К делу № 2-1991/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
«15» июня 2023г. г. Майкоп
Майкопский городской суд Республики Адыгея в составе:
председательствующего судьи – Зубкова Г.А.,
при секретаре судебного заседания Хурай З.Н.,
с участием истицы ФИО1,
представителя ГБУЗ РА «АРКПНД» - ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ РА «Адыгейский республиканский психоневрологический диспансер», Министерству здравоохранения Республики Адыгея и Министерству финансов Республики Адыгея о признании медицинской документации незаконной, взыскании компенсации морального вреда и удалении информации из государственных информационных баз данных,
УСТАНОВИЛ :
Истица обратилась в суд с иском к ответчикам о признании медицинской документации незаконной, взыскании компенсации морального вреда и удалении информации из государственных информационных баз данных. В обоснование иска указала, что в амбулаторной карте №12953, заведённой 26.06.2015 года в отношении истицы, ей необоснованно приписали диагноз: «неуточнённое расстройство личности и поведения». В дальнейшем, решением Майкопского городского суда от 28.05.2018г., был удовлетворен административный иск ГБУЗ РА «АРКПНД» о ее принудительной госпитализации в недобровольном порядке. Базовым основанием для обращения в суд с иском о недобровольной госпитализации с комплексным лечением в психиатрическом стационаре ГБУЗ РА «АРКПНД» явилось заключение врачебной комиссии № 25 от 23.05.2018 года, которым истице был установлен диагноз: «Параноидная шизофрения, непрерывный тип течения с эмоционально-волевым дефектом личности. Параноидный синдром» МКБ-10 (F20.00)
Считает, что врачи умышленно установили данный диагноз для того, чтобы насильно определить истицу в указанное учреждение, для чего изготовили указанное медицинское заключение и ходатайствовали перед судом о недобровольной принудительной госпитализации в психиатрический стационар. По мнению истицы не надо иметь высшего медицинского образования для понимания незаконности действий врачей ГБУЗ РА «АРКПНД», которые умышленно установили данный диагноз заведомо здоровому человеку, наличие которого позволяет сослаться на пункты «а», «б», «в» ст. 29 Закона РФ №3185-1 от 02 июля 1992 года «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании».
В частности, в указанном медицинском заключении врачи ГБУЗ РА «АРКПНД» указали, что истица на момент осмотра логическому контакту не доступна, мышление бредовое, крайне обстоятельное, непоследовательное, с соскальзыванием, эмоционально искажена, холодна, волевая регуляция поведения затруднена, подозрительна, нуждается в постоянной посторонней помощи, по психическому состоянию нуждается в курсовом лечении в условиях психиатрического стационара. Может причинить существенный вред здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если будет оставлена без психиатрической помощи.
Апелляционным определением Верховного суда Республики Адыгея от 22.06.2018г. указанное решение было отменено и вынесено новое решение об отказе в удовлетворении иска, с указанием на отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии непосредственной опасности для себя и окружающих, а также возможности причинения существенного вреда здоровью, несмотря на наличие у ФИО1 психического расстройства.
14 сентября 2022г., во время нахождения в стационаре ГБУЗ РА «АРКПНД», в отношении истицы было повторно проведено медицинское освидетельствование в целях ее госпитализации в недобровольном порядке. Истица также считает указанное заключение незаконным, поскольку решением Майкопского городского суда от 19.09.2022г. в удовлетворении административного иска ГБУЗ РА «АРКПНД» было отказано на том основании, что в нарушение требований закона, доказательств того, что истица представляет опасность для себя и для окружающих, в материалы дела не представлено.
Считает, что врачи ГБУЗ РА «АРКПНД» дважды не смогли доказать, что у нее имеется тяжёлое психическое расстройство, которое влечёт последствия в виде непосредственной опасности для себя или окружающих, беспомощности и (или) возможности причинения существенного вреда здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если человек будет оставлен без психиатрической помощи.
Также считает, что в период пребывания в стационаре психиатрического отделения №2 с 22 мая 2018 по 22 июня 2018 г. в отношении нее была незаконно проведена судебно-психиатрическая экспертиза (заключение 276). В период проведения СПЭ в отношении нее были применены незаконные меры медицинского характера, в которых по состоянию своего психического состояния она не нуждалась. Перед «экспертизой» истице принудительно ввели сильнодействующие психотропные препараты и выждав время, когда действие лекарств даст необходимый эффект, провели исследование, которое заключалось в том, что истице задали вопросы относительно ФИО, год рождения, где училась и на этом исследование было окончено.
