Дело № 33-10724/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 18.07.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Черепановой А.М.

судей

Майоровой Н.В.

Мартыновой Я.Н.

при помощнике судьи Стельмах А.А., рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

по апелляционной жалобе истца ФИО1

на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 03.04.2023.

Заслушав доклад судьи Мартыновой Я.Н., объяснения представителя истца ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы истца, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Следственного Управления Следственного комитета России по Свердловской области, ФИО3, полагавшей решение суда законным и обоснованным объяснения представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуры Свердловской области ФИО4, полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

В обоснование заявленных требований в исковом заявлении указано, что приговором Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 04.04.2022, вступившим в законную силу, по уголовному делу №1-2/2022 истец ФИО1 был признан невиновным по предъявленным ему обвинению в совершении 9 преступлений, предусмотренных п. «а» ч.5 ст.290 УК РФ и оправдан на основании п.1 ч.1 ст. 27, п.2ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с непричастностью к совершенным преступлениям; 3 преступлений, предусмотренных п. «а» ч.5 ст.290 УК РФ и оправдан на основании п.2 ч.1 ст. 24, п.2ч.1 ст. 27, п.3ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. При оценке взыскиваемого морального вреда истец учитывает: факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности по 12 эпизодам особо тяжких преступлений, длительный срок незаконного привлечения к уголовной ответственности истца длившегося более 3-х лет с 28.08.2019 (задержание) по 12.09.2022 года (вступление в законную силу оправдательного приговора), в течение которого истец неоднократно вызывался к следователю для проведения следственных и иных действий (для допросов подозреваемого 30.08.2019 и 18.05.2020, предъявления обвинения и допроса обвиняемого 12.08.20202, очной ставки 18.05.2020, уведомления об окончании следствия, ознакомления с материалами уголовного дела, вручении обвинительного заключения), истец участвовал в 15 судебных заседаниях в Ленинском районном суде г.Екатеринбурга и 2 судебных заседаниях в Свердловском областном суде; незаконное применение к истцу меры принуждения (с 28.08.2019 по 30.09.2019 истец был задержан в порядке ст.91 УПК РФ), незаконное избрание истцу меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении с 30.08.2019, которая отменена приговором суда по истечению 3 лет с момента избрания. В своих показаниях истец никогда не оговаривал себя, незаконное привлечение к уголовной ответственности привело к тому, что истец был вынужден уволиться с прежнего места работы, где занимал должность мастера производственного обучения, 3 с лишним года не работал до вынесения оправдательного приговора, живя на военную пенсию, испытывал стресс по поводу возможного осуждения на реальный длительный срок лишения свободы, о котором просил государственный обвинитель, а полученная моральная травма сказалась на психологическом здоровье истца, служит причиной бессонницы, депрессии.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 03.04.2023 исковые требования удовлетворены частично, взыскана с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу истца компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей.

Не согласившись с таким решением, истец в поданной апелляционной жалобе просит о его изменении, увеличении суммы взысканной компенсации в связи с ее явной незначительностью и несоразмерностью тем последствиям, которые возникли в ходе незаконного уголовного преследования истца.

Истец, ответчик в заседание судебной коллегии не явились, не ходатайствовали об отложении судебного заседания. Сведения о месте и времени судебного заседания были заблаговременно размещены на сайте Свердловского областного суда. С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционных жалоб в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается письменными материалами дела, уголовные дела по признакам 12 эпизодов преступлений, предусмотренных п. «а» ч.5 ст. 290 УК РФ, совершенных в период с 01.11.2017 по 23.03.2019, возбуждены 28.04.2019, 27.04.2020,19.05.2020 и 09.07.2020, а 11.07.2020 соединены в одно производство.

Истец ФИО1 задержан в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ 28.08.2019, в отношении него 30.08.2019 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приговором Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 04.04.2022 ФИО1 оправдан в совершении 9 преступлений, предусмотренных п.«а» ч.5 ст. 290 УК РФ, в связи с непричастностью к их совершению, а также 3 преступлений, предусмотренных п.«а» ч.5 ст.290 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях составов преступлений.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 12.09.2022 приговор Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 04.04.2022 в части оправдания ФИО1 в совершении 12 преступлений, предусмотренных п. «а» ч.5 ст. 290 УК РФ, оставлен без изменения.

Удовлетворяя исковые требования, руководствуясь ст.ст. 1070, 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что истец как лицо, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, вправе получить денежную компенсацию морального вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием.

