Дело № 2 - 165/2023
42RS0014-01-2022-001794-05
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
Мысковский городской суд Кемеровской области в составе судьи Ульяновой О.А.,
с участием прокурора Тимощук Л.А.,
истца ФИО3,
его представителя ФИО4, действующей на основании определения суда о допуске к участию в деле,
при секретаре судебного заседания Караевой Ю.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Мыски
20 февраля 2023 г.
гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Акционерному обществу «ОУК Южкузбассуголь», Акционерному обществу «Распадская – Коксовая», Акционерному обществу «Угольная компания Сибирская» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,
установил :
ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к АО «ОУК Южкузбассуголь»», АО «Распадская- Коксовая», АО «Угольная компания Сибирская» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, согласно которому с учетом изменений в порядке ст. 39 ГПК РФ просит взыскать с АО ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ на 2019-2024 в размере <данные изъяты> руб.; компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> руб.; расходы на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты> руб.; расходы за предоставление выписки из амбулаторной карты в размере <данные изъяты> руб. Взыскать с АО «Распадская-Коксовая» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> руб.; расходы по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты> руб.; расходы за предоставление выписки из амбулаторной карты в размере <данные изъяты> руб. Взыскать с АО «Угольная компания Сибирская» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> руб.; расходы по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты> руб.; расходы за предоставление выписки из амбулаторной карты в размере <данные изъяты> руб.
В исковом заявлении в обоснование требований ФИО3 указал следующее. С ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осуществлял трудовую деятельность на предприятиях ответчиков. ДД.ММ.ГГГГ уволен по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (отсутствие у работодателя соответствующей работы). В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессиях <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 находился в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где ему впервые было установлено <данные изъяты> Был направлен на БМСЭ. Труд с физическими нагрузками и функциональным перенапряжением был противопоказан. Истцу было рекомендовано <данные изъяты>. Заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 впервые было установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Приказом по филиалу № ГУ КРОФСС РФ №-в от ДД.ММ.ГГГГ в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности истцу были назначены ежемесячные страховые выплаты. В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой № от ДД.ММ.ГГГГ (пункт 25) и актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (пункт 20) во время работы ФИО3 подвергался воздействию вредных производственных факторов: тяжесть <данные изъяты> Вины истца в возникновении и развитии профессионального заболевания не установлено. Согласно заключению Клиники НИИ КПГ и ПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональными заболеваниями № от ДД.ММ.ГГГГ установлена вина: <данные изъяты> По причине профессионального заболевания ФИО3 постоянно испытывает <данные изъяты>, ФИО3 <данные изъяты> ФИО3 <данные изъяты>. ФИО3 <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда АО «Угольная компания Сибирская»» выплатило ФИО3 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> вины в возникновении и развитии профессионального заболевания. ДД.ММ.ГГГГ он обратился к АО «Распадская-Коксовая» и АО «ОУК Южкузбассуголь» с заявлением о выплате компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ. ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с Соглашениями о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ № № АО «Распадская-Коксовая» выплатило ФИО3 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> вины в возникновении и развитии профессионального заболевания. ДД.ММ.ГГГГ АО «ОУК Южкузбассуголь» выплатило ФИО3 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> вины в возникновении и развитии профессионального заболевания, при этом за <данные изъяты> АООТ «Шахта Томская» компенсация морального вреда не выплачивалась. В расчете суммы компенсации морального вреда указана сумма среднемесячного заработка за период с апреля ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> руб. Вместе с тем, процент вины АО «ОУК Южкузбассуголь» в возникновении и развитии профессионального заболевания составил <данные изъяты>. Средняя заработная плата согласно данным Кемеровостат составила <данные изъяты> руб. Сумма единовременной компенсации морального вреда составляет <данные изъяты> руб. Недоплата в счет компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ составила <данные изъяты> руб. - <данные изъяты> руб.). АО «ОУК Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта Томская». Истец считает, что положенные к выплате суммы в счет компенсации морального вреда не компенсируют в полной мере его физические и нравственные страдания. В денежном выражении моральный вред ФИО3 оценивает в <данные изъяты> руб. С учетом степени вины ответчиков в возникновении и развитии профессионального заболевания, по мнению истца, к взысканию подлежат суммы: С АО «ОУК Южкузбассуголь» сумма <данные изъяты> с АО «Распадская-Коксовая» сумма <данные изъяты> с АО «Угольная компания Сибирская» сумма <данные изъяты>
Истец ФИО3 и его представитель ФИО4 в судебном заседании настаивали на удовлетворении требований по изложенным в исковом заявлении основаниям.
