УИД 13RS0002-01-2022-000486-52

Судья Семикова О.В. №2-28/2023

Докладчик Смелкова Г.Ф. Дело №33-1489/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Пужаева В.А.,

судей Дубровиной Е.Я., Смелковой Г.Ф.,

при секретаре Зобниной Я.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 05 сентября 2023 г. в г. Саранске гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению «Централизованная библиотечная система Темниковского муниципального района Республики Мордовия» о восстановлении срока на обращение в суд, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда по апелляционным жалобам истца ФИО1 и директора МБУ «ЦБС» ФИО2 на решение Темниковского районного суда Республики Мордовия от 11 апреля 2023 г.

Заслушав доклад судьи Смелковой Г.Ф., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к муниципальному бюджетному учреждению «Централизованная библиотечная система Темниковского муниципального района Республики Мордовия» (далее - МБУ «ЦБС»).

В обоснование иска указал, что с 1 сентября 2020 г. до октября 2021 года он работал в должности редактора-копирайтера в МБУ «ЦБС». В связи с нарушением ответчиком трудовых прав истца ему причинен моральный вред. Так, приказом ответчика от 31 мая 2021 г. №111 он без основательно был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания. В связи с незаконностью указанного приказа на основании предписания Государственной инспекцией труда в Республике Мордовия от 15 июля 2021 г. данный приказ ответчиком отменен. Так же в отношении него неоднократно необоснованно составлялись акты о ненадлежащем исполнении должностных обязанностей и докладные записки, ему необоснованно предъявляли требования о предоставлении письменных объяснений. Кроме того, директором МБУ «ЦБС» ФИО2 ему необоснованно не был предоставлен отпуск за свой счет в 2021 году. На основании акта от 27 мая 2021 г. он лишен стимулирующих выплат за «ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей, несоблюдение и нарушение этики, а также оскорбление сотрудников, создание конфликтных ситуаций в коллективе и нанесение ущерба престижу библиотеки». Однако данные основания являются надуманными, поскольку истец в полном объеме исполнял возложенные на него обязанности, фактов несоблюдения и нарушения этики, оскорбления сотрудников, создания конфликтных ситуаций в коллективе и нанесения ущерба престижу библиотеки не допускал. Также сотрудники библиотеки неоднократно оскорбительно высказывались в его адрес. В 2021 году ему неоднократно вручались уведомления о предстоящем увольнении в связи с сокращением штатов. После его обращения на «горячую линию» Президента Российской Федерации приказ «О сокращении штата работников» от 2 июля 2021 г. №121 ответчиком был отменен. Однако 20 июля 2021 г. ему вновь вручено уведомление №78 о том, что трудовой договор с ним будет расторгнут 30 сентября 2021 г. в связи с оптимизацией штатной численности МБУ «ЦБС» и с потерей необходимости данной штатной единицы в организации. 30 июля 2021 г. ему вручено уведомление №83 о предстоящем сокращении должности. 21 сентября 2021 г. истцу вновь вручено уведомление о предстоящем сокращении должности №91 и об отсутствии свободных должностей (вакансий). Приказом директора МБУ «ЦБС» ФИО2 от 29 сентября 2021 г. №144 трудовой договор с ним расторгнут и он уволен с занимаемой должности. Указанными действиями ответчика истцу причинены нравственные и душевные страдания, выразившиеся в сильных эмоциональных переживаниях, чувстве унижения, подавленности, постоянном эмоциональном напряжении, а также ухудшении здоровья. Указывает, что он является <данные изъяты>. Согласно индивидуальной программе реабилитации ему противопоказаны виды трудовой и профессиональной деятельности в условиях интенсивной физической нагрузки и эмоционального напряжения, предполагающих высокий риск стрессовых ситуаций, которые могут привести к угрозе жизни и/или потере здоровья инвалида. В результате указанных действий ответчика у истца обострились хронические заболевания, в связи с чем, в октябре 2021 года он попал в больницу, где проходил лечение. После выписки он был вынужден пройти курс реабилитации и приобрести дорогостоящие лекарственные препараты за свой счет.

По данным основаниям, с учетом неоднократного уточнения исковых требований, истец просил суд восстановить его на работе в МБУ «ЦБС» в прежней должности, взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула за период с 1 октября 2021 г. в сумме 329 809 руб. 29 коп. и компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Решением Темниковского районного суда Республики Мордовия от 11 апреля 2023 г. исковые требования удовлетворены частично.