Судебная коллегия с такими выводами суда первой инстанции соглашается.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Поскольку истец был необоснованно подвергнут уголовному преследованию по обвинению в совершении вышеуказанных преступлений, то он имеет право на денежную компенсацию морального вреда, в связи с чем доводы ответчика Министерства финансов Российской Федерации, о необоснованности заявленных истцом требований безосновательны.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел длительность уголовного преследования ФИО1 (с 28.08.2019 по 12.09.2022), нахождение под стражей в течение 2 суток, степень связанных с данными мерами уголовного процессуального принуждения ограничений для ФИО1, тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения (санкция ч.5 ст.290 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает лишение свободы), временную утрату родственных связей ФИО1, индивидуальные особенности истца ФИО1, который ранее не привлекался к уголовной ответственности, является добропорядочным членом общества, невозможность трудоустройства в связи с уголовным преследованием, в связи с чем незаконное привлечение ФИО1 к уголовной ответственности, уголовное преследование истца, нахождение под подпиской о невыезде и надлежащем поведении явились существенными психотравмирующими факторами, вызвавшими в том числе обострение хронических заболеваний, ухудшение состояния здоровья, необходимость обращения за медицинской помощью, отсутствие возможности помощи семье, потерю работы, а также то, что истец частично признавал свою вину, добровольно написал явку с повинной, частично оправдан в связи с незначительным размером взятки.

С учетом установленных обстоятельств, суд определил размер компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей.

Вместе с тем, доводы апелляционной жалобы истца о том, что размер компенсации морального вреда определен судом без учета всех обстоятельств дела, заслуживают внимание судебной коллегии.

При оценке степени нравственных и физических страданий вследствие уголовного преследования, по итогам которого истец оправдан, безусловно, подлежали учету все обстоятельства дела, индивидуальные особенности самого истца, особенности рассматриваемого преследования по обвинению истца в совершении преступных деяний.

Суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда не учел в полной мере длительность периода нахождения истца в психотравмирующей ситуации (срок уголовного преследования- с 28.08.2019 по 12.09.2022, в период неоднократно вызывался к следователю для проведения следственных и иных действий, неоднократно принимал участие в 13 судебных заседаниях суда первой и апелляционной инстанций).

Применение к истцу меры принуждения (с 28.08.2019 по 30.09.2019 истец был задержан в порядке ст.91 УПК РФ), избрание истцу меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении с 30.08.2019, которая отменена приговором суда по истечению 3 лет с момента избрания, несомненно, отразились на личной семейной и трудовой жизни истца, повлекло изменение привычного образа жизни.

Уголовное преследование, безусловно, несет крайне отрицательную социальную оценку, как среди родственников, знакомых, так и в профессиональной сфере. В результате уголовного преследования были поставлены под сомнение доброе имя и репутация истца, что, несомненно, влечет осуждение окружающих граждан, коллег, родственников.

Необходимо учесть и возраст истца, в котором обстоятельства, происходящие с истцом, воспринимались более болезненно.

Размер суммы денежной компенсации морального вреда должен согласовываться с принципами конституционной ценности жизни личности ст. ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости.

При этом, следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах. Степень соразмерности является оценочной категорией, и только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Судебная коллегия полагает, что судом не в полной мере учтены все обстоятельства, заслуживающие внимания суда, относительно размера компенсации морального вреда, причиненного истцу. Судебная коллегия, рассмотрев перечисленные доводы и установленные по делу обстоятельства, приходит к выводу, что присуждение компенсации морального вреда в размере 100000 рублей в связи с необоснованным уголовным преследованием, является явно несправедливым, неразумным.

Вместе с тем, оснований для увеличения размера компенсации морального вреда до требуемого истцом размера, судебная коллегия не усматривает, с учетом обстоятельств, о которым истец был оправдан по трем преступлениям (по п.«а» ч.5 ст.290 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях составов преступлений), учитывая то, что доказательств предвзятого отношения к истцу со стороны следственных органов, а также доказательств невозможности трудоустроиться в связи с предъявленным обвинением и уголовным преследованием, возникновения заболеваний и обострения имеющихся заболеваний в силу происходящих событий в суд не представлено.

Исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и всех заслуживающих внимания обстоятельств данного конкретного дела, принципов разумности и справедливости, судебная коллегия полагает необходимым увеличить размер компенсации морального вреда до500 000 рублей, поскольку такой размер указанной компенсации отвечает нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.

Таким образом, решение суда в части определения размера компенсации морального вреда по вышеуказанным основаниям не может быть признано законным и обоснованным, в силу п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда подлежит изменению, размер компенсации морального вреда - увеличению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 327.1, ч. 2 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

определила:

Решение Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 03.04.2023 в части размера взысканной компенсации морального вреда изменить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в порядке реабилитации 500000 руб.

В остальной части решение Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 03.04.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения

Председательствующий: А.М. Черепанова

Судьи: Н.В. Майорова

Я.Н. Мартынова