CRM-системе (Битрикс24) и рабочей электронной почте.

Увольнение по собственному желанию является незаконным и необоснованным, ввиду отсутствия реального волеизъявления истца на прекращение трудовых отношений и оказания в отношении него морального давления со стороны работодателя. Реальным основанием для увольнения истца является сокращение численности штата работников. Истец полагает, что в его пользу подлежит взысканию выходное пособие в размере среднего заработка.

В связи с невыполнением работодателем своей обязанности об уведомлении истца о предстоящем сокращении за два месяца, в пользу истца подлежит взысканию компенсация в размере среднего заработка за два месяца работы. Поскольку средний заработок составляет 120 000 руб. в месяц, размер компенсации за два месяца составляет 240 000 руб.

Переживания относительно нарушения его трудовых прав привели к ухудшению состояния здоровья истца. Он обращался в медицинские учреждения с жалобами на повышенное артериальное давление, сопровождающееся головной болью, недомоганием, шумом в ушах, головокружением, ощущением слабости, учащенным сердцебиением. Находился на больничном в периоды с 08.11.2024 по 27.11.2024 и с 30.11.2024 по 10.12.2024. Истец указывает, что состоит в браке, имеет малолетнего ребенка, является единственным кормильцем в семье. У истца имеются кредитные и ипотечные обязательства, которые исполняются за счет его заработка, поскольку супруга находится в отпуске по уходу за ребенком. Указанные обстоятельства усугубляют его моральные и нравственные страдания. Размер моральных страданий оценивает в 300 000 руб.

Для подготовки искового заявления истцу была оказана юридическая помощь самозанятой ФИО5

На основании изложенного, истец просит суд:

признать увольнение ФИО2 по п. 3 ст. 77 ТК РФ (увольнение по инициативе работника) незаконным;

изменить формулировку основания прекращения трудовых отношений ФИО2 в ООО «АТР» с п. 3 ст. 77 ТК РФ (увольнение по инициативе работника) на п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (расторжение трудового договора в связи с сокращением численности или штата работников организации);

взыскать с ООО «АТР» в пользу ФИО2 выходное пособие, предусмотренное ст. 178 ТК РФ, в размере 120 000 руб., компенсацию за два месяца уведомления о сокращении в соответствии с ч. 3 ст. 180 ТК РФ, в размере 240 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., судебные расходы в размере 45 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 поддержал заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив, что 27.09.2024 он был принят на работу в ООО «АТР» в должности руководителя проекта 1С. Его работа осуществлялась под руководством ФИО6, со стороны которого нареканий к его работе не было. В последующем ФИО6 сообщил ему о снижении объема работы и возможном сокращении отдела 1С в октябре – ноябре 2024 года, указав, что его (ФИО2), как хорошего специалиста, возможно переведут в другой отдел. В ходе переговоров, ФИО6 сообщил ему, что работы нет и предложил уволиться по собственному желанию. Получив отказ на это предложение ФИО6 пояснил, что будет искать причины для его увольнения. В последующем от ФИО6 поступали задачи отличные от предыдущих, результаты исполнения истцом этих задач ФИО6 не устраивали, пояснений по выполненным задачам истцу не давались, сроки для исправления результатов работы были значительно короче необходимых. ФИО6 требовал от него записывать выполнение им своей работы. В связи с возникшими событиями у него возникло подавленное состояние, истец обратился к врачу и ушел на больничный. ФИО2 написал претензию директору ООО «АТР» с указанием всего происходящего. С ним созвонился руководитель компании и, сообщив, что в организации тяжелая ситуация, предложил разрешить все мирным путем. Истец предложил предоставить ему время для поиска другой работы и заключить соглашение. Однако в представленном ему проекте соглашения отсутствовали предложенные истцом пункты о том, что он продолжает работу под руководством генерального директора, а не ФИО6 На этом общение руководства компании с ним прекратилось. После выхода из больничного ему пришло сообщение о необходимости явиться в офис компании ООО «АТР» в г. Казани. Поскольку условия трудового договора предусматривали выполнение им работы удалённо, он счел такой вызов в офис компании давлением на него. Им было принято решение об увольнении по собственному желанию. Он снова ушел на больничный и 02.12.2024 отправил ответчику заявление об увольнении по собственному желанию. Когда он находился на больничном в первый раз, ему были заблокированы доступы к программе общения в компании. В дальнейшем доступ был предоставлен, но в другом объеме, из-за чего свои трудовые обязанности он в полном объеме выполнять не мог. Находясь второй раз на больничном, он пытался получить приказ об увольнении, но руководство компании требовало от него подтверждения того, что претензий к компании он не имеет. Для получения приказа об увольнении ему пришлось это сделать, хотя в действительности претензии к компании у него имелись. При трудоустройстве его ознакомили с пустым трудовым договором, который он подписал, указав, что он не ознакомлен с другими документами компании. Трудовые обязанности были проговорены устно, в общих чертах на собеседовании, которое проходило по видеосвязи. ФИО6 ему представили как руководителя отдела 1С и все задачи поступали от него. Работал он из дома, общение с сотрудниками компании осуществлялось через чат, с использованием аудио и видео звонков. К дисциплинарной ответственности не привлекался, конфликтов с ФИО6, до момента разговора об увольнении, не возникало. Все остальные сотрудники, с кем он работал, уволились по собственному желанию. С их слов ему известно, что их вынудили это сделать. Никаких уведомлений о сокращении отдела ему не предоставляли, информация была только со слов ФИО6 Тяжелых хронических заболеваний он не имеет, но сложившаяся ситуация привела к резкому повышению давления и необходимостью обращения в медицинское учреждение. В настоящее время трудоустроен в другой организации.

