Председательствующий Сивец О.Г.
УИД № 19RS0004-01-2022-001266-75
Дело № 33-1720/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:
председательствующего Морозовой В.Н.,
судей Прониной А.В., Хлыстак Е.В.,
при ведении протокола помощником судьи Топоевой Е.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании 6 июля 2023 года гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Челябжилкомхоз» ФИО1 на решение Аскизского районного суда Республики Хакасия от 2 февраля 2023 года, которым частично удовлетворены исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Челябжилкомхоз» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение.
Заслушав доклад судьи Хлыстак Е.В., объяснения представителя ответчика ФИО1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя истцов ФИО5, выразившей согласие с решением суда, заключение прокурора Тулиной О.Е., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Челябжилкомхоз» (далее – ООО «Челябжилкомхоз») о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение. Требования мотивировали тем, что ФИО6, приходящийся истцам супругом и отцом, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «Челябжилкомхоз» машинистом экскаватора. ДД.ММ.ГГГГ на карьере «Кораблик», расположенном в 500 метрах в северо-восточном направлении от д. <адрес> <адрес>, произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО6 погиб. Согласно заключению государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Республике Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ, причинами, вызвавшими несчастный случай, явились: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в слабом контроле со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы; недостатки в организации, проведении и подготовке работников по охране труда, проведении инструктажа по охране труда. Ссылаясь на то, что смерть родного человека явилась для истцов тяжелым и необратимым событием, повлекшим глубокие страдания и переживания, с учетом уточнения исковых требований просили взыскать с ООО «Челябжилкомхоз» компенсацию морального вреда в пользу ФИО2, ФИО3 по 1 000 000 руб., в пользу ФИО4 100 000 руб., а также в пользу ФИО2 расходы на погребение в размере 147 837 руб.
Определениями суда от 14.09.2022, от 10.11.2022, от 12.01.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Государственная инспекция труда в Республике Хакасия, Государственная инспекция труда в Челябинской области, общество с ограниченной ответственностью «Стройбест», Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Хакасия.
В судебном заседании истец ФИО2, представитель истцов ФИО5 настаивали на удовлетворении исковых требований.
Дело на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) рассмотрено в отсутствие истцов ФИО3, ФИО4, представителей ответчика, третьих лиц.
Суд постановил решение о частичном удовлетворении исковых требований. Взыскал с ООО «Челябжилкомхоз» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы на погребение в размере 46 973 руб., в пользу ФИО4, ФИО3 - компенсацию морального вреда по 100 000 руб. В удовлетворении остальной части иска отказал.
С решением не согласна представитель ответчика ФИО1
В апелляционной жалобе она просит его отменить, принять по делу новое решение. В обоснование своих доводов указывает, что судом в решении не приведены конкретные обстоятельства, повлиявшие на размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу ФИО2, не приведены выводы относительно степени вины работодателя, тогда как в актах о расследовании несчастного случая на производстве комиссией не установлено, что ответчик виновен в данном несчастном случае. Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, управляя источником повышенной опасности, в процессе управления экскаватором по собственной невнимательности и халатности произвел недопустимый подрыв слоя ПГС под гусеницы ходовой части экскаватора, в результате чего при повороте установки произошло быстрое сползание экскаватора под воду. Полагает, что присужденный размер компенсации морального вреда чрезмерно завышен, значительно превышает взыскиваемый размер компенсации морального вреда по аналогичным спорам.
В письменных возражениях относительно апелляционной жалобы прокурор Аскизского района Солдатов Н.Н. и представитель истца ФИО2 – ФИО5 выражают согласие с решением суда.
Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО6, приходящийся истцу ФИО2 супругом, истцам ФИО3 и ФИО4 – отцом, о чем представлены свидетельство о смерти, свидетельство о заключении брака, свидетельства о рождении (т. 1 л.д. 6 – 9).
Из рапорта об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, составленного старшим следователем СО по Аскизскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 00 минут в СО по Аскизскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия от оперативного дежурного ДЧ ОМВД России по Аскизскому району поступило сообщение о том, что на карьере «Кораблик», расположенном в 500 метрах в северо-восточном направлении от <адрес> <адрес>, в кабине экскаватора, который упал при выполнении работ в наполненный водой карьер, обнаружен труп ФИО6, без видимых признаков насильственной смерти (т. 2 л.д. 201).
Согласно заключению эксперта (экспертиза трупа) от ДД.ММ.ГГГГ №, смерть ФИО8 наступила от <данные изъяты> (т. 1 л.д. 31).
Постановлением следователя Усть-Абаканского межрайонного следственного отдела ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по факту нарушения правил охраны труда директора ООО «Челябжилкомхоз» ФИО10 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ (т. 3 л.д. 167 - 171).
В рамках проведения доследственной проверки старшим следователем СО по Аскизскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия дано поручение подчиненным руководителю Государственной инспекции труда в Республике Хакасия сотрудникам провести проверку по факту смерти при выполнении работ в ООО «Челябжилкомхоз» машиниста экскаватора ФИО6 (т. 2 л.д. 227).
