УИД 11RS0001-01-2022-009696-73 Дело № 2-7498/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сыктывкарский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Чарковой Н.Н.,

при секретаре Исмаиловой Ш.А.,

с участием истца ФИО11,

представителя истца ФИО12,

представителя ответчика Адвокатской палаты Республики Коми ФИО13,

рассмотрел в открытом судебном заседании 16 декабря 2022 года гражданское дело по иску ФИО11 к Адвокатской палате Республики Коми, Министерству юстиции Российской Федерации о признании незаконными и отмене решения Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** **, решения Совета Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** **, восстановлении в членах Адвокатской палаты Республики Коми,

установил :

ФИО11 обратился в суд с иском к ННО «Адвокатская палата Республики Коми» о признании незаконными и отмене решения Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** **, решения Совета Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** **, которым прекращен статус адвоката, восстановлении в членах Адвокатской палаты Республики Коми.

В обоснование требований указал, что решения приняты с нарушением требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, Кодекса профессиональной этики адвоката. Истец не нарушал порядок оказания юридической помощи по назначению, указание в ордере на «назначение» является опиской, доказательств обратного материалы дисциплинарного производства не содержат, защиту ФИО2 он осуществлял по соглашению, заявления на оплату по назначению он не писал.

Определением суда от ** ** ** в порядке ст. 40 ГПК РФ к участию в деле в качестве соответчика привлечен Минюст России.

Судебное заседание было начато ** ** ** и продолжено после перерыва ** ** **.

В судебном заседании истец и его представитель требования поддержали.

Представитель ответчика ННО «Адвокатская палата Республики Коми» с заявленными требованиями не согласился, указывая, что при определении меры дисциплинарной ответственности была учтена тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины. Вина истца подтверждается ордером, заявлением ФИО2 об отводе адвоката ФИО3 и назначении нового защитника, постановлением о назначении адвоката по назначению, постановлением о выплате процессуальных издержек.

Соответчик Минюст России ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие согласно статьи 167 ГПК РФ.

Заслушав доводы сторон, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, материалы уголовного дела Эжвинского районного суда города Сыктывкара №..., и, оценив в совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ все представленные сторонами доказательства, суд находит требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что на основании распоряжения Управления Минюста России по Республике Коми от ** ** ** №...-р в реестр адвокатов внесены сведения о присвоении статуса адвоката ФИО11, реестровый №....

** ** ** адвокатом ФИО3 президенту Адвокатской Палаты Республики Коми направлена жалоба в отношении адвоката Адвокатской коллегии «Санктъ-Петербург» ФИО11, который ** ** ** участвовал в уголовном деле по защите ФИО2 по назначению. При этом, при вступлении в дело адвокат ФИО11 не проинформировал его о том, что он вступает в дело и не выяснил факт предыдущего участия в деле адвоката по назначению, в связи с чем, в действиях ФИО11 усматриваются нарушения адвокатской этики.

Распоряжением президента ННО «Адвокатская палата РК» ФИО1 №... от ** ** ** в соответствии со статьями 20, 21 Кодекса профессиональной этики адвоката в отношении ФИО11 возбуждено дисциплинарное производство на основании жалобы адвоката ФИО3

Данным распоряжением на адвоката ФИО11 возложена обязанность предоставить не позднее ** ** ** в соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвоката в квалификационную комиссию АП РК адвокатское досье по делу ФИО2, включая:

- подлинник соглашения с ФИО2 от ** ** ** без каких-либо изъятий (как в представленной копии);

- подлинники документов о денежных расчетах с доверителем (при принятии наличных денежных средств – подлинник квитанции, справку, подписанную председателем коллегии о внесении денежных средств в кассу коллегии, в случае безналичной оплаты – заверенную выписку по движению денежных средств кассы коллегии (применительно к внесению платы ФИО2);

- подлинник протокола опроса ФИО2 от ** ** **;

- письменные мотивированные пояснения в части отсутствия номера у соглашения от ** ** ** применительно к пункту 15 статьи 22 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»; относительно указания в ордере от ** ** ** в качестве основания выдачи ордера – назначение; в связи с чем был опрошен ФИО2 ** ** **, то есть до направления жалобы адвокатом ФИО3 в Адвокатскую палату и истребования объяснений у адвоката ФИО11; на каком основании ФИО11 осуществлял защиту ФИО2 на стадии судебного разбирательства (назначение/соглашение).

Заключением Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** ** в действиях ФИО11 установлено наличие нарушений пп. 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», пп 9 п. 6 ст. 9 и п. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики, а также установленного порядка оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению.

