Дело № 2-7617/2025

УИД 17RS0017-01-2025-011862-94

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Кызыл 23 декабря 2025 года

Кызылский городской суд Республики Тыва в составе

председательствующего – судьи Чимит Е.Ш.,

при секретаре Шыырап А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО9, представителей ответчика ФИО5, третьего лица ФИО6, помощника прокурора ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Кызылский городской суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации в размере 10 000 000 руб., указывая, что приговором Кызылского городского суда от 24.05.2024 года он оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления; за ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке ст. 314 УПК РФ.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва от 23.09.2024 года приговор Кызылского городского суда от 24.05.2024 года оставлен без изменения.

Истец полагает, что ввиду его незаконного уголовного преследования он на основании статей 151, 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, поскольку с 2017 года, когда было возбуждено уголовное дело, с учетом неоднократных продлений сроков предварительного следствия вплоть до принятия судом окончательного решения по делу находился в стрессовом состоянии, в состоянии полной неопределенности и зависимости, испытывал бессонницу, обращался к врачам (обращения не фиксировал).

Приводя доводы о нанесении ему репутационного ущерба как муниципальному служащему и нахождением под мерой процессуального принуждения в виде обязательства о явке, полагает, что ввиду его незаконного уголовного преследования он на основании статей 151, 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб.,

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО9 требования иска поддержали по доводам и основаниям, изложенным в нем. Дополнительно представитель пояснил, что обращает внимание суда на то, что почти 10 лет его доверитель находился под неизвестностью с момента возбуждения уголовного дела по тяжкой статье УК РФ, до окончания итогового решения, что является стрессом для любого человека.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск, указала, что истцом не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о степени и характере понесенных нравственных и физических страданий. Истец в период следствия и рассмотрения уголовного дела в учреждениях содержания подозреваемых и обвиняемых не пребывал, мера пресечения не избиралась. Сумма компенсации морального вреда в размере 10 000 000 руб. не соответствует принципу разумности и справедливости.

Представитель третьего лица - Министерства внутренних дел по <адрес> ФИО6, действующая на основании доверенности, также поддержала возражения Министерства финансов Российской Федерации, пояснила, что требования к Министерству внутренних дел по <адрес> удовлетворению не подлежат, все действия органов следствия выполнялись в соответствии с законом, истцом не представлены документированные доказательства, затребованная сумма компенсации – необоснованная и немотивированная.

В судебное заседание не явилось третье лицо - следователь СУ УМВД России по г. Кызылу ФИО17, извещена надлежащим образом.

Суд в порядке ст. 167 ГПК РФ рассмотрел дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора ФИО7, полагавшего иск подлежащим удовлетворению частично с учетом принципа разумности и справедливости, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пункта 3 части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части первой статьи 24).

В силу части первой статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть вторая статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца, как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто - уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской - Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных, и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой гражданину в связи с незаконным уголовным преследованием, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных им физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела. Оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

17.01.2017 следователем СУ УМВД России по г. Кызылу ФИО17 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного по ст. 286 УК РФ, в отношении ФИО1

04.02.2017 ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого.

Постановлением старшего следователя СУ УМВД России по <адрес>-оол А.В. от 14.02.2018 действия ФИО1 переквалифицированы с ч. 1 ст. 286 УК РФ на п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Постановлением старшего следователя СУ УМВД России по <адрес>-оол А.В. от 15.02.2018 ФИО1 привлечен по уголовному делу в качестве обвиняемого, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

В этот же день ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого.

После составления обвинительных заключений постановлениями прокурора от 07.03.2018, 10.04.2018, 25.05.2018, 09.07.2018, 30.09.2018, 30.10.2018, 04.03.2022 уголовное дело возвращалось следователю для производства дополнительного расследования.

Постановлением старшего следователя СУ УМВД России по г. Кызылу ФИО4 от 29.06.2018 ФИО1 привлечен по уголовному делу в качестве обвиняемого, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

В этот же день ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого.

