Решение по делу № 2-2504/2023 от 14.03.2023 - о признании незаконными и отмене актов о проведении служебного расследования, приказов о дисциплинарном взыскании, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов.

УИД 50RS0026-01-2023-000963-29

Дело № 2-2504/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 марта 2023 г.

г.о. Люберцы Московской области

Люберецкий городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Баринова С.Н.,

при помощнике судьи Осипове В.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ МО "Дзержинская городская больница" о признании незаконными и отмене актов о проведении служебного расследования, приказов о дисциплинарном взыскании, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ МО "Дзержинская городская больница" о признании незаконными и отмене акта о проведении служебного расследования согласно приказа от ДД.ММ.ГГ №/Д от ДД.ММ.ГГ и приказа о дисциплинарном взыскании от ДД.ММ.ГГг. №; признании незаконными и отмене акта о проведении служебного расследования согласно приказа от ДД.ММ.ГГ№/Д от ДД.ММ.ГГг. и приказа о дисциплинарном взыскании от ДД.ММ.ГГ №, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, возмещении расходов на оплату услуг представителя в сумме 60 000 рублей.

Иск обоснован тем, что ФИО1 работает в должности палатной медсестры хирургического отделения ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» с ДД.ММ.ГГ, ей была присвоена высшая квалификационная категория по специальности «сестринское дело», которая была подтверждена. ДД.ММ.ГГ истец была вынуждена под давлением руководства больницы написать заявление об увольнении по собственному желанию в этот же день, и впоследствии на основании решения Люберецкого городского суда Московской области от ДД.ММ.ГГг. по гражданскому делу № увольнение было признано незаконным и истец восстановлена на работе. После восстановления на работе истец стала подвергаться со стороны работодателя давлению, создавались невыносимые условия работы, в том числе истец дважды 29 ноября и ДД.ММ.ГГ была привлечена к дисциплинарной ответственности, как она полагает, по надуманным основаниям. Основанием первого служебного расследования в отношении нее, инициированного ДД.ММ.ГГ, на основании которого истцу объявлено замечание, послужила служебная записка главной медицинской сестры о том, что истцом неверно внесены данные в журнал учета операций, связанных с обращением лекарственных средств для медицинского применения, лекарственный препарат «Трамадол раствор для инъекций 50 мг/мл-2мл», назначенный одному пациенту ошибочно указан другой пациент. После совершения пациенту инъекции истцу было необходимо отлучиться за журналом учета препаратов, чтобы внести в него запись, в период отсутствия на историю болезни пациента, которому была сделана инъекция, неизвестным лицом положена история болезни другого пациента, в связи с чем истец начала вносить в книгу учета фамилию другого пациента, сразу поняв о произошедшей ошибке незамедлительно сообщила о ней ответственному лицу – заведующему отделением, и ошибка была исправлена путем заверения исправления. ФИО1 полагает, что поскольку она не является лицом, к трудовым обязанностям которого отнесено внесение таких сведений в книгу учета, а вносились медицинскими сестрами такие сведения ввиду сложившегося обычая, ею своевременно приняты меры для исправления ошибки, что являлось в данном случае допустимым, нарушений трудовых обязанностей, которые могли бы повлечь привлечение истца к дисциплинарной ответственности отсутствовали. Во втором случае, истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за сокрытие обстоятельства боя ампулы (не поставив в известность дежурного врача, старшую медицинскую сестру хирургического отделения), принятия самостоятельного решения о применении лекарственного препарата (сильнодействующего вещества, подлежащего предметно-количественному учету), содержащегося в ампуле, подвергшейся механическому физическому) воздействию, для инъекции пациенту. С привлечением к дисциплинарной ответственности в данном случае истец также не согласна, полагая, что в ее действиях отсутствует дисциплинарный проступок.

