Решение по делу № 2-3346/2024 от 20.02.2025

Дело № 2-337/2025 УИД: 78RS0007-01-2024-014316-63

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Санкт-Петербург 20 февраля 2025 года

Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Пиотковской В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Войтович Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО12 к Непубличному Акционерному обществу «СВЕЗА Усть-Ижора» о взыскании денежной компенсации в связи с несвоевременной выплатой работнику причитающихся сумм,

УСТАНОВИЛ:

ФИО12 обратилась в Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга с исковым заявлением к Непубличному Акционерному обществу «СВЕЗА Усть-Ижора» (далее – НАО «СВЕЗА Усть-Ижора») и просила суд взыскать с ответчика в свою пользу денежную компенсацию в размере 102 400 руб. 15 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. 00 коп. (л.д.2-4 т.1).

Уточнив заявленные исковые требования в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец просил суд взыскать с ответчика в свою пользу денежную компенсацию, начисленную за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, в размере 102 437 руб. 25 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. 00 коп. (л.д.153 т. 1).

В обоснование заявленных требований истцом указано на то, что решением Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ года по гражданскому делу № № ФИО12 отказано в удовлетворении иска, заявленного к НАО «СВЕЗА Усть-Ижора», о восстановлении на работе.

Между тем, апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № № решение Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ года отменено, с учетом определения от ДД.ММ.ГГГГ года об исправлении описки, судом постановлено следующее:

Решение Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ года отменить.

Признать незаконным приказ НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» № от ДД.ММ.ГГГГ года.

Восстановить ФИО12 в НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» в должности инженер-технолог в структурное подразделение Служба по технологии и качеству с ДД.ММ.ГГГГ года.

Взыскать с НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» в пользу ФИО12 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 1 983 402 руб. 60 коп., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб. 00 коп.

Взыскать с НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» в доход бюджета Санкт- Петербурга государственную пошлину в размере 18 117 руб. 00 коп.

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО12 обратилась в НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» с заявлением о восстановлении на работе и осуществлении выплаты причитающихся ей денежных средств.

Во исполнение апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № №, НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» был издан приказ без даты № № «О восстановлении на работе ФИО12», в пункте 4 которого было указано на необходимость обеспечения выплаты работнику среднего заработка за время вынужденного прогула.

Фактически присужденные судом суммы были выплачены ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ года в общей сумме 2 003 402 руб. 00 коп., путем перечисления денежных средств на счет ФИО12

В связи с тем, что судебный акт не был исполнен в установленный законом срок, виновными действиями ответчика была допущена просрочка выплаты причитающихся ФИО12 по решению суда денежных средств, истец просит суд взыскать с НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» денежную компенсацию, предусмотренную статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, в размере 100 437 руб. 25 коп.

Дополнительно ФИО12 просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. 00 коп.

Истец ФИО12 в суд не явилась, извещена надлежащим образом, реализовав процессуальное право, предусмотренное статьей 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доверила ведение дела представителю – ФИО49 (доверенность – л.д.50-53 т.1), который, в свою очередь, в суд явился, заявленные исковые требования с учетом уточнения в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поддержал, настаивал на принятии судом решения об удовлетворении требований, заявленных ФИО12

Представитель ответчика НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» в суд не явился, извещен надлежащим образом, к судебному заседанию, назначенному на ДД.ММ.ГГГГ года, представил в адрес суда ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (л.д.163-167 т.1).

Ранее представитель ответчика НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» принимал личное участие при рассмотрении настоящего гражданского дела, возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на доводы, приведенные в письменных возражениях относительно существа заявленных ФИО12 требований (л.д.66-91, 168-173 т. 1).

Уточненное исковое заявление ФИО12 было получено НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» ДД.ММ.ГГГГ года, о чем свидетельствует штамп входящий № № от ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.152 т.1)

В силу части 2.1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в указанный в части третьей настоящей статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Информация о дате, времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела в соответствии с частью 2.1. статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктом «в» пункта 2 части 1 статьи 14 Федерального закона от 22.12.2008 года N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" заблаговременно размещена на официальном сайте Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (http://klp.spb.sudrf.ru/).

В связи с чем, учитывая положения статей 2, 48, 113, 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом их надлежащего извещения о дате, времени и месте проведения судебного заседания.