Из заключения следует, что в ходе дисциплинарного производства установлено, что в производстве СУ МВД по РК находилось уголовное дело в отношении ФИО2 Адвокат ФИО3 с ** ** ** участвовал при проведении следственных действий в качестве защитника ФИО2, будучи назначенным в порядке ст. 51 УПК РФ. В материалах уголовного дела имеется ордер адвоката ФИО11 от ** ** ** №... о защите ФИО2 по назначению. При вступлении в дело адвокат ФИО11 не проинформировал адвоката ФИО3 о том, что вступает в дело, равно как и не изучал основания отвода предыдущего защитника.

В своих объяснениях и дополнениях к ним, адвокат ФИО11 указал, что осуществлял защиту ФИО2 на основании заключенного соглашения от ** ** **. Подлинник соглашения ФИО11 в адвокатскую палату предоставить отказался со ссылкой на отсутствие согласия ФИО2, и, как следствие возможности разглашения адвокатской тайны. Пояснил, что указание в ордере №... от ** ** ** в качестве основания его выдачи – назначение, является опиской, допущенной при заполнении ордера. Также ФИО11 указал, что обязанности связываться с ранее участвовавшим в деле защитником у него не имеется, однако, он предпринимал таковые попытки после подачи жалобы, но ФИО4 уклонился от разговора. В своих объяснения от ** ** ** ФИО11 указал, что оплата по соглашению не была произведена, в связи с чем, не может предоставить документы о внесении ФИО2 денежных средств; указанный номер соглашения в соглашении от ** ** ** не относится к регистрационному номеру соглашения в коллегии адвокатов.

В своих объяснениях от ** ** ** ФИО11 указал, что неверно действовал при принятии решения об участии в заседании Эжвинского районного суда по уголовному делу ФИО2 по назначению, при тех условиях, что ранее осуществлял его защиту по соглашению на стадии предварительного следствия.

Комиссией установлено, что адвокат ФИО11 ** ** ** вступил в уголовное дело в качестве защитника ФИО2, приняв поручение напрямую от следователя, что прямо запрещено Региональными правилами, в условиях наличия всех обстоятельств явно свидетельствующих о необоснованности действий следователя по отводу ранее участвовавшего в деле защитника (при отсутствии каких-либо объективных обстоятельств, свидетельствующих о том, что ранее участвовавший в деле адвокат занял противоположную позицию по делу). В дальнейшем адвокат ФИО11 принял участие в качестве защитника по назначению ФИО2 на территории иного административного района (...), что также прямо запрещено Региональными правилами.

В качестве доказательств комиссией приняты по внимание: заявление ФИО2 от ** ** **, где ФИО2 просит отвести адвоката ФИО3 и назначить нового защитника; копия ордера адвоката ФИО11 от ** ** ** №... о защите ФИО2, где в графе основание выдачи ордера указано «назначение»; постановление следователя ФИО6 от ** ** **, в котором указано «поступило ходатайство об отводе защитника ФИО3 и назначении иного защитника…», «Органами следствия для защиты прав и законных интересов подозреваемого приглашен адвокат ФИО11, предоставивший ордер и удостоверение»; постановление следователя ФИО6 от ** ** **, утвержденного заместителем начальника следственной части ФИО5, о выплате процессуальных издержек, в соответствии с которым следователем было постановлено оплатить адвокату ФИО11 за участие в уголовном судопроизводстве по назначению за оказание обвиняемому ФИО2 сумму в размере 2550 руб. ** ** **.

Решением Совета адвокатской палаты Республики Коми (протокол №...) от ** ** ** заключение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** ** признано обоснованным, принято решение о применении к адвокату ФИО11 меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката. В соответствии с п. 7 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката установлен срок, по истечении которого ФИО11 допускается к сдаче квалификационного экзамена на приобретение статуса адвоката – 2 года.

Совет согласился с заключением квалификационной комиссии. При этом, Совет обратил внимание, что дисциплинарное производство в части принятия поручения адвокатом ФИО11 на осуществление защиты на стадии судебного разбирательства в Эжвинском районном суде г. Сыктывкара не является предметом дисциплинарного разбирательства, и в связи с необходимостью исключения какого-либо неоднозначного толкования заключения Квалификационной комиссии, Совет указал, что данное действие адвоката не подлежит самостоятельной дисциплинарной оценке, а является оценкой фактических обстоятельств, произведенной Комиссией, и признанной Советом верной, указывающей на участие адвоката в качестве защитника ФИО2 по назначению.