Ответчик исковые требования не признал, в возражениях на исковое заявление ссылаясь на то, что по первому случаю, истец, не имея полномочий на внесение записей в журнал учета операций, связанных с обращением лекарственных средств, внесла в него ошибочную запись. При этом истец признает, что отлучилась с поста, оставив медицинскую документацию, содержащую сведения, составляющие врачебную тайну при всеобщем доступе на посту медицинской сестры в общем холле стационара, в связи с чем считает, что привлечение истца к дисциплинарной ответственности в виде объявления замечания является обоснованным. Во втором случае, ответчик считает, что со стороны истца допущено грубое нарушение служебной дисциплины, выразившегося в бое ампулы и действиях по сокрытию данного факта, произведения инъекции препарата пациенту, в связи с чем истцом допущен риск загрязнения препарата микровключениями, которые могли попасть в тело пациента при инъекции.

Истец в судебное заседание не явилась, обеспечила явку своего представителя ФИО2, которая в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, указывая на то, что предвзятое отношение у работодателя к истцу имело место сразу после восстановления на работе, ранее имел место быть конфликт ввиду которого истца вынудили написать заявление об увольнении по собственному желанию, изначально работодатель имел намерение привлечь истца к дисциплинарной ответственности по одним основаниям, а фактически искал причину, чтобы привлечь ее к дисциплинарной ответственности, объяснив, что заполнение книги учета не относится к должностной обязанности истца, однако фактически эту обязанность выполняют медицинские сестры, у которых такие полномочия отсутствуют, потому что их заставляют делать это; ошибочно внесенная запись (неправильно начала писать фамилию пациента) была своевременно исправлена, в связи с чем какой-либо ошибки не имеется. Также представитель истца объяснила, что фактически, получив задание провести инъекцию пациенту, начав отламывать ампулу, ампула треснула, когда истец увидела, что у ампулы отваливается дно, она ее перевернула, произвела инъекцию; у ампулы только донышко отломилось и она была цела, а не разбита полностью, то же подтверждается представленной ответчиком служебной запиской другого работника, в связи с этим порядок уничтожения препаратов истец не нарушала, препарат использован по назначению, более того нормативно-правовые акты, на которые ссылается ответчик, не регламентируют порядок уничтожения препаратов, поскольку вещество, входящее в состав препарата, не относится к наркотическим средствам.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4 в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление; объяснить, какие негативные последствия имели действия истца, за которые она привлечена к дисциплинарным ответственностям, не смогли; ФИО4 объяснил, что в ГБУЗ МО "Дзержинская городская больница" на практике сложилось, что журнал учета сильнодействующих препаратов заполняют медицинские сестры, не имеющие на это полномочий, что является неправильным, истец, покидая пост должна была убрать историю болезни пациента в шкаф и не оставлять ее без присмотра; ФИО3 дополнительно объяснил суду, что инъекция лекарственного препарата из неправильно вскрытой ампулы могла привести к причинению вреда жизни и здоровью пациента, услуга могла быть не безопасной, жалоб от пациента не поступало, вместе с тем пациент об угрозе опасности его жизни и здоровью не информировался, дополнительные обследования в связи с данным случаем ему не проводились, при этом медсестра должна была взять другую ампулу и ввести не дефектный препарат и составить акт.

Министерство здравоохранения Московской области представителя для участия в деле не направило, извещено надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Государственная инспекция труда в Московской области представителя для участия в деле не направила, извещена надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц в порядке, установленном статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации..

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ввиду следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации установлено, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно Конституции Российской Федерации право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17 и 18; статья 46, части 1 и 2; статья 52). Из приведенных конституционных положений во взаимосвязи со статьей 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод следует, что правосудие как таковое должно обеспечивать эффективное восстановление в правах и отвечать требованиям справедливости (пункт 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ №-П).

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, и обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели в трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда (абзацы первый, второй, четвертый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину (абзацы второй, третий, четвертый части второй названной статьи).

Работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы пятый и шестой части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

В силу части пятой данной статьи при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии с частью третьей статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение работника по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации относится к дисциплинарным взысканиям и, соответственно, производится с соблюдением порядка, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ст. 193 ТК РФ).

Суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение. Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Ф. как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (абзацы второй, третий, четвертый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Судом установлено, что ФИО1 работает в должности палатной медсестры хирургического отделения ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» с ДД.ММ.ГГ

ДД.ММ.ГГ приказом работодателя от этой же даты № ФИО1 была уволена по инициативе работника (пункт 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Решением Люберецкого городского суда Московской области от ДД.ММ.ГГ по делу № вышеназванный приказ признан незаконным; ФИО1 врсстановлена в должности палатной медицинской сестры хирургического отделения с ДД.ММ.ГГ

В указанном решении установлено отсутствие волеизъявления ФИО1 на увольнение с работы, отмечено, что за период апрель-май 2022 г. из 27 человек 13 были уволены в день подачи заявления об увольнении или на следующий день, в отношении 4 человек срок между подачей заявления и увольнением не превышает 4 рабочих дня, 1 человек уволен по инициативе работодателя, в СМИ отражалась информация о том, что в ГБУЗ «Дзержинская городская больница» возник конфликт между новым руководством больницы и коллективом.

На основании служебных записок главной медицинской сестры и старшей медицинской сестры хирургического отделения от ДД.ММ.ГГ, в отношении палатной медицинской сестры хирургического отделения ФИО1 проведено служебное расследование по факту неверного внесения последней данных в журнал учета операций, связанных с обращением лекарственных средств для медицинского применения, лекарственный препарат «Трамадол раствор для инъекций 50 мг/мл-2мл», назначенный пациенту ФИО5, в графе о данных пациента вместо «ФИО5» ошибочно внесен «ФИО6.», что недопустимо при заполнении учетно-отчетной документации.

Согласно письменным объяснениям ФИО1, данным в рамках служебного расследования, ДД.ММ.ГГ она сделала инъекцию «Трамадол раствор для инъекций 50 мг/мл-2мл» пациенту ФИО5, зафиксировала в медицинской карте стационарного больного пациента ФИО5, после чего отлучилась за журналом учета, оставив медицинскую карту на посту. После возвращения, не проверив карту, внесла данные в журнал. Осознав, что внесена ошибочно фамилию другого пациента, доложила заведующему отделением, который сделал запись «ошибочно внесено».

В акте о проведении служебного расследования от ДД.ММ.ГГ сделан вывод о том, что ФИО1 совершила виновное действие, выраженное в ненадлежащем исполнении должностных обязанностей, в виде небрежного отношения к ведению необходимой учетной документации (пункт 22 Должностной инструкции медицинской сестры палатной хирургического отделения, пункт ДД.ММ.ГГ. Дополнительного соглашения по эффективному контракту от ДД.ММ.ГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГ № работник обязан качественно вести необходимую медицинскую и иную служебную документацию), т.е. без должной ответственности, внимательности и осмотрительности к обязанности ведения учетной служебной документации, а именно: вместо того, чтобы взять медицинскую карту стационарного больного, и взяв журнал учета из сейфа, при этом внимательно проверив карту, внести данные в журнал, ФИО1 допустила оставление медицинской карты стационарного больного на посту, т.е. оставила каргу вне места хранения указанных карт - служебной документации (в нарушение требований законодательства о соблюдении врачебной тайны и персональных данных) без заполнения журнала учета операций, связанных с обращением лекарственных средств для медицинского применения, отправилась за журналом, внесла данные об использовании препарата «Трамадол раствор для инъекций 50 мг/мл- 2мл» без проверки карты пациента, что в силу небрежного отношения к служебным обязанностям привело к заполнению в журнале неверных данных, и как следствие повлекло нарушение законодательства по регистрации операций, связанных с обращением лекарственных средств для медицинского применения, включенных в перечень лекарственных средств для медицинского применения, подлежащих предметно-количественному учету: Приказ Минздрава России от ДД.ММ.ГГ №н "Об утверждении правил регистрации операций, связанных с обращением лекарственных средств для медицинского применения, включенных в перечень лекарственных средств для медицинского применения, подлежащих предметно-количественному учету, в специальных журналах учета операций, связанных с обращением лекарственных средств для медицинского применения, и правил ведения и хранения специальных журналов учета операций, связанных с обращением лекарственных средств для медицинского применения" и Приказ Минздрава России от ДД.ММ.ГГ N 183п "Об утверждении перечня лекарственных средств для медицинского применения, подлежащих предметно-количественному учету". В связи с этим председатель комиссии и ее члены пришли к выводу о вынесении на рассмотрение главного врача вопрос о привлечении палатной медицинской сестры хирургического отделения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания.