Представитель ответчика ООО «АТР» ФИО4 в судебном заседании возражала против заявленных истцом требований, пояснила, что истец являлся сотрудником ООО «АТР» с сентября 2024 года. При приеме на работу истцу был установлен испытательный срок продолжительностью три месяца, до окончания которого ФИО2 было написано заявление об увольнении по собственному желанию. Начальником отдела 1С являлся ФИО6, который в штате организации не состоял, а оказывал услуги по обеспечению организации 1С на договорной основе. Как стало известно, в разговоре с ФИО2 ФИО6 предложил истцу расторгнуть трудовой договор, при этом были рассмотрены различные варианты. Никакого давления на истца не оказывалось, ФИО6 и истец пытались найти пути решения для того, что бы это устроило всех. При общении ФИО2 с учредителем компании, они пришли к соглашению о том, что ФИО6 больше не будет являться непосредственным руководителем истца, а все задачи ему будет ставить генеральный директор ООО «АТР», а действие трудового договора будет прекращено через месяц, что даст истцу возможность подыскать новую работу. Вначале ФИО1 согласился уволиться по соглашению сторон с выплатой ему компенсации. Однако условия соглашения его не устроили, поскольку он требовал включить в соглашения сведения о его дополнительных гарантиях. В последующем истец отказался от заключения соглашения и настаивал на увольнении по сокращению. Но сокращение в компании не проводилось и причин для этого не имелось. В органы занятости населения сведения о предстоящем сокращении не подавались, отдел 1С продолжает функционировать до настоящего времени по штатному расписанию без изменений.

В последующем ФИО2 неоднократно находился на больничных. Ему было направлено письмо о том, что никакого сокращения штата не планируется и отдел, в котором он работает, продолжает функционировать. Никаких претензий к сотруднику не предъявлялось. 02.12.2024 от истца поступило заявление об увольнении по собственному желанию. При этом директор компании уточняла у истца, действительно ли заявление об увольнении написано по собственному волеизъявлению. Никакого ответа истец не дал, заявление об увольнении не отозвал, настойчиво просил его уволить, в связи с чем работодателю пришлось уволить ФИО2 по собственному желанию. Никакого давления со стороны работодателя на истца не оказывалось. За период работы истца в организации никаких мер дисциплинарной ответственности к истцу не применялось. Расчет с ФИО2 при его увольнении произведен полностью. Увольнения других сотрудников также произошли по их личным заявлениям, никаких претензий от сотрудников в адрес компании не поступало. Требовательность непосредственного начальника к выполнению задач не может свидетельствовать о наличии давления со стороны работодателя.

В компании возникал сбой в предоставлении доступа к корпоративной CRM-системе (Битрикс24) и рабочей электронной почте, поэтому почта истца была заблокирована. В последующем были предоставлены новые логин и пароль. Исполнению трудовых обязанностей данное обстоятельство не препятствовало.

В г. Казань истец приглашался, поскольку он был руководителем проекта и его присутствие было необходимо на очной встрече с заказчиком, о чем сообщено ФИО2 Отдела кадров в организации нет. Для набора сотрудников нанимался рекрутер, отношения с которым были прекращены после выполнения им своей задачи.

