Решение по делу № 2-22/2025 от 30.05.2025 - о признании недействительными договоров дарения долей земельного участка и жилого дома, признании незаконной и недействительной регистрации перехода права собственности на доли земельного участка и жилого дома, применении последствий недействительности сделок.

УИД 31RS0005-01-2024-000671-84 Дело № 2-22/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 мая 2025 года п. Ровеньки

Вейделевский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Горбачевой И.М.

при секретаре Соловьёвой Ю.В.

с участием истца ФИО6, его представителя ФИО7, ответчиков ФИО8, ФИО9, их представителя адвоката Суханова Д.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело дело по иску ФИО6 к ФИО8, ФИО9 о признании недействительными договоров дарения долей земельного участка и жилого дома, признании незаконной и недействительной регистрации перехода права собственности на доли земельного участка и жилого дома, применении последствий недействительности сделок,

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском к ФИО8 и ФИО9, в котором с учетом увеличения требований, просит:

- признать незаконной и недействительной регистрацию перехода права собственности на 1/2 долю земельного участка с кадастровым № и 1/2 долю жилого дома с хозяйственными и бытовыми строениями, расположенные <адрес> от правообладателя ФИО6 к ФИО8;

- признать недействительным договор дарения от 18.05.2010, по условиям которого ФИО6 подарил ФИО8 1/2 долю земельного участка с кадастровым № (новый №) и расположенную на нем 1/2 долю жилого дома с хозяйственными и бытовыми строениями <адрес>

- признать недействительной запись в Едином государственном реестре недвижимости о государственной регистрации права собственности на указанные доли земельного участка и жилого дома за ФИО8;

- признать недействительным договор дарения от 21.04.2014, заключенный между ФИО8 и ФИО9 в отношении 1/2 доли земельного участка и 1/2 доли жилого дома <адрес>

- применить последствия недействительности сделок, возвратить ФИО6 1/2 долю земельного участка с кадастровым № (новый №) и 1/2 долю жилого дома с хозяйственными и бытовыми строениями <адрес>.

В обоснование заявленных требований истец указал, что на основании договора дарения от 20.01.1999 он являлся собственником 1/2 доли земельного участка и расположенной на нем 1/2 доли жилого дома с хозяйственными строениями <адрес> и до настоящего времени он проживает в половине данного дома. С разрешения родителей он также пользовался смежным земельным участком <адрес>, принадлежащим его отцу ФИО1., и на данном земельном участке построил гараж и хозяйственные постройки. 15.05.2010г. его мать ФИО10 сообщила о намерении отца подарить ему земельный участок <адрес>, сказала что подготовила для этого документы, и сделка будет совершена 18.05.2010г. С этой целью 18.05.2010 он совместно с ФИО1. прибыл в Управление Росреестра, где ФИО8 передала ему несколько экземпляров документов на подпись верхним из которых был договор дарения ему ФИО1. дома и земельного участка <адрес> от 18.05.2010, и он подписал эти документы. Намерений дарить ФИО8 принадлежащие ему 1/2 долю земельного участка и 1/2 долю жилого дома <адрес>, он не имел, договор дарения указанного имущества не подписывал. Однако когда в сентябре 2023г. ФИО8 потребовала, чтобы он освободил дом <адрес> ему стало известно что 18.05.2010 он, якобы, подарил ей свои доли в праве на земельный участок и жилой дом по указанному адресу, а при обращении 10.10.2023 в Управление Росреестра выяснил, что от его имени был подписан договор дарения имущества <адрес> в пользу ФИО8, однако он эту сделку не совершал, договор подписал под влиянием обмана со стороны ФИО8 так как она «подложила» ему договор на подпись.

В судебном заседании истец ФИО6 и его представитель ФИО7 исковые требования поддержали, ссылаясь на недействительность оспариваемой сделки от 18.05.2010 по основаниям, предусмотренным ст. ст. 178, 179, 183 ГК РФ, дополнив что доли в праве на земельный участок и жилой дом <адрес> из владения ФИО6 не выбывали, так как после заключения договора дарения он продолжает проживать в части дома по указанному адресу, осуществлял его ремонт.

Ответчики ФИО8, ФИО9 и их представитель Суханов Д.Е. иск не признали, заявили о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании недействительной сделки дарения долей земельного участка и жилого дома <адрес> от 18.05.2010г. ФИО8 пояснила что в 2010 году между нею, ее супругом ФИО1 и сыном ФИО6 была достигнута договоренность о том, что ФИО6 подарит ей принадлежащие ему 1/2 доли земельного участка и жилого дома <адрес>, а ФИО1 подарит ФИО6 земельный участок с домом <адрес> для строительства на нем нового дома, поэтому подписывая договор дарения ей долей земельного участка и дома <адрес>, истец под влиянием обмана не находился. В последующем она подарила 1/2 долю земельного участка и жилого дома <адрес> младшему сыну ФИО9, и в настоящее время домовладение <адрес> полностью принадлежит ему.

