УИД: 66RS0052-01-2023-000433-35

<данные изъяты>

Гражданское дело № 2-420/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сухой Лог 04 мая 2023 года

Сухоложский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Васьковой О.Н.,

при секретаре Махневой Е.А.,

с участием:

истца – ФИО1 ФИО10,

представителя истца – ФИО2 ФИО11, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению

ФИО1 ФИО12 к ФИО3 ФИО13 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 ФИО14 обратилась с иском к ФИО3 ФИО15, просит признать недействительным договор дарения квартиры от 16.07.2021 по адресу: <адрес>, заключенный между истцом и ФИО3 ФИО16; применить последствия недействительности сделки – передать квартиру в собственность истца; взыскать с ответчика судебные расходы.

В обоснование требований указано, что ФИО1 ФИО17 являлась собственником жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Летом 2021 года к истцу пришла ответчик, спрашивала про квартиру. Потом пояснила, что надо съездить к нотариусу. Ответчик привезла истца в Сухоложский центр недвижимости, где на подпись дали какие-то документы. Ответчик показывала, где подписать и торопила. В октябре 2021 года после телефонного разговора с ФИО3 ФИО18 пошла в Сухоложский центр недвижимости, где выдали неподписанную копию договора от 16.07.2021. Считает, что была введена в заблуждение относительно содержания договора. На момент подписания договора находилась в угнетенном состоянии, дочь находилась в больнице. В действительности квартиру не передавала, истец вносит платежи за квартиру.

Ответчик ФИО3 ФИО19 представила письменные возражения (л.д.47), указала, что ФИО1 ФИО20 лично обратилась к ней с просьбой оформить на неё квартиру в июле 2021 года. При составлении дарственной был устный договор, что во избежание потери квартиры, ФИО3 ФИО21 является собственником только на бумаге. В дальнейшем был звонок, мужчина просил переписать квартиру обратно на истца, пояснила, что пока жива тетя, продажа квартиры невозможна. Корыстных целей не имеет.

Истец ФИО1 ФИО22 в судебном заседании поддержала заявленные требования в полном объеме. Указала, что с ответчиком никогда не было доверительных отношений, связь с ней не поддерживает. Дочь находилась в больнице, ФИО3 ФИО23 свозила сначала к дочери, потом почувствовала запах угара в машине, голова закружилась. Отвезли в центр недвижимости, дали какие-то документы на подпись, не видела, что подписывала. В МФЦ не ездили, отвезли домой. Не просила ответчика заключать сделку, не хотела отдавать ей квартиру. Имеются наследники, которым планирует оставить квартиру. Ответчик попыток вселиться не предпринимала.

Представитель истца ФИО2 ФИО24 поддержал заявленные требования, просил удовлетворить их в полном объеме. Пояснил, что ответчиком не принято мер по вселению, владению квартирой. Сделка совершена на будущее, против интересов наследников истца. Сделка ничтожная – мнимая, не нацеленная на правовой результат.

Ответчик ФИО3 ФИО25 в судебное заседание не явилась, извещена о дате и времени судебного заседания, об отложении судебного заседания не ходатайствовала.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав истца, его представителя, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Исполнение договора дарения предполагает передачу дарителем вещи в собственность (во владение, пользование и распоряжение) одаряемого.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Такая сделка ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1). При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункты 3, 5 пункта 2). Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).

По смыслу приведенных положений данной нормы, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен был решаться судом с учетом конкретных обстоятельств дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

При этом важное значение имеет выяснение наличия и оценка таких обстоятельств, как возраст истца, состояние здоровья, возможность истца прочитать и понять условия сделки.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании, согласно свидетельству о государственной регистрации права от 18.08.2015 ФИО1 ФИО26 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес> (л.д.13).

На основании договора дарения от 16.07.2021, заключенному между ФИО1 ФИО27 и ФИО3 ФИО28., ФИО1 ФИО29 безвозмездно передает в дар, а ФИО3 ФИО30 принимает в частную собственность недвижимое имущество – квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (л.д.11-12). Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области.

Согласно Выписке из ЕГРН ФИО3 ФИО31 является собственником спорной квартиры (л.д.48-49).

Истец является получателем страховой пенсии по старости (л.д. 19), в период с 27.05.2021 по 08.06.2021 находилась на стационарном лечении в <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты> от 25.05.2021. <данные изъяты> (л.д.20).

ФИО1 ФИО32 <данные изъяты>.

Дочь ФИО1 ФИО33 – ФИО62 является <данные изъяты> <данные изъяты> (л.д.22).

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 09.11.2021 по заявлению ФИО1 ФИО35 от 22.10.2021 с просьбой разобраться в ситуации, при которой 16.07.2021 был оформлен договор дарения квартиры на имя ФИО3 ФИО36, в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием состава преступления, рекомендовано обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства (л.д.16-18).