Представитель ответчика ООО «АТР» ФИО3 возражала против заявленных требований, считая их необоснованными. Поддержала доводы, приведенные представителем ФИО4, а также изложенные в письменных возражениях, где указывает, что на основании трудового договора № от 27.09.2024 ФИО2 являлся сотрудником ООО «АТР» в должности менеджера проектов отдела 1С. Истец принят на работу с испытательным сроком три месяца и уволен по собственному желанию 03.12.2024. При приеме на работу ФИО2 был ознакомлен с трудовым договором и подписал его, приказом о приеме на работу. Истец был ознакомлен с правилами внутреннего трудового распорядка и положением о командировках в электронном формате, о чем расписался в трудовом договоре. ФИО2 ему были высланы экземпляр трудового договора, копии локальных нормативных актов. Трудовая функция и обязанности были известны работнику со дня приема на работу. Управление делами общества осуществляют учредитель ФИО7 и генеральный директор ФИО3, являющаяся лицом, представляющим интересы общества. Индивидуальный предприниматель ФИО6 оказывает ООО «АТР» услуги по координации отдела 1С, услуги по методической поддержке работы команды 1С на основании гражданско-правового договора. ФИО6 не является работником компании.

Считает не соответствующими действительности доводы истца о принуждении его к увольнению. 05.11.2024 ФИО6 предложил ФИО2 прийти к соглашению расторгнуть трудовой договор с ООО «АТР» или найти решение, которое устраивало бы обе стороны. Истец согласился рассмотреть возможность своего увольнения по соглашению сторон с выплатой компенсации. Истец настаивал на сокращении, тогда как объективные причины для проведения процедуры сокращения в компании отсутствовали, сведения в органы занятости населения не подавались, уведомления работникам не направлялись, при этом, позиция ИП ФИО6 не являлась официальной позицией ООО «АТР». После увольнения истца сокращения в компании также не проводились. Отдел 1С продолжает существовать по настоящее время. ООО «АТР» выражало свою заинтересованность в мирном урегулировании конфликта. Было подготовлено соглашение о расторжении трудового договора, которое защищало права работника и работодателя, но не предоставляло работодателю дополнительных гарантий. Соглашение о расторжении трудового договора по соглашению истец отказался подписать. Предложение заключить данное соглашение не свидетельствует о давлении со стороны работодателя. После этого ФИО2 продолжал работу, получал заработную плату, никакого морального давления на него не оказывалось. Заявление об увольнении написано истцом собственноручно, заявление не было им отозвано в период с момента его написания – 29.11.2024 по день увольнения 03.12.2024. У истца было достаточно времени обдумать свое решение. Увольнение сотрудника, обратившегося с соответствующим заявлением об увольнении по собственному желанию, является обязанностью работодателя. Расчет и истцом был произведен полностью 03.12.2024. Действия ФИО2 по написанию заявления об увольнении по собственному желанию и настаивание на скорейшем увольнении свидетельствуют о его искреннем намерении прекратить с ООО «АТР» трудовые отношения. Полагает, что доказательств принуждения истца к увольнению не представлено. Межличностные отношения ФИО2 с работниками компании не указывают на вынужденный характер принятого истцом решения об увольнении. Заявление об увольнении было написано истцом по личным мотивам. Повышенная требовательность руководителя к правильному и своевременному выполнению работником своих должностных обязанностей не свидетельствует о давлении со стороны работодателя. Недоступность электронной почты, вызванная техническим сбоем, в период нахождения истца на больничном, не имеет для ФИО2 значения в период нахождения его на больничном. В последующем его доступ к электронной почте и корпоративному профилю был восстановлен. Объем предоставляемых прав работника в указанных системах определяется работодателем, направлен исключительно на корректное и эффективное выполнение работником трудовой функции. Нахождение истца на больничных не свидетельствует о наличии у него болезни в результате стресса, вызванного сложившейся ситуацией. Трудовые отношения с ФИО10 и ФИО11 были прекращены по заявлениям указанных работников. Претензий от указанных работников не поступало.