Выслушав пояснения сторон, заслушав свидетелей, исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, по договору дарения от 20.01.1999 ФИО2 подарил истцу ФИО6 и ответчику ФИО9 в равных долях по 1/2 доли каждому земельный участок и расположенный на нем жилой дом <адрес> (л.д. 6).

Из договора дарения от 18 мая 2010 следует, что истец ФИО6 подарил ответчице ФИО8 1/2 долю в праве на земельный участок и 1/2 долю в праве на жилой дом с хозяйственными и бытовыми строениями <адрес>, о передаче имущества сторонами подписан передаточный акт.

Согласно штампам о регистрации, переход права собственности по договору дарения был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Белгородской области 18.06.2010 (записи регистрации на земельный участок №, на жилой дом №) (л.д. 7-8).

Помимо этого, в день заключения оспариваемого договора дарения 18 мая 2010 ФИО1 подарил истцу ФИО6 земельный участок и расположенный на нем жилой дом с хозяйственными и бытовыми строениями <адрес>. Из штампов о регистрации следует, что переход права собственности по указанному договору был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Белгородской области 18.06.2010 (л.д. 9-11).

Из договора дарения от 21.04.2014 следует, что ФИО8 подарила ответчику ФИО9 1/2 долю земельного участка и 1/2 долю жилого дома <адрес>, приобретенные ею по договору дарения от 18.05.2010 у ФИО6 (л.д. 64-66).

Оспаривая сделку дарения от 18.05.2010 заключенную между ним и ФИО8, истец утверждает, что намерений на отчуждение долевой земельного участка и жилого дома <адрес> он не имел, договор не подписывал.

Оспаривая свои подписи в договоре, передаточном акте и в заявлениях о регистрации в ЕГРН, ФИО6 утверждал, что в данных документах за него расписывалась ФИО8; пояснил, что был обманут ФИО8, которая передала ему на подпись документы, которые он подписал не читая, полагая что они относились к другой сделке дарения от 18.05.2010 заключенной между ним и ФИО11 в отношении земельного участка <адрес>.

Оценивая доводы истца, суд признает их необоснованными исходя из следующего.

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч.1 ст. 178 ГК РФ (в редакции от 27.12.2009, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В соответствии со ст. 179 ГК РФ (в редакции от 27.12.2009) сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из приведенных правовых норм следует, что для признания сделки совершенной под влиянием заблуждения либо обмана необходимо установить, что истец ФИО6 был введен в заблуждение либо обманут ответчиком ФИО8 относительно предмета или природы сделки, либо последняя умолчала об обстоятельствах, осведомленность о которых повлияла бы на волеизъявление истца при принятии решения о заключении договора дарения.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем истцом не представлено доказательств подтверждающих, что оспариваемая им сделка была совершения под влиянием заблуждения либо обмана со стороны ФИО8

Из материалов реестрового дела (в том числе подлинника), поступившего из Управления Росреестра по Белгородской области следует, что договор дарения от 18.05.2010 и передаточный акт от 18.05.2010 содержат подписи и расшифровки подписей от имени дарителя ФИО6

В реестровом деле имеются заявления ФИО6 на имя Территориального органа Федеральной регистрационной службы: от 08.06.2010 в «9» ч. «41» мин. с просьбой подтвердить ранее возникшее у него право собственности по договору дарения на земельный участок <адрес>; от 08.06.2010 в «9» ч. «30» мин. с просьбой подтвердить возникшее у него ранее право собственности по договору дарения на земельный участок <адрес>; от 08.06.2010 в «9» ч. «39» мин. с просьбой зарегистрировать переход права собственности по договору дарения на жилой дом <адрес> к ФИО8; расписка № от 29.06.2010 в получении от ФИО6 документов на государственную регистрацию перехода прав по договору дарения от 18.05.2010 заключенному с ФИО8

В связи с оспариванием своих подписей в договоре дарения, в акте приема-передачи имущества, в заявлениях и расписке судом по ходатайству истца было назначено проведение судебной почерковедческой экспертизы на предмет проверки подлинности подписей ФИО6 в указанных документах.