Приказом и.о. главного врача ГБУЗ «Дзержинская городская больница» от ДД.ММ.ГГ № ФИО1 объявлено замечание за совершение дисциплинарного проступка, те есть ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, которое заключается в нарушении ведения необходимой учетной документации (пункт 22 Должностной инструкции медицинской сестры палатной хирургического отделения, п. ДД.ММ.ГГ дополнительного соглашения по эффективному контракту от ДД.ММ.ГГ к трудовому договору).

Удовлетворяя исковые требования в части признания незаконным и об отмене вышеназванного приказа, суд исходит из того, что какой-либо дисциплинарный проступок в действиях ФИО1, отраженных в акте о проведении служебного расследования от ДД.ММ.ГГ отсутствовал; вывод о нарушений положений должностной инструкции и дополнительного соглашения является необъективным, в приведенных положениях, помимо общих указаний на обязанность качественно вести необходимую медицинскую и иную служебную документацию, не содержится конкретизации, куда и в каких случаях должны помещаться истории болезни пациентов. При этом указание работодателя на то, что ФИО1 не имела полномочий заполнять журнал учета лекарственных препаратов, при том, что сторонами не оспаривалось, что это фактически являлось обычной практикой в ГБУЗ «Дзержинская городская больница», учитывая, объяснения истца о том, что медицинских сестер вынуждали вносить в этот журнал сведения, суд считает злоупотреблением права со стороны работодателя. Кроме того, суд также учитывает, что об ошибочно внесенной записи истец незамедлительно уведомила компетентного сотрудника, которым внесена необходимая запись в журнал учета, каких-либо негативных последствий ввиду действий истца ДД.ММ.ГГ, за которые ее привлекли вышеназванной дисциплинарной ответственности, судом не установлено.

Также из материалов дела следует, что приказом и.о. главного врача ГБУЗ «Дзержинская городская больница» от ДД.ММ.ГГ № ФИО1 объявлен выговор за совершение последней дисциплинарного проступка, то есть ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, которое заключается в нарушении положений трудового договора, должностной инструкции, приказов Минздрава России от ДД.ММ.ГГ №н и от ДД.ММ.ГГ №п, а именно сокрытия обстоятельства боя ампулы (не поставив в известность дежурного врача, старшую медицинскую сестру хирургического отделения), принятия самостоятельного решения о применении лекарственного препарата (сильнодействующего вещества, подлежащего предметно-количественному учету), содержащегося в ампуле, подвергшейся механическому (физическому) воздействию, для инъекции пациенту (пункт 2 должностной инструкции медицинской сестры палатной хирургического отделения ГБУЗ МО «Дзержинская ГБ», пункт и. 6.1.1, и.ДД.ММ.ГГ. Дополнительного соглашения по эффективному контракту от ДД.ММ.ГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГ №, а также п. 2.1.2, п.2.1.3, п. 2.1.5 дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГ № к трудовому договору от ДД.ММ.ГГ №).

