САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-21642/2023

УИД: 78RS0003-01-2022-004108-21

Судья: Матусяк Т.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего

Барминой Е.А.

судей

ФИО1

ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании 28 сентября 2023 г. гражданское дело № 2-644/2023 по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 16 марта 2023 г. по иску ФИО4 к ФГБУК «Всероссийский музей ФИО5» об отмене приказа, изменении даты и формулировки основания увольнения, обязании внести запись в трудовую книжку, взыскании заработной платы за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда

Заслушав доклад судьи Барминой Е.А., выслушав объяснения истца ФИО4, представителя истца - ФИО6, представителя ответчика - ФИО7, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФГБУК «Всероссийский музей ФИО5», в котором с учетом уточненных в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исковых требований просил признать незаконным и подлежащим отмене приказ № 329-Л от 5 августа 2022 г. о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, изменить формулировку основания увольнения ФИО4 с п.п. «б» п. 6 ч. 1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - появление работника на работе (на своем рабочем месте либо территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника, изменить дату увольнения истца с 8 августа 2022 г. на дату вынесения решения, обязать ответчика внести в трудовую книжку истца запись об увольнении с работы по собственному желанию на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с даты вынесения решения, взыскать с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с 9 августа 2022 г. по день вынесения решения, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что с 20 августа 2018 г. состоял с ответчиком в трудовых отношениях в должности повара. Оспариваемым приказом истец был уволен по основаниям, предусмотренным п.п. «б» п. 6 ч. 1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, ФИО4 полагал, что оснований для его увольнения у работодателя не имелось, поскольку во вменяемую дату совершения проступка он не находился в состоянии алкогольного опьянения, какие-либо иные психоактивные вещества. Плохое самочувствие на работе было вызвано перенесенным <...>, однако, сотрудниками работодателя ему не была вызвана скорая помощь. С руководством ответчика у истца имеются конфликтные отношения, поскольку истец требовал соблюдения трудового законодательства и интересовался оплатой переработок. Поводов для привлечения к дисциплинарной ответственности, в том числе в виде увольнения, ФИО4 не давал, так как хорошо работал и не имел дисциплинарных взысканий. От прохождения медицинского освидетельствования истец не отказывался, подобные просьбы работодателем ему не предлагались, кроме того, отстранение от работы не производилось. В составленном акте о появлении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, истец не ставил свою подпись, кроме того, он не согласен с содержанием данного акта. С учетом данных обстоятельств, полагая свои трудовые права нарушенными, ФИО4 обратился в суд с настоящим иском.

Решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 16 марта 2023 г. в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО4 ставит вопрос об отмене решения суда ввиду его незаконности и необоснованности, принятии по делу нового решения об удовлетворении иска, ссылаясь на то, что работодателем не представлено доказательств вины истца во вменяемом проступке, а судом первой инстанции произведена ненадлежащая оценка представленных доказательств, не верно истолкованы положения законодательства, при рассмотрении дела не были доказаны указанные судом обстоятельства, кроме того, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела,

Со стороны ФГБУК «Всероссийский музей ФИО5» представлены возражения на апелляционную жалобу, по доводам которых ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы, изученным материалам дела, не имеется.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции,

20 августа 2018 г. между ФГБУК «Всероссийский музей ФИО5» и ФИО4 заключен трудовой договор № 2008/18-01, в соответствии с которым ФИО4 принят на работу в структурное подразделение Служба гостеприимства на должность повара.

Приказом № 329-Л от 5 августа 2022 г. к ФИО4 применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения, в соответствии с подп. «б» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

В приказе об увольнении ФИО4 указано, что в ходе проведения служебной проверки, назначенной приказом № 72 от 21 июля 2022 г. по факту нарушения трудовой дисциплины в ходе осуществления своей деятельности поваром службы гостеприимства ФИО4, установлено следующее. Как следует из служебной записки врио руководителя службы гостеприимства Д. от 19 июля 2022 г. повар службы гостеприимства ФИО4 находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Руководствуясь Положением о проведении служебных проверок во Всероссийском музее ФИО5, имея достаточные данные, полученные в виде объяснений и докладной от сотрудников Музея, а также акта № 1 от 19 июля 2022 г., нахождение повара ФИО4 в состоянии опьянения на рабочем месте в рабочее время, является установленным фактом. Указанные факты являются грубым нарушением должностных обязанностей, установленных локальными актами Музея и трудовой дисциплины. С учетом данных обстоятельств работодателем принято решение об увольнении ФИО4

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалах дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку ФИО4 был правомерно уволен из ФГБУК «Всероссийский музей ФИО5» по основаниям, предусмотренным п.п. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют представленным сторонами доказательствам, оценка которым дана судом в соответствии с положениями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации определены основные права и обязанности работника.

В ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации приведены основные обязанности работника. Работник обязан, в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Основные права и обязанности работодателя предусмотрены в ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации. В числе основных прав работодателя - его право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, требований охраны труда; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям (ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится, согласно ч. 3 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации, увольнение работника по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 23, 38, 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в пункте 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, а также представить доказательства, свидетельствующие о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

При разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту «б» пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Необходимо также учитывать, что увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом (пункт 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 г. № 933н утвержден Порядок проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), целью которого является установление наличия или отсутствия состояния опьянения, фактов употребления алкоголя, наркотических средств, психотропных, новых потенциально опасных психоактивных, одурманивающих или иных вызывающих опьянение веществ в случаях, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 5 указанного порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) медицинское освидетельствование проводится в отношении работника, появившегося на работе с признаками опьянения, на основании направления работодателя.

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что, заключив трудовой договор, работник обязан добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации. Виновное неисполнение этих требований закона, в частности появление работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, может повлечь расторжение работодателем трудового договора в соответствии с пп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя. Решение работодателя об увольнении работника по названному основанию может быть проверено в судебном порядке, бремя доказывания совершения работником дисциплинарного проступка, явившегося поводом к привлечению его к дисциплинарной ответственности, лежит на работодателе. Осуществляя судебную проверку законности увольнения работника и разрешая возникший спор, суд проверяет достоверность представленных работодателем доказательств в подтверждение факта совершения работником дисциплинарного проступка, выразившегося в появлении на работе в состоянии алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения.

Оценивая доказательства, суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, разрешая спор по существу и приходя к выводу о законности увольнения ФИО4, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

При рассмотрении дела истец не оспаривал, что обстоятельства, послужившие основанием для его увольнения, имели место в рабочее время истца, на его рабочем месте.

Нахождение истца в состоянии алкогольного опьянения подтверждается актом № 1 от 19 июля 2022 г.о появлении повара ФИО4 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения.

Данный акт составлен 19 июля 2022 г. начальником правового отдела С.., врио руководителя службы гостеприимства Д.., администратором службы гостеприимства Г.

Согласно данному акту, 19 июля 2022 г. в 17 час. 07 мин. повар службы гостеприимства ФИО4, после несогласованного с руководством часового отсутствия на рабочем месте, появился в состоянии алкогольного опьянения. У работника наблюдались следующие признаки алкогольного опьянения: сильный запах алкоголя изо рта; нарушенная несвязная речь; неустойчивость позы и шаткость походки; следы рвотных масс на кителе. ФИО4 до появления на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения ушел (не согласованно) с рабочего места. По словам коллег, он заперся в туалете, откуда вышел через час после вызова наряда полиции руководителем. Изложенное дает основание полагать, что ФИО4 употреблял спиртные напитки в течение рабочего дня или в период его отсутствия. Д. в присутствии К.. и Р. предложил ФИО4 пройти медицинское освидетельствование, но он отказался. Причины нахождения на работе в состоянии алкогольного опьянения не объяснил.

Судом первой инстанции были допрошены в качестве свидетелей Д.., В.., Щ.., Р.., К.., Я.., И.

Свидетель Д. показал, что около 16 часов пошел на обход, смотреть, чем заняты сотрудники кафе. В 16.10 обнаружил, что ФИО4 нет на месте, дал указание сотрудникам передать ему, чтобы зашел. В 16.30 Я. сообщил, что ФИО4 находится в состоянии алкогольного опьянения. Установили, что ФИО4 заперся в туалете, стучали, ответа не было. Свидетель доложил об этом на пост службы безопасности, они вызвали наряд Росгвардии. Около 17 часов прибыл наряд, они стучали, предупредили, что будут вскрывать, тогда дверь открылась. ФИО4 был в мятой одежде, в рвотных, как показалось свидетелю, массах, от него пахло алкоголем. Составили акт, ФИО4 начал нервничать, судорожно убираться, наводить порядок, уходил курить, умывался, пытался собраться. Ему предложили пройти освидетельствование, но он сказал, что и так все понимает, и нет смысла отнекиваться. Свидетель вызвал второго повара, чтобы он отвез ФИО4 домой. На следующий день ФИО4 все отрицал, сказал, что устал и пожаловался на здоровье.