Советом принято во внимание совершение дисциплинарного проступка адвокатом ФИО11 умышленно; тяжесть совершенного дисциплинарного проступка, выражающаяся в грубом и явном проявлении поведения, которое умаляет авторитет адвокатуры, порочит честь и достоинство адвоката, подрывает доверие к адвокатуре, недопустимое и несовместимое со статусом адвоката отношение к актам органа адвокатского самоуправления, принятым в пределах их компетенции; частичное признание вины в части участия в качестве защитника ФИО2 на стадии судебного разбирательства по назначению (не смотря на то, что данное обстоятельство не является самостоятельным предметом дисциплинарного производства), однако Советом учитывается как смягчающее вину.

Совет указал, что ФИО11 совершил грубое нарушение норм ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», Кодекса профессиональной этики адвоката, равно как и нарушение решения органов адвокатского самоуправления, принятых в пределах их компетенции, которое несовместимо со статусом адвоката. Применение более мягкой меры дисциплинарной ответственности, чем прекращение статуса адвоката невозможно.

Согласно п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.

В соответствии с пп. 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат обязан соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.

В силу п. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат обязан выполнять решения органов адвокатской палаты и органов Федеральной палаты адвокатов, принятые в пределах их компетенции.

Статьей 9 пункта 1 подпункта 9 Кодекса профессиональной этики адвоката установлен запрет адвокату оказывать юридическую помощь по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда в нарушение порядка ее оказания, установленного решением Совета.

Согласно ст. 50 УПК РФ порядок назначения адвоката в качестве защитника определяется Советом Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации. Решения советов адвокатских палат субъектов Российской Федерации о порядке назначения адвокатов для участия в качестве защитников в уголовном судопроизводстве подлежат применению при условии соблюдения требований, закрепленных в Порядке назначения адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, утвержденным решением Совета Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации от ** ** **.

Во исполнение указанного решения, Советом Адвокатской палаты Республики Коми приняты Правила о порядке оказания юридической помощи по назначению органов дознания, предварительного следствия и суда на территории Республики Коми, утвержденное решением Совета Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** ** (протокол №...).

Пунктами 2.1 и 2.2 вышеназванных Правил предусмотрено, что о принятом решении дознаватель, следователь или суд уведомляют представителя адвокатской палаты соответствующего административно-территориального образования Республики Коми, на территории которого планируется проведение следственного (иного процессуального) действия, судебного заседания с целью назначения в качестве защитника по уголовному делу того адвоката, которому представители адвокатской палаты поручат участие в данном уголовном деле. Уведомление представителя адвокатской палаты осуществляется в следующих формах: в письменной (постановление о назначении адвоката в качестве защитника, заявка, запрос и др.); в устной (при использовании телефонной связи).

То есть, по общему правилу, принятие поручений об осуществлении защиты адвокатом напрямую не допускается.

Согласно п. 9.8 Правил адвокат не вправе принимать поручение на осуществление защиты по назначению вне графика, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Положением.

В силу п. 9.3 Правил адвокат, вступивший в дело по соглашению, обязан незамедлительно уведомить об этом адвоката, исполняющего обязанности защитник того же лица по назначению.

Решением Совета адвокатской палаты Республики Коми установлено, что ФИО11 в нарушение установленного порядка принял поручение напрямую от следователя.

При этом в ходе дисциплинарного производства установлено, что органом предварительного следствия не проводились неотложные следственные действия и (или) участие защитника было обусловлено иными обстоятельствами, не терпящими отлагательств, и что отсутствовала возможность связаться с представителем Советом Адвокатской палаты Республики Коми.

В ходе дисциплинарного производства доводы ФИО11 о допущенной опечатке в ордере признаны несостоятельными, направленными на сокрытие факта принятия поручения напрямую от следователя ФИО6 об осуществлении защиты ФИО2 по назначению. При этом, сведений о регистрации соглашения адвокатом комиссии не представлено.

Согласно пункту 2 статьи 7 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» за неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную настоящим Федеральным законом.

Нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом (пункт 1 статьи 18 Кодекса).

В соответствии с пунктом 6 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката мерами дисциплинарной ответственности являются замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката.

Совершение ФИО11 дисциплинарного проступка объективно подтверждено материалами дисциплинарного производства.

Так, согласно материалам уголовного дела ** ** ** ФИО2 обратился на имя следователя с письменным заявлением с просьбой отвести от защиты его прав адвоката ФИО3, так как позиция ФИО2 не согласуется с позицией адвоката, просил назначить ему нового адвоката.