Согласно акту о проведении служебного расследования от ДД.ММ.ГГ комиссия пришла к выводу о том, что медицинская сестра палатная хирургического отделения ФИО1 совершила дисциплинарный проступок, а именно совершила виновное действие, выраженное в ненадлежащем исполнении должностных обязанностей - сокрытия обстоятельства боя ампулы (не поставив в известность дежурного врача, стартую медицинскую сестру хирургического отделения), принятия самостоятельного решения о применении лекарственного препарата (сильнодействующего вещества, подлежащего предметно-количественному учету), содержащегося в ампуле, подвергшейся механическому (физическому) воздействию, для инъекции пациенту, то есть небрежного отношения к исполнению должностных обязанностей, закрепленных в трудовом договоре и должностной инструкции: — работник обязан своевременно и точно выполнять назначения лечащего врача, а в случае невыполнения назначений, независимо от причин, немедленно докладывать об этом лечащему врачу (и. 2 Должностной инструкции медицинской сестры палатной хирургического отделения, работник обязан лично и добросовестно выполнять трудовые обязанности, также обязан строго соблюдать требования Должностной инструкции, указания и распоряжения работодателя, а также своего непосредственного начальника (п. 6.1.1. и.ДД.ММ.ГГ. Дополнительного соглашения по эффективному контракту от ДД.ММ.ГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГ №); работник обязан соблюдать установленные требования по учету и хранению наркотических средств и психотропных веществ, обязан при работе с наркотическими средствами и психотропными веществами обеспечивать их сохранность, принимать вес необходимые меры но предотвращению их порчи, утраты, хищения; обязан своевременно информировать работодателя об обстоятельствах, препятствующих соблюдению установленного порядка учета, хранения и перевозки наркотических средств и психотропных веществ (п.п. 2.1.2, 2.1.3, 2.1.5 дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГг. № к трудовому договору от ДД.ММ.ГГ №) в случае нарушения целостности ампулы или боя ампулы применяется порядок как при работе с наркотическими средствами и психотропными веществами. ДД.ММ.ГГ ФИО1 в соответствии с назначением лечащего врача, должна была сделать пациенту инъекцию лекарственного препарата «Трамадол раствор для инъекций 50 мг/мл-2мл». Надламывая ампулу препарата, ФИО1 почувствовала как ампула хрустнула у дна, а не у горлышка. Перевернув поврежденную ампулу, отломила дно. набрала в шприц препарат и сделала пациенту инъекцию. Части ампулы (колбу и отвалившееся дно) положила в сейф, внесла в журнал учета операций, связанных с обращением сильнодействующих лекарственных средств для медицинского применения и в амбулаторную карту стационарного больного сведения о сделанной инъекции лекарственного препарата «Трамадол раствор для инъекций 50 мг/мл-2мл». Отколовшееся дно ампулы ФИО1 показала медицинской сестре палатной ФИО7; доложила медицинской сестре следующей смены ФИО8 о том, что одна из ампул откололась не с той стороны. ФИО1 отказалась давать письменно ответы на дополнительные вопросы, поставленные в письменном уведомлении, полученном лично ФИО1 ДД.ММ.ГГ, относительно - порядка вскрытия ампул с нанесением обозначений и перфорации в верхней части ампулы для безопасного вскрытия; о том, кому должна доложить медицинская сестра в случае обнаружения дефекта корпуса ампулы или повреждения по неосторожности целостности ампулы; о том, кто принимает решение об использовании лекарственного препарата из ампулы, целостность корпуса которой нарушена; допускается ли использование лекарственного препарата из ампулы с поврежденным корпусом для инъекций; может ли возникнуть угроза причинения вреда здоровью или жизни пациента в случае использования битой ампулы, либо ампулы вскрытой небезопасным способом, либо с дефектом стеклянного корпуса, либо ампулы с разбитым корпусом, т.е. ампулы в которой содержатся частички битого стекла. Медицинская сестра палатная ФИО1 при обнаружении дефекта ампулы «Трамадол раствор для инъекций 50 мг/мл-2мл» при установлении нарушения целостности корпуса ампулы обязана была доложить об этом старшей медицинской сестре хирургического отделения и дежурному врачу-хирургу о выявленных дефектах для принятия решения врачом о замене дефектной ампулы па целую для проведения инъекции пациенту и составлении акта о списании дефектной ампулы комиссионно, и после доклада произвести записи в историю болезни и в журнал учета по двум ампулам. Вместо этого медицинская сестра палатная ФИО9, в нарушение положений трудового договора, должностной инструкции, приказов Минздрава России от ДД.ММ.ГГ №ц и от ДД.ММ.ГГ №п, скрыв обстоятельства боя ампулы, не поставив в известность дежурного врача и старшую медицинскую сестру отделения, приняла самостоятельное решение о применении лекарственного препарата (подлежащего предметно-количественному учету), содержащегося в ампуле, подвергшейся механическому (физическому) воздействию (что исключает возможность ее последующею использования), для инъекции пациенту в нарушение законодательства об основах охраны здоровья граждан в РФ (п.4 ч.5 ст.19 Федерального закона № 323-ФЗ), тем самым поставила под угрозу здоровье пациента. Учитывая длительный срок работы с указанными лекарственными препаратами, подлежащими предметно-количественному учету, медицинская сестра палатная не могла не знать порядок действий в случае обнаружения дефектов ампулы или в случае боя ампулы. Отягчающим обстоятельством деяния ФИО9 является склонение старшей медицинской сестры Кошевой Н.Ф к должностному подлогу, т.е. в обход установленного порядка - произвести замену битой ампулы на целую, о чем ФИО1 в письменных объяснениях не указала.

