<*****>
Дело №2-193/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г.Вилюйск 07 декабря 2022 года
Вилюйский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Даниловой А.М., при секретаре Спиридонове А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» к ФИО1 об освобождении страховщика от обязательства по осуществлению страховой выплаты,
установил:
АО «СОГАЗ» обратилось в суд с иском к ответчику об освобождении страховщика от обязательства по осуществлению страховой выплаты. В обоснование иска указано, что ответчик обратился к ним с заявлением о страховой выплате в связи со смертью застрахованного лица – сына <*****>., наступившей в период прохождения службы в органах внутренних дел. На основании Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» жизнь и здоровье сотрудника полиции <*****>. подлежали обязательному государственному страхованию за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета в АО «СОГАЗ». Смерть <*****>. наступила от механической асфиксии при суициде через повешение. При судебно-химической экспертизе образца крови от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 1,63 г/дм3, что по усредненным данным, у живых лиц соответствует средней степени алкогольного опьянения. По причине отсутствия признаков насильственной смерти криминального характера в возбуждении уголовного дела было отказано. Считают, что смерть <*****> находится в прямой причинно-следственной связи с состоянием алкогольного опьянения, что явилось мощным фактором, спровоцировавшим суицид. Согласно абз.3 ст.10 Федерального закона от 28.03.1998 №52-ФЗ о страховании страховщик освобождается от выплаты страховой суммы по обязательному государственному страхованию, если страховой случай находится в установленной судом прямой причинной связи с алкогольным, наркотическим или токсическим опьянением застрахованного лица. Просят установить причинно-следственную связь между наступлением смерти <*****> и его нахождением в состоянии алкогольного опьянения, освободить от выплаты страхового возмещения.
Представители истца в судебное заседание не явились, имеется ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие их представителей.
Ответчик ФИО1, извещенный о времени и месте судебного заседания, не явился. В соответствии со ст.113 ГПК РФ извещен судебной повесткой, телефонограммой. Ответчик сообщил о своем нежелании участвовать в судебном заседании. На основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие.
Суд, изучив материалы дела, приходит к следующему.
В соответствии со ст.935 ГК РФ законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать жизнь, здоровье или имущество других определенных в законе лиц на случай причинения вреда их жизни, здоровью или имуществу.
Согласно ст.969 ГК РФ в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий, которое осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям). Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями.
В силу ст.43 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» жизнь и здоровье сотрудника полиции подлежат обязательному государственному страхованию за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета на соответствующий год.
Обязательное государственное страхование жизни и здоровья сотрудника полиции осуществляется на условиях и в порядке, установленных Федеральным законом от 28.03.1998 №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №52-ФЗ).
В статье 4 Федерального закона №52-ФЗ приведены страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, в том числе гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.
Из материалов дела следует, что 22 декабря 2021 года Министерством внутренних дел Российской Федерации (страхователь) и АО «Страховое общество газовой промышленности» (страховщик) заключен государственный контракт на оказание услуг по осуществлению обязательного государственного страхования жизни и здоровья сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации №*****.
Предметом контракта является страхование в 2022-2023 годах жизни и здоровья застрахованных лиц, указанных в п.2.1 Контракта, – лица рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации. Объектом обязательного государственного страхования являются жизни и здоровье застрахованных лиц.
По условиям государственного контракта гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации является страховым случаем (пп.а п.3.1 Контракта).
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что <*****>, принят на службу в <*****> в должности <*****>.
<*****> в период прохождения службы <*****>. умер, о чем имеется свидетельство о смерти в материалах дела.
21 января 2022 года начальником ОМВД России по <*****> <*****> издан приказ №*****л/с, по которому прекращена служба в органах внутренних дел в связи со смертью <*****>, он исключен из реестра сотрудников.
Из заключения эксперта №***** от 26 января 2022 года следует, что смерть <*****>. наступила от механической асфиксии, развившейся в результате сдавления органов шеи петлей при повешении. При судебно-химической экспертизе представленного образца крови от трупа <*****>. обнаружен этиловый спирт в концентрации 1,63 г/дм3 в образце крови, что по усредненным данным, как правило, у живых лиц соответствует средней степени алкогольного опьянения.
Постановлением следователя Вилюйского МСО СУ СК России по Республике Саха (Якутия) <*****>. от 08 февраля 2022 года в возбуждении уголовного дела по факту обнаружения трупа <*****> отказано, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч.1 ст.110 УК РФ.
