Судья Разина О.С. Дело 33-5177/2023 (№ 2-141/2023)

УИД 86RS0004-01-2022-007617-08

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

08 августа 2023 года г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе

председательствующего судьи Ишимова А.А.,

судей Ковалёва А.А., Сокоревой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Бессарабовым Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску (ФИО)1 к ПАО «(ФИО)17» о защите трудовых прав,

по апелляционной жалобе ПАО «(ФИО)18» на решение Сургутского городского суда (адрес) - Югры от (дата),

заслушав доклад судьи (ФИО)13, объяснения представителя ответчика (ФИО)12, поддержавшего апелляционную жалобу, объяснения истца (ФИО)1, возражавшего против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора (ФИО)5 о законности решения, судебная коллегия

установила:

(ФИО)1 обратился в суд с иском к ПАО «(ФИО)19» о защите трудовых прав, мотивируя свои требования тем, что является работником ЦБПО ПРНСиНО ПАО «(ФИО)20». (дата) на территории кустовой площадки (номер) Северо-Лабатьюганского месторождения ПАО «(ФИО)21» ему в правый глаз попало инородное тело, в результате чего состояние здоровья начало ухудшаться, однако, ответственные лица от работы его не отстранили, необходимую медицинскую помощь не оказали.

После окончания рабочей вахты (дата) истец обратился в поликлинику по месту жительства, где ему был поставлен диагноз: язва роговицы правого глаза. В результате данного заболевания перенес несколько операций, перестал полностью видеть правым глазом.

В связи с травмой глаза (дата) он обратился к ответчику с заявлением о создании комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, в чем ему было отказано.

Полагает, что действиями и бездействиями ответчика ему причинен моральный вред, добровольно установить факт несчастного случая связанного с производством и составить акт по форме Н-1 ответчик не желает.

На основании вышеизложенного просил признать акт о расследовании несчастного случая от (дата) незаконным, признать несчастный случай связанным с производством и составить акт по форме Н-1, взыскать компенсацию морального вреда 100000 руб.

В возражениях на исковое заявление ПАО «(ФИО)22», полагает, что истец заехал на вахту, уже имея заболевание глаза, что подтверждается наличием у него капель для глаз. Истец не был лишен возможности обращения в медпункт по месту работы, однако, от предложений сообщить о травме руководству и обратиться в медпункт отказался, мотивируя тем, что до конца рабочей вахты осталась одна рабочая смена.

Решением Сургутского городского суда от (дата) признан незаконным акт о расследовании несчастного случая от (дата) в отношении (ФИО)1; несчастный случай признан связанным с производством; на ПАО «(ФИО)23» Сургутская центральная база производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой спецтехники и навесного оборудования возложена обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1; в пользу (ФИО)1 с ПАО «(ФИО)24» взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей; в доход государства с ответчика взыскана государственная пошлина в размере 900 рублей.

В апелляционной жалобе ПАО «(ФИО)25» просит решение суда первой инстанции отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на то, что допрошенные в судебном заседании свидетели не подтвердили факт получения (ФИО)6 травмы на кустовой площадке. На приеме у врача (дата) истец факт получения травмы отрицал. Отмечает, что суд не принял во внимание наличие у (ФИО)6 глазных капель в период нахождения на кустовой площадке, что указывает на возникновение заболевания правого глаза до приезда на кустовую площадку. Выход суда о вахтовом методе работы истца ошибочен. Судом не установлена причинно-следственная связь между попаданием инородного тела в глаз и наступившими неблагоприятными последствиями для здоровья истца. В решении суда не содержится сведений о степени тяжести причиненного вреда здоровью истца, что исключает возможность составления акта по форме Н-1.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представители третьих лиц Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре и Государственной инспекции труда в (адрес) (адрес) не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда (адрес) (адрес) в сети «Интернет», о причине неявки не сообщили, заявлений и ходатайств об отложении слушания дела не заявили, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность определения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Как видно из материалов дела и установлено судом первой инстанции, (ФИО)1 с (дата) работает в ПАО «(ФИО)26» Сургутская центральная база производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой спецтехники и навесного оборудования в должности машиниста подъемника 7 разряда в цехе по эксплуатации подъёмных агрегатов (номер).

В период с (дата) по (дата) (ФИО)1 находился на рабочем месте, расположенном на кустовой площадке (номер) Северо-Лабатьюганского месторождения ПАО «(ФИО)27».

(дата) около 12 часов 00 минут при выходе из вагон-дома, расположенного на указанной кустовой площадке, в результате попадания инородного тела (ФИО)1 причинена травма правого глаза.

После возвращения с работы истец обратился за медицинской помощью, по результатам оказания которой ему диагностировали язву роговицы правого глаза и назначили необходимое лечение.

Разрешая заявленные (ФИО)1 исковые требования суд первой инстанции руководствуясь статьями 212, 214, 219, 227-237, 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 3, 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» пришел к выводу о признании несчастного случая произошедшего с истцом связанного с производством в связи с чем признал незаконным акт расследования несчастного случая от (дата) в отношении (ФИО)1

Судебная коллегия полагает указанный вывод суда первой инстанции правильным, основанным на материалах дела и соответствующим требованиям законодательства.