Определением суда дело рассмотрено в отсутствие представителей ответчиков.
Ответчики не признали требования истца в полном объёме, обосновав свои возражения следующими доводами.
По пояснению присутствующего в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представителя АО «УК Сибирская», с учетом установленного процента вины АО «УК Сибирская» был произведен расчет суммы компенсации морального вреда и расчет суммы оплаты за проведение экспертизы. ДД.ММ.ГГГГ между АО «УК Сибирская» и ФИО3 заключено Соглашение о компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания (далее - Соглашение). По соглашению Истцу выплачена сумма компенсации морального вреда - <данные изъяты> руб. и сумма за оплату проведения экспертизы - <данные изъяты> руб. Всего Истцу выплачено <данные изъяты>. Расчет компенсации морального вреда произведен АО «УК Сибирская» согласно п. 5.4. «Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019 - 2021 годы» (действие продлено до ДД.ММ.ГГГГ), п. 3 Приложения № к Коллективному договору АО «УК Сибирская» на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Полагает, что следует учитывать размер компенсации морального вреда, равный <данные изъяты>. Требования, предъявленные истцом к АО «УК Сибирская», завышены, не обоснованы, не отвечают принципам разумности и справедливости. Каких-либо существенных доказательств того, что выплаченная по Соглашению сумма не компенсирует причиненные истцу нравственные и физические страдания в связи с профессиональным заболеванием, им не представлено.
Как следует из письменных возражений представителя АО «ОУК «Южкузбассуголь» и АО «Распадская – Коксовая» ФИО1, (л.д. 75 – 79, 81 – 84) ответчики не признает требования истца в силу следующего. Размер утраты профессиональной трудоспособности истца <данные изъяты> установлен БМСЭ ДД.ММ.ГГГГ (справка Сер. МСЭ-<данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ), следовательно, к данным правоотношениям применяются нормы ФОС по угольной промышленности и Соглашения, заключенного с Росуглепрофом, действовавшие в указанный период. По вышеуказанному профессиональному заболеванию истец обращался к АО «ОУК «Южкузбассуголь» с заявлением о получении компенсации морального вреда в соответствии с ФОС, Соглашением. С Истцом заключены Соглашения о компенсации морального вреда, подписанные ФИО3 лично, несогласия с какими-либо его условиями не заявлено. Условиями соглашения предусмотрено, что с момента перечисления денежной суммы обязательство Общества по компенсации морального вреда работнику считается прекращенным в полном объеме в связи с его надлежащим исполнением (на основании ст. 408 ГК РФ). Таким образом, между работником и работодателем достигнуто соглашение о размере компенсации морального вреда, что соответствует требованиям ч. 1 ст. 237 ТК РФ. Ответчиками в полном объеме исполнены обязательства по компенсации морального вреда данному работнику в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания. Кроме этого, ответчики полагают, что сумма, выплаченная работодателями в счет компенсации морального вреда, полностью компенсирует вред, причиненный истцу. Размер компенсации, выплаченный ответчиками, соответствует требованиям справедливости и разумности, полностью покрывает физические и нравственные страдания, претерпеваемые истцом, соответствует сложившейся практике возмещения морального вреда в регионе. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда явно завышен, и не соответствует реальной степени физических и нравственных страданий истца, не соответствует требованиям справедливости и разумности. ФИО3 установлена утрата трудоспособности <данные изъяты>. На основании Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, а также Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности устанавливается, если пострадавший может выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую профессиональному заболеванию, при снижении квалификации и/или объема (тяжести) работ, но без изменения условий труда. Согласно указанным нормам истец трудоспособен с некоторыми ограничениями. Группа инвалидности истцу не установлена, он не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе, в профессиональном обучении и дополнительной медицинской помощи и санаторно-курортном лечении, может выполнять профессиональную деятельность со снижением объема прежней загрузки. Удовлетворение требований о компенсации морального вреда приведет к повторному взысканию и неосновательному обогащению истца за счет средств ответчика. При таких обстоятельствах ответчики считают, что истец реализовал свое право на получение в возмещение вреда здоровью компенсации морального вреда, размер которой был определен соглашением.