Из заключения государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Республике Хакасия по факту несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО6, машинистом экскаватора ООО «Челябжилкомхоз», следует, что данный несчастный случай подлежит квалификации, как связанный с производством, причинами, вызвавшими несчастный случай, являются: неудовлетворительная организация производства работ, выразившая в слабом контроле со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы (нарушены ст.ст. 22, 212 ТК РФ); недостатки в организации, проведении и подготовке работников по охране труда, непроведение инструктажей по охране труда (нарушены ст.ст. 212, 225 ТК РФ). Ответственным лицом за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, является ФИО10 – директор (т. 1 л.д. 67 – 71).
Решением Аскизского районного суда Республики Хакасия от 24.02.2022, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия от 16.06.2022, установлен факт трудовых отношений, возникших между работодателем ООО «Челябжилкомхоз» и работником ФИО6, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в должности машиниста экскаватора (т. 1 л.д. 12-22, 23-30).
Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции, установив, что ответчиком ООО «Челябжилкомхоз» работнику ФИО6 не были обеспечены условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения исковых требований, взыскав с ответчика в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы на погребение в размере 46 973 руб., в пользу ФИО4, ФИО3 компенсацию морального вреда по 100 000 руб.
Решение суда в части взыскания с ООО «Челябжилкомхоз» в пользу ФИО2 расходов на погребение, в пользу ФИО4, ФИО3 компенсации морального вреда сторонами не обжалуется, в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ судебной коллегией не проверяется.
Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с размером взысканной в пользу истца ФИО2 компенсации морального вреда.
Оценивая данные доводы, судебная коллегия приходит к следующему.
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации (далее – ТК РФ) введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абзацев 4 и 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).
В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В ТК РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 12 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 смертью мужа, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами права, исходя из того, что жизнь и здоровье человека представляют наивысшую ценность, приняв во внимание фактические обстоятельства наступления смерти ФИО6 (несчастный случай на производстве (<данные изъяты>)), индивидуальные особенности истца, ее возраст (на момент смерти супруга 55 лет), длительность совместного проживания с ФИО6 (в браке 36 лет), нарушение существующих семейных связей, лишение истца помощи супруга, изменение привычного образа жизни, степень, характер и глубину нравственных страданий и переживаний, ухудшение состояние здоровья ввиду глубоких нравственных страданий, поведение работодателя, оказавшего истцу добровольную материальную помощь в размере 128 000 руб., оспаривание ответчиком на протяжении длительного периода времени факта наличия трудовых отношений с ФИО6, а также требования разумности и справедливости, взыскал с ООО «Челябжилкомхоз» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.
Судебная коллегия полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда в полной мере отвечает требованиям п. 2 ст. 1101 ГК РФ, соответствует принципам разумности, справедливости и тем нравственным страданиям, которые претерпевала истец в связи со смертью близкого человека (супруга) вследствие несчастного случая на производстве, произошедшего по причине необеспечения ответчиком работнику условий труда, отвечающих требованиям охраны труда и безопасности. Истец потеряла супруга, что, безусловно, свидетельствует о претерпевании ею нравственных страданий в связи с безвозвратной потерей близкого человека. На момент гибели супруга истцу было 55 лет, в браке они прожили совместно 36 лет.
Принимая во внимание вышеизложенное, обстоятельства несчастного случая, степень вины работодателя, оснований для изменения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не находит.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом правильно применены нормы материального права, установлены обстоятельства, подтверждающие факт причинения истцу нравственных страданий, учтены критерии определения размера компенсации морального вреда, перечисленные в ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ, приведены конкретные обстоятельства, повлиявшие на размер подлежащей взысканию в пользу ФИО2 компенсации морального вреда.
Доводы апелляционной жалобы о том, что съезд экскаватора под воду произошел вследствие невнимательности и халатности работника ФИО6, судебной коллегией подлежат отклонению, поскольку из установленных судом обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств следует, что работодатель ООО «Челябжилкомхоз», допустив работника к работе с источником повышенной опасности, инструктаж по охране труда не провел, надлежащий контроль за ходом выполнения работ на карьере по выемке песчано-гравийной смеси не обеспечил.
Ссылка в жалобе на судебную практику по аналогичным спорам не свидетельствует о нарушении судом единообразия в толковании и применении норм материального права с учетом конкретных обстоятельств спора, так как обстоятельства по каждому конкретному спору устанавливаются непосредственно при рассмотрении дела, и решение принимается судом в соответствии с представленными доказательствами с учетом норм права, регулирующих спорные правоотношения.
В целом доводы апелляционной жалобы выводов суда не опровергают, не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, направлены на иное толкование закона, на иную оценку доказательств и обстоятельств дела, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами ст.ст. 12, 56 и 67 ГПК РФ.
Руководствуясь ст.ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
Решение Аскизского районного суда Республики Хакасия от 2 февраля 2023 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Челябжилкомхоз» ФИО1 – без удовлетворения.
Председательствующий В.Н. Морозова
Судьи А.В. ФИО7 Хлыстак
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.07.2023