Свидетель В. начальник службы безопасности музея, проводил служебную проверку, в ходе которой ФИО4 отрицал употребление алкоголя, а сотрудники в своих пояснениях указали, что он был в состоянии опьянения, вел себя неадекватно, на одежде у него были следы рвоты.

Свидетель Щ. показал, что 19 июля 2022 г. у него был выходной день, ему позвонили в районе 18 часов, сказали, что ФИО4 находится в состоянии опьянения и нужно помочь отогнать машину. Разговаривая с ФИО4, свидетель почувствовал запах алкоголя. Ранее бывали случаи употребления истцом алкоголя.

Свидетель Р. 19 июля 2022 г. работала в кафе, видела ФИО4 после приезда Росгвардии, он был сонный, опухший, грязный, шатался, запах был неприятный - смеси еды и спирта. В ее присутствии Д. предлагал ФИО4 пройти освидетельствование, и тот отказался.

Свидетель К. 19 июля 2022 г. работала барменом, ранее замечала несколько раз, что ФИО4 находился на работе пьяным. 19 июля 2022 г. видела, как ФИО4 вышел из туалета выглядел заспанным, в очень грязном кителе, слышала, как ему предлагали освидетельствование, но он грубо отказался. После, около 17 часов 15 минут она с ФИО4 выходила курить, он сказал свидетелю, что напился, так как устал, у него две работы. Свидетель видела, как ФИО4 подписывал акт. Также свидетель К. сообщила, что к приготовлению обедов ФИО4 относился небрежно, на замечания руководителя реагировал несдержанно.

Свидетель Я. работал с ФИО4 19 июля 2022 г. Около 16 часов ФИО4 отошел, после того как вернулся на кухню от него исходил запах алкоголя, который до этого свидетель также замечал несколько раз за период совместной работы. При этом ФИО4 ходил, немного пошатываясь. В разговоре со свидетелем ФИО4 не отрицал употребление алкоголя. Свидетель написал докладную. Акт составлялся при свидетеле, на предложение пройти освидетельствование ФИО4 ответил отказом. К работе ФИО4 были претензии, поступали жалобы на приготовленные им блюда.

Свидетель И. сообщил суду, что 19 июля 2022 г., он как старший в группе задержания, прибыл в музей по вызову тревожной кнопки. К ним вышел администратор, сообщил, что повар заперся в туалете. Они постучали, ответа не было, предложили выбить дверь. Истец услышал и вышел, был в неадекватном состоянии, запах перегара, шатание, неуравновешенное поведение и нецелесообразная речь. Был в кителе, испачканном едой или рвотными массами. Об оказании медицинской помощи не просил, на плохое самочувствие не жаловался. К нему подошел администратор, начал говорить, что он его предупреждал, что такое поведение не соответствует организации музея, не в первый раз такое.

При этом, ссылки истца на ненадлежащую оценку судом первой инстанции свидетельских показаний, наличие противоречий в показаниях, конфликтных отношений, финансовой зависимости от работодателя, отклоняются судебной коллегией, поскольку данные доводы являются голословными, свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, кроме того, истцом не опровергнуты показанные свидетелями обстоятельства того, что 19 июля 2022 г. ФИО4 находился на рабочем месте в состоянии, позволяющем работодателю объективно предполагать наличие у него алкогольного опьянения. Субъективная оценка свидетелями обстоятельств не противоречит совокупности собранных по делу доказательств, в том числе с учетом того, что свидетели были допрошены в суде спустя длительное время после произошедших событий, неточности в показания свидетелей, указанные истцом в апелляционной жалобе, не влияют на установление юридически значимых обстоятельств по делу.

Оснований для переоценки установленных судом первой инстанции обстоятельств судебная коллегия не усматривает.

То обстоятельство, что истец ранее не привлекался к дисциплинарной ответственности за появление на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, не свидетельствует о наличии оснований для признания незаконным увольнения, с учетом того, что работодателем вменялось нахождение истца в таком состоянии именно 19 июля 2022 г.