Помимо этого АО «ОУК «Южкузбассуголь» считает несостоятельными доводы истца о том, что Общество является правопреемником ОАО «Шахта «Томская».
Заслушав объяснения сторон, их представителей, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению, исходя из размера компенсации морального вреда 250000 руб., с учетом степени вины ответчиков и выплаченных ими денежных сумм, суд установил следующие обстоятельства.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осуществлял трудовую деятельность на предприятиях ответчиков, что подтверждается копией трудовой книжки на л.д. 13-16.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 находился на стационарном обследовании в профпатологическом отделении № клиники «НИИ КПГиПЗ», где ему впервые было установлено заболевание <данные изъяты> (л.д. 29).
Заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 впервые установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.12).
Заключением врачебной комиссии ФГБУ «НИИ КПГиПЗ» от ДД.ММ.ГГГГ № установлено, что имеется причинно-следственная связь заболевания с профессией, установлен диагноз <данные изъяты> (л.д 28).
В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой № от ДД.ММ.ГГГГ (п. 25) ФИО3 во время работы подвергался воздействию вредных производственных факторов, а также тяжести трудового процесса (л.д. 17-21).
В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (на л.д. 22-27) профессиональное заболевание: <данные изъяты> (пункт 20 Акта).
Причиной профессионального заболевания послужило <данные изъяты> (пункт 18 Акта).
Вины истца в возникновении и развитии профессиональных заболеваний не установлено (пункт 19 Акта).
Согласно Заключению Клиники НИИ КПГиПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональными заболеваниями № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 40) установлено:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты> морального вреда в связи с профессиональным заболеванием предусмотрен пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности (л.д. 49-51).
Приказом ФСС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 назначена ежемесячная страховая выплата в сумме <данные изъяты> руб. (л.д.38).
Приказом ФСС РФ от ДД.ММ.ГГГГ. № ФИО3 назначена единовременная страховая выплата в сумме <данные изъяты> руб. (л.д.39).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился к АО «ОУК Южкузбассуголь» с заявлением о единовременной выплате в счет компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ (л.д. 51).
В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда № № от ДД.ММ.ГГГГ АО «ОУК «Южкузбассуголь» начислило ФИО3 компенсацию морального вреда на период работы в ОАО «Шахта «Томская-Н», исходя из степени вины <данные изъяты> в размере <данные изъяты> руб.(л.д. 41-42).
В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> стороны пришли к согласию, что в связи с установлением ФИО3 <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием с учетом степени вины предприятия АО «Распадская-Коксовая» <данные изъяты>, АО «Распадская-Коксовая» выплачивает компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб. (л.д. 43-44).
В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ. стороны пришли к согласию, что в связи с установлением ФИО3 <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием с учетом степени вины предприятия АО «УК Сибирская» <данные изъяты> АО «УК Сибирская» выплачивает компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб. (л.д. 45).
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ч. 1 ст. 212 ТК РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 ТК РФ).
Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.
Исходя из приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли (промышленности), подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.
Как уже указано выше, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности и коллективным договором АО «ОУК «Южкузбассуголь», АО «УК Сибирская» и АО «Распадская-Коксовая» определены условия, гарантирующие работнику в случае наступления профессионального заболевания выплату единовременной компенсации морального вреда.