Согласно заключению служебной проверки, утвержденной министром внутренних дел по Республике Саха (Якутия) <*****>. <*****>, смерть <*****> наступила в результате суицида, не при выполнении им служебных обязанностей, в период прохождения службы в органах внутренних дел.
06 марта 2022 года МВД по Республике Саха (Якутия) направило в АО «СОГАЗ» документы по факту смерти <*****> для решения вопроса о выплате страховой суммы по заявлению отца умершего ФИО1, который является единственным выгодоприобретателем.
Обращаясь в суд с иском, АО «СОГАЗ» ссылается на ст.10 Федерального закона №52-ФЗ, где указано, что страховщик освобождается от выплаты страховой суммы по обязательному государственному страхованию, если страховой случай находится в установленной судом прямой причинной связи с алкогольным, наркотическим или токсическим опьянением застрахованного лица.
При этом, согласно ст.10 Федерального закона №52-ФЗ, страховщик не освобождается от выплаты страховой суммы в случае смерти застрахованного лица, если смерть последнего наступила вследствие самоубийства, независимо от срока нахождения застрахованного лица на военной службе, службе, военных сборах.
Аналогичные положения приведены в разделе 8 Государственного контракта №*****, заключенного МВД России и АО «СОГАЗ».
Поскольку вопрос об установлении причинно-следственной связи между наступлением смерти застрахованного лица и его нахождением в состоянии алкогольного опьянения требует специальных познаний, ДД.ММ.ГГГГ на основании ст.79 ГПК РФ судом была назначена посмертная судебно-психологическая экспертиза в отношении <*****>
В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Страховщик, заявляя требование об установлении причинно-следственной связи между наступлением смерти <*****>. и нахождением его в состоянии алкогольного опьянения, просит освободить его от страховой выплаты. Таким образом, бремя доказывания данного обстоятельства законом возложена на истца.
Запрос с предложением на основании ч.2 ст.79 ГПК РФ представить суду вопросы, подлежащие разрешению при проведении экспертизы, направлены истцу посредством электронной почты. Между тем, вопросы для постановки эксперту для проведения экспертизы от сторон не поступили.
Для направления дела на экспертизу в ОМВД России по Вилюйскому району было истребовано личное дело <*****>., в предоставлении которого было отказано, т.к. в личном деле сотрудника имеется гриф ограничения доступа к документам «Для служебного пользования».
31 августа 2022 года на основании ст.85 ГПК РФ экспертом были истребованы дополнительные материалы для производства экспертизы в виде информации об особенностях психического развития <*****> родительского воспитания, взаимоотношений в семье, эмоционального переживания в связи с гибелью матери, информации о ситуациях, связанных с употреблением алкоголя, интересах, хобби, увлечений, которая может содержаться в показаниях близких родственников, друзей, знакомых, коллег, характеристик с места учеба, дневниках, рисунках и т.п.
Во исполнение запроса эксперта судом указанные сведения были истребованы по месту работы в ОМВД России по Вилюйскому району, у бывших коллег по месту работы в ОМВД России по <*****>, запрошены сведения об учебных заведениях, где обучался умерший, также сведения были истребованы у отца умершего ответчика ФИО1
Полученная судом дополнительная информация была направлена эксперту.
Согласно заключению эксперта №***** от ДД.ММ.ГГГГ ответить на вопрос, существует ли причинно-следственная связь между нахождением <*****>. в состоянии алкогольного опьянения и наступлением смерти в виде самоубийства, не представилось возможным по причине недостаточности предоставленных эксперту материалов.
В соответствии с ч.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и подлежит оценке судом по правилам ст.67 ГПК РФ, поскольку является одним из доказательств и не имеет для суда заранее установленной силы. Заключение эксперта подлежит оценке в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами.
Так, из психологического анализа материалов дела следует, что <*****> обладает средним уровнем эмоциональной устойчивости, склонен к переживанию чувства вины, обидчив. Склонен глубоко длительно испытывать негативные эмоциональные состояния. В поведении вспыльчив, раздражителен, склонен попадать в конфликтные ситуации. Легко устанавливает социальные контакты. Конфликтные ситуации пытался сглаживать. Самооценка адекватная, уверен в себе. Немногословен, скрытный.
Из психологического анализа свидетельских показаний по месту работы следует, что в профессиональной деятельности <*****>. был спокойным, неконфликтным, уважительно относился к старшим сослуживцам, конфликтов среди сослуживцев не было, в обращении с гражданами, коллегами вежлив, тактичен.
Из психологического анализа свидетельских показаний об отношениях в семье следует, что отношения <*****>. с отцом были хорошие, отец помогал сыну советами, подэкспертный тяжело переживал смерть матери, но в последнее время ее не вспоминал.
