УИД 13RS0025-01-2023-000277-58
Судья Аитова Ю.Р. №2-516/2023
Докладчик Ганченкова В.А. Дело №33-1741/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:
председательствующего Пужаева А.В.,
судей Ганченковой В.А., Селезневой О.В.,
при секретаре Галимовой Л.Р.,
рассмотрела в открытом судебном заседании 27 сентября 2023 г. в г. Саранске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением и выселении из жилого помещения по апелляционной жалобе истца ФИО1 и апелляционному представлению старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Саранска Республики Мордовия Верниковой О.С. на решение Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 19 июня 2023 г.
Заслушав доклад судьи Ганченковой В.А., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия
установила:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением и выселении из жилого помещения.
В обоснование исковых требований указал, что на основании договора купли-продажи от 23 декабря 2022 г. он является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> Ранее собственниками указанной квартиры являлись ФИО3 и ФИО4, которые после заключения договора купли-продажи квартиры снялись с регистрационного учёта, однако до настоящего времени в квартире значится зарегистрированной родственница предыдущих собственников – ФИО2, которая в добровольном порядке отказалась сниматься с регистрационного учёта. Ссылается на то, что регистрация ответчика в спорном жилом помещении нарушает его законные права и интересы как собственника, поскольку существенным образом ограничивает возможность распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением.
По данным основаниям с учётом уточнения исковых требований истец просил признать ФИО2 утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, и выселить её из указанного жилого помещения.
Решением Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 19 июня 2023 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.
В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объёме. Указывает, что суд не установил обстоятельства того, являлась ли ответчик членом семьи бывшего собственника спорного жилого помещения, в истребованных документах не содержится сведений о месте жительства ответчика, не предложил ей представить дополнительные доказательства в виде показаний свидетелей. При этом, обращает внимание на то, что ФИО2 в момент приватизации квартиры по адресу: <адрес>, не имела равных прав по пользованию этим жилым помещением с лицами его приватизировавшими, поскольку ранее уже использовала право на приобретение в собственность квартиры по адресу: <адрес>, необходимое для приватизации спорного жилого помещения согласие от неё не испрашивалось, договор купли-продажи от 23 декабря 2022 г. не содержит условий о сохранении за ФИО2 права пользования спорной квартирой. Ссылается на то, что резолютивная часть решения суда не содержит сведений о том, в выселении из какого адреса ФИО2 отказано.
В судебное заседание ответчик ФИО2, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО4, представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца – Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по го Саранск – Отдела по вопросам миграции №1, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия, прокурор не явились. Указанные лица о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, сведений о причинах неявки не представили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.
При таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.
В судебном заседании истец ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал, представитель ответчика ФИО2 - ФИО5, третье лицо ФИО3, прокурор Верникова О.С. относительно них возразили.
Проверив в соответствии со статьями 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, рассмотрев дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что на основании ордера № 1145 серии 22, выданного Исполнительным комитетом Саранского Гор. Совета депутатов МАССР от 1 марта 1974 г. К.А.С. на семью из 5 человек, включая К.А.С.. (глава семьи), К.А.Д. (жена), ФИО6 (дочь), ФИО3 (дочь), К.Л.Н. (дочь), предоставлена трехкомнатная квартира, жилой площадью 42,1 кв.м, по адресу: <адрес>
1 апреля 1992 г. ФИО2 после расторжения брака с Т.Н.Г. 1 ноября 1990 года, вступила в брак с К.Г.В.
