Решение по делу № 2-1443/2025 от 21.02.2025 - о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Дело № 2-1443/2025

66RS0003-01-2025-000055-15

Мотивированное решение изготовлено 21 февраля 2025 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 07 февраля 2025 года

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Войт А.В., при секретаре судебного заседания Туснолобовой К.А., прокуроре Южаковой Н.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителей ответчика ФИО3, ФИО4, ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлениюФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Реал Электро» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого указала, что между истцом и ответчиком ООО «Реал Электро» заключен трудовой договор от 01 июня 2023 года, по условиям которого истец принята на должность менеджера по развитию бренда в подразделение ОП ЕКБ на ФИО7. В ходе осуществления трудовых функций до августа 2024 года нареканий от работодателя не имелось. Представители работодателя вынуждали работника расторгнуть трудовой договор, о чем свидетельствует переписка и записи разговоров. 27 августа 2024 года распоряжением работодателя изменены условия труда. Также затребован отчет за год, который истец составила, однако в связи с отсутствием формы и требований к отчету, работодатель выразил недовольство подготовленным документов и потребовал представить объяснительную. 12 сентября 2024 года работодатель ввел обязательную отчетность по каждому клиенту относительно проведенных встреч. 13 сентября 2024 года истец привлечена к дисциплинарной ответственности в связи с непредоставлением ежемесячного отчета о проделанной работе. Со стороны работодателя регулярно составлялись необоснованные документы в отношении истца: акты об отсутствии на рабочем месте, требования о предоставлении письменных объяснений. Фактически истец всегда находилась на рабочем месте, отчеты составляла. Из-за проявления явной незаинтересованности работодателя в продолжении трудовых отношений истец направила предложение о расторжении трудового договора по соглашению сторон. Ответчик ответил отказом. Работником направлено обращение в государственную инспекцию труда. В связи с продолжительным давлением со стороны работодателя работник вынуждено подала заявление об увольнении по собственному желанию, на которое работодатель потребовал разъяснений, которые даны работником 01 ноября 2024 года. 29 октября 2024 года проведены переговоры. На разъяснения от 01 ноября 2024 года работодателем направлены возражения.

Просит признать незаконным увольнение с должности менеджера по развитию бренда в подразделении ОП ЕКБ на ФИО7 ООО «Реал Электро», восстановить в должности с 16 декабря 2024 года, взыскать с ответчика компенсацию вынужденного прогула за период с 12 ноября по 16 декабря 2024 года в размере 91188 рублей, компенсацию морального вреда 50000 рублей, судебные расходы 84950 рублей.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО2, действующий на основании устного ходатайства, в судебном заседании на удовлетворении требований настаивали.