Довод истца о том, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» был неверно произведён расчёт компенсации морального вреда подтверждается приведенным им расчётом, который проверен судом, и признается арифметически верным. Суд считает, что при расчёте истцом правомерно был применен размер среднемесячной заработной платы по профессии работника согласно его квалификации в угольной промышленности Кемеровской области, представленный Кемеровостатом. При расчёте компенсации ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» применен среднемесячный заработок ФИО3 за период ДД.ММ.ГГГГ г. Вместе с тем, в соответствии с п. 7 Соглашения на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в случае, если утрата профессиональной трудоспособности установлена работнику впервые спустя 3 лет после окончания срока действия трудового договора у данного работодателя, в целях определения размера компенсации по желанию работник размер компенсации рассчитывается, исходя из размера обычного вознаграждения (среднемесячной заработной платы) по профессии работника согласно его квалификации в угольной промышленности Кемеровской области с учетом всех обязательных выплат, действующих на территории Кемеровской области на момент обращения.
Приведенный АО «ОУК «Южкузбассуголь» в письменном возражении довод о том, что ответчик не является правопреемником ОАО «Шахта Томская», опровергается вступившим в законную силу решением Мысковского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, имеющим согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ преюдициальное значение, которым определено, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта Томская».
На основании изложенного, с учетом применения при расчёте размера заработной платы, представленной Кемеровстатом, а также с учетом степени вины АО «ОУК «Южкузбассуголь», равной <данные изъяты>, размер единовременной выплаты составляет <данные изъяты> руб., а с учетом выплаченной суммы – <данные изъяты> руб. к взысканию полежит <данные изъяты> руб.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Соответственно, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора.
В настоящем случае такой спор о размере компенсации морального вреда возник между работником ФИО3 и работодателями АО «ОУК «Южкузбассуголь», АО «УК Сибирская» и АО «Распадская-Коксовая».
Как установлено материалами дела, ответчики при определении компенсации морального вреда руководствовались положениями ст. 237 ТК РФ, нормами Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности и коллективными договорами из которых следует, что возмещение морального вреда производится в случае установления утраты профессиональной трудоспособности впервые. Работодатель рассчитал компенсацию морального вреда из расчета <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности, установленной впервые, и среднего заработка истца.
При принятии решения суд учитывает, что по своему характеру данная выплата (единовременная компенсация в соответствии с Коллективными договорами и п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации) является разовой, выплачивается работнику при установлении ему впервые степени утраты профессиональной трудоспособности и последующее изменение степени утраты профессиональной трудоспособности не влечет повторное взыскание такого вида компенсации в пользу работника.
Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Истец указывает, что компенсацию морального вреда с учетом его особенностей, физических и нравственных страданий, оценивает в сумму <данные изъяты> руб. без учета обязательных выплат и степени вины ответчиков.
Суд считает довод истца о том, что выплата за полученное им профессиональное заболевание АО «Распадская-Коксовая» компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб., АО «ОУК Южкузбассуголь» в размере в размере <данные изъяты> руб. и установленная как неверно рассчитанная по условиям Федерального отраслевого тарифного соглашения сумма – <данные изъяты> руб., АО «УК Сибирская» в размере <данные изъяты> руб. недостаточна, является обоснованным.
Возражения ответчиков со ссылкой на Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности и коллективный договор, на достигнутое сторонами соглашение о выплате не может умалять права истца на полное возмещение вреда.
Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.
Пояснения ФИО3 о его физических и нравственных страданиях, обусловленных наличием профессионального заболевания, подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными доказательствами об обращении его за медицинской помощью и прохождении им лечения (л.д. 29 – 34), выпиской из амбулаторной карты пациента л.д. 35, а также показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей.