Как указано экспертом, произвести анализ особенностей поведения и динамики психического состояния <*****> в период, предшествующий смерти, невозможно по причине отсутствия в представленных материалах сведений об актуальном состоянии потерпевшего в период, предшествовавший самоубийству.
Согласно исследованию, друзья умершего <*****>. указали, что у <*****>. было много друзей, спиртные напитки употреблял в меру, поведение и настроение от выпитого не менялось, агрессии или подавленности не высказывалось. В свободное время занимался спортом, увлекался компьютерными играми, суицидальных мыслей не высказывал. В любовных отношениях не состоял, взаимоотношения с отцом были хорошие, про работу рассказывал только положительное, врагов и недоброжелателей не имел. В последнее время вел себя как обычно, на жизнь не жаловался. Друзья любили и уважали его.
Психологический анализ свидетельских показаний друзей и коллег показал, что поведение <*****> в день смерти ничем не отличалось от обычного. <*****>. смеялся, улыбался, ничего странного в поведении не было. Сходил на работу, вечером смотрел телевизор, играл в компьютер, затем пошел гулять с друзьями. В ходе общения между ними произошла ссора, которая была улажена. Вскоре <*****> ушел домой.
Психологический анализ особенностей поведения и динамики психического состояния <*****>., связь между ссорой друзей, невозможностью их помирить и алкогольным опьянениям <*****>. установить невозможно, т.к. отсутствуют данные о периоде, предшествовавшему самоубийству.
Суд находит, что выводы эксперта, изложенные в исследовательской части экспертизы, основаны на анализе всех представленных на экспертизу материалов, которые стороны и суд имели возможность представить в рамках данного дела. Между тем, несмотря на представленные материалы, эксперт не смог установить причинно-следственную связь между смертью <*****>. и его нахождением в состоянии алкогольного опьянения.
При этом в исследовательской части заключения дан психологический анализ эксперта всем представленным материалам. По мнению суда, выводы эксперта согласуются с другими доказательствами по делу. Доказательств, опровергающих выводы эксперта, в нарушение ст.56 ГПК РФ, истцом не представлено. Оснований для назначения дополнительной или повторной экспертизы, с учетом конкретных обстоятельств дела, у суда не имелось по причине отсутствия каких-либо дополнительных материалов, которые могли бы быть представлены эксперту.
Оценив заключение эксперта по правилам ст.67 ГПК РФ с другими доказательствами по делу, как по отдельности, так и в их совокупности, суд пришел к убеждению, что наличие причинно-следственной связи между наступлением смерти <*****> и его нахождением в состоянии алкогольного опьянения не усматривается и не подтверждается исследованными материалами дела.
К такому выводу суд пришел из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которые признаны судом относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения данного дела.
Так, судом установлено, что <*****>., работая в органах внутренних дел, зарекомендовал себя с положительной стороны. При поступлении ВВК признан годным по состоянию здоровья. Признаков дезадаптации не имел. По результатам комплексного обследования профессиональной психологической пригодности факторы риска девиантного поведения у <*****>. выявлены не были. Нервно-психические, тяжелые соматические заболевания, признаки болезненного пристрастия к алкоголю и другим психоактивным веществам в анамнезе отсутствуют. В группу повышенного психолого-педагогического внимания не входил.
С учетом фактических обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что наличие этилового спирта в образце крови трупа <*****> само по себе не свидетельствует о том, что самоубийство было спровоцировано состоянием алкогольного опьянения.
Вопреки доводам истца, нахождение застрахованного лица в состоянии алкогольного опьянения не является основанием для освобождения от страховой выплаты по договору обязательного государственного страхования, поскольку не влияет на квалификацию произошедшего события как страхового случая.
В нарушение требований ст.55, 56, 57 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств в подтверждение того, смерть <*****>. находится в прямой причинно-следственной связи с состоянием алкогольного опьянения.
При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что смерть <*****> наступила в период прохождения службы в органах внутренних дел, что в соответствии с Федеральным законом №52-ФЗ является страховым случаем, оснований для удовлетворения исковых требований и освобождения страховщика от обязательства по страховой выплате у суда не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,
решил:
В удовлетворении искового заявления Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» к ФИО1 об освобождении страховщика от обязательства по осуществлению страховой выплаты отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Саха (Якутия) через Вилюйский районный суд Республики Саха (Якутия) в течение одного месяца со дня изготовления в мотивированном виде.
Судья А.М. Данилова