Истец пояснила, что при трудоустройстве согласовано, что она работает из дома. Ей выдана техника. Рабочее место по адресу ОП ЕКБ на ФИО7 для нее отсутствовало. При этом постоянно она ездила на встречи с клиентами. Никаких отчетов, уведомлений о том, что она едет на встречу, никогда от нее не просили. Руководитель в августе 2024 года ей сообщил, что возможно ее должность будут сокращать, и предложил ей написать заявление по собственному желанию, скинув образец заявления. Она не стала писать заявление, после этого к ней возникли претензии по работе, с нее начали требовать отчеты постоянно, следить за ней, за ее работой. Привлекли к дисциплинарной ответственности, с чем она не согласна, но требований не заявляет. В такой обстановке работать тяжело, истец написала заявление на увольнение. Но это вынуждено, поскольку нового места работы у нее нет, на ее иждивении ребенок. По сроку обращения в суд истец пояснила, что обратилась к юристам, которые готовили документы.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, представила возражения на исковое заявление /том 1 л.д. 173-188/, согласно которым ответчик полагает требования истца не подлежащими удовлетворению. Доводы истца об отсутствии нареканий со стороны работодателя до августа 2024 года, понуждении к расторжению трудового договора, проявлении явной незаинтересованности работодателя в продолжении трудовых отношений с работником не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Трудовым договором между истцом и ответчиком установлено, что работник принимается на работу на должность менеджера по развитию бренда в обособленное подразделение ООО «Реал Электро» ОП ЕКБ на ФИО7, находящееся по адресу <...>. В виду территориальной удаленности ОП ЕКБ на ФИО7 от головного офиса, расположенного в г. Москве, а также в связи с осложненностью прямого личного контакта работодателя и работника для подготовки ежедневных задач работодатель, полагаясь на честность, порядочность, самоорганизованность и профессионализм истца в феврале 2024 года установил к выполнению истцом плана задач на 2024 год. В середине августа 2024 года по итогам проведенного анализа промежуточных результатов работы истца установлено неисполнение истцом ряда должностных обязанностей: невыполнение поставленных задач, нарушение трудовой дисциплины, нарушение обязанности по предоставлению отчетности и другие. Дана критическая оценка работе истца за первое полугодие 2024 года, о чем сообщено работнику. Озвучивание работодателем обоснованных претензий относительно исполнения работником своих должностных обязанностей не является противозаконным и не может расцениваться как давление или понуждение к увольнению. Работодатель неоднократно, в том числе на онлайн-встречах, показывал работнику заинтересованность в продолжении трудовых отношений, готовности проводить обучение, призывал к исполнению должностных обязанностей. Изменений условий труда истца работодатель не допускал, происходила конкретизация требований к выполнению рабочих задач. Составление отчетов является прямой обязанностью работника согласно должностной инструкции. Работником не представлено ни одного еженедельного отчета. Отсутствие работника на рабочем месте зафиксировано актами, удаленной работы не согласовано. У работника имеется рабочее место по месту нахождения обособленного подразделения. Также работнику согласован график работы. У истца согласован разъездной характер работы с обязанностью предупредить работодателя и получить разрешение в случае ухода с рабочего места в течение рабочего дня по служебным делам либо по причине личного характера. Ни на одно из требований представить объяснения относительно отсутствия на рабочем месте работник не ответил. Ответчик полагает, что воля работника на увольнение выражена однозначно. Оснований для восстановления на работе не имеется. Также не имеется оснований для взыскания компенсации морального вреда, поскольку права истца ответчиком не нарушены. Судебные расходы явно завышены, а доказательства их несения отсутствуют.

В дополнительном заявлении ответчик ссылается на пропуск срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Представители ответчика ФИО3, ФИО4, ФИО5., действующие на основании доверенностей, в судебном заседании доводы отзыва поддержали.

Прокурор дал заключение о законности требований, наличии оснований для восстановления на работе.

Заслушав истца, представителя истца, представителей ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела, показания свидетелей, оценив доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, никем не оспаривается, что 01 июня 2023 года между ООО «Реал Электро» и ФИО1 заключен трудовой договор № РЭ-22/п /том 1 л.д. 15-18/, по условиям которого работник ФИО1 принимается на работу на должность менеджера по развитию бренда в подразделении ОП ЕКБ на ФИО7 на основное место работы на неопределенный срок.

Приказом от 12 ноября 2024 года № РЭ-42/у ФИО1 уволена по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника на основании личного заявления от 29 октября 2024 года /том 2 л.д. 62/.

С увольнением истец не согласна, 24 декабря 2024 года направлено исковое заявление о признании увольнения незаконным /том 1 л.д. 87/.

Ответчиком ООО «Реал Электро» заявлено о пропуск срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи).

При этом в каждом конкретном случае суд оценивает уважительность причины пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, проверяя всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, право на судебную защиту предполагает наличие гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям равенства и справедливости (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2020 года № 36-П, от 22 апреля 2011 года № 5-П, от 27 декабря 2012 года № 34-П, от 22 апреля 2013 года № 8-П и др.).

Такие гарантии установлены, в частности, нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для лиц, обратившихся в суд за защитой своих прав, свобод и законных интересов.

Из материалов дела следует, что, обращаясь с настоящим иском в суд, ФИО1 просит признать незаконным увольнение, состоявшееся приказом работодателя от 12 ноября 2024 года, исковое заявление направлено в Кировский районный суд г. Екатеринбурга 24 декабря 2024 года. При этом приказ об увольнении, форма СТД-Р, справки 2 НДФЛ, ЕФС-1 1.2 направлены ФИО1 12 ноября 2024 года, получены 23 ноября 2024 года.