Доводы истца о недоказанности работодателем факта совершения ФИО4 грубого нарушения трудовых обязанностей, выразившегося в появлении на работе в состоянии алкогольного опьянения, ввиду отсутствия медицинского заключения по результатам проведенного освидетельствования на состояние опьянения, прямо противоречат разъяснениям п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», согласно которым состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Трудовой кодекс Российской Федерации, устанавливающий право работодателя применить дисциплинарное взыскание к работнику, допустившему грубое нарушение трудовых обязанностей, выразившееся в появлении на работе в состоянии алкогольного опьянения, не содержит норм о том, что факт такого нарушения должен быть подтвержден только определенными средствами доказывания, то есть закон круг таких допустимых доказательств не определяет. Следовательно, состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения работника может быть подтверждено работодателем не только полученными результатами прохождения работником медицинского освидетельствования (актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения), но и иными представленными суду доказательствами.

Указанная правовая позиция согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной, в частности, в Определении от 10 июля 2023 г. № 78-КГ23-16-К3.

Таким образом, факт появления работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения может фиксироваться по внешним проявлениям наблюдавшими работника людьми, не являющимися специалистами, и может подтверждаться любыми достоверными доказательствами, в частности, показаниями свидетелей, актом о появлении работника на работе в состоянии алкогольного опьянения. Наличие фото и видео фиксации (например, запись с камер видеонаблюдения), вопреки доводам апелляционной жалобы, не может служить единственным доказательством, подтверждающим факт совершения дисциплинарного проступка.

При этом, в данном случае, нахождение истца на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения подтверждается совокупностью представленных в материалах дела доказательств. Из материалов дела также достоверно усматривается, что истцу предлагалось пройти медицинское освидетельствование, что не было сделано истцом. Принудительность направления работника на медицинское освидетельствование действующим трудовым законодательством не предусмотрена.

С учетом несогласия истца с тем, что он расписался об ознакомлении с актом № 1 от 19 июля 2022 г., судом первой инстанции была назначена и проведена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта Северо-Западного РЦСЭ Минюста России № 3996/05-2 от 16 января 2023 г., в Акте № 1 о появлении повара ФИО4 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от 19 июля 2022 г., запись, предположительно читаемая как: «С акто м оз на (штрихи, не образующие читаемых букв) П овар Поляков С (штрихи не образующие читаемых букв)», расположенная в. нижней части листа под текстом документа) - выполнена, вероятно, ФИО4 в необычном психофизиологическом состоянии. Вероятный вывод дан по причинам, изложенным в исследовательской части заключения. Установить, кем - ФИО4 или другим лицом - выполнена подпись от имени ФИО4, расположенная справа от вышеуказанной записи, не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Допрошенная судом первой инстанции эксперт Б. данное ею заключение поддержала, суду сообщила, что каких-либо признаков подготовки, подделки представленный на экспертизу документ не содержит. Вывод экспертизы вероятно положительный, а различия диагностических признаков несущественны и обусловлены состоянием писавшего.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что он не подписывал акт № 1 от 19 июля 2022 г., не был с ним ознакомлен, а равно доводы истца, оспаривающие выводы заключения судебной экспертизы со ссылкой на наличие рецензии специалиста и необоснованный отказ в назначении по делу повторной экспертизы, отклоняются судебной коллегией, поскольку обстоятельства ознакомления либо не ознакомления истца с указанным актом никакого правового значения для рассмотрения дела по существу не имеют.

Актом признается документ, составленный несколькими лицами (членами комиссии) и подтверждающий установленные факты или события.

Из содержания акта № 1 от 19 июля 2022 г. следует, что комиссия, состоящая из сотрудников работодателя, зафиксировала обстоятельства совершения истцом дисциплинарного проступка, перечислила в акте установленные у истца признаки алкогольного опьянения, факт предложения истцу пройти медицинское освидетельствование и факт его отказа (л.д. 91, том 1).

Один из сотрудников работодателя, подписавший акт № 1 от 19 июля 2022 г. (Д.) был допрошен судом первой инстанции в качестве свидетеля, подтвердил обстоятельства, зафиксированные в акте, а также факт своего подписания акта, в связи с чем, даже при отсутствии подписи истца на указанном акте и отсутствии факта ознакомления истца с данным актом, указанный документ является надлежащим доказательством, соответствует признакам относимости, допустимости и достоверности доказательства, в связи с чем, обоснованно положен судом в основу решения.