Суд, исследовав материалы дела, проанализировав и оценив собранные по делу доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, учитывая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, оценив доводы лиц, участвующих в деле, с учетом фактических обстоятельств дела, приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела:

Решением Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ года по гражданскому делу № № ФИО12 отказано в удовлетворении иска, заявленного к НАО «СВЕЗА Усть-Ижора», о восстановлении на работе (л.д.133-134 т.1).

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № № решение Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ года отменено, с учетом определения от ДД.ММ.ГГГГ года об исправлении описки, судом постановлено следующее (л.д.135-143 т.1):

Решение Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ года отменить.

Признать незаконным приказ НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» № от ДД.ММ.ГГГГ года.

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года оставлено без изменения, кассационная жалоба НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» без удовлетворения (л.д.144-149).

В силу части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Из толкования нормы части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что преюдиция распространяется на содержащуюся в судебном акте, вступившем в законную силу, констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу. Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Отнесение тех или иных обстоятельств к преюдициально установленным означает запрет заново устанавливать, оспаривать или опровергать те же обстоятельства в целях замены ранее сделанных выводов на противоположные. Преюдициально установленные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь, не могут быть повторно исследованы и пересмотрены судом. Преюдиция распространяется на установление судом тех или иных обстоятельств, содержащихся в судебном акте, вступившем в законную силу, если последние имеют правовое значение и сами по себе могут рассматриваться как факт, входивший в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

Разъяснения аналогичного содержания нашли свое отражение в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении".

Таким образом, приведенные судебные акты имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, обстоятельства, установленные ими, обязательны для суда при разрешении настоящего спора, они не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего дела.

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО12 обратилась в НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» с заявлением, в котором, ссылаясь на апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № №, просила, в том числе, восстановить ее на работе, произвести выплату денежных сумм, присужденных указанным судебным актом в ее пользу, ФИО12 приложила к указанному заявлению реквизиты банковской карты (л.д.11 т. 1).

Во исполнение апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № № НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» издан приказ о восстановлении ФИО12 на работе № № (л.д.10 т. 1).

В соответствии с данным приказом, в том числе, отменен приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником № № от ДД.ММ.ГГГГ года; ФИО12 допущена к исполнению трудовых обязанностей после прохождения периодического медицинского осмотра по должности инженер-технолог с окладом в размере 56 500 руб. 00 коп. и персональной надбавкой 14 795 руб. 00 коп.; специализированной организации, осуществляющей функции кадрового администрирования в соответствии с договором возмездного оказания услуг, ООО «Северсталь-ЦЕС» обеспечить выплату среднего заработка за время вынужденного прогула ФИО12 в размере, определённом апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № № (л.д.10 т. 1).

Операции по перечислению НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» денежных средств на счет ФИО12 совершены ДД.ММ.ГГГГ года, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями № № от ДД.ММ.ГГГГ года на сумму 1 983 402 руб. 60 коп. (л.д.83), № № от ДД.ММ.ГГГГ года на сумму 20 000 руб. 00 коп. (л.д.84).

Таким образом, как указывал истец, выплата причитающихся работнику денежных сумм была осуществлена работодателем с задержкой, в связи с чем, ФИО12 вправе претендовать на компенсацию, предусмотренную статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации. Кроме того, в связи с нарушением прав работника, ФИО12 также вправе претендовать на компенсацию морального вреда.

Представитель ответчика НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» в ходе рассмотрения дела возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на отсутствие вины работодателя, отсутствие умысла с его стороны на допущение факта нарушения права ФИО12 на своевременное получение причитающихся ей денежных сумм, поскольку копия апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № № была направлена в адрес сторон ДД.ММ.ГГГГ года, ДД.ММ.ГГГГ года ФИО12 выдан исполнительный лист <данные изъяты> по делу и передан на исполнение судебным приставам, ДД.ММ.ГГГГ года копия судебного акта получена ответчиком, ДД.ММ.ГГГГ года оригинал исполнительного листа ФИО12 передан НАО «СВЕЗА Усть-Ижора», ДД.ММ.ГГГГ года судебный акт исполнен в полном объеме, денежные средства перечислены ФИО12

Таким образом, как указывал представитель НАО «СВЕЗА Усть-Ижора», ответчик исполнил судебный акт добровольно, без применения принудительных мер взыскания, срок для исполнения судебного акта нарушен не был.

