Судья Горбатько И.А. по делу № 33-5522/2023
Судья-докладчик Васильева И.Л.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
3 июля 2023 года г. Иркутск
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Герман М.А.,
судей Васильевой И.Л., Сальниковой Н.А.,
при секретаре Макаровой Н.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1606/2022 (УИД 38RS0035-01-2022-000878-91) по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации о взыскании убытков
по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 – ФИО2
на решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18 июля 2022 года
УСТАНОВИЛА:
в обоснование исковых требований указано, что 25 июля 2018 г. Свердловским ОСП г. Иркутска возбуждено исполнительное производство № "номер" в отношении должника ФИО3 о взыскании в пользу истца денежных средств в сумме 447 600 руб. За ФИО3 числится транспортное средство «HYUNDAY SOLARIS», государственный регистрационный знак "номер". Постановлением от 7 августа 2018 г. установлен запрет на регистрационные действия в отношении транспортного средства. На основании обращения в Свердловское ОСП г. Иркутска ФИО3 и ООО «Сетелем Банк» с заявлением об отмене запрета на регистрационные действия в отношении транспортного средства, ввиду нахождения транспортного средства в залоге у банка, и выражением воли должника на добровольную реализацию транспортного средства для погашения задолженности по кредитному договору перед банком Постановлением от 22 декабря 2020 г. запрет на регистрационные действия в отношении транспортного средства отменен. Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 25 марта 2021 г. постановление признано незаконным, нарушающим права и законные интересы ФИО1 В результате отмены запрета на регистрационные действия истец утратил возможность взыскания денежных средств от реализации транспортного средства на публичных торгах по исполнительному производству, где взыскателем являлся бы ООО «Сетелем банк».
Истец просил суд взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счет средств казны Российской Федерации убытки в размере 290 501,87 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 105 руб.
Решением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18 июля 2022 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 21 ноября 2022 г. решение суда от 18 июля 2022 г. оставлено без изменения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25 апреля 2023 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 21 ноября 2022 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
В апелляционной жалобе представитель истца просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, указав в обоснование следующее.
Считает, что вывод суда о том, что начальная продажная цена имущества определяется в результате проведенной судебным приставом-исполнителем в рамках исполнительного производства оценки заложенного имущества, на которое обращено взыскание в судебном порядке, сделан без учета вступившего в законную силу решения Свердловского районного суда г. Иркутска от 25 ноября 2020 г., которым установлена начальная продажная цена заложенного имущества в размере 699 750 руб.
Выражает несогласие выводами суда о том, что продажа транспортного средства не может являться основанием возникновения у истца убытков, поскольку была совершена самим должником ФИО3 с согласия залогодержателя-банка, пристав только снял обременение с имущества, право собственности перешло к покупателю вне зависимости от действий пристава. Полагает, что именно ненадлежащая организация принудительного исполнения судебного акта службой судебных приставов, незаконные действия пристава по снятию обременения привели к невозможности получения денежных средств от реализации транспортного средства. Более того, согласно материалов исполнительного производства ФИО1 неоднократно обращался в Свердловский ОСП с просьбами выяснить сумму задолженности перед банком по транспортному средству, с ходатайством об обращении взыскания на единственное имущество должника, с жалобой на бездействия судебного пристава-исполнителя. Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 25 марта 2021 г. действия пристава-исполнителя признаны незаконными.
Ссылается на то, что вывод суда о том, что в силу наличия у банка-залогодержателя преимущественного права перед иными кредиторами транспортное средство не могло быть реализовано в пользу погашения задолженности перед иными кредиторами не основан на законе.
Указывает на незаконность вывода суда о том, что ежемесячные взыскания с должника свидетельствуют об отсутствии утраты возможности исполнения судебного акта. Согласно материалов дела взыскания с должника носят формальный, малозначительный и не регулярный характер. При этом действия пристава повлекли невозможность исполнения судебного акта на определенную сумму в размере 290 501,87 руб. именно в части утраченной разницы в стоимости транспортного средства, которое было продано по заниженной от рыночной стоимости.
Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.
В заседание суда апелляционной инстанции не явился истец ФИО1, представитель третьего лица Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Иркутской области, третье лицо ФИО4, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.