С МБУ «ЦБС» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 3 000 руб.

В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение суда отменить и принять новое об удовлетворении иска. Указывает, что судом не принято во внимание, что в октябре 2021 года он переболел новой коронавирусной инфекцией поскольку ему не выдавались медицинские маски; не взяты во внимание аудио- и видеофайлы, которые доказывают факт причинения ему физических и нравственных страданий; не учтено что сотрудники библиотеки оказывали на него давление; не приняты во внимание факты многократного посещения его персоналом в конце рабочего дня и их разговоры, что причиняло ему нравственные и физические страдания. Указывает, что его рабочее место находилось под камерой, его не обучали, не обеспечивали всем необходимым для работы. Ссылается на плохие отношения с директором учреждения. Отмечает, что из-за увольнения у него было психическое расстройство. Считает, что его увольнение незаконно, поскольку ему не предложили другое рабочее место, не выплатили средний заработок за время вынужденного прогула. Полагает взысканную компенсацию морального вреда необоснованно заниженной.

В апелляционной жалобе директор МБУ «ЦБС» ФИО2 просит отменить решение суда в части взыскания компенсации морального вреда и в удовлетворении данных исковых требований отказать. Указывает, что действия ответчика по изданию приказа от 31 мая 2021 г. №111 о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания каких-либо неимущественных прав истца не нарушили, негативных последствий в виде физических и нравственных страданий для него не повлекли. Полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда является завышенным, не учтены требования разумности и справедливости. Считает, что размер компенсации морального вреда не может превышать 1 000 руб.

В судебное заседание представитель третьего лица администрации Темниковского муниципального района Республики Мордовия не явился, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, сведений о причинах неявки не представили, об отложении разбирательства дела не просили.

При таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие представителя указанного лица.

Проверив в соответствии со статьями 327 и 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения суда, заслушав истца ФИО1, поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы и возражавшего против доводов апелляционной жалобы, представителей ответчика МБУ «ЦБС» ФИО2 и ФИО4, поддержавших доводы апелляционной жалобы ответчика и возражавших против доводов апелляционной жалобы истца, заключение прокурора Немудрякина И.Б., полагавшего решение суда подлежащим оставлению без изменения, изучив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, рассмотрев дело в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что с 1 сентября 2020 г. ФИО1 был принят на работу на должность редактора-копирайтера в МБУ «ЦБС», о чем с ним были заключены трудовые договоры и дополнительные соглашения к ним.

Трудовым договором от 1 сентября 2020 г. и должностной инструкцией, утвержденной директором МБУ «ЦБС» установлены следующие должностные обязанности редактора-копирайтера: находит гамму идей для построения текста-поста; составляет эмоционально окрашенные рекламные статьи-посты; грамотно оформляет статьи-посты в комментариях в социальных сетях; составляет отчеты о проделанной работе.

1 сентября 2020 г. ФИО1 был ознакомлен под роспись с должностной инструкцией.

Приказом от 31 мая 2021 г. №111 ФИО1 было объявлено дисциплинарное взыскание в виде замечания, основанием для наложения которого явились докладная записка от 29 апреля 2021 г. ведущего специалиста по связи с общественностью П. о недопустимом поведении редактора-копирайтера ФИО1 и докладная записка от 27 мая 2021 г. коллектива работников районной библиотеки о недопустимом поведении сотрудника ФИО1

Приказом от 20 июля 2021 г. №124 приказ от 31 мая 2021 г. №111 о дисциплинарном взыскании работника в виде замечания в отношении редактора-копирайтера МБУ «ЦБС» ФИО1 отменен на основании предписания Государственной инспекции труда в Республике Мордовия от 15 июля 2021 г. №13/7-588-21-ОБ/12-3301-И/44-7.

Приказом от 2 июля 2021 г. №121 в связи проведением организационно-штатных мероприятий, с 5 сентября 2021 г. должность редактора-копирайтера сокращена в количестве 1 единицы.

Проект штатного расписания МБУ «ЦБС» с 5 сентября 2021 г., в котором исключена штатная должность редактора-копирайтера, согласован с Главой Темниковского муниципального района К.

2 июля 2021 г. были направлены уведомления первичной профсоюзной организации, 5 июля 2021 г. ГКУ «Центр занятости населения», редактору-копирайтеру ФИО1 под №72, который был ознакомлен с ним под роспись.