** ** ** следователь СЧ СУ МВД по Республике Коми ФИО6 вынес постановление об удовлетворении ходатайства ФИО2, отводе адвоката ФИО3 и допуске к участию в уголовном деле в качестве защитника подозреваемого адвоката ФИО11, указав о том, что органами следствия для защиты прав и законных интересов подозреваемого приглашен адвокат ФИО11, предоставивший ордер и удостоверение. В материалы уголовного дела представлен ордер ФИО11 от ** ** ** об участии по защите ФИО2 ** ** ** по назначению. Также ** ** ** следователем ФИО6 вынесено постановление о выплате процессуальных издержек адвокату ФИО11 за 1 день участия в следственных действиях по оказанию юридической помощи обвиняемому ФИО2

Указанные документы последовательные и согласуются между собой.

Доводы стороны истца о том, что защита ФИО7 ** ** ** осуществлялась по соглашению, а в ордере от ** ** ** описка, опровергаются материалами дела.

К показаниям свидетеля ФИО2 о том, что он с адвокатом ФИО11 заключил соглашение, следователь предоставил ему время на поиски адвоката после того как он отказался от адвоката Пахолкова, суд относится критически, поскольку свидетель показал, что у него финансовые затруднения и соответственно, заключение соглашения за оплату для него нецелесообразно.

К показаниям допрошенного в качестве свидетеля следователя ФИО6 о том, что в ордере была опечатка: указано по «назначению», которую он не заметил и вынес постановление об оплате, суд также относится критически, поскольку ордер в деле один, взамен него другого ордера не представлено, из ордера не следует, что в нём имеется опечатка, исправлений там не содержится; кроме того, следователем было вынесено постановление не только об оплате, но и о назначении адвоката ФИО11

Не подтверждают доводы истца о заключенном с ФИО2 соглашении и показания свидетеля ФИО8, показавшей, что соглашение было зарегистрировано ** ** **, когда от ФИО2 получены денежные средства по соглашению.

В силу п. 2.1 Порядка изготовления, хранения и выдачи ордеров адвокатам, утвержденного Советом Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации ** ** ** (протокол №...), основаниями выдачи ордера адвокату являются: соглашение с доверителем или поручение в порядке назначения на оказание юридической помощи, подлежащие регистрации в документации адвокатского образования. Между тем, регистрация соглашения и оплата по соглашению были произведены после возбуждения дисциплинарного производства, тогда как участие в следственных действиях и как указывает истец, заключение соглашения имело место ** ** **. При этом, согласно п. 5 соглашения от ** ** ** выплата вознаграждения осуществляется в течение 15 дней с момента подписания соглашения. Каких-либо оговорок о том, что деньги будут выплачены в иной срок (ФИО2 показал, что была договоренность о том, что заплатит как будут деньги) соглашение не содержит.

Представленные в судебное заседание оригиналы соглашения об оказании юридических услуг от ** ** ** и квитанция об оплате от ** ** ** также не могут свидетельствовать о действительном заключении ** ** ** соглашения с ФИО2, поскольку истцом оригиналы не были представлены по запросу, указанному в распоряжении президента ННО «Адвокатская палата РК» ФИО1 №... от ** ** **, а в силу абзаца 3 пункта 1 статьи 21 Кодекса профессиональной этики адвоката по поступлению документов, предусмотренных пунктом 1 статьи 20 настоящего Кодекса, адвокат обязан по запросу квалификационной комиссии представить в соответствующую адвокатскую палату субъекта Российской Федерации адвокатское производство, в том числе соглашение об оказании юридической помощи и документы о денежных расчетах между адвокатом и доверителем (абзац третий введен решением VI Всероссийского съезда адвокатов от 22 апреля 2013 г.)

Материалами дела подтверждено, что сроки привлечения истца к дисциплинарной ответственности, предусмотренные статьей 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, соблюдены, процедура привлечения адвоката ФИО11 к дисциплинарной ответственности не нарушена.

Доводы стороны истца, что нарушен шестимесячный срок привлечения к дисциплинарной ответственности, являются несостоятельными по следующим обстоятельствам.

На момент участия ФИО11 в следственных действиях (** ** **) частью 5 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката было предусмотрено, что меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату не позднее шести месяцев со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни адвоката, нахождения его в отпуске (абз. 1). Меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату, если с момента совершения им нарушения прошло не более двух лет, а при длящемся нарушении - с момента его прекращения (пресечения) (абз. 2).

Абзац первый части пятой статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката исключен решением X Всероссийского съезда адвокатов от ** ** **, и часть 5 звучит в следующей редакции: «меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату, если с момента совершения им нарушения прошло не более двух лет, а при длящемся нарушении - с момента его прекращения (пресечения)».

То есть, на дату обращения адвоката ФИО3 с жалобой (** ** **) действовала редакция статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката уже с изменениями.