На основании ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассматривает дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.
Заслушав доклад судьи Васильевой И.Л., выслушав объяснения представителя истца ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчиков ФИО5, третьего лица ФИО6, возражавших против доводов апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене в соответствии с п. п. 1, 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Из положений статей 56, 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также требований и возражений сторон.
Судом первой инстанции установлено, что решением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 27 февраля 2018 г. по делу № 2-783/2018 с ФИО3 в пользу ФИО1 взыскано 447 600 руб., 25 июля 2018 г. возбуждено соответствующее исполнительное производство.
Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 25 ноября 2020 г. по делу № 2-3905/2020 с ФИО3 в пользу ООО «Сетелем Банк» взыскано 409 248,13 руб., в том числе 402 027,84 руб. задолженности по кредитному договору и 7 220,28 руб. государственной пошлины, а также обращено взыскание на заложенное имущество – автомобиль, начальная продажная цена которого установлена в размере 699 750 руб.
По согласованию с ООО «Сетелем Банк» как залогодержателем ФИО3 продал автомобиль по договору купли-продажи от 8 декабря 2020 г. ФИО7 за 444 900 руб.
После этого ФИО3 и ООО «Сетелем Банк» обратились к судебному приставу-исполнителю с заявлением об отмене запрета на регистрационные действия в отношении данного автомобиля.
Постановлением от 22 декабря 2020 г. запрет на регистрационные действия в отношении автомобиля отменен.
Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того, что: переход права собственности на автомобиль осуществлен после его передачи новому владельцу и не связан с постановкой автомобиля на регистрационный учет; законодательство не возлагает на суд обязанности по установлению начальной продажной стоимости заложенного имущества, оценка производится судебным приставом-исполнителем по рыночным ценам; банк реализовал свое право на получение денежных средств в добровольном порядке из стоимости заложенного имущества, которое не могло быть реализовано в пользу погашения задолженности перед иными кредиторами, в том числе перед истцом; судебный пристав-исполнитель действовал в пределах своих полномочий; в рамках исполнительного производства идут ежемесячные взыскания с должника, что в свою очередь свидетельствует о том, что возможность исполнения требований исполнительного документа в настоящее время не утрачена.
Судебная коллегия считает, что выводы суда основаны на неверном толковании и применении норм материального права, выводы противоречат установленным обстоятельствам, а также сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.
В соответствии с положениями Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.
Исполнительное производство осуществляется на принципах законности, своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения (ст. 4 указанного Федерального закона).
В соответствии с п. 1 ст. 12 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ "О судебных приставах", в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 80 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона об исполнительном производстве, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.
В силу п. 2 ст. 119 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.
Аналогичные положения содержатся в пунктах 2, 3 ст. 19 Федерального закона "О судебных приставах", регулирующей вопрос об ответственности сотрудника органа принудительного исполнения за противоправные действия, повлекшие причинение ущерба. Ущерб, причиненный сотрудником органов принудительного исполнения гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.
В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Статья 16 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом РФ или муниципальным образованием. Приведенные выше правовые нормы регулируют правоотношения, возникающие в процессе исполнительного производства, и устанавливают обязанности пристава-исполнителя совершать действия по принятию мер по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов. Основной задачей таких действий является правильное и своевременное исполнение судебных актов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.
В соответствии с п. 5 ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом (статья 174.1), обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены. Очередность удовлетворения указанных требований определяется в соответствии с положениями статьи 342.1 настоящего Кодекса по дате, на которую соответствующий запрет считается возникшим.
Как следует из п. 7, 8 ст. 342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, до обращения взыскания на имущество, залогом которого обеспечены требования по предшествующему и последующему залогам, залогодержатель, имеющий намерение предъявить свои требования к взысканию, обязан уведомить об этом в письменной форме всех других известных ему залогодержателей этого же имущества; суммы, вырученные от реализации заложенного имущества, распределяются между всеми залогодержателями в порядке очередности.
Как следует из ч. 3 ст. 87 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» реализация заложенного имущества, на которое обращено взыскание для удовлетворения требований взыскателя, не являющегося залогодержателем, а также вещи, стоимость которой превышает пятьсот тысяч рублей, осуществляется путем проведения открытых торгов в форме аукциона.