07.12.2018 заместителем прокурора <адрес> утверждено обвинительное заключение по уголовному делу № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Постановлением судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 03.04.2019 уголовное дело в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения нарушений уголовно-процессуального закона.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва от 27.06.2019 года постановление судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 03.04.2019 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении ФИО1 на основании п. 1 ч.1 ст. 237 УПК РФ отменено. Уголовное дело передано в тот же суд в ином его составе на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

Постановлением судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 30.09.2019 года уголовное дело в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, возвращено прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционным постановлением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва от 18.12.2019 года постановление Кызылского городского суда Республики Тыва от 30 сентября 2019 года о возвращении прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении ФИО1 изменено:

- исключено из оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ отсутствие в обвинительном заключении указания на полномочия, которые были превышены обвиняемым. В остальной части постановление оставлено без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

21 февраля 2020 года постановлением заместителя начальника отдела СУ УМВД России по городу Кызыл ФИО17 уголовное дело № в отношении ФИО1 было прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Постановлением судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 19.04.2021 года ходатайство заместителя прокурора <адрес> ФИО8 о разрешении отменить постановление заместителя начальника отдела СУ УМВД России по <адрес>-оол А.В. от 21 февраля 2020 года о прекращении уголовного дела № в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, удовлетворено. Постановлено разрешить отменить постановление заместителя начальника отдела СУ УМВД России по <адрес>-оол А.В. от 21 февраля 2020 года о прекращении уголовного дела № в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Постановлением заместителя прокурора <адрес> от 28.07.2021 года постановление следователя СУ УМВД РФ по <адрес>-оол А.В. о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, отменено, уголовное дело направлено для организации дополнительного расследования начальнику СУ УМВД РФ по <адрес>.

11.02.2022 ФИО1 перепредъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ. В тот же день ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого.

07.11.2022 заместителем прокурора <адрес> утверждено обвинительное заключение в отношении ФИО1 по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

18.11.2022 уголовное дело поступило в Кызылский городской суд.

Приговором Кызылского городского суда от 24.05.2024 года ФИО1 оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления; за ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке ст. 314 УПК РФ.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва от 23.09.2024 года приговор Кызылского городского суда от 24.05.2024 года оставлен без изменения.

Исходя из вышеприведенных норм, истец, являясь лицом, в отношении которого производство по делу прекращено по реабилитирующему основанию, имеет право на возмещение государством морального вреда.

Судом при разрешении настоящего спора установлено, что общий срок уголовного преследования истца составил 2 655 дней (7 лет 3 месяца 8 дней) с даты возбуждения уголовного дела 17.01.2017 года по дату вынесения приговора суда - 24.05.2024 года.

Установлено, что мера пресечения не избиралась.

Из исследованных материалов установлено, что ФИО1 не судим.

Ранее постановлением Кызылского городского суда Республики Тыва от 18.02.2013 уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон. Согласно ст. 76 УК РФ ФИО1 освобожден от уголовной ответственности.

Приговором Кызылского городского суда от 24.05.2024 года установлено, что муниципальным контрактом с муниципальным служащим от 27 октября 2014 года №, заключенным между Муниципальным казенным учреждением «Департамент земельных и имущественных отношений мэрии <адрес>» в лице начальника Департамента ФИО2, действующей на основании приказа (распоряжения) мэра <адрес> от 29.05.2014 года №-р и Положения Департамента, именуемое в дальнейшем «Работодатель» с одной стороны и гражданином Российской Федерации ФИО1 ФИО1, именуемый в дальнейшем «Муниципальный служащий», ФИО1 принят на муниципальную должность заместителя начальника Департамента по имуществу в порядке перевода с мэрии <адрес>.

Согласно приказу о приеме работника на работу от 27 октября 2014 года № л/с ФИО1 принят на работу заместителем начальника Департамента по имущественным вопросам по муниципальному контракту.

Распоряжением мэрии <адрес> от 12 мая 2015 года №-рк «О временном исполнении обязанностей ФИО1», ФИО1 назначен на должность временно исполняющего обязанности начальника Департамента в связи с производственной необходимостью с 12 мая 2015 года.