Отклоняя довод апелляционной жалобы о том, что заболевание правого глаза истца возникло до прибытия последнего на кустовую площадку (номер) Северо-Лабатьюганского месторождения ПАО «(ФИО)28», судебная коллегия отмечает, что актом расследования несчастного случая от (дата) установлено, что на основании заключения периодического медицинского осмотра от (дата) (номер) (ФИО)1 признан годным к работе с вредными и/или опасными веществами и производственными факторами, а именно работам в нефтяной и газовой промышленности. При рассмотрении дела ответчиком не оспаривалось прохождение медицинского осмотра истцом перед прибытием на месторождение, которым каких-либо противопоказаний к работе не выявлено, как и не установлены проблемы с глазами (ФИО)1

Опрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель (ФИО)7 пояснил, что на месторождение прибыл вместе с (ФИО)1 и (ФИО)8, при этом каких-либо проблем с глазами у истца не наблюдал, жалоб от истца на состояние здоровья не слышал. Свидетели (ФИО)8, (ФИО)9, (ФИО)7 использование истцом капель для глаз во время работы не подтвердили.

Согласно выводам заключения судебно-медицинской экспертизы от (дата) (номер) комиссия экспертов не исключает возникновение заболевания правого глаза истца (дата) по причине попадания инородного тела.

Указанные доказательства являются достоверными, допустимыми, добыты судом в установленном порядке и в своей совокупности позволяют сделать вывод о том, что до прибытия на место работы у (ФИО)1 отсутствовало заболевание правого глаза. Иного стороной ответчика суду не предоставлено.

Факт применения истцом в период нахождения на территории кустовой площадки рецептурных препаратов левомецетин, дексаметазон, диклофенак подтверждения при рассмотрении дела не нашел. Допрошенный свидетель (ФИО)10 отметил лишь применение истцом капель без уточнения их вида и назначения. При этом самим истцом приобретение и применение указанных капель после возвращения с работы не оспаривалось.

Как указано выше, обязанность по обеспечению безопасности работников при выполнении трудовой функции возложена на работодателя. Свидетель (ФИО)9, являющийся непосредственным руководителем (ФИО)1, в судебном заседании суда первой инстанции пояснил, что истец обращался к нему с жалобой на боли в глазу. Вместе с тем, мер по уведомлению вышестоящего руководства (ФИО)9 не предпринял, от работы истца не отстранил, оказание необходимой медицинской помощи не организовал.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о признании незаконным акта о расследовании несчастного случая от (дата) и признании несчастного случая связанным с производством, поскольку травма причинена истцу в период исполнения трудовых обязанностей.

Указание в выданных (ФИО)1 листках нетрудоспособности в качестве причины - заболевание, а не травма, не опровергают факт произошедшего с истцом несчастного случая на производстве, установленного судом по результатам анализа свидетельских показаний и выводов заключения судебной медицинский экспертизы.

Ссылка ответчика на отсутствие в решении суда сведений о коде (виде) несчастного случая, степени тяжести травмы, времени, месте и обстоятельствах несчастного случая, необходимых для составления акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1,основаниями для отмены решения не являются, поскольку эти обстоятельства могут быть установлены ответчиком при исполнении судебного акта.

Несвоевременное оказание медицинской помощи способствовало ухудшению здоровья истца. Согласно выписному эпикризу ГБУ «Уфимский научно-исследовательский институт глазных болезней» (дата) (ФИО)1 проведена операция – сквозная кератопластика.

Абзацем 14 ч. 1 ст. 21, ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено право работника и гарантирована обязанность работодателя по компенсации работнику причиненного морального вреда неправомерными действиями (бездействием) работодателя, осуществляемой в денежной форме.

Как разъяснено в п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Как следует из решения, суд признал достаточным компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, сославшись на тяжесть перенесенных и продолжающихся до настоящего времени физических и нравственных страданий, вызванных полученной по вине ответчика травмой.

При таких обстоятельствах в совокупности, судебная коллегия приходит к выводу, что присужденная к взысканию компенсация морального вреда в указанном размере согласуется с характером причиненных истцу физических и нравственных страданий, позволяет сгладить их остроту, отвечает требованиям разумности и справедливости.

Ошибочное указание суда первой инстанции на вахтовый метод работы истца в силу части 6 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может явиться основанием к отмене правильного по существу решения, доводы апелляционной жалобы ответчика об этом вывода суда об удовлетворении иска не опровергают.

С учетом изложенного судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены постановленного судом решения по доводам апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 3 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью четвертой статьи 330 данного Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь частью 1 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Сургутского городского суда от (дата) оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев с подачей жалобы через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 15 августа 2023 года.

Председательствующий Ишимов А.А.

Судьи Ковалёв А.А.

Сокорева А.А.