В соответствии с разъяснениями Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам по вопросам применения пунктов 5, 7 статьи 18, пункта 1.1 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката ** ** ** №... разъяснено, что двухлетний срок, предусмотренный абзацем 2 пункта 5 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, применяется к действиям (бездействию) адвоката, совершенным после ** ** **.

В том случае, если действия (бездействие) адвоката начались до вступления указанных изменений в силу и продолжаются после их введения в действие, то к таким действиям (бездействию) адвоката подлежит применению двухлетний срок, предусмотренный абзацем 2 пункта 5 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Как до исключения абзаца 1 пункта 5 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, так и после его исключения (** ** **) срок привлечения к дисциплинарной ответственности остался прежним – не позднее двух лет с момента совершения нарушения либо с момента его прекращения.

Таким образом, в силу приведенных положений статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату, если с момента совершения им нарушения либо с момента его прекращения прошло не более двух лет.

Днем обнаружения проступка считает день, когда в соответствующую адвокатскую палату поступили сведения, указывающие на наличие в действиях (бездействии) адвоката признаков нарушения требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) Кодекса профессиональной этики адвоката.

Учитывая, что сведения, указывающие на наличие в действиях (бездействии) адвоката ФИО11 признаков нарушения требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, поступили уже после внесения изменения в Кодекс, соответственно, подлежит применению уже новая редакция части 5 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката.

По указанным основаниям, суд приходит к выводу о том, что мера дисциплинарного взыскания применена к истцу в пределах, предусмотренного двухлетнего срока.

Процедура привлечения к дисциплинарной ответственности, предусмотренная Кодексом профессиональной этики адвоката, ответчиком не нарушена; решение о применении мер дисциплинарной ответственности принято уполномоченным органом и в пределах предусмотренной законом компетенции.

Ссылка стороны истца на участие президента Адвокатской палаты Республики Коми ФИО1 в заседании комиссии, что подтвердил свидетель ФИО9, не свидетельствует о нарушении порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности.

В силу положений пункта 1.1 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, лицо, уполномоченное возбуждать дисциплинарное производство, или его представители из числа членов Совета вправе принимать участие в работе квалификационной комиссии (пункт 1.1 введен решением X Всероссийского съезда адвокатов от 15 апреля 2021 г.). Отсутствие указания об этом в протоколе не является нарушением.

Участие в голосовании приняли все 9 членов комиссии и председательствующий ФИО10, что подтверждается именными бюллетенями.

Рассматривая довод истца о том, что мера дисциплинарной ответственности, примененная в отношении него, не соответствует тяжести совершенного проступка, суд учитывает следующее.

В силу абзаца 2 пункта 4 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката при определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения.

Прекращение статуса адвоката является крайней мерой дисциплинарной ответственности, которая применяться в случае грубого нарушения адвокатом Кодекса либо при неоднократном нарушении адвокатом Кодекса.

Такие нарушения, по мнению суда, имели место быть в рассматриваемом случае.

Адвокат ФИО11, нарушил порядок уголовного судопроизводства, который в соответствии с положениями части 2 статьи 1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации является обязательным для всех его участников, а также грубо нарушил Положение о порядке оказания юридической помощи по назначению органов дознания, предварительного следствия и суда на территории Республики Коми, утвержденное решением Совета Адвокатской палаты Республики Коми, что может привести к нарушению прав участников уголовного судопроизводства и, безусловно, подрывает авторитет адвокатуры, что и явилось основанием для включения в Правила адвокатской палаты Республики Коми по исполнению Порядка назначения адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, утвержденного Решением Совета ФПА РФ от ** ** ** (п.9.9) указания на то, что нарушение порядка оказания юридической помощи по назначению, принятие требования в нарушение установленного порядка являются основаниями для решения вопроса о возбуждении в отношении адвоката дисциплинарного производства и влекут применение мер дисциплинарного воздействия вплоть до прекращения статуса адвоката.

Доводы истца о чрезмерной строгости примененной Советом Адвокатской палаты Республики Коми меры дисциплинарной ответственности, подлежат отклонению, поскольку право выбора конкретной меры дисциплинарной ответственности принадлежит органу, осуществляющему дисциплинарное производство. При выборе меры дисциплинарной ответственности Советом Адвокатской палаты в соответствии с требованиями статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката учтены все необходимые обстоятельства.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для удовлетворения требований истца.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО11 (...) к Адвокатской палате Республики Коми, Министерству юстиции Российской Федерации о признании незаконными и отмене решения Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** **, решения Совета Адвокатской палаты Республики Коми от ** ** **, восстановлении в членах Адвокатской палаты Республики Коми, - отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывкарский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий- Н.Н. Чаркова