Однако в своем заключении врачи указали на то, что в период совершения инкриминируемого ей деяния истица страдала хроническим психическим расстройством в форме параноидной шизофрении с непрерывным типом течения и параноидным синдромом, что лишает ее способности в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В отношении истицы рекомендуется применение принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.
Считает, что основная цель действий ГБУЗ РА «АРКПНД» была направлена на привлечение истицы к уголовной ответственности, умышленное унижение ее человеческого достоинства, а также подрыв личной и деловой репутации, используя правоохранительные органы.
С учетом уточненных требований просила признать незаконными заключение врачебной комиссии от 27.06.2015г., заключение врачебной комиссии от 23.05.2018г. № 25, заключение судебно-психиатрической экспертизы № 256 от 04.06.2018г. и заключение врачебной комиссии от 14.09.2022г. № 20.
Кроме того, просила удалить информацию об истице из государственных информационных баз данных и взыскать компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб.
В судебном заседании истица заявленные требования поддержала и просила их удовлетворить.
Представитель ГБУЗ РА «Адыгейский республиканский клинический психоневрологический диспансер» против иска возражала, просила в его удовлетворении отказать ввиду законности действий врачей учреждения.
Остальные участники в судебное заседание не явились.
Выслушав доводы сторон, исследовав представленные доказательства, суд считает, что в удовлетворении иска ФИО1 надлежит отказать по следующим основаниям.
Из представленной медицинской документации в отношении истицы усматривается, что 26.06.2015г. она была доставлена в ГБУЗ «Адыгейский республиканский клинический психоневрологический диспансер» в связи с неадекватным поведением, вследствие которого была вызвана полиция, а затем бригада скорой медицинской помощи. По данному факту медицинским учреждением была заведена медицинская карта амбулаторного больного № 12953, а затем и медицинская карта стационарного больного № 839.
Согласно указанным медицинским документам истице первоначально было диагностировано неуточненное расстройство зрелой личности и поведения, а затем параноидная шизофрения, непрерывный тип лечения, параноидный синдром.
В связи с отсутствием письменного заявления на госпитализацию 28.06.2015г. истица была выписана из учреждения.
Согласно медицинской карте стационарного больного № 662 22.05.2018г. истица повторно была доставлена сотрудниками полиции в ГБУЗ РА «АРКПНД» в связи с ее неадекватным поведением.
Согласно медицинскому заключению от 23.05.2018г. № 25 ФИО1 логическому контакту недоступна, беседа в форме монолога, речь без умолку, перебивает, на заданные вопросы не отвечает. Мышление бредовое, крайне обстоятельное, непоследовательное, застревает на несущественных деталях, эмоционально искажена, волевая регуляция поведения затруднена. Комиссия врачей считает, что ФИО1 страдает хроническим психическим заболеванием - «Параноидальная шизофрения, непрерывный тип течения с эмоционально-волевым дефектом личности. Параноидный синдром» и по своему психическому состоянию Тлиап 3.3. нуждается в курсовом лечении в условиях психиатрического стационара.
На основании данного медицинского заключения ГБУЗ РА «АРКПНД» обратилось в суд с требованием о принудительной госпитализации истицы в психиатрический стационар.
Решением Майкопского городского суда от 28.05.2018г. административный иск ГБУЗ РА «АРКПНД» о принудительной госпитализации ФИО1 в недобровольном порядке был удовлетворен.
Апелляционным определением Верховного суда Республики Адыгея от 22.06.2018г. указанное решение было отменено и вынесено новое решение об отказе в удовлетворении иска ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о наличии непосредственной опасности истицы для себя и окружающих, а также возможности причинения существенного вреда её здоровью.
В период пребывания в стационаре психиатрического отделения №2 ГБУЗ РА «АРКПНД» с 22 мая 2018 по 22 июня 2018 г. в отношении истицы была проведена судебно-психиатрическая экспертиза (заключение комиссии экспертов 276). Указанным заключением также подтверждено наличие у истицы хронического психического расстройства в форме параноидной шизофрении с непрерывным типом течения и параноидным синдромом, что лишает ее способности в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В отношении истицы рекомендуется применение принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.