7 июля 2021 г. первичной профсоюзной организацией библиотечных работников МБУ «ЦБС» дано мотивированное мнение о возможном принятии работодателем решения о прекращении трудового договора с членом профсоюза ФИО1 редактором-копирайтером МБУ «ЦБС» в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ).

ФИО1 от получения мотивированного мнения профкома отказался в присутствии комиссии, которая удостоверила данный факт своими подписями.

13 июля 2021 г. в адрес ФИО1 направлено второе уведомление №74 о предстоящем сокращении должности, которое ему было вручено под роспись.

Приказом от 19 июля 2021 г. №122 по МБУ «ЦБС» приказ от 2 июля 2021 г. №121 был отменен, с данным приказом ФИО1 был ознакомлен под роспись.

Приказом от 20 июля 2021 г. №123 о внесении изменений в штатное расписание МБУ «ЦБС» от 1 января 2021 г., из штатного расписания с 1 октября 2021 г. исключена должность редактора-копирайтера, которую занимал ФИО1

Проект штатного расписания МБУ «ЦБС» с 1 октября 2021 г., в котором исключена штатная должность редактора-копирайтера, согласован с Главой Темниковского муниципального района К.

ФИО1 были направлены уведомления об изменении штатного расписания и сокращении штата от 20 июля 2021 г. №78, уведомления от 30 июля 2021 г. №83, №3 от 21 сентября 2021 г. №91 о предстоящем сокращении должности с 1 октября 2021 г.

Уведомления были направлены в адрес первичной профсоюзной организации, ГКУ «Центр занятости населения», ФИО1, от получения которых он отказался, о чем были составлены акты.

20 июля 2021 г. первичной профсоюзной организацией библиотечных работников МБУ «ЦБС» дано мотивированное мнение о возможном принятии работодателем решения о прекращении трудового договора с членом профсоюза ФИО1 редактором-копирайтером МБУ «ЦБС» в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 ТК РФ.

Мотивированное мнение профкома первичной профсоюзной организации библиотечных работников МБУ «ЦБС» ФИО1 получать отказался, о чем был составлен акт.

Указанные обстоятельства в судебном заседании ФИО1 не отрицал, объяснив отказ от подписи несогласием с такими действиями.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции директор МБУ «ЦБС» ФИО2 пояснила, что приказ о сокращении штата от 2 июля 2021 г. №121 был отменен в связи с тем, что работодателем самостоятельно было выявлено нарушение сроков проведения процедуры сокращения штата работников организации.

При этом директор МБУ «ЦБС» ФИО2 пояснила, что за время введения в штатное расписание должности редактора-копирайтера было выявлено отсутствие необходимости в выполнении функциональных обязанностей, предусмотренных для данной должности должностной инструкцией и трудовым договором; учитывая, что учреждение является бюджетным, сохранение данной должности было экономически нецелесообразным. В настоящее время в штатном расписании МБУ «ЦБС» должности редактора-копирайтера не имеется, функциональные обязанности по данной должности ни кто из сотрудников библиотеки не выполняет.

ФИО1 вручались уведомления о сокращении занимаемой им должности и об отсутствии вакантных должностей от 05 июля 2021 г. №72, от 13 июля 2021 г. №74, от 20 июля 2021 г. №78, от 30 июля 2021 г. №83, от 21 сентября 2021 г. №91.

Приказом от 29 сентября 2021 г. №144 «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)» прекращено действие трудового договора с ФИО1, и он уволен с 30 сентября 2021 г. по пункту 2 части первой статьи 81 ТК РФ, причина увольнения «Сокращение численности (штата) работников организации».

Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах дела письменными доказательствами, сторонами не оспариваются и сомнения в их достоверности не вызывают.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив имеющиеся в деле доказательства, руководствовался пунктом 2 статьи 81, статьями 22, 129, 135, 144, 179, 180, 191, 392, 394 ТК РФ, разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пунктах 10, 29 постановления Пленума «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» от 17 марта 2004 г. № 2, и исходил из того, что увольнение ФИО1 произведено ответчиком с соблюдением предусмотренной законом процедуры, в связи с чем оснований для его восстановления на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, не имеется.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, установленных обстоятельств дела и надлежащей оценке представленных по делу доказательств.

Согласно пункту 2 части первой статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Увольнение по указанному основанию допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учётом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

При этом необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 ТК РФ возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ) и был предупреждён персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть вторая статьи 180 ТК РФ).

