УИД 22RS0061-01-2025-000423-41
Гр. дело № 2-291/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
с. Ельцовка 03 октября 2025 года
Целинный районный суд Алтайского края в составе
председательствующего судьи Каниной А.А.,
при секретаре Клестер Т.А.,
с участием истца ФИО4,
ответчика ФИО7,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением (с учетом его уточнения) к ФИО3, в котором просил признать сведения, размещенные ответчиком в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» в социальной сети «Одноклассники» в группе «<адрес>» в отношении истца порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию; возложить на ответчика обязанность опровергнуть сведения, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию, размещенные в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» в социальной сети «Одноклассники» в группе «<адрес>» опубликовав сведения о вынесенном решении суда, а также взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.
В обоснование заявленных требований истец ФИО1 указал, что <дата> в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» в социальной сети «Одноклассники» в группе «<адрес>» в 17:15, 17:31, 17:32 по местному времени были опубликованы высказывания ответчика, в которых автор написал об истце сведения, не соответствующие действительности.
В публикации от <дата> в 17:15: «...в это самое время в приемном покое лучшей в крае больнице от инфаркта умирал и умер молодой мужчина из ФИО11. А тот человек, который мог и должен был спасти его, стоя на трибуне, под аплодисменты, обольщал своей ложью депутатов присутствующих...», истец отмечает, что ФИО3 не высказывал оценочное мнение, а именно констатировал конкретный факт, тем самым обвинив истца в бездействии.
Аналогичные утвердительные высказывания, по мнению истца, содержатся в опубликованном посте в 17:31: «..Итог. Пока ФИО1 со Старовойтовой рассказывали, какая у нас прекрасная медицина, как много они делают для людей, за это время один молодой мужчина ушел из жизни...», в посте в 17:32: «...Но помните, что и с вами может быть так. А оно так и будет...».
Истец указывает, что является руководителем КГБУЗ «<адрес> больница <адрес>», с <дата> исполнял обязанности главного врача на основании приказа Министерства здравоохранения <адрес> от <дата>, а с <дата> приказом Министерства здравоохранения <адрес> назначен на должность главного врача. В его функциональные обязанности непосредственно входит управление медицинской организацией, управление ресурсами медицинской организации, взаимодействие с другими организациями, организация деятельности медицинской организации, менеджмент качества и безопасности медицинской деятельности в медицинской организации, стратегическое планирование, обеспечение развития медицинской организации, оказание медицинской помощи в экстренной форме. Действительно, <дата> в 12 часов 43 минуты в КГБУЗ «<адрес> больница <адрес>» бригадой СМП КГБУЗ «Целинная ЦРБ» был доставлен гражданин ФИО2, <дата> года рождения, с предварительным диагнозом «Острая алкогольная интоксикация», но на момент доставки в медицинское учреждение он уже умер.
На момент поступления в больницу умершего гражданина ФИО1 находился на сессии <адрес> Совета депутатов с докладом по вопросу «О состоянии здравоохранения в <адрес> в 2024 году и перспективах на 2025 год» и физически не мог провести какие-либо реанимационные действия уже умершему гражданину. Смерть ФИО2 наступила в результате несчастного случая, не связанного с производством, в результате отравления окисью углерода.
Следовательно, по мнению истца, высказывания гражданина ФИО3 о том, что во время доклада истца на сессии в больнице умирал и умер от инфаркта молодой мужчина из <адрес> не соответствуют действительности, умаляют честь, достоинство и деловую репутацию истца.
Истец также указывает, что позже, <дата> в 22:42, в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» в социальной сети «Одноклассники» в группе «<адрес>» гражданином ФИО3 был опубликован пост (текстовое сообщение): «...Друзья, деятельность Старовойтовой и ФИО1 привели к потере собственной службы скорой медицинской помощи. Как итог, мы уже, к великому сожалению, теряем людей...», что также является утверждением, что деятельность истца привела <адрес> к потере собственной службы скорой медицинской помощи, которое не соответствует действительности.
Решение о передаче скорой медицинской помощи было принято Министерством здравоохранения <адрес> согласно приказу от <дата> <номер>. Во исполнение указанного приказа КГБУЗ «<адрес> больница <адрес>» исключило из структуры отделение скорой медицинской помощи и передало материальные ценности в КГБУЗ «Целинная ЦРБ» в срок до <дата>.
Министерство здравоохранения <адрес> является для КГБУЗ «<адрес> больница <адрес>» учредителем, в том числе, контролирующим и надзорным органом, следовательно, ФИО1, являясь руководителем больницы, не может препятствовать исполнению распоряжений и приказов министерства.