В судебном заседании ФИО3 также пояснила, что является генеральным директором ООО «АТР». 29.11.2024 истец попросил шаблон заявления для увольнения по собственному желанию. 02.12.2024 она увидела, что истец находится на больничном, поэтому решила его не увольнять в период временной нетрудоспособности. Истцу было предложено перенести решение вопроса об увольнении. Поскольку ФИО2 настаивал на увольнении, 03.12.2024 он был уволен. Сокращение численности, штата в организации не проводилось. ООО «АТР» является молодой компанией и работает с февраля 2024 года. Возникают проблемы с укомплектованием штата, поскольку многие работники уходят в другие компании, проработав у них несколько месяцев. На место уволившихся работников приняты другие. Отдел 1С функционирует по настоящее время, в нем работают девять сотрудников. Штатная единица истца сохранилась, и после его увольнения, на эту должность в декабре 2024 года был принят новый работник. Ей не известно по какой причине ФИО6 решил, что будет проводиться сокращение. Истец указывал, что ему трудно работать с ФИО6, тогда как ФИО6 не сообщал ей о конфликтах с истцом.

Представитель Государственной инспекции труда в Тульской области о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ходатайств не заявлено.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение помощника прокурора Быкова С.С., полагавшего, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу положений ст. 77 ТК РФ, одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работодателя (ст. ст. 71 и ст. 81 ТК РФ).

В соответствии с п. 2 ч. 1, ч. 3 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя. Увольнение по основанию, предусмотренному п. 2 или п. 3 ч. 1 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Частями 1 и 2 ст. 180 ТК РФ установлено, что при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с ч. 3 ст. 81 настоящего Кодекса. О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (п. 23).

В соответствии с ч. 3 ст. 81 ТК РФ увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" право определять штат и численность работников принадлежит исключительно работодателю, который, реализуя закрепленные Конституцией РФ права, в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановку, увольнение персонала).

Таким образом, принятие кадровых решений относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

Проведение мероприятий по сокращению численности или штата организации является исключительной прерогативой работодателя, который не обязан доказывать обоснованность и целесообразность принятия соответствующих решений.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 ТК РФ).

Порядок расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) определен ст. 80 ТК РФ.

Частью 1 статьи 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 ТК РФ).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 ТК РФ).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Указанная правовая позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19.07.2023)

В ходе рассмотрения дела установлено, что ООО «АТР» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.02.2024 с присвоением ОГРН <***>, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Согласно штатному расписанию ООО «АТР» на 2024 год, утвержденному приказом генерального директора № от 15.02.2024, в отделе 1С имеется штатная единица менеджера проектов.

27.09.2024 ФИО8 с ООО «АТС» заключен трудовой договор на неопределенный срок с испытательным сроком три месяца. Истец принят по основному месту работы на должность менеджера проектов. Дата начала работы с 27.09.2024. Трудовой договор подписан обеими сторонами. ФИО2 расписался за ознакомление с правилами внутреннего трудового распорядка и положением о командировках. Указанные обстоятельства подтверждаются представленным суду трудовым договором № от 27.09.2024 и приказом о приеме работника на работу № от 27.09.2024.

05.11.2024 состоялся телефонный разговор ФИО6 с ФИО2 относительно прекращения трудовых отношений.

В досудебной претензии от 08.11.2024, адресованной генеральному директору ООО «АТР», ФИО2 указывает, что 05.11.2024 ФИО6 требовал от истца написать заявление об увольнении по собственному желанию, в противном случае ФИО6 сообщил, что найдет причины для его увольнения по инициативе работодателя. Расценивает подобные действия как принуждение к увольнению, указывает, что волеизъявления на расторжение трудовых отношений по инициативе работника у него не имеется. Также указывает на не ознакомление его с локальными нормативными актами при приеме не работу, нарушение права на выбор банка для получения заработной платы. Просит отказаться от угроз по поиску искусственных оснований для увольнения, рассмотреть возможность его увольнения по соглашению сторон с выплатой выходного пособия, а также устранить прочие допущенные при приеме его на работу нарушения.

В своем ответе от 18.11.2024 на указанную претензию ООО «АТР» сообщает истцу, что копии локальных нормативных актов и экземпляр трудового договора направлены ФИО2 почтой. Испытательный срок продлен в соответствии с положениями ст. 70 ТК РФ на количество дней фактического отсутствия ФИО2 на работе по причине временной нетрудоспособности. В ООО «АТР» не проводится процедура сокращения ввиду отсутствия на это объективных причин.

В телефонном разговоре с ФИО2 учредителем ООО «АТР» ФИО7 до сведения истца была доведена информация о сложном финансовом положением компании и прекращении в будущем работы отдела 1С. В связи с невозможностью выплаты истцу компенсаций по причине убыточности компании, истцу предложен вариант его дальнейшей работы в ООО «АТР» на прежней должности с выплатой заработной платы пока он не найдет подходящую работу либо его перевод в отдел Битрикс 24. Оценивая первый вариант, ФИО2 предложил заключить соглашение на переходный период, которое в том числе предусматривало бы переход истца под контроль непосредственно руководству компании до увольнения по соглашению, а также его право уволиться в любой момент, если он найдет новую работу, с чем ФИО7 согласился.