Кроме того, представитель НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» ссылался на то, что поведение истца свидетельствует о его недобросовестности и нежеланию к разумному разрешению спора, о намерении затянуть исполнение судебного акта с целью извлечении материальной выгоды, в том числе, путем подачи иска о взыскании компенсации, предусмотренной статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе, по причине обхода истцом достигнутой между сторонами устной договоренности по вопросу выплаты НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» денежных средств по апелляционному определению Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № №.

Оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО12 по праву являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме, при этом суд руководствуется следующим.

Согласно части 1 статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами.

Правила материальной ответственности работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, содержатся в статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно Конституции Российской Федерации в России охраняются труд и здоровье людей, гарантируются защита достоинства граждан и уважение человека труда (статья 7, часть 2; статья 75.1); Российская Федерация уважает труд граждан и обеспечивает защиту их прав (статья 75, часть 5).

Учитывая, что возможность собственным трудом обеспечить себе и своим близким средства к существованию представляет собой естественное благо, без которого утрачивают значение многие другие блага и ценности, Конституция Российской Федерации предусматривает в числе основных прав и свобод человека, неотчуждаемых и принадлежащих каждому, свободу труда, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, который должен быть не менее величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (статья 17, часть 2; статья 37, части 1 и 3; статья 75, часть 5).

Поскольку для большинства работников заработная плата является основным (а зачастую и единственным) источником дохода, постольку увольнение работника без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения не только влечет за собой незаконное лишение работника возможности трудиться и получать за свой труд справедливую заработную плату, но и приводит к снижению уровня материального обеспечения работника и членов его семьи, тем самым умаляя право указанных лиц на достойное существование и посягая на само их достоинство. Вместе с тем достоинство личности, равно как и уважение человека труда, составляет основу прав и свобод человека, гражданина и работника и одновременно выступает в качестве необходимого условия существования и соблюдения этих прав и свобод, охраняется и защищается государством, и ничто не может быть основанием для его умаления (статья 21, часть 1; статья 75.1 Конституции Российской Федерации) (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2023 года N 16-П).

Соответственно, в свете конституционных предписаний об обязанности государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, гарантировать защиту достоинства граждан и уважение человека труда (статьи 2 и 75.1 Конституции Российской Федерации) правовые нормы, регулирующие отношения по разрешению трудовых споров об увольнении и, в частности, устанавливающие последствия признания увольнения незаконным, должны учитывать необходимость восстановления в полном объеме нарушенных вследствие незаконного увольнения права работника на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, и права на справедливую заработную плату (абзацы второй и седьмой статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации) и тем самым обеспечивать защиту гарантированных работнику статьей 37 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации прав, беспрепятственная реализация которых является необходимым условием достойного человека существования для самого работника и его семьи.

В свою очередь, восстановление указанных прав работника в полном объеме должно предполагать обеспечение ему возможности как выполнять прежнюю работу (при наличии у него соответствующего волеизъявления), так и получить в полном размере возмещение заработка, который он мог и должен был получить за исполнение своих трудовых обязанностей в силу трудового договора, однако вследствие незаконного увольнения (т.е. по вине работодателя) был произвольно лишен такой возможности (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 2024 года N 2-О).

Иное не согласовывалось бы с конституционными предписаниями о защите достоинства граждан, уважении труда граждан и человека труда (статья 37, часть 1; статья 75, часть 5; статья 75.1 Конституции Российской Федерации), а также с принципом добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств.

Сообразно упомянутым конституционным предписаниям и основанным на них приведенным правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации Трудовой кодекс Российской Федерации устанавливает, что в случае признания увольнения незаконным работник, по общему правилу, должен быть восстановлен на прежней работе судом, при этом суд принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула (абзац второй части второй статьи 391, части первая и вторая статьи 394).

