Решение по делу № 2-260/2023 от 16.05.2023 - о взыскании компенсации морального вреда.

37RS0010-01-2022-003466-79

Дело № 2-260/2023 16 мая 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд г. Иваново

в составе председательствующего судьи Ерчевой А.Ю.

при помощнике судьи Горбунове Д.Э.,

с участием представителя истца ФИО3, действующей на основании ордера, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании 16 мая 2023 года в г. Иваново гражданское дело по иску ФИО5 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.

Исковые требования обоснованы тем, что в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ подсудимого по уголовному делу № ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, ДД.ММ.ГГГГ Фрунзенским районным судом <адрес> истец привлечена к участию в деле для защиты его достоинства и доброго имени в качестве законного представителя умершего подсудимого. Приговором Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан невиновным и оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления на основании п. 3 ч. 1 ст. 302 УПК РФ. Апелляционным постановлением Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор оставлен в силе. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец лично и через своего представителя участвовала в судебных заседаниях судов первой и апелляционной инстанций. ФИО1 обвинялся в причинении смерти по неосторожности 3-хлетнему ребенку вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей заведующего отделением-врача-инфекциониста. Судебное производство по ятрогенным преступлениям относится к категории наиболее сложных и с точки зрения специальных познаний, и с эмоциональной точки зрения. По делу проведено большое количество судебных экспертиз, допрошено много специалистов в области медицины, свидетелей. Соболезнуя родным умершего мальчика, истец длительное время была вынуждена доказывать невиновность своего супруга путем активного участия в судебных заседаниях, заявления ходатайств, возражений. Судебный процесс активно освещался в СМИ, где супруг истца назывался виновным в гибели ребенка. В судебных заседаниях присутствовали журналисты не только местных СМИ, но и федеральных каналов. Телепортажи показывались на каналах НТВ, БАРС и других. Все знакомые и родственники семьи истца знали о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности. Все это время истец находилась в состоянии стресса, что отразилось на ее здоровье, у нее часто повышалось давление, возникла аритмия. Фактом привлечения ФИО1 к уголовной ответственности нарушены личные неимущественные права-достоинство и доброе имя умершего, а также достоинство и доброе имя членов его семьи, в том числе истца, как представителя умершего подсудимого. С ДД.ММ.ГГГГ до смерти ФИО1 истец состояла с ним в зарегистрированном браке. Истец и ФИО1 знакомы с 1967 года, с 1967 года по 1973 год вместе проходили обучение в Ивановском государственном медицинском институте по специальности «педиатрия», затем с 1973 года по 1975 год - в клинической ординатуре. Затем истец и ее супруг направлены на работу в <адрес>, где с 1975 года по 2010 год вместе работали в медсанотделе №, впоследствии реорганизованном в Читинскую областную больницу №, далее переименованную в ГУЗ «Краевая больница №». Больница обслуживала жителей города, которые работали на урановых родниках. ФИО1 был единственным инфекционистом на несколько районов области. Истец работала неонатологом. В 2010 году истец и ФИО1 вместе вернулись в <адрес>, помогали детям растить пятерых внуков. Старшая дочь воспитывает двух сыновей без мужа. ФИО1 был для них и дедом, и отцом, помогал материально. Семья истца занимались садоводством. Супруг выполнял физическую работу, ремонтировал технику, являлся опорой для истца. ФИО1 неоднократно поощрялся по месту работы с внесением записи в трудовую книжку. Указом президента РФ «О награждении государственными наградами РФ» от ДД.ММ.ГГГГ № за особые трудовые заслуги, самоотверженность и высокий профессионализм, проявленные в борьбе с коронавирусной инфекцией (COVID-19) ФИО1 награжден орденом Пирогова. Предварительное следствие по уголовному делу длилось с ДД.ММ.ГГГГ более 13 месяцев. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, в тот же день избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, ДД.ММ.ГГГГ обвинение перепредъявлено по той же статье. Супруг истца сильно переживал из-за чрезвычайного происшествия в больнице-гибель 3-хлетнего ребенка, а также из-за незаконного привлечения его к уголовной ответственности при отсутствии на то каких-либо оснований. Истец связывает смерть супруга с его незаконным привлечением в качестве обвиняемого, а затем подсудимого. Истец, зная супруга много лет, долгие годы работая вместе с ним, не сомневалась в его компетенции и невиновности в связи с чем, не согласилась с прекращением уголовного дела в связи со смертью подсудимого, а решила отстаивать его честь и доброе имя. Приговором Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным в силе апелляционным постановлением Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, за истцом признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием. Размер морального вреда, причиненного, как законному представителю умершего оправданного, истец оценивает в 500000 рублей. Кроме того, истец понесла судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В судебное заседание истец не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась заказной корреспонденцией, от ее имени в деле участвует представитель.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержала и пояснила, что приговором суда, вступившим в законную силу, за истцом признано право на реабилитацию. Поскольку подсудимый-супруг истца умер после первого судебного заседания по уголовному делу, истец выразила несогласие с прекращением уголовного дела в отношении ее супруга по не реабилитирующему основанию, полагая, что вины ее умершего супруга в совершении преступления не имеется, и настаивала на рассмотрении дела по существу и его оправдании, что в конечном итоге и завершилось вынесением судом оправдательного приговора в отношении умершего ФИО1 В связи с этим истец принимала личное участие в рассмотрении уголовного дела судом либо через своего представителя. В связи с сильными нравственными переживаниями за судьбу своего супруга у истца ухудшилось состояние здоровья как до рассмотрения уголовного дела судом, так и продолжило ухудшаться после вынесения приговора, что подтверждается представленной медицинской документацией. Однако проводить по делу судебно-медицинскую экспертизу с целью установления причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья истца и незаконным уголовным преследованием ее умершего супруга сторона истца отказывается. С учетом изложенного, представитель истца просит заявленные требования удовлетворить.