Согласно медицинской карте стационарного больного № 1129 13.09.2022г. истица в очередной раз поступила в ГБУЗ РА «АРКПНД» в связи с ее неадекватным поведением. Во время нахождения в стационаре ГБУЗ РА «АРКПНД», в отношении истицы было повторно проведено медицинское освидетельствование в целях ее госпитализации в недобровольном порядке и согласно заключению от 14.09.2022г. комиссия врачей также посчитала, что что по своему психическому состоянию Тлиап 3.3. нуждается в курсовом лечении в условиях психиатрического стационара.
Решением Майкопского городского суда от 19.09.2022г. в удовлетворении административного иска ГБУЗ РА «АРКПНД» было отказано ввиду отсутствия доказательств того, что ФИО1 представляет опасность для себя и для окружающих, в материалы дела не представлено.
Как указывает истица, врачи ГБУЗ РА «АРКПНД» умышленно установили данный диагноз в отношении здорового человека с целью удержания в указанном медицинском учреждении, привлечения к уголовной ответственности, а также с целью умышленно унизить ее человеческое достоинство и испортить личную и деловую репутацию, используя правоохранительные органы.
Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанностью государства (статья 2); права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1); достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления (статья 21, часть 1); каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (статья 23, часть 1), а сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются (статья 24, часть 1); права и свободы могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3).
Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", обеспечивающий реализацию гарантированного каждому права на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41, часть 1, Конституции Российской Федерации), является базовым законодательным актом, регулирующим отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, и определяет, в частности, правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан, права и обязанности человека и гражданина в данной сфере, гарантии реализации этих прав, права и обязанности медицинских организаций (статья 1).
Согласно части 1 статьи 79 данного Федерального закона медицинская организация обязана вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (пункт 11), обеспечивать учет и хранение медицинской документации, в том числе бланков строгой отчетности (пункт 12). Не определяя напрямую понятие медицинской документации, данный Федеральный закон предусматривает, что в медицинской документации гражданина отражаются информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от него (часть 7 статьи 20) и решение о медицинском вмешательстве без согласия гражданина (часть 10 статьи 20), а также закрепляет право на непосредственное ознакомление с медицинской документацией, отражающей состояние здоровья гражданина (часть 4 статьи 22), и право на получение выписок из медицинских документов (часть 5 статьи 22).
Психическое здоровье - особая составляющая здоровья человека, чем объясняются особенности психиатрической помощи и правил ее оказания в сравнении с общими правилами охраны здоровья граждан, в том числе с точки зрения врачебной тайны, доступности медицинской информации и документации.
Согласно Закону Российской Федерации от 2 июля 1992 года N 3185-I "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" сведения о факте обращения гражданина за психиатрической помощью, состоянии его психического здоровья и диагнозе психического расстройства, иные сведения, полученные при оказании ему психиатрической помощи, составляют врачебную тайну, охраняемую законом (статья 9).
В соответствии со статьей 92 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" при осуществлении медицинской деятельности ведется учет персональных данных лиц, участвующих в осуществлении медицинской деятельности, лиц, которым оказывается медицинская помощь, а также лиц, в отношении которых проводятся медицинские экспертизы, медицинские осмотры и медицинские освидетельствования (часть 1); при ведении персонифицированного учета должны обеспечиваться конфиденциальность персональных данных лиц, которые участвуют в осуществлении медицинской деятельности, лиц, которым оказывается медицинская помощь, а также лиц, в отношении которых проводятся медицинские экспертизы, медицинские осмотры и медицинские освидетельствования, и безопасность указанных персональных данных с соблюдением требований, установленных законодательством Российской Федерации в области персональных данных (часть 4). Обрабатываемые в соответствии с названным Федеральным законом в системе персонифицированного учета персональные данные о лицах, которым оказывается медицинская помощь, а также о лицах, в отношении которых проводятся медицинские экспертизы, медицинские осмотры и медицинские освидетельствования, касаются среди прочего их диагноза, видов, условий и сроков оказания медицинской помощи (пункты 13, 15-17 статьи 94) и, как следствие, подлежат отражению в медицинской документации гражданина, а также в Единой государственной информационной системе в сфере здравоохранения - при условии их обезличивания (пункт 4 части 3 статьи 91.1).
Соответственно, реализация обязанности по ведению в установленном порядке медицинской документации и по обеспечению ее учета и хранения, как предполагающая учет персональных данных лиц, которым оказывается медицинская помощь, а также лиц, в отношении которых проводятся медицинские экспертизы, медицинские осмотры и медицинские освидетельствования, обусловлена необходимостью соблюдения требований, установленных законодательством Российской Федерации в области персональных данных.