Вместе с тем в случае, когда решение суда о выплате работнику среднего заработка за время вынужденного прогула, а равно и компенсации морального вреда не исполняется работодателем, работник продолжает претерпевать негативные последствия своего незаконного увольнения, поскольку, даже будучи восстановленным на прежней работе, он по-прежнему остается в положении незаконно лишенного причитающихся ему денежных средств, необходимых для поддержания достойного уровня жизни как его самого, так и членов его семьи. Указанные последствия по своему характеру аналогичны последствиям задержки работодателем начисленной, но фактически не выплаченной заработной платы и (или) иных выплат, причитающихся работнику, притом, что такая задержка является основанием для применения компенсационного механизма, установленного статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, и взыскания с работодателя предусмотренных данным законоположением процентов (денежной компенсации).

В силу этого восстановленный на прежней работе работник, в пользу которого судом вынесено решение о выплате среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, также нуждается в применении охранительных мер, обеспечивающих восстановление целостности его имущественной сферы. Причем такого рода меры должны применяться независимо от того, возбуждено ли исполнительное производство о взыскании в пользу работника указанных выплат.

Следовательно, защита нарушенных вследствие незаконного увольнения права работника на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, и права на справедливую заработную плату не должна исключать и применение к работодателю, не исполняющему судебное постановление о взыскании в пользу работника среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, мер материально-правовой ответственности, с тем, чтобы компенсировать негативные последствия такого нарушения в виде лишения работника и членов его семьи необходимых денежных средств (возможности своевременно воспользоваться этими денежными средствами).

Иное не только необоснованно ограничивало бы право работника на эффективную судебную защиту (статья 45, часть 1; статья 46, часть 1; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), но и не согласовывалось бы с принципами верховенства права и справедливости (преамбула; статья 4, часть 2, Конституции Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации уже отмечал, что незаконным увольнением и вызванным им вынужденным прогулом на период разрешения спора о восстановлении на работе не только нарушается право работника зарабатывать себе на жизнь трудом, который он ранее свободно выбрал, но и снижается уровень его защиты от безработицы. Исходя из этого оплата вынужденного прогула может трактоваться именно как компенсация упущенной заработной платы, полагающейся за работу, которая могла быть выполнена работником, но не была им выполнена вследствие его незаконного увольнения по вине работодателя, установленной судом или иным компетентным органом (Постановление от 27 января 1993 года N 1-П).

Тем самым оплата вынужденного прогула, не являясь в буквальном смысле оплатой затраченного работником труда, представляет собой выплату, имеющую признаки возмещения вреда, который был причинен работнику лишением его вследствие незаконного увольнения возможности трудиться и получать за свой труд заработную плату. При этом вред, причиненный незаконным увольнением, может включать в том числе и моральный вред, который также подлежит возмещению путем выплаты соответствующей компенсации.

Вместе с тем как средний заработок за время вынужденного прогула, подлежащий уплате работодателем в пользу незаконно уволенного и впоследствии восстановленного на прежней работе работника, так и компенсация причиненного таким увольнением морального вреда относятся к выплатам, полагающимся работнику на основании судебного решения в силу нарушения именно трудовых прав работника, что сущностно сближает отношения, возникающие в связи с выплатой соответствующих денежных сумм, с урегулированными нормами именно трудового законодательства отношениями, которые относятся к категории непосредственно связанных с трудовыми и возникают по поводу защиты прав работника, вытекающих также из трудовых отношений.

На обеспечение же защиты собственно трудовых прав работников, нарушенных задержкой выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, а равно выплатой их не в полном размере, направлено правовое регулирование, установленное статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 февраля 2008 года N 74-О-О, от 27 января 2011 года N 15-О-О, от 25 мая 2017 года N 1098-О, от 27 февраля 2018 года N 352-О, от 25 июня 2019 года N 1735-О, от 24 декабря 2020 года N 3013-О, от 24 февраля 2022 года N 287-О и др.).

Применительно к сфере действия статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации в современных условиях необходимо также учитывать правовые позиции, содержащиеся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2023 года N 16-П, которым часть первая указанной статьи была признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 55 (часть 3) и 75.1, в той мере, в какой по смыслу, придаваемому ей судебным толкованием, данная норма не обеспечивает взыскания с работодателя процентов (денежной компенсации) в случае, когда полагающиеся работнику выплаты - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта и трудового договора, - не были начислены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение с исчислением размера таких процентов (денежной компенсации) из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении. При этом данным Постановлением было установлено, что впредь до внесения изменений в правовое регулирование предусмотренные частью первой статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация) подлежат взысканию с работодателя и в том случае, когда причитающиеся работнику выплаты не были ему начислены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение; размер указанных процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении, по день фактического расчета включительно.