В судебное заседание представитель ответчика не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя. Согласно отзыву на исковое заявление от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1-супруга истца возбуждено уголовное дело но признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер. Истец привлечена к участию в деле в качестве законного представителя умершего подсудимого. Приговором Фрунзенского районного суда <адрес> ом ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан невиновным и оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Истцом заявлены требования о взыскании компенсация морального вреда, причиненного ей в связи с незаконным уголовным преследованием ФИО1 В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Таких последствий в отношении истца не наступило. Доводы истца о том, что в результате незаконного уголовного преследования ФИО1 страдала вся семья, что в тот период времени она испытывала постоянный стресс, поднималось давление, возникла аритмия, по мнению представителя ответчика, не могут быть приняты во внимание при решении вопроса о компенсации истцу морального вреда. Право на компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, принадлежит только реабилитированным лицам, родственники реабилитированного лица право на такую компенсацию не имеют. Исходя из разъяснений, изложенных в п.п. 8-10 постановления Пленума Верховного Суда РФ №, право требовать компенсацию морального вреда неразрывно связано с личностью потерпевшего и носит личный характер. Оно не может быть передано в порядке правопреемства, в частности уступки требования, не входит в состав наследственного имущества и не может переходить по наследству. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное в защиту нематериальных благ, принадлежавших умершему, не подлежит судебной защите. Аналогичные разъяснения даны в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве». Таким образом, представитель ответчика полагает, что оснований для компенсации морального вреда истцу в связи с реабилитацией её супруга не имеется.

В судебное заседание представитель 3 лица прокуратуры <адрес> не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, с исковыми требованиями не согласен по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление, согласно которым истец указывает, что незаконным привлечением ее супруга к уголовной ответственности ей причинен моральный вред, который она оценивает в сумме 500000 рублей и просит взыскать судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей. Представитель 3 лица полагает, что заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям. ДД.ММ.ГГГГ истец привлечена Фрунзенским районным судом <адрес> по уголовному делу № в связи со смертью подсудимого ФИО1 (дата смерти ДД.ММ.ГГГГ), обвиняемого по ч. 2 ст. 109 УК РФ, к участию в деле для защиты его достоинства и доброго имени в качестве законного представителя умершего подсудимого. Приговором Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан невиновным и оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления на основании п. 3 ч. 1 ст. 302 УПК РФ. Апелляционным постановлением Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор суда оставлен в силе. Главой 18 и ст. 135 УПК РФ предусмотрено право на реабилитацию, которое включает в себя право на устранение последствий морального вреда. В силу ст. 1070 ГК РФ за счет казны возмещается вред (в том числе моральный) только тому лицу, которое непосредственно незаконно привлечено к уголовной ответственности и в отношении которого незаконно применена мера пресечения в виде домашнего ареста. По смыслу ст. 151 ГК РФ право требовать компенсации морального вреда принадлежит лицу, непосредственно в отношении которого совершены противоправные действия, нарушившие его личные неимущественные права. Из искового заявления следует, что никакие противоправные действия следственными органами в отношении истца не совершались. Таким образом, правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсации морального вреда не имеется.