Статья 179 ТК РФ предусматривает, что при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдаётся: семейным - при наличии двух и более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий при защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Статья 179 ТК РФ относится к числу норм, регламентирующих порядок увольнения в связи с сокращением численности или штата работников, определяя в части первой основанное на объективных критериях правило отбора работников для оставления на работе. Установив в качестве таких критериев производительность труда и квалификацию работника, законодатель исходил как из необходимости предоставления дополнительных мер защиты работникам, имеющим более высокие результаты труда и лучшие профессиональные качества, так и из интереса работодателя в продолжении трудовых отношений с наиболее квалифицированными и эффективно выполняющими трудовые обязанности работниками.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с частью третьей статьи 81 кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

Из пункта 3.12 коллективного договора МБУ «ЦБС» на 2021-2023 годы следует, что не подлежат увольнению по сокращению штатов при любом экономическом состоянии учреждения, за исключением ликвидации организации, следующие категории работников: работники в период временной нетрудоспособности (статья 81 ТК РФ); работники, пребывающие в очередном, декретном, учебном отпуске (статья 261 ТК РФ); беременные женщины и женщины, имеющие детей до трех лет (статья 261 ТК РФ); лица, получившие трудовое увечье, профессиональное заболевание в данном учреждении; одинокие матери или отцы, имеющие детей до 16-летнего возраста.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что в МБУ «ЦБС» было фактически произведено сокращение штата работников организации, а именно должности редактора-копирайтера.

В соответствии с частью второй статьи 82 ТК РФ было получено и учтено мнение профсоюзного органа по вопросу увольнения работника, являющегося членом профсоюза.

В соответствии с частью первой статьи 82 ТК РФ и коллективным договором профсоюзный орган был предупрежден о предстоящем увольнении, с данным увольнением профсоюзный орган был согласен.

Из представленных материалов следует, что на момент сокращения истца ФИО1 в МБУ «ЦБС» вакантных должностей не имелось.

Имеющимися в деле доказательствами подтверждается, что функциональные обязанности, предусмотренные должностной инструкцией редактора-копирайтера в МБУ «ЦБС» в должностные обязанности иным сотрудникам вменены не были.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции стороны пояснили, что работа в сети Интернет в «северных группах» после сокращения занимаемой истцом должности больше не ведется.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сокращение занимаемой истцом должности было фактическим, порядок увольнения ФИО1 в связи с сокращением должности соблюден, в связи с чем, оснований для восстановления истца на работе в прежней должности не усмотрел.

Доводы ФИО1 о том, что должность редактора-копирайтера является перспективной и нужной МБУ «ЦБС», не могут повлечь отмену обжалуемого решения суда, поскольку определение штата работников относится к компетенции работодателя, который устанавливает штат сотрудников в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность.

Ссылка истца на то, что его увольнение незаконно, поскольку ему не предложили другое рабочее место, противоречит материалам дела. Как указано выше, истцу неоднократно сообщалось об отсутствии вакантных мест в учреждении. ФИО1 каких-либо сведений о наличии вакантных должностей в юридически значимый период не сообщалось ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанций.

Отказав в удовлетворении основного требования о восстановлении на работе, суд первой инстанции правомерно отказал и в удовлетворении производного требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.

Частично удовлетворяя исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 151, пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьей 237 ТК РФ, пунктом 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», исходил из того, что истец был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания с нарушением порядка. В этой связи, суд пришел к выводу о том, что допущенные работодателем нарушения трудовых прав истца являются основанием для возложения на него обязанности по компенсации ФИО1 причиненного морального вреда.

Определяя размер подлежащей взысканию с МБУ «ЦБС» в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходя из фактических обстоятельств дела, а также требований разумности и справедливости, посчитал достаточной сумму в размере 3 000 руб.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (части 3 и 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации).

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в ТК РФ введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы первый, второй и шестнадцатый части 2 статьи 22 ТК РФ).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В ТК РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 2 статьи 2 ГК РФ неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» даны разъяснения по вопросу определения размера компенсации морального вреда в трудовых отношениях: «Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости».

Из разъяснений пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем.