Во исполнение названного Постановления был принят Федеральный закон от 30 января 2024 года N 3-ФЗ (вступил в силу также с 30 января 2024 года), которым часть первая статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации была изложена в новой редакции, предусматривающей, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно; при неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Тем самым как временное правовое регулирование, установленное Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2023 года N 16-П и действовавшее до вступления в силу Федерального закона от 30 января 2024 года N 3-ФЗ, так и действующее законодательное регулирование предполагают, что предусмотренные частью первой статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация) начисляются в том числе на все полагающиеся работнику выплаты, которые - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора, - не были ему своевременно начислены работодателем.

Сказанное не вступает в противоречие и с выраженной до принятия Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2023 года N 16-П правовой позицией, содержащейся в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2022 года N 287-О, согласно которой применение к среднему заработку за время вынужденного прогула, взысканному в пользу работника по судебному решению, компенсационного механизма, предусмотренного статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации для случаев задержки выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, требовало внесения изменений в действующее правовое регулирование, поскольку такие изменения, по существу, были внесены в соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2023 года N 16-П, которым положению части первой названной статьи было придано новое конституционное содержание, позволяющее распространить сформулированный в данном Постановлении подход и на отношения, связанные с оплатой вынужденного прогула (постановление Конституционного Суда РФ от 04 апреля 2024 г. N 15-П).

В силу части 5 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Вопреки доводам представителя ответчика, положения Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" определяет условия и порядок принудительного исполнения судебных актов, в случае, когда сторона, на которую судом была возложена какая-либо обязанность, уклоняется от ее исполнения в пользу кредитора в добровольном порядке.

Право ФИО12 на выплату заработной платы за время вынужденного прогула в размере 1 983 402 руб. 60 коп., а также компенсации морального вреда в размере 20 000 руб. 00 коп., установлены апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № №, вступившим в законную силу в день его вынесения – ДД.ММ.ГГГГ года.

В связи с чем, с ДД.ММ.ГГГГ года указанный судебный акт подлежал исполнению НАО «СВЕЗА Усть-Ижора», что не связано с правом взыскателя, в данном случае – ФИО12, получить исполнительный документ и предъявить его в службу судебных приставов для принудительного исполнения требований судебного акта.

Вступившим в законную силу судебным актом, содержащим выводы по существу дела, ликвидируется спор и отношениям участников этого спора придается правовая определенность, при это представитель ответчика НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» в рамках настоящего дела пояснил суду, что он присутствовал в Санкт-Петербургском городском суде при оглашении резолютивной части апелляционного определения от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № №, как следствие, знал о сути принятого судебного акта и размерах взысканных сумм непосредственно в день оглашения его резолютивной части.

Между тем, апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу № № в части выплаты работнику причитающихся сумм было исполнено ответчиком ДД.ММ.ГГГГ года, в связи с чем, доводы представителя ответчика о своевременном исполнении указанного судебного акта отклоняются судом как несостоятельные.

Согласно представленному в материалы дела расчету (в уточненном исковом заявлении – л.д. 152 т. 1), истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию, предусмотренную статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, начисленную за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, в размере 100 437 руб. 25 коп.

Из системного толкования 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктом 4 части 2 статьи 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что выбор способа защиты нарушенного права и, соответственно, определение предмета иска, принадлежит лицу, обратившемуся в суд за такой защитой, то есть истцу.

Истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска (часть 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное положение корреспондирует часть 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В абзаце 2 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года N 23 "О судебном решении" установлено, что выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению основания и предмета иска с целью использования более эффективного способа защиты, а также выбора иного способа защиты ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019 года)).

Таким образом, приведенные нормы действующего законодательства наделяют истца исключительным правом определения способа защиты его нарушенного права, данный способ не может быть изменен судом по своему усмотрению.

В связи с чем, суд разрешает требования ФИО12 в пределах заявленных требований.