Согласно ордеру № 2925 серии 39, выданному Исполнительным комитетом Саранского Гор. Совета депутатов МАССР от 24 сентября 1992 г. К.Г.В. на семью из 4 человек, включая К.Г.В. (глава семьи), ФИО2 (жена), Т.А.Н. (дочь), Т.А.Г. (сын) предоставлена трехкомнатная квартира, жилой площадью 38,98 кв.м, по адресу: <адрес>
В соответствии с выпиской из домовой книги на жилое помещение по адресу: <адрес>, выданной ООО «Саранский информационный центр» № 5001001298095 от 21 марта 2023 г., ФИО7 (ФИО8 – до брака) В.А., зарегистрированная по адресу: <адрес>, с 23 июля 1986 г. снялась с регистрационного учёта по данному адресу 22 апреля 1993 года и зарегистрировалась в жилом помещении по адресу: <адрес>
На основании договора передачи от 7 мая 1993 г. № 4929, заключенного между Агентством по приватизации жилищного фонда г. Саранска (Агентство) по поручению Администрации г. Саранска и К.Г.В., ФИО2, действующей за себя и за несовершеннолетних Т.А.Г. и Т.О.Н. (Граждане) Агентство передало, а Граждане приобрели в совместную собственность квартиру, состоящую из трёх комнат общей площадью 66,3 кв.м, жилой площадью – 39,0 кв.м по адресу: <адрес>
Из записи акта о смерти № 300 от 29 января 2001 г. следует, что К.Г.В. умер <дата>
23 сентября 2008 г. между администрацией Октябрьского района городского округа Саранск (наймодатель) и ФИО3 (наниматель) на основании вышеуказанного ордера № 1145 серии 22 заключен типовой договор социального найма жилого помещения № 1012, в соответствии с которым наймодатель передал нанимателю и членам её семьи: ФИО4 (сын) и К.Л.Д. (мать) в бессрочное владение и пользование изолированное жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности и состоящее из 3-х комнат общей площадью 57,6 кв.м, в том числе жилой – 41,7 кв.м, по адресу: <адрес>
24 июня 2009 г. ответчик ФИО2 снялась с регистрационного учета по адресу: <адрес>, и повторно зарегистрировалась в спорной квартире по адресу: <адрес>, где значится зарегистрированной по настоящее время.
В соответствии с дополнительным соглашением № 88 к типовому договору социального найма жилого помещения № 1012 от 23 сентября 2008 г., заключенным 17 мая 2022 г. между администрацией Октябрьского района городского округа Саранск (наймодатель) и ФИО3 (наниматель) в связи со снятием с регистрационного учёта К.Л.Д. и вселением в качестве члена семьи и регистрации по месту жительства ФИО2 пункт 3 типового договора социального найма жилого помещения 1012 от 23 сентября 2008 г. изложен в следующей редакции: «3. Совместно с нанимателем в жилое помещение вселены следующие члены семьи: ФИО4 – сын, <дата> года рождения, и ФИО2 – сестра, <дата> года рождения».
На основании договора передачи от 29 июля 2022 г., заключенного между КУ «Городское жилищное агентство», действующим на основании доверенности от имени Администрации го Саранск и ФИО3, ФИО4, последние приобрели право общей совместной собственности на квартиру, состоящую из трёх комнат общей площадью 57,6 кв.м, в том числе жилой – 41,7 кв.м, по адресу: <адрес> (том 1, л.д.99). Из примечания к заявлению ФИО3 о предоставлении в собственность вышеуказанной квартиры, занимаемой её семьёй следует, что ФИО2 участвовала в приватизации жилья по адресу: <адрес>
Из материалов дела следует, что на основании договора купли-продажи квартиры от 23 декабря 2022 г. ФИО1 приобрел у ФИО4 и ФИО3 в собственность принадлежащую им на праве общей долевой (по ? доли каждому) собственности квартиру, расположенную по адресу: <адрес>
Из пункта 13 вышеуказанного договора купли-продажи следует, что на момент заключения настоящего договора в квартире зарегистрированы: ФИО3, ФИО4 и ФИО2 Собственники обязуются сняться с регистрационного учёта и освободить указанную квартиру не позднее 9 января 2023 г.
Право собственности на квартиру общей площадью 57,6 кв.м, расположенную по адресу: <адрес>, зарегистрировано в установленном законом порядке 11 января 2023 г. за ФИО1, указанное следует из Выписки из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 27 февраля 2023 г. № КУВИ – 001/2023-49575105 (том 1, л.д.44-45).
ФИО3 и ФИО4 снялись с регистрационного учета по спорному адресу 16 января 2023 г. и 17 января 2023 г. соответственно, ФИО2 по настоящее время значится зарегистрированной в спорной квартире.
Из уведомления об отсутствии в Едином государственном реестре недвижимости запрашиваемых сведений от 16 марта 2023 года № КУВИ-001/2023-63961547 следует, что в собственности ответчика ФИО2 объектов недвижимости не имеется.
Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела и сторонами не опровергнуты.
Отказывая в удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требований о признании ФИО2 утратившей право пользования жилым помещением, и выселении, суд первой инстанции руководствовался положениями Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» статьей 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 31, 60, 61, 67, 69 Жилищного кодекса Российской Федерации, положениями статьи 19 Федерального закона Российской Федерации от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», положениями пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», и исходя из того, что ФИО2 была вселена в спорную квартиру нанимателем, в момент приватизации также была в нём зарегистрирована и проживала, имела равные права с ФИО3 на пользование данным жилым помещением, пришёл к выводу о возникновении у ФИО2 права пользования спорной квартирой, не зависящего от перехода права собственности на спорную квартиру к другому лицу, членом семьи которого она не является.