Применительно к оказанию медицинской помощи в психиатрических и наркологических учреждениях приказом Минздрава России от 31 декабря 2002 года N 420 "Об утверждении форм первичной медицинской документации для психиатрических и наркологических учреждений" утверждены учетные формы медицинской документации (карта обратившегося за психиатрической (наркологической) помощью; статистическая карта выбывшего из психиатрического (наркологического) стационара) и инструкции по их заполнению. Форма Карты содержит сведения о динамике наблюдения (пункт 11), диагнозе с датой установления и пересмотра (пункт 16), а также о причине прекращения наблюдения (пункт 26), среди которых установлено снятие диагноза психического заболевания (код 2).
Согласно утвержденной названным приказом Инструкции по заполнению формы N 030-1/у-02 "Карта обратившегося за психиатрической (наркологической) помощью" данная Карта содержит основные сведения о больном и является формализованным документом, предназначенным для амбулаторного наблюдения и контроля посещений больных психическими и наркологическими расстройствами; в конце каждого отчетного года Карты используются для составления годового отчета учреждения (абзац второй); по окончании наблюдения больного в Карте делаются соответствующие записи; в течение отчетного года закрытые Карты хранятся отдельно от общей картотеки, а после использования их для составления годового отчета сдаются в архив (абзац четвертый); в Карту вносятся сведения о больном на момент ее заполнения; в случае изменения каких-либо данных в последующем в Карту вносятся соответствующие исправления, например об изменении диагноза, места работы, семейного положения, уровня образования и т.д. (абзац пятый). При этом письмом Минздрава России "О сроках хранения медицинской документации" предусмотрено хранение медицинской карты в течение 25 лет.
Из системного толкования приведенных норм следует, что медицинская документация формируется в отношении каждого пациента, сопровождает процесс оказания ему медицинской помощи и отражает информацию о самом пациенте, а также о диагнозе, видах, условиях и сроках оказания медицинской помощи, представляя собой, соответственно, важный источник медицинской информации, содержание которой составляет врачебную тайну.
Тем самым закрепленная действующим правовым регулированием обязанность медицинской организации в надлежащем порядке вести, учитывать и хранить медицинскую документацию, фиксирующую, в частности, факт обращения пациента за медицинской помощью, факт оказания медицинской помощи, этапы лечебно-диагностического процесса, вытекает из значения содержащейся в медицинской документации информации о состоянии здоровья для защиты прав и свобод самого пациента, в том числе в контексте оценки правомерности и эффективности оказанной ему медицинской помощи, а также осуществления предусмотренной статьей 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" экспертизы качества медицинской помощи, проводимой в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, включая оценку своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.
Утрата медицинской документации объективно может повлечь определенные сложности в реализации конституционных прав, в том числе гарантированных статьей 41 Конституции Российской Федерации и - в случае обжалования действий по оказанию психиатрической помощи - ее статьями 45 и 46.
При этом актуальность сказанного сохраняется и в случае, когда содержащая персональные данные медицинская документация была сформирована в результате госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке, которая впоследствии признана судом незаконной, так как незаконностью госпитализации не отменяется значение такой документации для предотвращения дальнейших ошибок оказывающих психиатрическую помощь медицинских работников как в отношении самого лица, госпитализированного с усмотренными судом нарушениями, так и других лиц, а установление судом незаконности госпитализации в недобровольном порядке может быть предпосылкой дальнейших юридических разбирательств.
Названная правовая позиция закреплена в постановлении Конституционного Суда РФ в постановлении от 13 июля 2022 г. N 31-П "По делу о проверке конституционности пунктов 11 и 12 части 1 статьи 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" в связи с жалобой гражданки Ф.", который указал, что оспариваемые нормы, во взаимосвязи с положениями Закона Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" (статья 9, часть шестая статьи 23, часть третья статьи 25, часть пятая статьи 28) - обязанность медицинской организации по ведению, учету и хранению медицинской документации, не противоречат Конституции Российской Федерации, в том числе в случаях, когда соответствующая документация сформирована при госпитализации лица в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке, впоследствии признанной судом незаконной.
По смыслу статей 2 и 18 Конституции Российской Федерации государство обязано не только пресекать и предотвращать конкретные негативные воздействия на личность и ее правовой статус, но и максимально обеспечивать - насколько это возможно правовыми и управленческими средствами - гарантии минимизации негативных претерпеваний лицом, тем более когда они возникли из-за действий публичных институтов или в силу применения, пусть и незаконного, установленных нормативных предписаний.