Пунктом 1.2 Инструкции но уничтожению наркотических средств и психотропных веществ, входящих в списки II и III Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, дальнейшее использование которых в медицинской практике признано нецелесообразным, утвержденной Приказом Минздрава России от 28 марта 2003 г. № 127, уничтожение наркотических средств и психотропных веществ осуществляется в случаях, когда истек срок годности, а также наркотическое средство или психотропное вещество подвергалось химическому или физическому воздействию, следствием которого стала его непригодность, исключающая возможность восстановления или переработки (в том числе остатки не полностью использованных наркотических средств и психотропных веществ во вскрытых ампулах (флаконах), наличие помутнения или изменения цвета раствора из-за несоблюдения режима хранения, наличие повреждений первичной упаковки).

Списание и уничтожение наркотических препаратов с истекшим сроком годности, битых, бракованных и сданных родственниками умерших больных осуществляются в присутствии представителей органов внутренних дел, органов управления здравоохранением и органов охраны окружающей среды в порядке, установленном вышеназванной инструкцией. Согласно положениям п. п. 1.6 и 1.7 данной инструкции списание наркотических препаратов с последующим уничтожением в срок не позднее пяти дней осуществляется по мере накопления наркотических средств и психотропных веществ аптекой не позднее 30-го числа каждого месяца. При этом необходимость уничтожения наркотических препаратов, за исключением конфискованных или изъятых из незаконного оборота, обосновывается ответственным лицом, назначенным приказом руководителя учреждения здравоохранения, аптечного учреждения (организации).

К таким препаратам согласно приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 22 апреля 2014 г. N 183н "Об утверждении перечня лекарственных средств для медицинского применения, подлежащих предметно-количественному учету" относится и «Трамадол» (лекарственные средства - фармацевтические субстанции и лекарственные препараты, содержащие сильнодействующие и ядовитые вещества (их соли, изомеры, простые и сложные эфиры, смеси и растворы независимо от концентрации), внесенные в списки сильнодействующих и ядовитых веществ для целей статьи 234 и других статей Уголовного кодекса Российской Федерации, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2007 г. N 964 <1> (далее - сильнодействующие и ядовитые вещества), в сочетании с фармакологически неактивными веществами, а также лекарственные препараты, содержащие сильнодействующие и ядовитые вещества в сочетании с фармакологически активными веществами (при условии включения их в перечень отдельной позицией).

Разрешая исковые требования в данной части, суд приходит к выводу о том, что поскольку препарат был использован по назначению, оснований для привлечения истца к дисциплинарной ответственности за нарушение порядка уничтожения препарата не имелось, при этом суд учитывает, что ампула находится у работодателя, что представителями последнего не отрицается.