Заключением эксперта АНО «Межрегиональное бюро судебной экспертизы и оценки» №0116-25 от 19.04.2025 подтверждено, что рукописные записи «Евсюков Эдуард Николаевич» в графах «даритель» договора дарения от 18.05.2020 и передаточного акта от 18.05.2010 выполнены истцом ФИО6; подписи от имени ФИО6 в графах «даритель» в договоре дарения и передаточном акте от 18.05.2010 выполнены ФИО6; рукописные тексты и подписи от имени ФИО6 в заявлениях от 08.06.2010 в «9» ч. «41» мин., от 08.06.2010 в «9» ч. «30» мин., от 08.06.2010 в «9» ч. «39» мин. и в расписке №3107-12088-3 от 29.06.2010 выполнены истцом ФИО6

Оценивая заключение эксперта, оснований сомневаться в правильности его выводов у суда не имеется, поскольку исследование выполнено экспертом, имеющим необходимую квалификацию и значительный стаж экспертной деятельности, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

По форме и содержанию заключение эксперта соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», оно содержит полные ответы на поставленные вопросы, какие-либо сомнения и неясности в заключении эксперта отсутствуют.

Представленная стороной истца рецензия-заключение специалиста ООО «Центр независимой экспертизы и оценки» от 13.05.2025 правильности выводов заключения эксперта №0116-25 от 19.04.2025 не опровергает поскольку сведений о том какие именно экспертом нарушены положения Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» и пункты Инструкции по организации производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции РФ, рецензия не содержит; рецензент об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался, а изложенные в заключении-рецензии доводы являются личным мнением специалиста, которые ничем не подтверждены.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что оспариваемый договор дарения и передаточный акт от 18.05.2010 были подписаны непосредственно истцом ФИО6, и содержание данной сделки ему было достоверно известно.

Также о направленности воли истца на дарение принадлежавших ему долей земельного участка и жилого дома ФИО8 свидетельствуют подписанные ФИО6 08.06.2010 заявления и расписка о принятии от него документов на государственную регистрацию перехода прав на имущество <адрес> из которых следует что принимал от ФИО6 заявления и выдавал ему расписку о принятии документов на регистрацию непосредственно сотрудник Управления Росреестра.

Это опровергает доводы истца о том, что договор дарения ему был «подложен» на подпись ФИО8 вместе с документами по другой заключенной им 18.05.2010 сделке, и его утверждения в данной части несостоятельны.

Также суд учитывает, что документы о переходе права собственности на спорное имущество к ФИО8 ФИО6 подавал лично в Управление Росреестра и спустя несколько дней после подписания договора, что также свидетельствует о его намерении на совершение сделки дарения имущества ФИО8.

При таких обстоятельствах доводы истца о том, что ему не было известно содержание оспариваемой сделки, и он действовал под влиянием обмана со стороны ФИО8, судом отклоняются.

Помимо этого о наличии договоренности между истцом и его родственниками на обмен недвижимым имуществом путем дарения пояснил свидетель ФИО1, из показаний которого следует что имея в собственности земельный участок и жилой дом <адрес> и желая обеспечить недвижимостью каждого из своих сыновей – ФИО6 и ФИО9, в 2010 году он с супругой ФИО8 и сыном ФИО6 договорились что последний подарит матери принадлежавшие ему доли земельного участка и жилого дома <адрес>, а он взамен подарит ФИО6 земельный участок и дом <адрес>, чтобы истец осуществлял на нем строительство нового домовладения для себя. После заключения 18.05.2010 договоров дарения ФИО6 стал пользоваться подаренным ему имуществом <адрес>, разрушил старые и построил на нем новые постройки и жилой дом. Но поскольку до настоящего времени дом не достроен, ФИО6 продолжает жить в половине дома <адрес> с согласия своего брата ФИО9

Данные обстоятельства подтвердили в судебном заседании ответчики ФИО9 и ФИО8

О состоявшейся между сторонами договоренности о фактическом обмене недвижимостью путем дарения свидетельствует также то что после получения в дар имущества <адрес> истец в соответствии с градостроительным планом возвел на указанном земельном участке постройки – сараи, гаражи, кухню и объект незавершенного строительства 58% готовности, выполнил замощение территории плиткой.

Все это свидетельствует о том, во исполнение договоренности с родственниками истец имеет намерение переселиться построенное им домовладение на земельном участке подаренном ему отцом <адрес> взамен чего он отказался от права собственности на доли земельного участка и жилого дома <адрес> путем их дарения ФИО8, которая в 2014 году подарила их ФИО9 в результате чего последний стал собственником всего домовладения <адрес>.