Истец членом комиссии, участвовавшей в составлении акта, не являлся, его подпись на указанном акте не имела правового значения, ознакомление работника с данным документом являлось исключительно правом работодателя, поскольку действующее трудовое законодательство не содержит норм об обязательном ознакомлении работника с составленным актом о появлении последнего на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения.

Таким образом, сам по себе факт того, был ли истец ознакомлен с содержанием акта или нет, не влияет на действительность содержания составленного работодателем акта.

При таких обстоятельствах, доводы истца о том, что он не был ознакомлен с указанным актом и не подписывал его, то есть обстоятельства, по которым истец просил назначить повторную судебную экспертизу, не имеют юридического значения для рассмотрения дела по существу, не влияют на достоверность представленных работодателем доказательств (в том числе акта) и не могут служить самостоятельным основанием для удовлетворения заявленных требований.

При этом судебная коллегия отмечает, что несмотря на отсутствие правового значения для рассмотрения дела, представленное заключение судебной экспертизы было надлежащим образом оценено судом первой инстанции в качестве доказательства, в том числе, с учетом представленного истцом заключения специалиста ООО «Экспертное бюро «Метод» от 13 марта 2023 г. № 299. Оценивая заключение судебной экспертизы применительно к положениям ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции отклонил выводы, изложенные в заключении специалиста, указав, что специалистом неверно интерпретированы нормы права, определяющие содержание заключения экспертизы, выводы специалиста противоречат материалам дела, в том числе в части вероятностного вывода экспертизы. Суд первой инстанции пришел к выводам, что заключение судебной экспертизы вынесено при соблюдении процессуальных норм, соответствует поставленным вопросам, отвечает признакам полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу, в связи с чем, не нашел оснований сомневаться в достоверности выводов судебной экспертизы.

Оснований для иной оценки представленного заключения судебной экспертизы судебная коллегия не усматривает, а оснований для назначения по делу повторной экспертизы не имеется, поскольку как было указано выше, обстоятельства, для установления которых истец просил назначить судебную экспертизу, правового значения для рассмотрения дела не имеют, вне зависимости от результатов проведенной экспертизы.

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы, что также указано в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», не имеет правового значения отстранялся ли работник от работы в связи с состоянием опьянения.

Сам по себе факт не отстранения работника от исполнения трудовых обязанностей не может свидетельствовать о незаконности увольнения, поскольку законодатель не связывает возможность такого увольнения с обязательным отстранением от работы.

Судом первой инстанции также обоснованно отмечено, что нахождение истца в состоянии опьянения было установлено работодателем непосредственно перед окончанием рабочего дня истца, в связи с чем, в его отстранении не было необходимости. То обстоятельство, что ФИО4 от работы не отстранялся, не свидетельствует ни об отсутствии дисциплинарного проступка, допущенного им 19 июля 2022 г., ни о том, что работодатель утратил право на привлечение его к дисциплинарной ответственности.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, то обстоятельство, что в последующие дни до момента увольнения истец выходил на работу и исполнял должностные обязанности, а также то обстоятельство, что при обнаружении факта совершения дисциплинарного проступка работодателем не был вызван начальник отдела охраны труда, не свидетельствуют о недобросовестном поведении работодателя, и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований. Действующее трудовое законодательство предоставляет работодателю определенный срок для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, в том числе в виде увольнения (не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка), и в течение данного срока, пока работодателем не принято решение об увольнении работника, стороны трудовых правоотношения обязаны соблюдать условия трудового договора, в том числе в виде предоставления работы (обязанность работодателя) и исполнения трудовых обязанностей (обязанность работодателя). При этом, устанавливая факт совершения дисциплинарного проступка, работодатель самостоятельно определяет сотрудников, привлекаемых к процедуре привлечения работника к дисциплинарной ответственности, обязанности работодателя привлекать к проведению служебной проверки и оформлению документов исключительно сотрудников отдела охраны труда действующим трудовым законодательством не предусмотрено.

Ссылки истца на то, что им был перенесен <...>, который мог свидетельствовать о плохом самочувствии 19 июля 2022 г. не влекут отмены решения суда, поскольку аналогичные доводы являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отклонены, так как при рассмотрении дела ФИО4 не ссылался на то, что просил сотрудников оказать ему медицинскую помощь, сообщал о плохом самочувствии, доказательств обращения истца 19 июля 2022 г. за медицинской помощью не представлено, равно как и доказательств того, что 19 июля 2022 г. у истца было такое состояние здоровья, которое внешне проявлялось в признаках опьянения.