Приведенный истцом расчет компенсации в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 100 437 руб. 25 коп. за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года согласуется с содержанием статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Расчёт взыскиваемых денежных сумм составлен с отражением алгоритма производимых истцом арифметических операций, последовательность которых очевидна и представляет собой калькуляцию сумм задолженности с обоснованием всех исходных данных, используемых в арифметических операциях при вычислении суммы задолженности за весь спорный период.

Ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено каких-либо надлежащих доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, в опровержение правильности представленного истцом расчета.

Встречного расчета суммы денежной компенсации, предусмотренной статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчиком представлено в материалы дела не было, ее размер ответчиком в ходе рассмотрения дела не был опровергнут путем предоставления соответствующих доказательств.

В связи с чем, суд, проверив указанный расчёт и признавая, что сумма денежной компенсации рассчитана арифметически правильно, в точном соответствии с положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, полагает возможным с учётом принципа состязательности принять его в основу решения суда.

В связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года в размере 100 437 руб. 25 коп.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Одновременно с этим частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.12.2010 года N 1642-О-О особое внимание обращено на то, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Суд, являющийся субъектом гражданского судопроизводства, активность которого в собирании доказательств ограничена, обязан создавать сторонам такие условия, которые обеспечили бы возможность реализации ими процессуальных прав и обязанностей, а при необходимости, в установленных законом случаях, использовать свои полномочия по применению соответствующих мер.

При рассмотрении настоящего гражданского дела судом были созданы достаточные условия для реализации всеми участвующими в деле лицами процессуальных прав, НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» не было неосновательно ограничено в реализации таковых.

Между тем, каких-либо доказательств в опровержение обоснованности заявленных истцом требований, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» в материалы дела представлено не было, в то время как такая необходимость неоднократно разъяснялась судом.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Факт нарушения НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» трудовых прав истца, вследствие неисполнения обязанности по своевременной и в полном объеме выплате причитающихся работнику денежных сумм, установлен судом в ходе рассмотрения настоящего дела, в связи с чем, суд, руководствуясь статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости, период задержки выплаты причитающихся ФИО12 денежных сумм, в связи с чем, приходит к выводу о том, что заявленная к взысканию сумма отвечает принципам разумности и справедливости, оснований для снижения ее размера суд не усматривает.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

В случае несоблюдения приведенных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Доводы представителя ответчика НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» о злоупотреблении правом со стороны истца, суд признает несостоятельными, поскольку ответчиком не представлено доказательств, а судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны истца.

В силу части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий.

Таким образом, поскольку ФИО12 была освобождена от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика НАО «СВЕЗА Усть-Ижора» в доход бюджета города Санкт-Петербурга с учетом объёма удовлетворенных требований подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 509 руб. 00 коп., исходя из следующего расчета в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей до даты вступления в законную силу изменений, внесенных Федеральным законом от 08.08.2024 года N 259-ФЗ "О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах":

3 200 руб. 00 коп. + (2 % от 437 руб. 25 коп.) = 3 208 руб. 74 коп. (за требование имущественного характера) + 300 руб. 00 коп. (за требование неимущественного характера) = 3 508 руб. 74 коп.

В соответствии с пунктом 6 статьи 52 Налогового кодекса Российской Федерации, сумма налога, сбора исчисляется в полных рублях. Сумма налога менее 50 копеек отбрасывается, а сумма налога 50 копеек и более округляется до полного рубля. Сумма сбора округляется до полного рубля.

Таким образом, с учетом пункта 6 статьи 52 Налогового кодекса Российской Федерации, сумма государственной пошлины, подлежащая взысканию с ответчика в доход бюджета города Санкт-Петербурга, составляет 3 509 руб. 00 коп.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями статей 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО12 к Непубличному Акционерному обществу «СВЕЗА Усть-Ижора» о взыскании денежной компенсации в связи с несвоевременной выплатой работнику причитающихся сумм – удовлетворить.

Взыскать с Непубличного Акционерного общества «СВЕЗА Усть-Ижора» (ИНН: <***>) в пользу ФИО12 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина Российской Федерации: <данные изъяты>) денежную компенсацию в размере 100 437 руб. 25 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. 00 коп.

Взыскать с Непубличного Акционерного общества «СВЕЗА Усть-Ижора» (ИНН: <***>) в доход бюджета города Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 3 509 руб. 00 коп.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: В.А.Пиотковская

Мотивированное решение суда составлено 25 февраля 2025 года