В отсутствие таких гарантий в случае, когда содержащая персональные данные медицинская документация была сформирована в результате госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке, которая впоследствии признана судом незаконной, безоговорочная реализация медицинской организацией обязанностей, прямо возложенных на нее оспариваемыми законоположениями, представляет собой неправомерное вмешательство, прежде всего, в гарантированные статьями 23 (часть 1) и 24 (часть 1) Конституции Российской Федерации права и свободы.
Между тем, как указал Конституционный суд РФ в названном постановлении, устанавливая общую обязанность по ведению, учету и хранению медицинской документации, пункты 11 и 12 части 1 статьи 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" не предусматривают при этом гарантий обеспечения прав гражданина по приведению медицинской документации в соответствие с судебным решением о незаконности помещения его в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке: они ни сами по себе, ни во взаимосвязи с иными нормами данного Федерального закона, а также Закона Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" не содержат предписаний, обеспечивающих внесение в медицинскую документацию сведений о признании судом госпитализации гражданина в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке незаконной, а также специальных условий и сроков хранения указанных сведений, оснований прекращения хранения исходя из их актуальности.
Допускаемое тем самым оспариваемыми нормами сохранение медицинской документации гражданина в неизменном виде - без учета факта признания его госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке незаконной судом, - умаляющее значение соответствующего судебного акта, вступает также в противоречие с положениями статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации.
Таким образом, пункты 11 и 12 части 1 статьи 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 17 (часть 1), 21 (часть 1), 23 (часть 1), 24 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования они не предусматривают необходимых правовых гарантий отражения при ведении, учете и хранении медицинской документации сведений о признании судом госпитализации гражданина в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке незаконной и разрешения вопроса об условиях и основаниях их дальнейшего хранения.
Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом основанных на ее положениях правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации - внести в действующее правовое регулирование необходимые изменения, вытекающие из настоящего Постановления.
В связи с этим, исходя из приведенных выводов высшей судебной инстанции РФ, суд считает несостоятельными доводы истицы о незаконности подготовленной в отношении нее медицинской документации (оспариваемой по настоящему делу), поскольку сам по себе отказ судебных инстанций в удовлетворении административного иска медицинского учреждения о принудительной госпитализации гражданина не свидетельствует о недействительности (незаконности) такой документации.
Как указал Конституционный Суд РФ, в указанном случае медицинское учреждение обязано обеспечивать ведение, учет и хранение медицинской документации, поскольку незаконностью госпитализации не отменяется значение такой документации в отношении лица, госпитализированного с усмотренными судом нарушениями.
Кроме того, отказывая в удовлетворении иска, суд исходит из того, что истицей, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не приведено доказательств того, что оспариваемая медицинская документация является незаконной ввиду умышленных действий врачей, направленных на ее принудительное удержание в указанном медицинском учреждении, привлечения к уголовной ответственности, а также с целью унижения ее человеческого достоинства и репутации.
По мнению суда, утверждения истицы в указанной части носят голословный характер и не подтверждены какими-либо объективными доказательствами. При этом от проведения соответствующей судебной медицинской экспертизы истица отказалась.
Учитывая, что оснований для признания незаконной оспариваемой истицей медицинской документации не имеется, то, в связи с этим, отсутствуют основания как для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда, так и иска об удалении всей информации об истице из государственных информационных баз данных.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд,
РЕШИЛ:
в удовлетворении иска ФИО1 к ГБУЗ РА «Адыгейский республиканский клинический психоневрологический диспансер», Министерству здравоохранения Республики Адыгея и Министерству финансов Республики Адыгея о признании незаконной медицинской документации ГБУЗ РА «Адыгейский республиканский клинический психоневрологический диспансер» в виде заключения комиссии врачей от 27.06.2015г., от 23.05.2018г. № 25, от 14.09.2022г. № 20, заключение комиссии экспертов от 04.06.2018г. № 276, а также в иске о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 000 руб. и удалении всей информации об истице из государственных информационных баз данных – отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Адыгея через Майкопский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.
Мотивированное решение изготовлено 22.06.2023г.
Председательствующий подпись Г.А. Зубков
Уникальный идентификатор дела 01RS0004-01-2023-001158-89
Подлинник находится в материалах дела № 2-1991/2023 в Майкопском городском суде Республики Адыгея.