Согласно сведениям из трудовой книжки ТК №, 31.01.2020 трудовой договор между Департаментом по имущественным вопросам по муниципальному контракту и ФИО1 прекращен по соглашению сторону на основании п. 1 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

23.03.2020 ФИО1 принят на должность специалиста первой категории в юридический отдел АО «Кызылская ТЭЦ».

В исковом заявлении ФИО1 указывает, что факты обращения к врачам на фоне ухудшения состояния здоровья, бессонницы из-за уголовного преследования им не фиксировались.

Сведения об обращении за медицинской помощью по вышеуказанным фактам в материалы дела не представлены.

Ввиду изложенного суд признает несостоятельными доводы истца об ухудшении состояния здоровья в связи с незаконным уголовным преследованием.

Не состоятельны доводы заявителя в части причинения незаконным преследованием в его репутации личного и служебного авторитета, а мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке значительно усложняло его личную и служебную жизнь, поскольку установлены отсутствие принятого в отношении истца меры процессуального принуждения и наличие места работы в иной организации, при этом суд отмечает, что заключением муниципального служащего контракта по муниципальной службе также нес определенные гарантии и риски, связанные с занимаемой должностью заявителя.

Вместе с тем, поскольку установлен факт незаконного обвинения истца в совершении преступления, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований и взыскании в пользу истца компенсации морального вреда, в связи с чем подлежать отклонению доводы возражений ответчика Министерства финансов Российской Федерации о том, что отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда,

При определении размера компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности суд исходит не только из обязанности возместить причиненный моральный вред, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд также учитывает поведение истца в ходе предварительного и судебного следствия, своевременную явку по вызовам следователя и суда, также то, что каких-либо тяжких последствий в виде расстройства здоровья, подтвержденных надлежащими доказательствами, у истца не наступило.

Таким образом, оценив в совокупности обстоятельства, послужившие основанием для возбуждения уголовного дела, причины уголовного преследования истца, принимая во внимание, что следственные мероприятия необоснованными в установленном законом порядке не признавались, судебное разбирательство также проводилось в установленном законом порядке, с учетом степени причиненных истцу нравственных страданий, а также требований принципа разумности и справедливости, обязанность по соблюдению которых должна обеспечить баланс как частных, так и публичных интересов, суд приходит к выводу об определении ко взысканию компенсации морального вреда в размере 75 000 руб.

Суд отмечает, что указанный размер денежной компенсации морального вреда является соразмерным и адекватным обстоятельствам причинения морального вреда истцу, обеспечивает баланс частных и публичных интересов, с учетом того, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала права других категорий граждан с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В связи с чем требование о компенсации морального вреда в остальной части не подлежит удовлетворению.

Разрешая исковые требования в части возложения обязанности на прокуратуру принести официальное извинение за причиненный реабилитированному лицу вред суд исходит из следующего.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Частью 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что возмещение морального вреда, согласно статье 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, помимо компенсации морального вреда в денежном выражении, предусматривает принесение прокурором реабилитированному официального извинения от имени государства за причиненный ему вред; помещение в средствах массовой информации сообщения о реабилитации, если сведения о применении мер уголовного преследования в отношении реабилитированного были распространены в средствах массовой информации; направление письменных сообщений о принятых решениях, оправдывающих гражданина, по месту его работы, учебы или по месту жительства.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в указанной части, суд исходит из того, что неисполнение прокурором возложенной на него частью 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обязанности по принесению официального извинения реабилитированному лицу за причиненный вред дает данному лицу право обжаловать бездействие прокурора в суд в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, но не порождает права требовать компенсации морального вреда. Кроме того, в судебном заседании представителем истца пояснено, что требования истца в этой части удовлетворены частично, в настоящее время принесено письменное извинение прокуратуры.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) в счет компенсации морального вреда в размере 75 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва в течение одного месяца со дня составления судом решения в окончательной форме через Кызылский городской суд Республики Тыва.

Судья Е.Ш. Чимит

Мотивированное решение изготовлено

и подписано 16 января 2026 года.