Из нормативных положений, регулирующих отношения по компенсации морального вреда, причиненного работнику, и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению в системной взаимосвязи с нормами ГК РФ, определяющими понятие морального вреда, способы и размер компенсации морального вреда, следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий работника как последствия нарушения его трудовых прав, неправомерного действия (бездействия) работодателя как причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вины работодателя в причинении работнику морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения трудовые прав работника как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям. При этом судебная коллегия полагает необходимым отметить, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а, следовательно, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что он переболел новой коронавирусной инфекцией по вине работодателя, были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отклонены.

Так, судом установлено, что в МБУ «ЦБС» 02 ноября 2020 г. был издан приказ №72 о предупреждении распространения новой коронавирусной инфекции среди работников, которым была организована закупка необходимых средств индивидуальной защиты. Для предотвращения распространения новой коронавирусной инфекции работодатель организовал выдачу работникам средств индивидуальной защиты в виде медицинских масок. Фактов выявления компетентными органами нарушений МБУ «ЦБС» при осуществлении мероприятий по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции не установлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правильно отклонил данные доводы истца, на которые он ссылался в обоснование нарушения его трудовых прав со стороны ответчика.

Ссылка истца на то, что сотрудники библиотеки оказывали на него давление, что причиняло ему нравственные и физические страдания, отмену или изменение обжалуемого решения суда не влечет. Настоящие исковые требования предъявлены ФИО1 к работодателю в связи с нарушением его трудовых прав, при этом доказательств того, что сотрудники библиотеки действовали по указанию или заданию должностных лиц МБУ «ЦБС» и в интересах МБУ «ЦБС» не имеется. На такие обстоятельства истец ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не ссылался. Соответственно, судом первой инстанции правомерно отклонено ходатайство о прослушивании и просмотре аудио- и видеофайлов, на которых со слов ФИО1 имеются записи его общения с сотрудниками библиотеки.

Доводы истца о том, что ему были не обеспечены надлежащие условия труда, не было позволено принести гитару для исполнения песен в целях улучшения рабочего места, что его рабочее место находилось под камерой, его не обучали, не обеспечивали всем необходимым для работы, судебной коллегией отклоняются как несостоятельные.

Судом первой инстанцией тщательно были исследованы условия работы истца, обеспеченность его рабочим местом и необходимым инвентарем, пожелания по обустройству рабочего места, и сделан обоснованный вывод о том, что данные доводы истца не нашли своего подтверждения, поскольку истцу было предоставлено все необходимое для исполнения должностных обязанностей по должности редактора-копирайтера.

Ссылка истца на плохие отношения с директором учреждения без установления фактов дискриминации в отношении ФИО1, сама по себе не может свидетельствовать о нарушении трудовых прав истца и является основанием для компенсации морального вреда.

Отклоняя доводы истца о нарушении его трудовых прав лишением выплат стимулирующего характера, суд первой инстанции исходил из того, что из локальных нормативных актов ответчика, равно как и из условий заключенного сторонами трудового договора, с однозначностью следует, что выплата работнику надбавок стимулирующего характера по результатам его труда есть право, а не обязанность работодателя, и зависит, в частности, от количественных и качественных показателей работы каждого работника, основанных на учете конечных результатов, определяемых с учетом балльной оценки, в соответствии с утвержденными показателями эффективности для оценки деятельности.

Согласно статье 144 ТК РФ работодатель имеет право устанавливать различные системы премирования, стимулирующих доплат и надбавок с учетом мнения представительного органа работников. Указанные системы могут устанавливаться также коллективным договором.

В силу статьи 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

В соответствии со статьей 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно статье 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно коллективному договору МБУ «ЦБС» в учреждении установлена повременная система оплаты труда (пункт 5.1).

Работникам учреждения устанавливается и выплачивается стимулирующая надбавка в соответствии с Положением об оплате труда работников МБУ «ЦБС». Работодатель в соответствии с Положением об оплате труда работников МБУ «ЦБС» может выплачивать премии: ежемесячно, по итогам за квартал, по итогам года. Размер премии определяется в зависимости от качества и объема выполняемых работ (пункты 5.54 и 5.6).

Примерным Положением об оплате труда работников МБУ «ЦБС» работникам установлены следующие выплаты стимулирующего характера: выплаты за интенсивность и высокие результаты; выплаты за качество выполняемых работ; премиальные выплаты по итогам работы; выплаты за стаж непрерывной работы, выслугу лет (пункт 22).