ФИО1 полагает, что указанные выше высказывания ответчика носят заведомо ложный характер, факты, на которых он акцентировал свое внимание при опубликовании текстовых сообщений, не имели места в реальности, являются порочащими, негативным образом сказываются на деловой репутации, нарушая предоставленные истцу Конституцией РФ право на честь и доброе имя, право на деловую репутацию, а также право на достоинство личности.
Более того, высказывания ФИО3 носят публичный характер, поскольку опубликованы с использованием информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» в социальной сети «Одноклассники» в группе «<адрес>», что стало известным неопределенному кругу лиц.
Распространением порочащих сведений ответчик причинил истцу нравственные страдания (моральный вред), который он оценивает в 100 000 рублей.
В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в заявлении. Дополнил, что авторитет врача устанавливается годами, на его счету много спасенных жизней, он никогда не отказывает в помощи пациентам. Своим авторитетом он дорожит. Распространением сведений нанесен ущерб его деловой репутации как врача. Указанные в постах факты не соответствуют действительности. В штате КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» находится более 5 врачей разных специальностей, которые могут оказать экстренную помощь поступающим пациентам. В момент поступления ФИО2 в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» его принимал врач соответствующего профиля. С учетом численности населения Министерством здравоохранения было принято решения о присоединении СМП ЦРБ <адрес> к Целинной ЦРБ. Участвуя на сессии депутатов, истец подготовил доклад, с которым выступал, по каким основаниям ответчик решил, что он обольщал ложью присутствующих, ему не известно.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что в социальной сети он изложил свое заключение относительно организации медицинской помощи на территории <адрес>. Повестка заседания совета депутатов была опубликована в интернете. О том, что во время выступления ФИО1 на сессии депутатов умер человек в приемном покое КГБУЗ «ЦРБ <адрес>», ему стало известно со слов фельдшера Свидетель №3 Также, со слов, ему стало известно, что в это время ФИО1 звонили и сообщали о поступлении пациента. Изложенные им факты соответствуют действительности. Поскольку истец сопровождает экстренных больных, а также, поскольку каждый врач может оказывать экстренную медицинскую помощь, им был сделан вывод о том, что именно ФИО1 мог и должен был оказать первую помощь пациенту. Указывает, что в соответствии приказом Минздрава России от <дата> N 388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи» решение о госпитализации принимает главный врач. Высказывание о том, что на территории <адрес> оказывается некачественная и несвоевременная медицинская помощь это его субъективное мнение. Вопрос об организации скорой медицинской помощи поднимался и ранее в публикациях районной газеты. Закрытие отделения скорой медицинской помощи, как указано в ответе заместителя министра здравоохранения, вынужденная мера, связанная с отсутствием кадров. Отсутствие соответствующих кадров – это недоработка главного врача. Публикацией данной статьи он отстаивал свое право на надлежащую медицинскую помощь. Полагает, что его публикации соответствуют требованиям Конституции Российской Федерации, которая гарантирует каждому право на свободу мысли и слова. Требования о компенсации морального вреда, были заявлены истцом с целью получения обогащения, сумма морального вреда, предъявленного к взысканию, не разумна и не обоснована.
Изучив материалы дела, выслушав стороны, свидетелей, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.
Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Пунктом 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.
Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Правила пунктов 1 - 9 настоящей статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности (пункт 10 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во времени, к которому относятся оспариваемые сведения.
Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
Как указано в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абзац первый).
В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (абзац третий).
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 является главным врачом Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «<адрес> больница <адрес>» (приказ Министерства здравоохранения <адрес> <номер>-к/р от <дата>, приказ Министерства здравоохранения <адрес> <номер>-к/р от <дата>).
Также судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО3 является пользователем социальной сети "Одноклассники", функционирующей в сети "Интернет", в которой имеется группа «<адрес>», целью создания которой является обсуждение вопросов жизнедеятельности района.
Принцип взаимодействия пользователей группы «<адрес>» заключается в публикации в группе текстовых и графических сообщений ("постов") различного содержания, к которым другие пользователи, имеющие личные аккаунты, имеют возможность оставлять текстовые комментарии, доступные для ознакомления, как самому автору сообщения, так и другим пользователям группы.
<дата> в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в социальной сети «Одноклассники» в группе «<адрес>» ответчиком ФИО3 были размещены текстовые сообщения следующего содержания:
«Хлопаете,.. ..! А вы знаете, что когда вы хлопали и восхищались докладами Старовойтовой и ФИО1 о том какая у нас хорошая медицина. Какой у нас прекрасный главный врач, прекрасный реаниматолог, сколько он спас людей. В это самое время в приемном покое лучшей в крае больнице от инфаркта, умирал и умер молодой мужчина из ФИО11. А тот человек, который мог и должен был спасти его, стоя на трибуне, под аплодисменты, обольщал своей ложью депутатов и присутствующих. По сути он бросил умирающего? Хочется спросить наших защитников-депутатов. Особенно депутатов от ФИО11: ФИО8 и ФИО9. Вы понимаете, что по факту хлопали смерти своего земляка? У вас все в порядке?»;
«Итог. Пока ФИО1 со Старовойтовой рассказывали какая у нас прекрасная медицина, как много они делают для людей, за это время один молодой мужчина ушел из жизни, а тяжелобольная женщина и инфарктом сперва в пределах часа сидела на кушетке в поликлинике, а затем неизвестно сколько ждала ФИО1, когда он госпитализирует ее в городскую больницу.»;
«Друзья, деятельность Старовойтовой и ФИО1 привели район к потери собственной службы скорой медицинской помощи. Как итог, мы уже к великому сожалению теряем людей. А риск жизни каждого жителя района только увеличился. И вопрос не к качеству работы скорой помощи <адрес>. Главный врач Целинной ЦРБ итак делает практически невозможное. Закрывает два района. Но такие понятия как расстояние, транспортная составляющая, погодные условия никто не отменял. Не от хорошей жизни раньше в каждую ЦРБ обязательно входила служба скорой помощи. Да и теперь в нормальных районах эта служба есть. Есть, только не в Ельцовке. Здесь глава района и главный врач "скинули" с себя эти обязанности (зато зарплату с себя не скинули). И то, что жизнь людей стала подвергаться дополнительному риску их похоже не интересует. (судя по их отчету). Пока в Ельцовской ЦРБ не будет своей службы скорой помощи, проблему решенной назвать нельзя. Меня могут спросить: " а что ты предлагаешь"? А почему я должен что-то предлагать? Я плачу налоги и зарплату тем, кто должен предлагать и решать проблемы.»
Распространение данных сведений подтверждается скриншотами страниц. Ответчиком распространение данных сведений не оспаривалось, в связи с чем, суд признает доказанным факт их распространения в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в социальной сети «Одноклассники» в группе «<адрес>».
ФИО1 обращался в правоохранительные органы с заявлением о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности за клевету. Постановлением УУП ПП по <адрес> МО МВД России «Целинный» от <дата> отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 128.1 УК РФ, на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
В своих пояснениях, данных в ходе судебного разбирательства, ответчик указал, что данные сведения отражают его субъективное мнение по поводу некачественного и несвоевременного оказания медицинской помощи жителям <адрес>. Главный врач КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» является руководителем медицинского учреждения, в его обязанности входит надлежащая организация работы медицинской службы в районе, а также оказание экстренной медицинской помощи больным. В связи с чем, на основании публикаций других граждан о ненадлежащей организации работы медицинской службы в районе, а также на основании пояснений других лиц, им был сделан вывод о том, что именно действия ФИО1 привели к потере собственной СМП, а также к несвоевременному оказанию помощи больному, и, как следствие, к его смерти. А также указал, что сведения о смерти больного в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» ему стали известны со слов фельдшера Свидетель №3
Ответчик ФИО3 также не отрицал, что в опубликованном посте содержатся сведения об истце ФИО1
Анализируя содержание вышеуказанных текстов, суд приходит к выводу о том, что информация, выраженная в форме утверждения о фактах, которые можно проверить на соответствие действительности, содержится в следующих высказываниях:
«В это самое время в приемном покое лучшей в крае больнице от инфаркта, умирал и умер молодой мужчина из ФИО11. А тот человек, который мог и должен был спасти его, стоя на трибуне, под аплодисменты, обольщал своей ложью депутатов и присутствующих.»
«Друзья, деятельность Старовойтовой и ФИО1 привели район к потери собственной службы скорой медицинской помощи. Как итог, мы уже к великому сожалению теряем людей.»
Довод ответчика о том, что указанные фразы являются его субъективным мнением и не несут в себе какую-либо эмоциональную окраску, противоречит действительности, поскольку данные выражения представляют собой негативные сведения, которые сами по себе содержат отрицательные характеристики и при толковании выражения в целом имеют порочащий честь и достоинство главного врача медицинского учреждения.
Довод о том, что достоверность утверждения «В это самое время в приемном покое лучшей в крае больнице от инфаркта, умирал и умер молодой мужчина из ФИО11. А тот человек, который мог и должен был спасти его, стоя на трибуне, под аплодисменты, обольщал своей ложью депутатов и присутствующих.» подтверждается медицинскими документами, сведениями из правоохранительных органов, опровергается материалами дела.
Так, <дата> ФИО1 действительно выступал на 14 сессии <адрес> Совета депутатов с докладом «О состоянии здравоохранения в <адрес> в 2024 году и перспективах на 2025 год». Доказательств тому, что в указанное время ФИО1 сообщал сведения не соответствующие действительности ответчиком не представлено.
Также из материалов дела следует, что <дата> следует, что в 11:13 минут гражданину ФИО2 была вызвана скорая медицинская помощь, в 12:43 минуты он был доставлен в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>», что подтверждается картой вызова скорой медицинской помощи.
Из письменных пояснений Свидетель №1, представленных в настоящее судебное заседание, а также данных в рамках проверки по заявлению ФИО1 о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности, следует, что именно она, как врач терапевт, осуществляла прием больного, о котором идет речь в публикациях ФИО3 Больной был доставлен в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» без видимых признаков жизни, далее была проведена сердечно-легочная реанимация, констатирована смерть.
Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании пояснила, работает врачом терапевтом в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>», в медицинском учреждении всем пациентам своевременно оказывается медицинская помощь. Больная ФИО10, о которой также идет речь в постах ФИО3, получала медицинскую помощь в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>», по полученным рекомендациям была вывезена в кардиоцентр, была благодарна за оказанную помощь.
Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании пояснила, что работает фельдшером в КГБУЗ «Целинная ЦРБ». Примерно в марте 2025 года доставила в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» <адрес> больного в бессознательном состоянии, передала врачу Свидетель №1 Больному оказывалась помощь, больной был ещё живой.
Медицинским свидетельством о смерти серии 01 <номер> от <дата> подтверждается, что смерть ФИО2 наступила в другом месте ввиду отравления окисью углерода.
Вместе с тем, согласно штатному расписанию в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» осуществляют трудовую деятельность, в том числе: главный врач, врачи взрослой поликлиники: врач-терапевт участковый, врач стоматолог, врач ультразвуковой диагностики, врач-хирург, врач-акушер-гинеколог, а также средний медицинский персонал.
Из информации, представленной КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» по запросу суда <номер> от <дата>, следует, что в указанном медицинском учреждении, согласно лицензии, отсутствует приемный покой. Имеется противошоковая палата, где оказывается медицинская помощь: в дневное время, врачами терапевтом, хирургом, врачом-акушером-гинекологом, педиатром; в ночное время и выходные дни – дежурным врачом. При необходимости вызывается профильный врач.
Таким образом, каких либо нарушений, некачественного оказания медицинской помощи при поступлении <дата> пациента в КГБУЗ «ЦРБ <адрес>» не установлено.
Довод о том, что достоверность выражения: «Друзья, деятельность Старовойтовой и ФИО1 привели район к потери собственной службы скорой медицинской помощи. Как итог, мы уже к великому сожалению теряем людей.» подтверждается ответом заместителя министра здравоохранения <адрес> ФИО5, основан формальном подходе к анализу данной информации.
Так, согласно приказу Министерства здравоохранения <адрес> <номер> от <дата> с целью повышения доступности скорой медицинской помощи в Целинном и <адрес>х из структуры КГБУЗ «ЦРБ <адрес> исключено отделение скорой медицинской помощи, организация оказания скорой медицинской помощи на территории <адрес> возложена КГБУЗ «Целинная ЦРБ».
Сведений о том, что кто-либо из жителей района, а также родственников ФИО2 обращался в вышестоящую инстанцию, либо в суд за защитой своих прав по поводу некачественного оказания медицинской помощи, не представлено. Какие-либо решения, свидетельствующие о некачественном оказании медицинской, о ненадлежащей работе медицинской службы на территории <адрес>, отсутствуют.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что высказывания: «В это самое время в приемном покое лучшей в крае больнице от инфаркта, умирал и умер молодой мужчина из ФИО11. А тот человек, который мог и должен был спасти его, стоя на трибуне, под аплодисменты, обольщал своей ложью депутатов и присутствующих.»; «Друзья, деятельность Старовойтовой и ФИО1 привели район к потери собственной службы скорой медицинской помощи. Как итог, мы уже к великому сожалению теряем людей.» нельзя признать личным мнением ответчика, они безусловно являются утверждением о фактах, ответчиком не представлены доказательств соответствия действительности утверждений.
Текст, опубликованный ФИО3, превышает пределы критической оценки деятельности истца, содержит отрицательную характеристику главного врача, направлен на формирование у аудитории негативного отношения и недоверия к специалисту.
Изложенные обстоятельства позволяют суду прийти к выводу о том, что распространение ответчиком ФИО6 в социальной сети "Одноклассники", функционирующей в сети "Интернет", в которой имеется группа «<адрес>» сведений об истце ФИО1, содержащиеся в следующих высказываниях: «В это самое время в приемном покое лучшей в крае больнице от инфаркта, умирал и умер молодой мужчина из ФИО11. А тот человек, который мог и должен был спасти его, стоя на трибуне, под аплодисменты, обольщал своей ложью депутатов и присутствующих.»; «Друзья, деятельность Старовойтовой и ФИО1 привели район к потери собственной службы скорой медицинской помощи. Как итог, мы уже к великому сожалению теряем людей.» не соответствуют действительности, порочат честь, достоинство ФИО1.
Ответчик, публикуя свой пост в телекоммуникационной сети Интернет, осознавал, что оспариваемые фразы сформируют негативное и искаженное представление об истце, контекст высказываний по своей смысловой нагрузке относится непосредственно к истцу и носит явный негативный характер в форме утверждений о фактах, которых не имело место быть, унижает честь и достоинство истца, выходит за пределы добросовестной реализации права на свободное выражение собственного мнения, а также содержит негативные выводы о личности.
Кроме того суд полагает необходимым отметить, что главный врач медицинского учреждения для целей рассмотрения иска о защите чести и достоинства не считается публичной фигурой, в отношении которой рамки допустимой критики шире, чем в отношении иных граждан.
Абзац 10 ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.
В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" судам необходимо отграничивать дела о защите чести, достоинства и деловой репутации (ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации) от дел о защите других нематериальных благ, перечисленных в ст. 150 этого Кодекса, нарушенных в связи с распространением о гражданине сведений, неприкосновенность которых специально охраняется Конституцией Российской Федерации и законами, и распространение которых может причинить моральный вред даже в случае, когда эти сведения соответствуют действительности и не порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца. При разрешении споров, возникших в связи с распространением информации о частной жизни гражданина, необходимо учитывать, что в случае, когда имело место распространение без согласия истца или его законных представителей соответствующих действительности сведений о его частной жизни, на ответчика может быть возложена обязанность компенсировать моральный вред, причиненный распространением такой информации (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.
Поскольку судом установлено, что имело место распространение сведений порочащих чести и достоинство истца и действия ответчика привели к нарушению нематериальных благ истца, суд полагает необходимым удовлетворить заявленные требования о компенсации морального вреда.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Определение размера компенсации морального вреда отнесено законом к компетенции суда, рассматривающего дело по существу, который на основании исследования обстоятельств дела и собранных доказательств определяет ее размер, в том числе, с учетом требований разумности и справедливости.
С учетом установленных обстоятельств, принимая во внимание принцип разумности и справедливости; конкретные обстоятельства дела; характер сообщенных сведений с учетом значительной аудитории их распространения в сети Интернет; степень вины ответчика, а также объем нравственных страданий, которые претерпел истец; суд полагает, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 8 000 рублей.
Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
Таким образом, в пользу истца подлежат возмещению ответчиком судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 3000 рублей.
Учитывая вышеизложенное, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО3 удовлетворить частично.
Признать несоответствующими действительности, порочащими честь и достоинство ФИО1 утверждения о фактах, распространенных ФИО3 в социальной сети "Одноклассники", функционирующей в сети "Интернет", в группе «<адрес>», содержащиеся в следующих высказываниях: «В это самое время в приемном покое лучшей в крае больнице от инфаркта, умирал и умер молодой мужчина из ФИО11. А тот человек, который мог и должен был спасти его, стоя на трибуне, под аплодисменты, обольщал своей ложью депутатов и присутствующих.»; «Друзья, деятельность Старовойтовой и ФИО1 привели район к потери собственной службы скорой медицинской помощи. Как итог, мы уже к великому сожалению теряем людей.».
Возложить на ФИО3 обязанность разместить опровержение высказываний: «В это самое время в приемном покое лучшей в крае больнице от инфаркта, умирал и умер молодой мужчина из ФИО11. А тот человек, который мог и должен был спасти его, стоя на трибуне, под аплодисменты, обольщал своей ложью депутатов и присутствующих.»; «Друзья, деятельность Старовойтовой и ФИО1 привели район к потери собственной службы скорой медицинской помощи. Как итог, мы уже к великому сожалению теряем людей.», опубликовав в социальной сети "Одноклассники", функционирующей в сети "Интернет", в группе «<адрес>» сведения о вынесенном судом решении.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Целинный районный суд Алтайского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья _______________________ А.А. Канина
Мотивированное решение изготовлено 03 октября 2025 года.
Судья _______________________ А.А. Канина