Вместе с тем, суд считает обоснованными доводы ответчика о том, что использование препарата из ампулы должно было соответствовать ГОСТ Р 52623.4-2015 «Технология выполнения простых медицинских услуг инвазивных вмешательств», а условием возможности использования препарата являлось соответствие ампулы, в которой препарат содержался, ТУ 9462-001-53908805-2006 «Ампулы стеклянные шприцевого наполнения для лекарственных средств», то есть имея кольцо излома (КИ) или надрез н точкой, открываться в указанном месте. В противном случае не исключен риск для жизни и здоровья пациента, о чем утверждали представители ответчика.

Суд считает необходимым отметить, что при выявлении факта ненадлежащего оказания медицинской услуги, компетентные медицинские работники должны были в первую очередь поставить пациента, которому такая услуга оказана, в известность об имеющихся рисках его жизни и здоровью, провести с согласия последнего все необходимые обследования, принять меры для снижения риска неблагоприятных для него последствий; предупредить иных работников, в том числе непосредственного исполнителя услуги, о недопустимости таких нарушений.

Вместе с тем, учитывая, что осколки ампулы находятся у работодателя, отсутствия достоверных доказательств сокрытия истцом информации об использовании таким образом медицинского препарата и понуждения истцом другого сотрудника к служебному подлогу, отсутствия у работодателя на момент применения дисциплинарного взыскания сведений о каких-либо негативных последствий ввиду действий истца, суд считает привлечение последней к дисциплинарной ответственности в виде объявления выговора несоразмерным наказанием.

Так как согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в соответствии со статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации наложение на работника дисциплинарного взыскания является компетенцией работодателя, суд не может изменить вид дисциплинарной ответственности к которой была привлечена истец.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о признании незаконным и отмене приказа ГБУЗ МО "Дзержинская городская больница" от 12 декабря 2022 г. № 116.

Требования истца о признании незаконными и об отмене актов служебного расследования удовлетворению не подлежат, поскольку данные акты фактически фиксировали ход служебных расследований, содержат мнения и суждения председателя и членов комиссии, сами по себе, права и законные интересы истца не нарушают.

Вместе с тем, в случае, если служебные записки работников, послужившие основанием для проведения служебного расследования, по мнению истца, содержат сведения, заведомо не соответствующие действительности, она не лишена возможности иным образом защитить свои права, в том числе путем обращения в правоохранительные органы; с исковыми требованиями о защите чести, достоинства, деловой репутации.

Требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично ввиду следующего.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Суд должен в решении привести достаточные мотивы определения суммы компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю. В противном случае отсутствие мотивов свидетельствует о том, что суд не рассмотрел надлежащим образом требования заявителя и не руководствовался принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Суд с учетом установленных по делу обстоятельств, в том числе учитывая степень физических и нравственных страданий истца, иных, заслуживающих внимания обстоятельств, связанных с истцом, степень вины работодателя, неоднократность нарушения трудовых прав истца, при том, что такие нарушения фактически носят длящийся характер, определяет причиненный истцу моральный вред в размере 27 000 рублей.

При таких обстоятельствах с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 27 000 рублей, в остальной части требование истца о компенсации морального вреда подлежит отклонению ввиду необоснованности.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, паспорт гражданина Российской Федерации серии №, к ГБУЗ МО "Дзержинская городская больница", ИНН <***>, удовлетворить частично.

Признать незаконными и отменить приказ ГБУЗ МО "Дзержинская городская больница" от 12 декабря 2022 г. № 116 об объявлении ФИО1 выговора и приказ ГБУЗ МО "Дзержинская городская больница" от 29 ноября 2022 г. № 112 об объявлении ФИО1 замечания.

Взыскать с ГБУЗ МО "Дзержинская городская больница" в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 27 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Люберецкий городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

«решение изготовлено в окончательной форме 24 марта 2023 г.»

Судья

С.Н. Баринов