В абзаце третьем пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 года № 15).

Суд не может согласиться с позицией ответчика об отсутствии уважительных причин пропуска срока обращения в суд, поскольку из материалов дела следует, что обращение истца с требованием о восстановлении на работе последовало с нарушением срока на 1 день. Вопреки ошибочным доводам ответчика, несвоевременность обращения истца в суд за защитой нарушенного права, исходя из установленных по делу обстоятельств, вызвана уважительными причинами. При этом, суд принимает во внимание отсутствие у истца юридического образования, обращение за юридической помощью, отсутствие специальных познаний, которые давали бы истцу возможность оценить достаточность и качественность получаемой юридической помощи, а также учитывая значимость для истца защищаемого права и что истец в отношениях с работодателем является более слабой стороной.

Данные обстоятельства суд расценивает в качестве достаточных оснований для восстановления истцу срока обращения в суд с требованием о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе.

Также суд отмечает, что истец в суд с настоящим иском обратилась в разумный срок, признаков злоупотребления своими правами в действиях истца суд не усматривает.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) определен статьей 80 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудового кодекса Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являются следующие обстоятельства: были ли действия ФИО1 при подписании 29 октября 2024 года заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными с учетом того, что в собственноручно написанном заявлении работник указывает на то, что собственное желание вызвано необоснованными претензиями, ограничением функционала, урезанием заработной платы и психологическим давлением; выяснялись ли руководством общества причины подачи ФИО1 заявления об увольнении по собственному желанию; разъяснялись ли ФИО1 работодателем последствия написания ею заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию; имели ли место в период до увольнения ФИО1 действия работодателя, направленные на оказание давления на работника и понуждение к увольнению, если принять во внимание, что на данное обстоятельство ФИО1 ссылается в подтверждение своих доводов о психологическом давлении со стороны представителей работодателя.

Как уже указано выше, истец и ответчик состоят в трудовых отношениях с 01 июня 2023 года № РЭ-22/п. 01 сентября 2023 года с ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору /том 1 л.д. 149/.

ФИО1 ознакомлена с должностной инструкцией менеджера по развитию бренда /том 1 л.д. 150-152/. Согласно должностной инструкции в качестве должностных обязанностей ФИО1 указаны: продвигает приоритетные бренды компании на закрепленной территории. Посредством поиска и развития новых клиентов/проектов и работы с существующими партнерами; осуществляет постоянный диалог с партнерами и поддерживает с ними рабочие отношения; увеличивает клиентскую базу путем активного поиска клиентов (холодные звонки, теплые звонки, встречи, выезды, презентации); проводит рабочие командировки по территории округа для встреч с партнерами и проведения маркетинговых активностей; проводит обучения для партнеров, архитекторов, менеджеров; проводит телефонные переговоры с потенциальными партнерами, клиентами, заказчиками; проводит встречи; организовывает ежедневные встречи с архитекторами и дизайнерами; организовывает и проводит маркетинговые мероприятия, согласно KPI; принимает активное участие в продвижении нового ассортимента; укрепляет конструктивное сотрудничество со всеми торговыми партнерами, обеспечивает высокий уровень обслуживания; обеспечивает наиболее выгодное размещение экспозиции бренда на площадках торговых партнеров; еженедельно представляет отчеты о проделанной работе руководителю; принимает активное участие во всех обучающих программах, маркетинговых акциях внутри компании; взаимодействует с офисом генерального дистрибьютора (ООО «Реал Электро»), Галереей Электрики и Света на закрепленной территории, оформляет передачу клиентов и проектов; принимает стратегические цели бренда, всемерно способствует их реализации; соблюдает график работы и отчетности установленной формы; вносит данные контрагентов, информацию о встречах, переговорах, маркетинговых событиях в 1С; выполняет прочие поручения, которые находятся в компетенции руководителя группы региональных представителей по распоряжению генерального директора; придерживается делового стиля в одежде.

Трудовым договором, заключенным с ФИО1, работнику установлен график работы – полный 8-часовой рабочий день, с 09:00 до 18:00.

При этом согласно п. 1.2 трудового договора ФИО1 принята на работу в подразделение ОП ЕКБ на ФИО7.

Статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что обязательными для включения в трудовой договор являются условие о месте работы, а в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения.

Под рабочим местом в силу ч. 7 ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации понимается место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Рабочее место истца трудовым договором между сторонами не определено, в пункте 1.2 трудового договора указано, что местом работы истца является ОП ЕКБ на ФИО7.

Как разъяснено в разделе 1 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 февраля 2014 года, в Трудовом кодексе Российской Федерации не раскрывается содержание понятия «место работы». В теории трудового права под местом работы понимается расположенная в определенной местности (населенном пункте) конкретная организация, ее представительство, филиал, иное обособленное структурное подразделение. В случае расположения организации и ее обособленного структурного подразделения в разных местностях, исходя из части второй статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации, место работы работника уточняется применительно к этому структурному подразделению.

Правилами внутреннего трудового распорядка ООО «Реал Электро» /том 2 л.д. 155-166/ установлено, что в случае необходимости ухода работника с рабочего места в течение рабочего дня по служебным делам или по причине личного характера, он обязан предупредить своего непосредственного руководителя и получить от него разрешение (пункт 5.4).

09 января 2024 года работодателем ООО «Реал Электро» утверждено Положение о разъездном характере работы, с которым ФИО1 ознакомлена 09 января 2024 года /том 1 л.д. 241-249/. Также утвержден список сотрудников, работа которых носит разъездной характер: менеджер по развитию бренда в Приволжском ФО ***16 и менеджер по развитию бренда в Уральском ФО ФИО1

27 августа 2024 года работодателем издано распоряжение № 08-РЕ/Екб-2024 /том 1 л.д. 219-222/, согласно которому на менеджера по развитию бренда в подразделение ОП ЕКБ на ФИО7 ФИО1 возложена обязанность в период с 28 августа по 11 сентября 2024 года организовать встречи с представителями потенциальных клиентов компании, согласно списку, для возобновления процесса взаимодействия и налаживанию продуктивных отношений для развития продаж. Определены критерии при проведении встреч. Также возложена обязанность по результатам проведенных встреч предоставлять ежедневный отчет, а по итогам работы предоставить в срок до 12 сентября 2024 года консолидированный отчет по каждому клиенту о проведенной встрече, согласно установленных распоряжением критериев. Работник в этот же день ознакомлен с распоряжением.

10 сентября 2024 года истцом в адрес работодателя направлено предложение о рассмотрении возможности расторжения трудового договора по соглашению сторон с выплатой компенсации работнику /том 1 л.д. 196-202/. 10 октября 2024 года истцом получен отказ с указанием на ненадлежащее исполнение работником своих должностных обязанностей /том 1 л.д. 203-204/.

11 сентября 2024 года с работника затребованы объяснения в порядке ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации в срок 13 сентября 2024 года по факту не предоставления надлежащим образом заполненного и оформленного письменного отчета /том 1 л.д. 224-226/. Объяснения даны ФИО1 13 сентября 2024 года /том 1 л.д. 227/

12 сентября 2024 года работодателем издано распоряжение о внесении изменений и дополнений в вышеуказанное распоряжение, установлены новые сроки – 13 сентября 2024 года, а также пункт 3 распоряжения от 27 августа 2024 года изложен в новой редакции: по итогам проведенных встреч предоставлять ежедневный отчет, а по итогам работы предоставить в срок до 14 октября 2024 года консолидированный отчет по каждому клиенту о проведенной встрече, согласно установленным критериям. Работник ознакомлен с распоряжением в этот же день 12 сентября 2024 года /том 1 л.д. 223/.

В этот же день в отношении ФИО1 составлен акт об отсутствии на рабочем месте в течение всего рабочего дня 12 сентября 2024 года с 09:00 до 18:00 /том 2 л.д. 1/. Аналогичный акт составлен 13 сентября 2024 года /том 2 л.д. 2/. Акты направлены истцу 30 сентября 2024 года электронной почтой, 01 октября 2024 года – почтой /том 2 л.д. 3-5/.

Приказом от 13 сентября 2024 года /том 1 л.д. 43/ ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за неисполнение трудовых обязанностей, предусмотренных п. 2.12 должностной инструкции, утвержденной 01 июня 2023 года.