Как следует из представленных материалов, реальные правовые последствия, предусмотренные для договора дарения, для сторон не наступили, сделка дарения фактически носила формальный характер. В квартире по-прежнему расположены вещи истца, ФИО1 ФИО37 после совершения оспариваемой сделки осталась проживать в квартире, продолжила пользоваться, нести бремя содержания, не освободила квартиру, сохранила ключи от нее, что не оспаривалось сторонами, полномочия по распоряжению квартирой за истцом сохранены.

После совершения оспариваемой сделки каких-либо распорядительных действий в отношении квартиры ФИО3 ФИО38 совершено не было, ответчик не стал проживать в спорной квартире, не зарегистрирован в ней по месту жительства, не разместил свои вещи, зарегистрирован по адресу: <адрес> (л.д.45).

При этом сохранение за истцом права проживания в квартире после оформления договора дарения от 16.07.2021 не предусмотрено, указание ответчика о возможности проживания истца до ее смерти без ограничения во владении, сохранении единоличного владения квартирой подтверждает неисполнение договора по передаче имущества.

Указанное подтверждается показаниями свидетеля ФИО7 пояснившей, что летом 2021 года встретила ФИО3 ФИО39 с дочерью, ФИО3 ФИО40 пояснила, что планирует совершить сделку с ФИО1 ФИО41 по квартире. ФИО3 ФИО42 поясняла, что ФИО1 ФИО43 ничего не понимает, скоро умрет, квартиру надо переписать. Потом приходила ФИО1 ФИО44 плакала, что никакого согласия на отчуждение квартиры не давала, ничего не подписывала. ФИО1 ФИО45 ничего не понимает, как ребенок.

Суд принимает во внимание показания свидетеля, письменные доказательства, в силу положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации делает на основе их оценки вывод о том, что ФИО1 ФИО46 продолжает пользование спорной квартирой после оформления договора дарения от 16.07.2021, все это время оплачивает расходы на содержание имущества, ответчик не вступил во владение квартирой как своей собственной.

Спорная квартира является единственным жилым помещением для ФИО1 ФИО47 и ее дочери <данные изъяты>, возможности приобрести другое жилье она не имела и не имеет с учетом возраста, отсутствия соответствующего дохода.

Указанные обстоятельства объективно свидетельствуют о том, что оспариваемый договор дарения от 16.07.2021 был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия.

Выраженная в договоре дарения от 16.07.2021 воля ФИО1 ФИО48 сформировалась вследствие существенного заблуждения относительно природы сделки, поскольку истец не имела намерения произвести отчуждение своего имущества и лишить себя права собственности на спорную квартиру, являющуюся для нее единственным жильем. У истца, в том числе, в силу возраста и имеющихся заболеваний могло сложиться неправильное представление о правовых последствиях подписываемого ею договора.

Суд делает вывод об отсутствии волеизъявления истца на отчуждение принадлежащей ей квартиры по договору дарения, что свидетельствует о заблуждении истца относительно природы сделки и ее правовых последствий.

Суд принимает вышеуказанные медицинские документы в качестве допустимых доказательств по делу, а также учитывает показания свидетеля ФИО7, между тем, признает, что договор дарения от 16.07.2021 является недействительной сделкой, совершенной без ее исполнения, в силу заблуждения относительно природы сделки, в соответствии со статьями 170, 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценивая возможность применения последствий недействительности сделки, суд принимает во внимание, что, как следует из пояснений лиц, участвующих в деле, спорная квартира из владения ФИО1 ФИО63 не выбывала. Она как проживала и пользовалась спорным имуществом до сделки, так и осталась в ней проживать и пользоваться после сделки.

В связи с чем, подлежат применению последствия недействительности сделки по передаче в собственность истца спорной квартиры.

С учетом положений пункта 5 части 2 статьи 14 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" решение является основанием для внесения в ЕГРН записи о прекращении права собственности на указанное имущество ФИО3 ФИО49 и регистрации права собственности на указанное имущество за ФИО1 ФИО50

Согласно ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы, поэтому взысканию с ответчика ФИО3 ФИО51 в пользу истца подлежат расходы, связанные с оплатой госпошлины в размере 300 руб. (л.д.10). Излишне оплаченная государственная пошлина в размере 1700 руб. подлежит возврату истцу.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 ФИО52 (паспорт №) к ФИО3 ФИО53 (паспорт №) о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки - удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от 16.07.2021 заключенный между ФИО1 ФИО55 и ФИО3 ФИО56.

Аннулировать государственную регистрацию права собственности ФИО3 ФИО57 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Применить последствия недействительности сделки, в виде возврата квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в собственность ФИО1 ФИО58.

Взыскать с ФИО3 ФИО59 в пользу ФИО1 ФИО60 судебные расходы в размере 300 руб.

Возвратить истцу ФИО1 ФИО61 излишне уплаченную государственную пошлину по чек-ордеру от 18.03.2023 в размере 1700 руб.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца, с момента изготовления решения в окончательной форме, с подачей жалобы через Сухоложский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено 15.05.2023.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

Судья Сухоложского городского суда

Свердловской области О.Н. Васькова