При этом, суд первой инстанции исходил из того, что обстоятельств, с которыми закон связывает возможность признания ФИО2 утратившей право пользования спорным жилым помещением не установлено, основания для признания её утратившей право пользования спорной квартирой и выселения отсутствуют.
Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на нормах действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, и сделаны с учетом всестороннего и полного исследования доказательств в их совокупности, установленных обстоятельств настоящего дела.
Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции по доводам апелляционных жалобы и представления не имеется в силу следующего.
В соответствии со статьёй 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища.
Конституционный принцип недопустимости произвольного лишения жилища, реализация которого осуществляется в жилищном законодательстве, означает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами (часть 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.
Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма (часть 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации).
Часть 4 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации содержит положения, в соответствии с которыми, если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи, в том числе и право бессрочно пользоваться жилым помещением (часть 2 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации).
Данные нормы не устанавливают каких-либо исключений для проживающих совместно с нанимателем членов его семьи, в том числе и для тех, кто ранее участвовал в приватизации другого жилого помещения.
Из материалов дела следует, что ответчик ФИО2 была вселена в спорное жилое помещение в соответствии с установленными требованиями, в связи с чем приобрела равное с нанимателем право пользования указанным спорным жилым помещением.
В обоснование своих исковых требований, истец ссылался на положения статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, и переход к нему права собственности.
Вместе с тем, как правильно учтено судом первой инстанции, спорная квартира на основании договора социального найма от 23 сентября 2008 г. (с учетом дополнительного соглашения от 17 мая 2022 г.) была передана нанимателю ФИО3, совместно с нанимателем на правах членов семьи заселены ФИО4 (сын), К.Л.Д. (мать), ФИО2 (сестра), которая до настоящего времени зарегистрирована и проживает в квартире, расположенной по адресу: <адрес>
Указанные обстоятельства истцом не оспаривались, но он полагал, что ответчик утратила право пользования, поскольку не является членом семьи нового собственника, не имела права на приватизацию спорной квартиры, о чем также приводит доводы в апелляционной жалобе.
Судебная коллегия не может согласиться с указанными доводами по следующим обстоятельствам.
В соответствии с пунктом 1 статьи 217 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в государственной или муниципальной собственности может быть передано его собственником в собственность граждан и юридических лиц в порядке, предусмотренном законами о приватизации государственного и муниципального имущества.
Согласно пункту 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.
В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.
Согласно части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.
В соответствии со статьёй 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.
В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со статьёй 19 Вводного закона действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором. Согласно частям 2 и 4 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении.
К названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применён пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).
Аналогичным образом при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу должен решаться вопрос о сохранении права пользования этим жилым помещением за бывшим членом семьи собственника жилого помещения, который ранее реализовал свое право на приватизацию жилого помещения, а затем вселился в иное жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя по договору социального найма и, проживая в нем, дал необходимое для приватизации этого жилого помещения согласие (абзац 4).
При таких обстоятельствах, тот факт, что 7 мая 1993 г. ФИО2 приватизировала жилое помещение по адресу: <адрес>, а впоследствии обменяла её на двухкомнатную квартиру по адресу: <адрес>, которую в последующем обменяла на однокомнатную квартиру по адресу: <адрес>, право собственности на которую ответчик уже не имела, поскольку отказалась от своей доли в квартире в пользу несовершеннолетних детей Т.А.Г. и Т.О.Н., вопреки доводам апелляционной жалобы не может являться основанием для ограничения её прав на использование жилого помещения, в которое она вселилась на законных основаниях в качестве члена семьи нанимателя и продолжает в нём проживать.
Как правильно учтено судом при вынесении обжалуемого решения, положения статьи 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» и статьи 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» не устанавливают каких-либо исключений в отношении нераспространения положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения, не принимавших участие в приватизации по той причине, что ранее они участвовали в приватизации другого жилого помещения.
Поскольку обстоятельства, с которыми закон связывает возможность признания гражданина утратившим право пользования жилым помещением, в отношении ФИО2 объективного подтверждения не нашли, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания её утратившей право пользования спорной квартирой и выселения.
Доводы апелляционной жалобы о злоупотреблении ФИО2 своими правами отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, поскольку законом не предусмотрено такое последствие возникновения права собственности, как утрата права пользования жилым помещением, используемым членом семьи нанимателя на условиях социального найма, а утверждение истца о том, что ответчик реализовала свое право на приватизацию ранее, тем самым ухудшила свое положение, не свидетельствуют о злоупотреблении правом.
