УИД 38RS0031-01-2022-000851-93

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 октября 2022 года

г. Иркутск

Иркутский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Говоровой А.Н. при секретаре судебного заседания Нечаевой Т.Е.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2324/2022 по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 о признании недействительными сделок, применении последствий недействительности сделки, обращении взыскания на помещение,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца судебного пристава-исполнителя Правобережного отделения судебных приставов г. Иркутска Управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области ФИО7, на стороне ответчика публичного акционерного общества «Сбербанк России»,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5, ФИО6, в котором просил признать недействительными договоры купли-продажи помещения с кадастровым номером №, расположенного по адресу: ...., заключенные между ФИО4 и ФИО5, между ФИО5 и ФИО6, применить последствия недействительности сделок: признать за ФИО4 право собственности на спорное жилое помещение, обратить взыскание на жилое помещение путем продажи с публичных торгов в счет погашения задолженности ФИО4 перед ФИО1 по исполнительному производству №-ИП от **/**/****, возбужденному Правобережным ОСП г. Иркутска УФССП России по Иркутской области, взыскать с ответчиков в пользу истца понесенные судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 600 руб.

В обосновании заявленных требований истец указал, что решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от **/**/**** удовлетворены исковые требования ФИО1 к ФИО4 о расторжении договора поставки, взыскании денежных средств в размере 1 500 000 руб. и судебных расходов в размере 16 057 руб. Во исполнение данного решения суда **/**/**** выдан исполнительный лист №, на основании которого судебным приставом-исполнителем Правобережного ОСП г. Иркутска УФССП России по Иркутской области РОА **/**/**** возбуждено исполнительное производство №-ИП.

На момент возбуждения исполнительного производства в собственности ФИО4 находилось недвижимое имущество – помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: .....

ФИО4, зная, что у него имеется долг перед ФИО1, продал **/**/**** помещение ФИО5, а последний **/**/**** продал его ФИО6

По мнению истца, указанные сделки совершены ответчиками для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, с целью уклонения от обращения взыскания на данное помещение по долгам ФИО4, а потому являются ничтожными. Имеются признаки недобросовестного поведения ответчиков.

Определением суда от **/**/**** к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО2 (последний собственник спорного жилого помещения).

Определениями от **/**/**** и **/**/**** к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных возражений относительно предмета спора, привлечены судебный пристав-исполнитель, ПАО Сбербанк (залогодержатель спорного жилого помещения).

ФИО2 в письменных возражений на иск указала, что истцом пропущен годичный срок исковой давности для оспаривания сделки, который начал течь с момента государственной регистрации перехода права собственности на жилое помещение; истцом не доказан факт злоупотребления правом ответчиками, их недобросовестности; истцом избран ненадлежащий способ защиты права. По мнению ответчика, ее право собственности не оспорено, она является добросовестным приобретателем; истец не вправе заявлять виндикационный иск.

В судебное заседание ответчики, третье лица не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.

Суд на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении; представитель ответчика ФИО2 против удовлетворения иска возражал по доводам письменных возражений.

Выслушав пояснения участников процесса, изучив письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями процессуального законодательства, суд пришел к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, при квалификации сделки в качестве мнимой необходимо установить ее фиктивный характер, который заключается в отсутствие у сторон такой сделки цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

Согласно разъяснениям, данным в третьем абзаце пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно).

В соответствии со статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства предоставляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Данные положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают, что свобода определения объема своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объема предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений. При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Судом установлено, что вступившим в законную силу **/**/**** заочным решением Октябрьского районного суда г. Иркутска от **/**/**** по гражданскому делу № удовлетворен иск ФИО1 к ФИО4: расторгнут заключенный между сторонами договор поставки от **/**/****, с ФИО4 в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 1 500 000 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 16 057 руб., всего 1 516 057 руб.

Сведения о дате получения ответчиком копии заочного решения суда в определении не указаны, сторонами спора не представлены.

Согласно протоколу допроса от **/**/**** по уголовному делу № ФИО4 на дату допроса знал о наличии в отношении него заочного решения суда и намеревался его обжаловать.

Определением Октябрьского районного суда г. Иркутска от **/**/**** по делу № ФИО4 отказано в отмене заочного решения суда от 30.11.2018. Судом указано, что судебная повестка возвращена почтовым отделением связи после истечения срока хранения.

Во исполнение указанного заочного решения суда Октябрьским районным судом г. Иркутска выдан исполнительный лист № от **/**/****, на основании которого постановлением от **/**/**** судебного пристава-исполнителя Правобережного ОСП г. Иркутска УФССП России по Иркутской области возбуждено исполнительное производство № в отношении должника ФИО4 в пользу взыскателя ФИО8 с предметом исполнения: взыскание имущественного характера в размере 1 516 057 руб.