08.11.2024 в ходе переговоров было достигнуто соглашение о расторжении трудового договора с 11.12.2024 по соглашению сторон. 08.11.2024 было презентовано соглашение, закрепляющее договоренности, достигнутые при устных переговорах. 11.11.2024 ФИО2 запросил внести в соглашение изменения, 12.11.2024 изменения были внесены, однако истец отказался подписать соглашение с указанными поправками.

Суду представлены два проекта соглашения от 11.11.2024 о расторжении трудового договора, в которых согласованы условия расторжения с 11.12.2024 трудового договора между ООО «АТР» и ФИО2 При этом, во второй вариант соглашения дополнен пунктами, предусматривающими, что до даты расторжения трудового договора ФИО2 выполняет свои обязанности под непосредственным контролем со стороны генерального директора ФИО3 (или Айрата ФИО9). Ответственность за координацию задач работника полностью возлагается на генерального директора. Работодатель обязуется не создавать условий, направленных на вынуждение работника прекратить трудовые отношения по собственной инициативе до даты, указанной в настоящем соглашении, или инициировать досрочное расторжение трудового договора без обоснованных причин, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации. В случае выявления нарушения любого из условий настоящего соглашения, работник имеет право обратиться в соответствующие государственные органы для защиты своих трудовых прав. Работник обязуется не злоупотреблять своими правами, не предпринимать действий, направленных на нарушение условий настоящего соглашения и трудового договора. В случае необоснованных жалоб, заявлений или действий, направленных на создание препятствий для нормального выполнения настоящего соглашения и трудовых обязательств, работодатель имеет право требовать от работника письменных разъяснений и объяснений причин таких действий. Работник осведомлен о том, что несет ответственность: дисциплинарную – за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией и трудовым законодательством РФ; материальную – за причинение ущерба в пределах, определенных трудовым и гражданским законодательством РФ; гражданскую, административную и уголовную – за нарушения, совершенные в процессе трудовой деятельности, в соответствии с действующим законодательством РФ.

В периоды с 08.11.2024 по 28.11.2024, с 30.11.2024 по 10.12.2024 ФИО2 находился на больничном, что подтверждается электронными листками нетрудоспособности №, №, №.

29.11.2024 ФИО2 подано заявление об увольнении по собственному желанию из ООО «АТР» с 02.12.2024.

Приказ ООО «АТР» о прекращении трудового договора с ФИО8 принят 03.12.2024 и с указанной даты истец был уволен в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (расторжение договора по инициативе работника) на основании личного заявления ФИО8

Установленные судом обстоятельства, подтвержденные исследованными доказательствами, свидетельствуют о том, что решение о сокращении численности или штата в ООО «АТР» не принималось. Оснований для увольнения ФИО2 в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не имелось. Должность, которую занимал истец, не сокращена. Согласно штатному расписанию ООО «АТР» на 2025 год, утвержденному приказом генерального директора № от 15.02.2025, в отделе 1С по прежнему имеется штатная единица менеджера проектов.

Суд приходит к выводу о том, что увольнение ФИО2 произведено по его добровольному волеизъявлению на увольнение по собственному желанию.

Доводы истца ФИО2 о том, что увольнение по собственному желанию было вынужденным по приведенным им основаниям, суд находит несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных доказательств.

После подписания трудового договора ФИО2 приступил к исполнению своих трудовых обязанностей в ООО «АТР». До разговора с ФИО6, в котором ФИО2 было сообщено о возможных изменениях в деятельности ООО «АТР», истцом никаких претензий в адрес работодателя не предъявлялось.

Согласно доводам представителей ответчика заработная плата выплачивалась ФИО2 надлежащим образом, расчет с истцом был произведен в полном размере, что истцом и не оспаривалось. Данное обстоятельство также подтверждается справкой о доходах и суммах налога физического лица за 2024 год.

Как следует из объяснений представителей ответчика и договора № возмездного оказания услуг от 25.04.2024 ФИО6 не входит в штат ООО «АТР», являясь индивидуальным предпринимателем, оказывает ответчику возмездные услуги. Таким образом, ФИО6 не уполномочен решать вопросы кадрового характера.