Кроме того, из объяснений истца усматривается, что после выхода из туалета, общения с сотрудниками Росгвардии, он не был лишен объективной возможности обратиться за медицинской помощью, в том числе и посредством вызова скорой либо неотложной помощи по месту работы.

При этом, объяснениями участников процесса, свидетельскими показаниями подтверждается, что после инцидента ФИО4 неоднократно выходил курить, а домой уехал на принадлежащем ему транспортном средстве, несмотря на возражения со стороны руководителя и коллег.

Представленное истцом исследование электрокардиографии от 25 июля 2022 г. (л.д. 36, том 1) не подтверждает наличие у истца проблем со здоровьем по состоянию на 19 июля 2022 г. и не исключает возникновение таких проблем после зафиксированного 19 июля 2022 г. состояния опьянения истца. Представленная истцом справка о прохождении амбулаторного лечения от 12 августа 2022 г. указанные истцом обстоятельства также не подтверждает (л.д. 36, том 1).

20 июля 2022 г. ФИО4 были даны письменные объяснения, из которых следует, что 19 июля 2022 г. ему было известно о том, что ему вменяется нахождение на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, вместе с тем, ФИО4 в тот же день не обратился в медицинское учреждение, ни с жалобами на плохое самочувствие, ни в целях получения медицинской справки об отсутствии опьянения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, бремя доказывания обстоятельств наличия у истца такого состояния здоровья, при котором работодателем были зафиксированы в установленном порядке признаки опьянения работника (например, наличие <...>), с учетом совокупности представленных работодателем доказательств, подтверждающих обоснованность и правомерность увольнения, возлагается на истца. Однако, таких доказательств истцом представлено не было, в данном случае, на работодателя не могла быть возложена обязанность по оспариванию (в том числе, посредством заявления ходатайства о назначении судебной медицинской экспертизы) голословных доводов истца о произошедшем у него <...>.

В пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» дано разъяснение о том, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2).

Из текста оспариваемого приказа об увольнении истца следует, что работодателем учитывалась тяжесть вменяемого проступка, выразившаяся в том, что вменяемое нарушение могло повлечь наступление тяжких последствий.

Судом первой инстанции обоснованно учтено, что при выборе меры дисциплинарной ответственности работодатель, учитывая, что само по себе появление работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения является грубым нарушением трудовых обязанностей, совершение которого однократно влечет применение дисциплинарного взыскания в виде увольнения, также принял во внимание деятельность, осуществляемую ФГБУК «Всероссийский музей ФИО5», и характер выполняемой истцом работы, а именно то, что она связана с кухонным оборудованием, горячим цехом, колющими и режущими предметами.

С данными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку специфика работы истца и использование в работе механического оборудования, колющих и режущих предметов, влечет необходимость соблюдения работником повышенного внимания в целях соблюдения требований безопасности, предотвращения возможного причинения вреда как самому работнику, так иным сотрудникам организации и непосредственно работодателю. В такой ситуации нахождение на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения является абсолютно недопустимым, и действия работодателя, направленные на увольнения истца, соответствуют тяжести совершенного им дисциплинарного проступка.

При таких обстоятельствах, поскольку увольнение ФИО4 является законным, оснований для удовлетворения заявленных требований, суд первой инстанции правомерно не усмотрел.

В соответствии с ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. В данном случае, судом первой инстанции правомерно был определен объем необходимых доказательств в рамках настоящего дела, правильно распределено бремя доказывания между сторонами, оценка представленных доказательств соответствует требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, положения ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом соблюдены. Оснований для иной оценки фактических обстоятельств дела и представленных суду первой инстанции доказательств судебная коллегия не усматривает.

При этом, само по себе несогласие подателя жалобы с данной судом оценкой обстоятельств дела не дает оснований считать решение суда неправильным.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит, что суд первой инстанции, разрешив спор, правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, не допустил недоказанности установленных юридически значимых обстоятельств и несоответствия выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, правомерно учел положения подлежащих применению норм закона, и принял решение в пределах заявленных исковых требований.

По сути, доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, повторяют позицию истца, изложенную при рассмотрении дела судом первой инстанции, направлены на переоценку доказательств, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали бы изложенные выводы, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены решения суда.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судебной коллегией не установлено.

При таком положении судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции является законным, обоснованным, оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 16 марта 2023 г., - оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4, - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: