Судья 1-й инстанции: Федорова Е.В. №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 06 октября 2023 года

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Зиновьевой Н.В.,

при ведении протокола помощником судьи Ермохиной Ю.В.,

с участием прокурора Пилипенко Н.А.

адвоката Артемьевой С.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Артемьевой С.И. на постановление Шкотовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ,

- продлен срок содержания под стражей на 01 месяц 00 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ (как указано в постановлении суда).

Заслушав доклад председательствующего, выступление адвоката Артемьевой С.И., настаивающей на отмене постановления суда по доводам жалобы, мнение прокурора Пилипенко Н.А., полагавшего постановление суда законным и обоснованным, апелляционный суд

установил:

В производстве следственного отдела по <адрес> СУ СК РФ по <адрес>, находится уголовное дело, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан по данному делу в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ, в отношении него судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой впоследствии был продлен до ДД.ММ.ГГГГ включительно.

До истечения указанного срока следователь обратился в суд с ходатайством о продлении ФИО1 срока содержания под стражей еще на 1 месяц, т.е. по ДД.ММ.ГГГГ включительно, которое судом рассмотрено и удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО5 считает постановление незаконным, а выводы суда – не основанными на материалах дела. Ссылаясь на отдельные положения ст.ст. 97, 99 УПК РФ, Пленума ВС РФ «О мерах пресечения…» и цитируя их содержание, полагает, что в судебном заседании следователь не представил доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 может совершить действия, указанные в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, а основанием для продления срока содержания под стражей явилась только тяжесть предъявленного ему обвинения, что не соответствует требованиям закона. Суд не дал надлежащей оценки личности обвиняемого, который не судим, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, по месту жительства и работы характеризуется положительно, не имеет недвижимого имущества за пределами <адрес> и РФ, заграничного паспорта, при этом в его собственности находится квартира, расположенная в <адрес>, в которой он мог бы находиться под домашним арестом, ранее обвиняемый попыток воспрепятствовать производству по делу не предпринимал и не намерен этого делать в дальнейшем, а кроме того, ДД.ММ.ГГГГ он был уволен со службы. Также обращает внимание на состояние здоровья ФИО1, отягощенное хроническими заболеваниями и указывает, что он нуждается в медицинской помощи. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы и выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены постановления суда.

В соответствии с ч. 2 ст. 109, ч. 1 ст. 110 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном частью третьей статьи 108 настоящего Кодекса, на срок до 6 месяцев; мера пресечения отменяется или изменяется, когда в ней отпадает необходимость или когда изменяются основания избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ.

Эти требования закона судом соблюдены.

Принимая решение о продлении срока содержания ФИО1 под стражей, суд первой инстанции строго руководствовался нормами ст.ст. 99, 108-110 УПК РФ и учитывал, что срок содержания обвиняемого под стражей истекает ДД.ММ.ГГГГ, закончить предварительное следствие до указанного срока не представляется возможным, а основания, по которым мера пресечения в отношении ФИО1 была избрана и продлена, не потеряли своей актуальности.

В частности, суд верно учел, что до настоящего времени остались неизменными такие обстоятельства, послужившие основанием для избрания ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, как тяжесть и характер инкриминируемого ему должностного коррупционного преступления, возможность назначения за его совершение наказания в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет; тот факт, что по подозрению в совершении указанного преступления ФИО1 был задержан только в результате проведенных в отношении него оперативных мероприятий, его задержание проведено в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 91 УПК РФ, т.е. в связи с тем, что очевидцы указали на него как на совершившее преступление; до настоящего времени расследование по уголовному делу не завершено, продолжается активный сбор доказательств, направленный на установление истины по делу.

Изложенные обстоятельства в совокупности с фактическими обстоятельствами расследуемого уголовного дела и иными данными о личности обвиняемого (холост, не трудоустроен), позволили суду придти к выводу о том, что ходатайство следователя является обоснованным, и что, находясь на свободе, ФИО1 может скрыться от следствия и суда и воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Оснований для того, чтобы давать иную оценку тем фактическим обстоятельствам, которыми суд первой инстанции руководствовался при принятии указанного решения, суд апелляционной инстанции не находит.

Изложенные в постановлении суда выводы, вопреки доводам защитника, являются убедительными, они в достаточной мере подтверждены представленными материалами, и основаны не только на тяжести преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, но и на имеющихся в распоряжении суда данных о его личности, возрасте, состоянии здоровья и других обстоятельствах, указанных в ч. 1 ст. 99 УПК РФ.

Мнение защитника о необходимости доказательственного подтверждения выводов суда о том, что обвиняемый может скрыться и тем самым воспрепятствовать производству по делу, основано на произвольном толковании норм уголовно-процессуального закона, который таких требований не содержит.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», о том, что лицо может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

ФИО1 обвиняется в совершении умышленного тяжкого коррупционного преступления, за которое уголовный закон предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 3 до 8 лет, а потому выводы суда о наличии оснований полагать, что он может скрыться от следствия и суда и тем самым воспрепятствовать производству по делу, являются обоснованными.

При этом, вопреки мнению защитника, отсутствие у ФИО1 заграничного паспорта, а также недвижимости за пределами РФ и <адрес>, не свидетельствует об отсутствии у него возможности скрыться от следствия и суда.

Доводы защиты о наличии у ФИО1 социальных связей (родители, несовершеннолетний ребенок) и его положительной характеристики по месту службы, были известны суду и обсуждались при принятии решения. С учетом фактических обстоятельств расследуемого преступления, которое по версии следствия непосредственно связано со служебной деятельностью ФИО1, его характера и тяжести, суд обоснованно счел эти доводы неубедительными и недостаточными для принятия решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя.

Наличие у ФИО1 в собственности квартиры в <адрес>, в которой он мог бы находиться под домашним арестом, также не свидетельствует о незаконности решения суда, поскольку уголовно-процессуальное законодательство не связывает с наличием у обвиняемого жилья, наступление обязательных правовых последствий в виде отказа суда от избрания и продления ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

Доводы адвоката о наличии у ФИО1 хронических заболеваний (гипертония, гепатит), также были известны суду. Между тем, документального подтверждения тому, что по характеру имеющихся заболеваний обвиняемый не может содержаться в условиях следственного изолятора, суду представлено не было, а из исследованной судом справки из ФКУ МСЧ МВД России от ДД.ММ.ГГГГ прямо следовало, что заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, обвиняемый не имеет.

Установленный судом срок действия меры пресечения в отношении ФИО1 – до ДД.ММ.ГГГГ (или до ДД.ММ.ГГГГ включительно), соответствует ходатайству следователя и находится в пределах срока предварительного следствия, продленного до той же даты (всего до 4 месяцев).

Высказанные защитником в суде апелляционной инстанции доводы об отсутствии фактической и правовой сложности расследуемого уголовного дела не свидетельствуют о незаконности решения суда, поскольку указанные обстоятельства имеют значение и подлежат судебной проверке только при принятии решения о продлении срока содержания под стражей свыше 6 месяцев (ч. 2 ст. 109 УПК РФ).

Таким образом, по существу решение суда о необходимости дальнейшего содержания ФИО1 под стражей является законным, обоснованным и мотивированным, оснований для его отмены, равно как и для изменения обвиняемому меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей, не установлено.

Вместе с тем, обжалуемое постановление суда подлежит изменению в связи с тем, что в нарушение разъяснений, данных в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», суд в резолютивной части постановления не указал продолжительность общего периода содержания ФИО1 под стражей.

Выполняя вышеуказанные требования, апелляционный суд считает необходимым дополнить резолютивную часть постановления, указав в ней продолжительность общего срока содержания ФИО1 под стражей, которая, исходя из даты его задержания – ДД.ММ.ГГГГ, и даты окончания действия меры пресечения – до ДД.ММ.ГГГГ, составляет 03 месяца 04 суток.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, апелляционный суд,

постановил:

Постановление Шкотовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1 - изменить: дополнить резолютивную часть постановления указанием на то, что срок содержания обвиняемого под стражей продлен всего до 03 месяцев 04 суток.

В остальной части это постановление - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течении шести месяцев со дня его вынесения, а обвиняемым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии данного постановления, при этом обвиняемый также вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Зиновьева Н.В.