Ссылка стороны истца на фактическое проживание и пользование ФИО6 половиной земельного участка и жилого дома <адрес>, судом отклоняется, поскольку между истцом и ФИО9 фактически сложились правоотношения, вытекающие из устного договора безвозмездного пользования, в связи с чем данные обстоятельства не могут являться основанием для признания недействительным оспариваемого договора дарения, который фактически исполнен, и по нему была осуществлена государственная регистрация перехода права собственности к ФИО8

Доводы истца и показания допрошенных по его ходатайству свидетелей ФИО3, ФИО4. и ФИО5 о том что на момент дарения ФИО12 земельного участка <адрес> жилые постройки на нем отсутствовали, а имелся только старый сарай который был им снесен, отсутствия волеизъявления истца на дарение имущества <адрес> ФИО8 также не подтверждают, поскольку судом установлено, что истец пользуется полученным в дар от отца недвижимым имуществом в соответствии договоренностью с родственниками, взамен чего произвел отчуждение принадлежавших ему долей земельного участка и жилого дома ФИО8

Указание истца на то, что все документы необходимые для сделки готовила ФИО8 и она же оплачивала госпошлину за государственную регистрацию прав, о незаконности оспариваемой сделки также не свидетельствуют с учетом того, что договор дарения в пользу ФИО8 от 18.05.2010, передаточный акт, заявления о подтверждении ранее возникших у него прав на имущество по договору дарения от 20.01.1999 и о переходе прав на жилой дом по договору дарения от 18.05.2010 к ФИО8 подписаны ФИО8 лично и он же лично сдал эти документы на государственную регистрацию.

Все это с учетом установленных судом обстоятельств предшествовавших заключению сделки, подтверждает направленность воли истца на дарение своего имущества ФИО8

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО6 о признании недействительным договора дарения долей земельного участка и жилого дома <адрес> от 18.05.2010 заключенного между ним и ФИО8

В связи с изложенным у суда не имеется оснований для удовлетворения требований ФИО12 о признании недействительными регистрации перехода права собственности на имущество по оспариваемому договору дарения и договора дарения от 21.04.2014, заключенного между ФИО8 и ФИО9 поскольку эти требования производны от основного требования, которое удовлетворению не подлежит.

Ответчиками в ходе рассмотрения дела заявлено ходатайство о пропуске ФИО6 срока исковой давности по требованию о признании недействительным договора дарения от 18.05.2010 заключенного между ФИО12 и ФИО8

Указанное ходатайство суд считает подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно абзацу 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 1 ст. 181 ГК РФ (в редакции от 21.07.2005, действовавшей на момент заключения сделки) было определено, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

В силу части 2 названной статьи срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Из приведенных положений закона и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что сторона сделки заявляющая требование о признании сделки недействительной как заключенной под влиянием обмана, должна доказать, что обстоятельства, относительно которых данное лицо было обмануто, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки, то есть являются существенными для данной стороны при принятии указанного решения; контрагент, заключая сделку, имел умысел на совершение обмана в момент ее заключения или намеренно умолчал об обстоятельствах, о которых должен был сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота; о наличии обмана истец узнал или должен был узнать в течение года до предъявления иска с учетом того, что при исчислении срока исковой давности значение имеет не только момент фактической осведомленности, но также своевременность и разумность предпринятых истцом мер по получению необходимой информации.

Однако заявляя требование о признании оспариваемого договора недействительным и применении последствий недействительности сделки, ФИО6 не представил доказательств наличия совокупности указанных обстоятельств, которые свидетельствовали бы о том что получая по договору дарения от 18.05.2010 имущество ФИО8 действовала недобросовестно, либо умолчала об обстоятельствах, которые могли повлиять на решение истца о заключении сделки.

Поэтому поскольку при подписании договора дарения в пользу ФИО8 его содержание истцу было известно и волеизъявление его не было нарушено, то обратившись в суд с настоящим иском 04.10.2024, ФИО6 пропустил установленный ч.1 ст. 181 ГК РФ срок для оспаривания данной сделки, который истек 19.05.2011.

Доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности, объективно препятствующих своевременному обращению в суд, ФИО6 суду не представлено.

С учетом изложенного суд отказывает в удовлетворении иска ФИО6 также по мотиву пропуска им срока исковой давности.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил :

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО8, ФИО9 о признании недействительными договоров дарения долей земельного участка и жилого дома, признании незаконной и недействительной регистрации перехода права собственности на доли земельного участка и жилого дома, применении последствий недействительности сделок, - отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через постоянное судебное присутствие Вейделевского районного суда в поселке Ровеньки Белгородской области.

Судья: И.М. Горбачева