Суд, выслушав объяснения стороны, исследовав материалы дела, оценив в совокупности все представленные по делу доказательства, приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 21 ч. 1 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 5 п. 34, п. 35 п. 55 УПК РФ реабилитация-порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный-лицо, имеющее в соответствии с настоящим Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование-процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу ст. 133 ч. 2 п. 1 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Из разъяснений, содержащихся в п. 13, п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", следует, что с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований ст. 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации. К участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют по доверенности (с правом передоверия) управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации.

В п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 указано, что исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже).

Судом установлено, что приговором Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе ФИО1 признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления на основании п. 3 ч. 1 ст. 302 УПК РФ; за истцом признано право на реабилитацию ФИО1 и возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием.

ДД.ММ.ГГГГ апелляционным постановлением Ивановского областного суда приговор Фрунзенского районного суда <адрес> в отношении ФИО1 оставлен без изменения.

ДД.ММ.ГГГГ кассационным постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции приговор Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлены без изменения, кассационная жалоба представителей потерпевших адвокатов ФИО6 и ФИО7-без удовлетворения.

Обращение истца в суд с настоящим иском вызвано осуществлением в отношении ее супруга незаконного уголовного преследования и устранением его последствий.

Исходя из содержания указанных норм закона, право на компенсацию морального вреда, причиненного лицу в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности возникает при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора).

Истцом предъявлен иск, основываясь на положениях п. 1 ст. 1070 ГК РФ в связи с чем, компенсация морального вреда должна возмещаться в соответствии с абз. 3 ст. 1100 ГК РФ,

Факт уголовного преследования в виде возбуждении в отношении ФИО1 уголовного дела по ч. 2 ст. 109 УК РФ, совершения процессуальных действий в ходе производства по уголовному делу, безусловно, нарушает его личные неимущественные права и привело к определенным нравственным страданиям.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Судом установлено, что ФИО1 незаконно подвергался уголовному преследованию в виде возбуждения уголовного дела по ч. 2 ст. 109 УК РФ, производства по нему, что по смыслу указанных норм права дает указанному лицу право требовать возмещения, причиненного незаконным уголовным преследованием, морального вреда.

Поскольку в отношении ФИО1 вынесен оправдательных приговор, т.е. уголовное преследование в отношении него прекращено по реабилитирующему основанию, данное обстоятельство свидетельствует о незаконном уголовном преследовании лица, при котором сам факт причинения морального вреда признается законом и не требует доказывания.

Однако ФИО1-супруг истца ДД.ММ.ГГГГ умер, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ст. 17 ГК РФ способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

При этом незаконность уголовного преследования супруга истца, которое негативно повлияло на истца, само по себе не является основанием для взыскания компенсации морального вреда при указанных обстоятельствах, поскольку реабилитация лица не предусматривает компенсации морального вреда родственникам реабилитированного.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 12 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ, никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

Статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрено, что каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Согласно ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Цель указанных норм Конвенции-защита лица от произвольного вмешательства органов государственной власти в его личную и семейную жизнь. В связи с этим на органы государственной власти возлагается обязанность воздерживаться от действий, направленных на вмешательство в осуществление каждым человеком права на уважение частной и семейной жизни, т.е. препятствующих свободному существованию семьи и построению взаимоотношений ее членов по их добровольному волеизъявлению.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции охватывает существование семейных связей между супругами. Понятие «семейная жизнь» относится, в том числе к основанным на браке отношениям.

Законодатель, закрепив в си. 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. При этом, согласно ст. 150 п. 2 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

По данному делу юридически значимым и подлежащим установлению с учетом правового обоснования истцом заявленных требований является выяснение обстоятельств, касающихся наличия семейных связей, семейных отношений между истцом и ФИО1 и установление того, было ли нарушено право истца на уважение ее семейной и частной жизни.

Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда заявлены истцом в связи с тем, что ей причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях за здоровье и судьбу своего супруга, в ухудшении своего состояния здоровья из-за постоянного нахождения в стрессовом состоянии. При этом длительная психотравмирующая ситуация отрицательным образом отразилась и на состоянии здоровья супруга истца, что привело к его преждевременной смерти, что также отрицательно отразилось и на эмоциональном состоянии истца. Кроме того, после смерти супруга, участвуя в судебных заседаниях в качестве представителя его интересов, истец переживала, что открытый процесс, который активно освещался в различных СМИ, о чем было известно большому кругу лиц, причиняет ущерб его доброму имени и достоинству, а также доброму имени и достоинству членов его семьи. На протяжении всего судебного процесса истец находилась в постоянной стрессовой ситуации, переживала, что незаконным уголовным преследованием подорвана репутация ее супруга, как грамотного и профессионального специалиста в области медицины.