Из Положения об оплате труда работников МБУ «ЦБС» следует, что стимулирующие выплаты за результаты труда имеют характер дополнительного материального стимулирования и не являются гарантированными выплатами обязательного характера, предусмотренными системой оплаты труда данного работодателя, не носят систематический и регулярный характер, а их размер определяется решением соответствующей комиссии.

Согласно Положению о комиссии по установлению выплат стимулирующего характера МБУ «ЦБС» комиссия осуществляет оценку деятельности работников учреждения на основании рейтенговых листов. Рассматривает предложения о распределении доплат и надбавок стимулирующего характера. Проводит заседание комиссии по подведению итогов, оценке качества и эффективности деятельности работников Учреждения в соответствии со своими полномочиями.

Согласно выпискам из приказов №109 (а) от 27 мая 2021 г., №116 от 28 июня 2021 г., №133 от 27 июля 2021 г. стимулирующие выплаты ФИО1 не были начислены, поскольку комиссия по установлению выплат стимулирующего характера за результаты работы пришла к выводу, что эффективность его работы равна нулю.

Решения комиссии ФИО1 не оспорены в установленном законом порядке, доказательств того, что в мае, июне и июле 2021 года истцом были достигнуты высокие результаты труда либо они не были достигнуты по вине работодателя, представлено не было.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что выплата стимулирующих выплат за результаты труда в размере по усмотрению работодателя с соблюдением действующего в организации порядка не нарушает права истца на гарантированное вознаграждение за труд в рамках статьи 129 ТК РФ.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, материалами дела подтверждается и стороной ответчика не оспаривается, что ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания. В последующем данный приказ был работодателем отменен на основании предписания Государственной инспекции труда Республики Мордовия, составленного по результатам проверки проведенной по обращению истца.

Отмена приказа о применении дисциплинарной ответственности в связи с выявлением нарушений трудового законодательства сопряжена с восстановлением всех (имущественных и неимущественных) прав работника, в связи с чем, суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что истец имеет право на компенсацию морального вреда, предусмотренную трудовым законодательством.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что отмена приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности обусловлена нарушением порядка его вынесения, а не отсутствием самого факта дисциплинарного пропуска, не может являться основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда работнику, причинённого самим фактом незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности.

Ссылка стороны ответчика в апелляционной жалобе на отсутствие негативных последствий для истца вынесением приказа о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности, не может быть принята во внимание. Согласно приведенным выше нормам права и разъяснениям по их применению, факт нарушения трудовых прав работника вне зависимости от наступивших последствий является основанием для компенсации морального вреда. Наличие либо отсутствие негативных последствий нарушения трудовых прав работника влияет на размер компенсации морального вреда.

В этой связи, доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что сумма компенсации морального вреда должна составлять не более 1 000 руб., отклоняются.

Вместе с тем, доводы апелляционной жалобы истца о заниженном размере компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, заслуживают внимания.

Судебная коллегия полагает, что при определении размера компенсации морального вреда в 3 000 руб. суд первой инстанции не в полной мере учел фактические обстоятельства дела, степень нравственных и физических страданий истца, длительность периода нарушения прав ФИО1, степень вины ответчика, личное отношение истца к допущенному нарушению его прав, в том числе с учетом особенностей состояния его здоровья, принципы разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах судебная коллегия, определяя размер компенсации морального вреда, исходя из тяжести нравственные и физические страдания истца (с учетом состояния его здоровья, индивидуальных особенностей психического состояния здоровья истца, необходимостью по состоянию здоровья избегать стрессовых ситуаций), значимости для ФИО1 нематериальных благ, нарушенных ответчиком, объема таких нарушений, отмены приказа о наложении дисциплинарного взыскания только после проведения проверки по обращению истца в компетентный орган, соразмерности перенесенным ФИО1 страданиям, длительности нарушения работодателем прав истца, степени вины ответчика в нарушении прав истца, характер и глубину переживаний истца, учитывая принцип разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определила:

решение Темниковского районного суда Республики Мордовия от 11 апреля 2023 г в части размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, изменить.

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения «Централизованная библиотечная система Темниковского муниципального района Республики Мордовия» (ИНН <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (СНИЛС <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу директора МБУ «Централизованная библиотечная система Темниковского муниципального района Республики Мордовия» ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий В.А. Пужаев

Судьи Е.Я. Дубровина

Г.Ф. Смелкова

Мотивированное апелляционное определение составлено 12 сентября 2023 г.

Судья Г.Ф. Смелкова