Доказательств того, что после разговора с ФИО6 ухудшились условия труда истца не представлено. К дисциплинарной ответственности он не привлекался, докладных записок о ненадлежащем исполнении им должностных обязанностей не поступало, о неудовлетворительном качестве работы, в том числе с учетом нахождения на испытательном сроке, уполномоченным представителем работодателя ему не сообщалось. Невыносимых условий труда для ФИО2 создано не было. Оценивая проект соглашения в последней редакции, предложенного для подписания истцу, суд не усматривает в нем невыгодных, кабальных для истца условий.

Руководством ООО «АТР» обсуждался с истцом вопрос о возможном прекращении трудовых отношений, но по соглашению сторон. При этом, работодатель был согласен до момента расторжения трудового договора перевести работу истца непосредственный под контроль генерального директора, а также предоставить ФИО2 месячный срок для поиска новой работы с сохранением заработной платы.

Как следует из представленной переписки ФИО2 с генеральным директором ООО «АТР» ФИО3 работодателем неоднократно предлагалось перенести вопрос об увольнении истца по его заявлению об увольнении по собственному желанию и обсудить мотивы увольнения, выяснялось наличие претензий к работодателю, написано ли заявление под каким-либо воздействием, в том числе в связи с нахождением на больничном, предлагалось заключить соглашение о расторжении трудового договора, на что ФИО2 ответил отказом, настоял на своем увольнении, не объясняя мотива своего решения.

Анализируя телефонный разговор ФИО2 с ФИО6, суд не усматривает оказания на истца какого-либо психологического, морального давления, угроз или понуждения с целью увольнения по собственному желанию. При обсуждении возможности увольнения, ФИО2 не исключал вероятности прекращения трудовых отношений с ООО «АТР», но на выгодных для себя условиях.

Доводы ФИО2 о том, что изменения в работе корпоративной CRM-системы (Битрикс24) и рабочей электронной почты связаны с намерением ответчика повлиять на выполнение истцом своей работы несостоятельны, доказательств этому не представлено.

Согласно условиям трудового договора от 27.09.2024 работник выполняет свою трудовую функцию на стационарном рабочем месте по месту нахождения работодателя в г. Казань. Таким образом, приглашение ФИО2 в г. Казань для встречи с заказчиком не может рассматриваться как оказание на него давления.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, о том, что сокращения штата в ООО «АТР» с декабря 2024 года не производилось. Доводы истца являются несостоятельными, нарушение трудовых прав ФИО2 его увольнением по собственному желанию не установлено, при этом, требование о восстановлении истца в прежней должности не заявлялось, расторжение трудовых отношений с ответчиком произошло по его инициативе, в настоящее время истец трудоустроен в ином учреждении. Суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истца о признании его увольнения по ч. 3 ст. 77 ТК РФ незаконным и изменении формулировки увольнения на п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

В связи с этим, не подлежат удовлетворению и остальные заявленные истцом производные требования о взыскании с ООО «АТР» выходного пособия, компенсации за два месяца уведомления о сокращении, компенсации морального вреда.

Переписка ФИО2 с иными лицами, где обсуждаются условия внесения дополнений в соглашение, не опровергают выводов суда.

Относимых, допустимых и достоверных доказательств того, что сотрудники ООО «АТР» увольнялись по собственному желанию против собственной воли не представлено.

Письма ФИО10 и ФИО11 суд признает недопустимыми доказательствами, поскольку не представляется возможным установить действительность их написания указанными лицами. Представленные сведения об увольнении ФИО10 по собственному желанию лишь формально констатируют этот факт, никак не подтверждая доводов истца.

Вместе с этим, в силу ст.ст. 69 и 70 ГПК РФ, лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, могут быть допрошены в качестве свидетелей, которые предупреждаются об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного показания. Истцом не заявлено о допросе указанных лиц в качестве свидетелей и не обеспечена возможность их допроса судом в указанном статусе.

При обращении истца в Государственную инспекцию труда Тульской области ему было разъяснено право обращения в суд. Прокуратурой Советского района г. Казани обращение ФИО2 по существу не рассмотрено с направлением в Государственную инспекцию труда в Республике Татарстан.

Дело рассмотрено судом по заявленным и поддержанным истцом исковым требованиям.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, заявленные истцом судебные расходы взысканию не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Адаптивные технологические решения» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскания выходного пособия при сокращении, дополнительной компенсации, компенсации морального вреда, судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Киреевский районный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 19 июня 2025 г.

Судья А.А. Подчуфаров