Таким образом, предметом настоящего спора является компенсация морального вреда за причинение физических и нравственных страданий истцу.

Между тем, отсутствие незаконных действий должностных лиц правоохранительных органов в отношении самого истца, вопреки доводам представителя 3 лица прокуратуры <адрес>, не может являться основанием для вывода об отсутствии нравственных страданий, поскольку истец обосновала свои требования наличием причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной ответственности ее супруга и нарушением его личных неимущественных прав.

Незаконный характер уголовного преследования супруга истца установлен вступившим в законную силу приговором суда в связи с чем, каких-либо предусмотренных ГПК РФ оснований для повторного включения в предмет доказывания по делу вопросов о признании незаконными действий (бездействия) органов следствия, прокуратуры и суда в данном случае не имеется.

Рассматривая настоящие требования, суд исходит из того, что незаконное уголовное преследование супруга истца привело к нарушению ее личных неимущественных благ, охраняемых законом и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, в том числе права на личную и семейную жизнь, права на проживание с ним семьей, получение заботы и внимания от него, а равно причинило ей самостоятельные нравственные и физические страдания и умалило ее собственные честь и достоинство, как супруги человека, незаконно обвинявшегося в совершении преступления и ограниченного в свободе передвижения, в результате создания в обществе негативного представления и ее супруге, как о недобропорядочном гражданине.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии у истца предусмотренных ст. 151 ГК РФ, ст. ст. 8, 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод оснований для предъявления исковых требований о взыскании компенсации морального вреда к ответчику.

Причиненные истцу нравственные страдания незаконным уголовным преследованием ее супруга не улучшили ее психологическое состояние, но степень этих страданий, характер, обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что доводы истца и ее представителя о размере компенсации морального вреда в сумме 500000 рублей обоснованы и разумны.

При этом суду не представлено доказательств, подтверждающих такой глубины нравственных страданий, наступивших в результате уголовного преследования ее супруга, которые бы позволили взыскать в пользу истца требуемый размер компенсации морального вреда.

Доводы об ухудшении состояния здоровья истца в результате незаконного уголовного преследования ее супруга (повышение артериального давления, возникновение аритмии) допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены. Так, из имеющихся в материалах дела выписных эпикризов от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ следует, что истец страдала и страдает рядом заболеваний, как до момента уголовного преследования ее супруга, так и после. В частности, гипертонической болезнью истец страдает более 20 лет и регулярно принимает назначенные ей препараты.

Таким образом, наличие обращений за медицинской помощью само по себе не позволяет однозначно утверждать о том, что состояние здоровья истца и его ухудшение находится в прямой причинно-следственной связи с периодом незаконного уголовного преследования ее супруга. Представленные медицинские документы свидетельствуют лишь о наличии у истца определенных заболеваний. Ходатайства о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы истец и ее представитель не заявили.

В связи с этим судом отклоняется довод стороны истца об ухудшении состояния здоровья истца в связи с незаконным привлечением ее супруга к уголовной ответственности.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца и взыскании в ее пользу с ответчика за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 200000 рублей.

Согласно ст. 98 ч. 1 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом заявлено требование о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 20000 рублей.

В соответствии со ст. 100 ч. 1 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 ГПК РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 указано, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Таким образом, с учетом вышеуказанных положений законодательства, при определении размера оплаты услуг представителя, суд, учитывая требования разумности и справедливости, обстоятельства, категорию дела, степень его сложности, количество судебных заседаний, их продолжительность, причину отложения судебных заседаний, степень участия представителя истца в рассмотрении дела, ценность подлежащего защите права, отсутствие у истца юридических познаний, с целью обеспечения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон считает возможным взыскать с ответчика за услуги представителя 15000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска истцу следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, расположенного по адресу: <адрес>, стр. 1 (ОГРН №), за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> (паспорт серии № №, выдан ОВД <адрес> ДД.ММ.ГГГГ), компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием ее супруга ФИО1, как представителя, в размере 200000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 рублей, а всего взыскать 215000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО5 отказать.

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд г. Иваново в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ерчева А.Ю.

Мотивированное решение изготовлено 23.05.2023.