Следовательно, при наличии нескольких лиц, обладающих правами и обязанностями залогодержателя, реализация предмета залога должна осуществляться только с их согласия либо в порядке проведения торгов, а вырученные от такой реализации денежные средства должны быть распределены между ними в порядке очередности.
Суд первой инстанции, делая вывод об отсутствии причинной связи между поведением судебного пристава, отменившего постановление о наложении запрета на осуществление регистрационных действий в отношении автомобиля, и наступившими последствиями в виде беспрепятственной передачи автомобиля и изменении его регистрационных данных, не учел приведенные нормы права, не дал оценки тому, возможна была бы добросовестность приобретения автомобиля без соответствующего поведения судебного пристава-исполнителя, согласующегося с поведением должника и другого его кредитора.
Отклонение судом начальной продажной стоимости заложенного имущества, установленной вступившим в законную силу решением суда, противоречит положениям ст. 13, 61 ГПК РФ, а выводы суда об отсутствии убытков, состоящих в разнице между рыночной ценой автомобиля и полученной от его продажи ФИО7, не основаны на каких-либо доказательствах, поскольку рыночная цена данного автомобиля судебным приставом не устанавливалась, начальная продажная стоимость заложенного имущества приставом не опровергнута.
Кроме того, судебным приставом не представлено доказательств о взыскании в пользу ФИО1 разницы между ценой продажи и погашением требований банка (444 900 - 409 248,13).
Вывод суда первой инстанции о том, что возможность исполнения требований исполнительного документа в настоящее время не утрачена, не основан на каких-либо доказательствах, кроме того, утрата в ходе исполнительного производства возможности удовлетворения требований взыскателя из стоимости реализации реально имевшегося у должника имущества сама по себе не может быть нивелирована периодическими удержаниями из доходов должника, поскольку для этого необходимо соотнести размер и сроки удовлетворения требований до и после такой утраты имущества, имея ввиду соблюдение сроков исполнительного производства, разумных сроков защиты права.
Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 25 марта 2021 г., оставленным без изменения апелляционным определением Иркутского областного суда от 18 августа 2021 г., удовлетворен административный иск ФИО1, которым признано незаконным постановление судебного пристава от 22 декабря 2020 г. об отмене запрета на регистрационные действия в отношении автомобиля.
Судебная коллегия учитывает, что запрет на регистрационные действия в отношении автомобиля, который был отменен судебным приставом незаконно, был установлен в интересах ФИО1 как взыскателя по исполнительному производству, а приобретший автомобиль ФИО7 является добросовестным приобретателем.
Таким образом, утрата истцом возможности взыскания долга с должника, произошла в результате незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, выразившихся в незаконном вынесении постановления от 22 декабря 2020 г. об отмене запрета на регистрационные действия в отношении автомобиля, и продажа его по цене ниже, установленной решением суда от 25 ноября 2020 г.
Судебная коллегия приходит к выводу, что действия судебного пристава повлекли невозможность исполнения судебного акта на определённую сумму в размере 290 501,87 руб. (699 750 руб. – 444 900 руб.), именно в части утраченной разницы в стоимости транспортного средства, поскольку решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 25 ноября 2020 г. по делу № 2-3905/2020 с ФИО3 в пользу ООО «Сетелем Банк» взыскана задолженность, обращено взыскание на заложенное имущество – автомобиль и установлена начальная продажная цена в размере 699 750 руб., при этом заложенный автомобиль продан по договору купли-продажи от 8 декабря 2020 г. ФИО7 за 444 900 руб.
Принимая во внимание изложенное, решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18 июля 2022 г. по данному делу не может быть признано законным и подлежит отмене, с вынесением нового решения о взыскании в пользу ФИО1 убытков в размере 290 501,87 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 6105 руб.
Руководствуясь п. 2 ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18 июля 2022 года по данному делу отменить, принять новое решение.
Исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации о взыскании убытков удовлетворить.
Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (ИНН "номер") убытки в размере 290 501,87 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 6105 руб.
Судья-председательствующий М.А. Герман
Судьи И.Л. Васильева
Н.А. Сальникова
Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 20 июля 2023 г.