30 сентября 2024 года в отношении ФИО1 составлен акт об отсутствии на рабочем месте в течение всего рабочего дня 30 сентября 2024 года с 09:00 до 18:00 /том 2 л.д. 6/, в этот же день истцу направлено уведомление о необходимости явиться на работу для дачи объяснений и продолжения исполнения трудовых функций. Работнику напомнили об установленном режиме работы /том 2 л.д. 7-8/.

01 октября 2024 года в отношении ФИО1 составлен акт об отсутствии на рабочем месте в течение всего рабочего дня 01 октября 2024 года с 09:00 до 18:00 /том 2 л.д. 9-10/. В этот же день работнику направлена телеграмма о явке на работу для дачи объяснений и продолжения исполнения трудовых функций /том 2 л.д. 11/.

02 октября 2024 года в отношении ФИО1 составлен акт об отсутствии на рабочем месте в течение всего рабочего дня 02 октября 2024 года с 09:00 до 18:00 /том 2 л.д. 12/, уведомление о необходимости явиться на работу с разъяснением о беспрепятственном доступе в офис через служебный вход здания /том 2 л.д. 13-14/.

03 октября 2024 года в отношении ФИО1 составлен акт об отсутствии на рабочем месте в течение рабочего дня 03 октября 2024 года с 12:15 до 18:00 /том 2 л.д. 15/.

В этот же день составлен акт об отказе от ознакомления и получения документов под подпись /том 2 л.д. 22-23/.

04 октября 2024 года в отношении ФИО1 составлен акт об отсутствии на рабочем месте в течение рабочего дня 04 октября 2024 года с 15:15 до 18:00 /том 2 л.д. 126/.

08 октября 2024 года в отношении ФИО1 составлен акт об отсутствии на рабочем месте в течение рабочего дня 08 октября 2024 года с 15:20 до 18:00 /том 2 л.д. 19/.

30 сентября, 01 октября, 02 октября, 03 октября 2024 года /том 2 л.д. 26-33/ у работника в порядке ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации запрошены объяснения относительно не предоставления ежедневных отчетов.

30 сентября, 02 октября 2024 года /том 2 л.д. 34-39/ у работника в порядке ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации запрошены объяснения относительно отсутствия на рабочем месте.

03 и 30 октября 2024 года работодателем в лице исполнительного директора ***17 ведущего специалиста по кадровому учету ***18 старшего юрисконсульта ФИО4, юрисконсульта ***19 с работником ФИО1 проведены переговоры /том 1 л.д. 206-218/, работнику указано на соблюдение трудовой дисциплины и надлежащее исполнение своих должностных обязанностей.

При этом 29 октября 2024 года истцом написано заявление об увольнении по собственному желанию, вызванному необоснованными претензиями, ограничением функционала, урезанием заработной платы и психологическим давлением, последним рабочим днем просит считать 12 ноября 2024 года /том 2 л.д. 40/.

30 октября 2024 года работодателем запрошены письменные разъяснения со содержанию заявления на увольнение, а также письменно разъяснены последствия увольнения, в том числе право на отзыв заявления /том 2 л.д. 41-45/.

Согласно заявлению от 30 октября 2024 года и приказу № 85 от 01 ноября 2024 года работник ФИО1 находилась в отпуске без оплаты в соответствии с ч. 1 ст. 128 Трудового кодекса Российской Федерации с 07 по 12 ноября 2024 года /том 2 л.д. 57-58/.

06 ноября 2024 года работодателем направлены возражения на разъяснения от 01 ноября 2024 года к заявлению на увольнение от 29 октября 2024 года /том 2 л.д. 47-56/.

06 ноября 2024 года работник сообщил работодателю о сдаче оборудования и рекламных материалов /том 2 л.д. 59/.

В день увольнения 12 ноября 2024 года работодатель запросил у работника подтверждение намерения прекратить трудовой договор /том 2 л.д. 60/.

Увольнение состоялось приказом от 12 ноября 2024 года /том 2 л.д. 62/.

В обоснование своих требований и позиции о вынужденном характере написания заявления об увольнении по собственному желанию истец указывает, что до августа 2024 года никаких претензий к работе истца не было.