По пояснению свидетеля ФИО2, приходящейся истцу супругой, у ФИО3 <данные изъяты>
Как установлено судом из пояснения свидетеля <данные изъяты>, она приходится истцу дочерью. ФИО3 из-за заболевания долгое время <данные изъяты>
Учитывая фактически обстоятельства причинения вреда, то, что заболевание истец получил при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя, принимая во внимание нравственные и физические страдания истца ФИО3 индивидуальные особенности истца, находящегося в зрелом возрасте, который в связи с полученным профессиональным заболеванием и вызываемым им болями имеет ограничения в осуществляемой деятельности, видах досуга, от чего ощущает свою ущербность, что свидетельствует о тяжести перенесенных им страданий, степень утраты трудоспособности истца, равный <данные изъяты>, что не исключает трудоспособность истца с ограничениями, а также учитывая принцип разумности, который стимулирует участников гражданского оборота к ответственному и добросовестному поведению, принцип справедливости и соразмерности компенсации морального вреда последствиям нарушения прав ФИО3, суд считает, что суммы, выплаченные ответчиками истцу не достаточны для компенсации морального вреда, причиненного работодателями своему работнику. Оценивая в совокупности все доказательства по делу, суд приходит к выводу, что денежная компенсация морального вреда ФИО3 должна составлять <данные изъяты> рублей. С учётом установленного проценты вины ответчика АО «ОУК Южкузбассуголь» – <данные изъяты> %, а также за вычетом выплаченной в счёт компенсации морального вреда денежной суммы – <данные изъяты> руб. и установленной как неверно рассчитанной по условиям Федерального отраслевого тарифного соглашения суммы – <данные изъяты> руб., подлежащая взысканию с АО «ОУК Южкузбассуголь»сумма составляет <данные изъяты> руб. <данные изъяты> с учётом установленного проценты вины ответчика АО «Распадская-Коксовая» – <данные изъяты>, а также за вычетом выплаченной в счёт компенсации морального вреда денежной суммы – <данные изъяты> руб., подлежащая взысканию с АО «Распадская-Коксовая» сумма составляет <данные изъяты> подлежащая взысканию с АО «УК Сибирская» составляет <данные изъяты> которые будут соответствовать балансу интересов сторон, являются достаточной компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий.
При этом, суд не может согласиться с доводом представителя АО «Угольная компания Сибирская» о том, что размер компенсации морального вреда, выплаченного истцу, составляет <данные изъяты> руб. Согласно расчёту, приведенному в Соглашении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 45), рассчитанная по формуле единовременная выплата компенсации морального вреда составила <данные изъяты>. – оплата за проведение экспертизы.
Осуществление истцом расходов по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты> руб. подтверждается договором об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 55), актом выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 56).
Исходя из принципов разумности и справедливости, с учётом положений ст. 100 ГПК РФ, суд считает подлежащей взысканию с ответчика расходов за участие в деле представителя в размере <данные изъяты> рублей. Согласно позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации № 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Кроме того, согласно п. п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).
По мнению суда, заявленная истцом сумма <данные изъяты> руб. позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц, учитывает соотношение расходов с объемом защищенного права истца, а также объем и характер предоставленных услуг.
Взысканию в ответчиков также подлежат расходы по оформлению выписки из медицинской амбулаторной карты в размере <данные изъяты> руб., осуществление которых ФИО3 подтверждается товарным чеком № (л.д. 52), так как считает названные расходы необходимыми, связанными с рассмотрением гражданского дела.
Судебные расходы подлежат взысканию в ответчиков в равных размерах - по <данные изъяты> с каждого.
На основании положений статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. (с каждого).
Руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд
решил :
Иск ФИО3 удовлетворить.
Взыскать с Акционерного общества ОУК «Южкузбассуголь» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт серии № №) единовременную выплату в счёт компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышлености РФ на <данные изъяты> годы в размере <данные изъяты> руб., компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием - <данные изъяты> руб., расходы по оплате услуг представителя – <данные изъяты> руб., расходы за предоставление выписки из амбулаторной карты – <данные изъяты> руб.
Взыскать с Акционерного общества «Распадская – Коксовая» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт серии № №) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием - <данные изъяты> руб., расходы по оплате услуг представителя – <данные изъяты> руб., расходы за предоставление выписки из амбулаторной карты – <данные изъяты> руб.
Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания Сибирская» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт серии № №) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием - <данные изъяты> руб., расходы по оплате услуг представителя – <данные изъяты> руб., расходы за предоставление выписки из амбулаторной карты – <данные изъяты> руб.
Взыскать с Акционерного общества ОУК «Южкузбассуголь» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей.
Взыскать с Акционерного общества «Распадская – Коксовая» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей.
Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания Сибирская» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Кемеровского областного суда через Мысковский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Ульянова О.А.
Мотивированное решение изготовлено 27.02.2023 г.