Наличие или отсутствие в данном случае права собственности на жилое помещение у ФИО2 правового значения для решения вопроса о наличии у неё права пользования квартирой по адресу: <адрес>, не имеет.
ФИО2 в приватизации данной квартиры не участвовала, поскольку ранее использовала предоставленное ей законом право на приватизацию другого жилого помещения, при этом не отказалась от принадлежащего ей права пользования этой жилой площадью, добросовестно полагая, что это право является безусловным.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции установлено, что ответчик была вселена в спорное жилое помещение как член семьи бывшего собственника спорного жилого помещения, в момент приватизации спорной квартиры ответчик имел равные права пользования этим жилым помещением с лицами, его приватизировавшими, в связи с чем право пользования спорным жилым помещением для ответчика носит бессрочный характер.
Доводам апелляционной жалобы о том, что договор купли-продажи от 23 декабря 2022 г. не содержит условий о сохранении за ФИО2 права пользования спорной квартирой, судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем они не могут быть приняты во внимание судебной коллегии как обоснованные.
В силу положений части 3 статьи 196 и части 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным требованиям, и не вправе самостоятельно изменять основание иска.
При этом, вопреки утверждению истца в апелляционной жалобе основание иска - это не нормы права, которые указывает истец в исковом заявлении, а обстоятельства, на которые ссылается истец в подтверждение исковых требований к ответчику.
Несостоятельным, по мнению судебной коллегии, является и довод апелляционной жалобы о том, что суд в своём решении отказал в удовлетворении заявленного иска обобщенно, без указания адреса квартиры, из выселения которой ФИО2 отказано.
Обращаясь с иском к ФИО2, истец, по сути, заявил требования о признании её утратившей право пользования жилым помещением и выселении из жилого помещения, в удовлетворении которого судом было отказано, а потому судебная коллегия считает обжалуемое решение, не противоречащим и согласующимся с разъяснениями, изложенными в части 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении».
Таким образом, доводы жалобы не опровергают выводов решения суда и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется, поскольку все они являлись предметом исследования судом первой инстанции, им дана оценка в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с которой судебная коллегия соглашается.
Нарушений судом норм процессуального права, являющихся в соответствии положениями части четвертой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции вне зависимости от доводов апелляционной жалобы, не установлено.
Согласно пункту 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» лицо, подавшее апелляционную жалобу, а также прокурор, принесший апелляционное представление, вправе отказаться как в целом, так и в части от апелляционных жалобы, представления в любое время до вынесения судом апелляционной инстанции апелляционного определения. Заявление об отказе от апелляционных жалобы, представления должно быть подано в суд апелляционной инстанции в письменной форме (статья 326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 1.1 статьи 3, частью 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление об отказе от апелляционных жалобы, представления может быть подано в электронном виде, в том числе в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".
Вопрос о принятии отказа от апелляционных жалобы, представления решается судом апелляционной инстанции в судебном заседании, назначенном для рассмотрения апелляционных жалобы, представления, в котором необходимо проверить полномочия лица на отказ от апелляционных жалобы, представления.
Суд апелляционной инстанции принимает отказ от апелляционных жалобы, представления, если установит, что такой отказ носит добровольный и осознанный характер.
При отказе прокурора от апелляционного представления, поданного в интересах другого лица, суд апелляционной инстанции продолжает рассмотрение дела, если лицо, в интересах которого подано апелляционное представление, либо его законный или уполномоченный представитель не заявят ходатайство о прекращении апелляционного производства (часть 4 статьи 1, часть 2 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд апелляционной инстанции на основании части 3 статьи 326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выносит определение о принятии отказа от апелляционных жалобы, представления, которым прекращается апелляционное производство по соответствующим апелляционным жалобе, представлению.
Поскольку до удаления суда в совещательную комнату прокурором Верниковой О.С. представлено письменное заявление об отзыве апелляционного представления, апелляционное производство в данной части подлежит прекращению.
Руководствуясь частью 3 статьи 326, пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия
определила:
принять отказ старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Саранска Республики Мордовия Верниковой О.С. от апелляционного представления, апелляционное производство по апелляционному представлению прекратить.
Решение Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 19 июня 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО1 – без удовлетворения.
Председательствующий В.А. Пужаев
Судьи В.А. Ганченкова
О.В. Селезнева
Мотивированное апелляционное определение составлено 27 сентября 2023 г.
Судья В.А. Ганченкова