Действительно, начиная со дня начала трудовых отношений, подписания трудового договора 01 июня 2023 года, какие-либо вопросы относительно трудовой деятельности истца не возникали, доказательств иному в материалы дела не представлено. Работодатель указывает, что проведен анализ деятельности истца, который позволил работодателю сделать выводы о неудовлетворительном исполнении своих обязанностей. Однако доказательства указанному ответчик не предоставляет. Доводы ответчика об удаленности головного офиса от места работы истца судом не принимаются, поскольку такие же обстоятельства не явились препятствием для осуществления контроля над истцом с августа 2024 года.

Указанное изменение в правоотношениях работника и работодателя истец связывает с желанием работодателя прекратить трудовые отношения с истцом, что подтверждается представленной истцом перепиской /том 1 л.д. 27/ с ФИО8, которая не оспорена ответчиком.

Также в обоснование своих доводов истец указывает на увеличение объема должностных обязанностей. Действительно, согласно должностной инструкции (пункт 2.12) на менеджера по развитию бренда в качестве должностной возложена обязанность по предоставлению еженедельных отчетов о проделанной работе руководителю. Распоряжением работодателя № 08-РЭ/Екб-2024 от 27 августа 2024 года /том 1 л.д. 36/ на работника также возложена обязанность предоставлять ежедневный отчет по результатам проведенных встреч, а также отчет консолидированный отчет по каждому клиенту.

При этом согласно ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

Работодатель указывает, что установление для истца дополнительных отчетов, которые не предусмотрены должностной инструкцией, явилось следствием ее неудовлетворительной работы. Однако, как уже указано выше, никаких доказательств тому, что до августа 2024 года к истцу имелись претензии относительно исполнения должностных обязанностей, в материалы дела не представлено. Утверждения работодателя о неудовлетворительной работе истца как менеджера по развитию бренда являются голословными.

Истец не заявляет требования о признании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, однако ссылается на несогласие с указанным, расценивая его как способ оказания давления. Рассматривая вопрос о привлечении истца к дисциплинарной ответственности приказом от 13 сентября 2024 года /том 1 л.д. 43/ в контексте доводов истца о создании неблагоприятных условий для принятия решения об увольнении, суд отмечает, что работодатель применил к истцу дисциплинарное взыскание в виде выговора. Ранее истец ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекалась.

Согласно положениям статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как указано в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

Применение к истцу ФИО1, ранее не привлекавшейся к дисциплинарной ответственности, дисциплинарного взыскания в виде выговора указанным принципам не соответствует, а потому расценивается судом как способ оказания давления на работника с целью понуждения к увольнению.

Относительно отсутствия на рабочем месте, то такие претензии к истцу также появились только с сентября 2024 года. До указанного времени с момента трудоустройства истец работала удаленно, выезды на встречи не согласовывала.

Допрошенная в качестве свидетеля ***20 пояснила, что с мая 2023 по май 2024 года работала в ООО «Реал Электро» на такой же должности, как истец. Истец пришла на ее место, фактически свидетель ее привела на работу. Работа всегда была удаленной, никогда не было рабочего места в ТЦ на ФИО7. Никогда не требовалось разрешение поехать на встречу. Все оборудование, в том числе принтер, рекламные материалы, выдавалось работодателем, находилось дома у работника.

Согласно сообщению ФИО1 от 06 ноября 2024 года в электронной почте, представленному ответчиком /том 2 л.д. 59/ работник сообщает, что все оборудование и рекламные материалы сдала.

Согласно прослушанной в судебном заседании записи встречи в телемосте 02 октября 2024 года /том 2 л.д. 74-78 – тестовая расшифровка, соответствующая записи/, проведенной ФИО9 с истцом, представитель работодателя указывает, что «на наш взгляд, то, что Вы работаете удаленно, мешаем нам на данный момент, так сказать осуществлять с Вами необходимое взаимодействие». Также в данном разговоре представитель работодателя разъяснял о выходе на работу в офис, обговаривал с работником выход на работу к 10:00, а не к 09:00, организацию рабочего места в офисе.