Сведения о получении ФИО4 постановления о возбуждении исполнительного производства не представлены.

По состоянию на **/**/**** в рамках данного исполнительного производства судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об обращении взыскания на денежные средства, находящихся на расчетных счетах, открытых ПАО Сбербанк, ООО «ХКФ Банк», Банк ВТБ (ПАО) на имя ФИО4; постановление от **/**/**** о запрете действий по регистрации объектов недвижимости - земельных участков с кадастровыми номерами №; постановление о временном ограничении должника в праве выезда за пределы Российской Федерации. Остаток долга по исполнительному производству составляет 1 516 057 руб.

Таким образом, постановление судебного пристава-исполнителя о запрете на регистрационные действия в отношении спорного жилого помещения не выносилось.

Из представленного Управлением Росреестра по Иркутской области сведений и реестрового дела в отношении жилого помещения (квартиры) с кадастровым номером №, расположенного по адресу: ...., следует, что право собственности на указанную квартиру зарегистрировано:

- **/**/**** за ФИО4 на основании договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от **/**/**** (цена договора 1 050 000 руб.);

- **/**/**** за ФИО5 на основании договора купли-продажи от **/**/**** (цена договора 1 000 000 руб.);

- **/**/**** за ФИО6 на основании договора купли-продажи от **/**/**** (цена договора 1 050 000 руб.);

- **/**/**** за ФИО2 на основании договора купли-продажи от **/**/**** (цена договора 3 630 000 руб.), с использованием кредитных денежных средств ПАО Сбербанк, в связи с чем **/**/**** зарегистрирована ипотека в силу закона в пользу ПАО Сбербанк.

Таким образом, право собственности должника на квартиру зарегистрировано после возбуждение исполнительного производства и наложения запрета на регистрационные действия в отношении земельных участков, запрет на регистрационные действия в отношении квартиры не выносился.

Доказательства того, что по состоянию на **/**/**** (дату заключения договора купли-продажи квартиры) ФИО4 и ФИО5 знали о наличии возбужденного в отношении ФИО4 исполнительного производства, не представлены.

Согласно части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Из материалов дела следует, что иного жилого помещения, кроме квартиры с кадастровым номером №, в собственности у ФИО4 не имелось, ФИО4 фактически проживал с семьей в указанной квартире.

Таким образом, на данное жилое помещение не могло быть обращено взыскание по исполнительному производству.

Учитывая установленный законом запрет на обращение взыскания на данное жилое помещение как единственное пригодное для постоянного проживания помещение, отсутствие доказательств наличия у должника сведений о возбужденном исполнительном производстве, суд полагает, что должник при продаже квартиры не ставил цель избежать в рамках исполнительного производства обращения взыскания на жилое помещение.

Доказательства, подтверждающие совершение ФИО4, ФИО5, ФИО6 сделок купли-продажи квартиры лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, со злоупотреблением правом не представлены.

Согласно представленным документам, переход права собственности оформлялся надлежащим образом, жилое помещение переходило во владение и пользование новых собственников, последний собственник зарегистрирован по месту жительства по адресу жилого помещения, помещение передано в залог банку. Доказательств проживания ФИО4 и его семьи в квартире после ее продажи, сохранения им права владения, пользования и распоряжения помещением не представлены.

Материалами дела подтверждены обстоятельства того, что совершенные сделки между ответчиками заключены хоть и после возбуждения исполнительного производства, однако в отсутствие наложения судебным приставом-исполнителем ареста на спорное имущество, при недоказанности наличия у ответчиков сведений об исполнительном производстве.

Из постановления от **/**/**** следователя СО-2 СУ МУ МВД России «Иркутское» капитана юстиции СЛА о приостановлении предварительного следствия следует, что ФИО4 не отрицал наличие перед ФИО1 обязательств, заявил о намерении их исполнить. В протоколе допроса от **/**/**** указано, что со слов ФИО4 ФИО1 ему не звонил.

Таким образом, доводы истца о мнимости сделки, злоупотреблении ответчиками правом документального подтверждения не имеют, носят предположительный характер.

Кроме того, ФИО1 требований к последнему собственнику жилого помещения ФИО2 не заявил, сделку с ней и ее право собственности на помещение не оспаривал.

Учитывая изложенное, оценив предоставленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд считает, что оснований для признания сделок недействительными не имеется.

В связи с отказом судом в удовлетворении иска по существу, доводы ФИО2 о пропуске истцом срока исковой давности судом не рассматриваются.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 о признании недействительными сделок, применении последствий недействительности сделки, обращении взыскания на помещение – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Иркутский районный суд Иркутской области.

Судья

А.Н. Говорова

Решение суда в окончательной форме принято 17.10.2022.