Указанное подтверждает, что фактически работодатель допускал до октября 2024 года работу истца удаленно, без появления на рабочем месте. Суд еще раз отмечает, что до рассматриваемых событий никаких претензий относительно работы истца не в офисе, составлений актов об отсутствии на рабочем месте не было.

В этой связи суд не может положить в основу своих выводов показания свидетеля ***21., которая работает с 2016 года в ООО «Реал Электро» бухгалтером-кассиром по адресу ул. ФИО7, 8 в ТЦ Архитектор, поскольку данный свидетель находится до настоящего времени в трудовых отношениях с ответчиком, а значит является лицом, заинтересованных в исходе спора, в котором ее работодатель является ответчиком.

Таким образом, суд признает обоснованной позицию истца о том, что ее воля на увольнение отсутствовала, а написание заявления об увольнении явилось результатом действий работодателя. Фактически работодатель создал видимость формального соблюдения норм Трудового кодекса Российской Федерации в отношении истца, в том числе при увольнении, однако указанное не опровергает факт отсутствия добровольного волеизъявления истца на прекращение трудовых отношений.

При таких обстоятельствах приказ об увольнении истца от 12 ноября 2024 года является незаконным.

В соответствии с ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Требования ФИО1 о восстановлении на работе в прежней должности подлежат удовлетворению, работник подлежит восстановлению в должности менеджера по развитию бренда в подразделение ОП ЕКБ на ФИО7 ООО «Реал Электро» со дня, следующего за днем увольнения, то есть с 13 ноября 2024 года.

Решение о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.

В соответствии с ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Поскольку увольнение истца не является законным, нарушение трудовых прав истца в части незаконного увольнения устранено путем принятия решения о восстановлении на работе, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула с 13 ноября 2024 (с даты после дня увольнения истца) по 16 декабря 2024 года (заявленная истцом дата в пределах, установленных ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то есть за 24 рабочих дня.

Средний заработок определен судом на основании ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 (ред. от 15 октября 2014 года) «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

В материалы дела представлен расчет среднего заработка за 12 месяцев, предшествующих увольнению, составленный работодателем в судебном заседании. Расчет работодателя истцом не оспаривается. Расчет судом проверен, совершен в соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 (ред. от 15 октября 2014 года) «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

Согласно данному расчету, среднедневной заработок составил 3130 рублей 53 копейки.

Всего за 24 рабочих дней средний заработок составит 3130 рублей 53 копейки х 24 дня = 75132 рубля 72 копейки. Указанная сумма среднего заработка подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Согласно ч. 9 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку судом установлена незаконность увольнения, существенные нарушения трудового законодательства со стороны ответчика, повлекшие нарушение трудовых прав истца, с учетом требований разумности и справедливости, характера причиненных нравственных страданий, характера нарушения трудовых прав истца, лишения возможности трудиться, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд учитывает, что заявляя компенсацию в размере 50 000 рублей, истец не указывает на наличие тяжких неблагоприятных последствий в связи с действиями ответчика, никак не обосновывает ни в исковом заявлении, ни в пояснениях в судебном заседании заявленный размер.

Таким образом, размер компенсации, определяемой судом как соразмерной нарушению трудовых прав истца, составляет 25000 рублей. Указанная сумма подлежит взысканию с ответчика.

Истцом заявлено о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 84950 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в п. 1Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), главой 10 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ), главой 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

Следовательно определяющим является доказанный факт несения расходов.

Таких доказательств материалы дела не содержат, истцом не представлены ни договор об оказании юридических услуг, ни платежные документы.

Указанное исключает возможность возмещения судебных расходов за счет ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации ***) к обществу с ограниченной ответственностью «Реал Электро» (ИНН <***>) о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ об увольнении ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации ***) от 12 ноября 2024 года.

Восстановить ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации ***) в должности менеджера по развитию бренда в подразделение ОП ЕКБ на ФИО7 общества с ограниченной ответственностью «Реал Электро» (ИНН <***>) с 13 ноября 2024 года.

Решение о восстановлении на службе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Реал Электро» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации ***) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 13 ноября по 16 декабря 2024 года в размере 75132 рубля 72 копейки, компенсацию морального вреда в размере 25000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г.Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья А.В. Войт