Дело № 2-18/2025
УИД: 22RS0027-01-2024-000464-55
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
с. Краснощёково 26 мая 2025 года
Краснощёковский районный суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Васильевой Т.Г.,
с участием: истца ФИО1, представителя истца ФИО2,
представителя ответчика СПК «Карповский» ФИО3,
помощника прокурора Краснощековского района Алтайского края Башкатовой Е.В.,
при секретаре судебного заседания Ильиной Е.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к сельскохозяйственному производственному кооперативу «Карповский» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО4 обратилась в суд с иском к сельскохозяйственному производственному кооперативу «Карповский» о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и сельскохозяйственным производственным кооперативом «Карповский» (далее по тексту – СПК «Карповский») был заключен срочный трудовой договор, согласно которому ФИО4 была принята на должность оператора машинного доения. Срок окончания договора определен как окончание отпуска основных работников. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. во время вечерней дойки коров осеменатор П.Ж.И. попросила помощи у животноводов и доярок, т.к. одна из коров не могла растелиться, и необходимо было вытянуть теленка. В момент, когда ФИО4 помогала вытягивать теленка, от приложенного усилия она по инерции упала на спину на бетонный пол и ударилась головой о рядом стоящую железную опору (столб). Ей помогли подняться, она начала жаловаться на боли в груди, спине, голове. Когда ее вывели на улицу, она потеряла сознание. Была вызвана скорая медицинская помощь, которая доставила ее в КГБУЗ «<данные изъяты>», где ей был поставлен диагноз «<данные изъяты>». В стационаре она находилась в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, больничный лист закрыт ДД.ММ.ГГГГ. После полученной травмы ее стали мучать головные боли, тошнота, онемение пальцев правой руки, боли в шейном отделе позвоночника, по поводу которых ФИО4 неоднократно обращалась к участковому врачу-терапевту. После проведенных обследований ей был выставлен диагноз «<данные изъяты>». До травмы указанным заболеванием ФИО1 не страдала, диагноз выставлен впервые. Кроме того, указанное заболевание имеет резистентную форму, т.е. сложно поддается коррекции антигипертензивными препаратами или не поддается вовсе. До получения травмы ФИО1 никогда не страдала повышенным или высоким артериальным давлением. В настоящее время ФИО1 вынуждена принимать сильнодействующие антигипертензивные препараты в высоких дозировках. Из-за постоянных головных болей, тошноты, болей в спине и шее значительно снизилось ее качество жизни, а также ее способность к труду, в связи и чем она испытывает физические и нравственные страдания в форме переживаний за свое здоровье и будущее.
По результатам произошедшего с ней несчастного случая был составлен Акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно указанному Акту инструктаж на рабочем месте не проводился, стажировка не проводилась, обучение по охране труда по профессии не проводилось, с картой оценки профессиональных рисков от ДД.ММ.ГГГГ № она не ознакомлена. Из п. 10-11 Акта следует, что причиной возникновения несчастного случая явилось не проведение первичного инструктажа работника на рабочем месте бригадиром животноводства ФИО5 На основании приказа председателя СПК «Карповский» № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с несчастных случаем на производстве ей была рассчитана компенсационная выплата в размере <данные изъяты> рублей, с которой она не согласна.
До настоящего времени она находится под наблюдением врачей, испытывает постоянные физические и нравственные страдания из-за плохого самочувствия, отсутствия возможности работать.
Просила взыскать с СПК «Карповский» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> рублей и юридической помощи в сумме <данные изъяты> рублей.
В процессе рассмотрения дела протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрегиональная территориальная инспекция труда в Алтайском крае и Республике Алтай, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю. Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве ответчика привлечена ФИО5
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по изложенным в нем доводам, дополнительно пояснила, что при приеме на роботу инструктаж по технике безопасности с ней никто не проводил, с должностной инструкцией она не была ознакомлена. Принимать роды у коровы ее позвала осеменатор П.Ж.И., сказала, что это входит в ее должностные обязанности. Помещение, где проходила летняя дойка, не соответствует требованиям: коровы стояли по колено в грязи, везде сыро, скользко. Средства индивидуальной защиты ей не выдавали. Она упала, когда тянула теленка, так как в помещении было скользко. После произошедшего с ней несчастного случая она стала страдать высоким артериальным давлением, не может работать в наклон, поднять на руки внуков. У нее начались головные боли. После полученной травмы ее состояние здоровья ухудшилось, а качество жизни резко снизилось. В настоящее время ей рекомендовано полное обследование в <адрес>. Она обратилась к председателю СПК «Карповский» П. по поводу компенсационных выплат, тот ей предложил компенсацию в размере <данные изъяты> рублей, она отказалась.
Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, просила их удовлетворить. Дополнительно пояснила, что в ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО4 получила вред здоровью при исполнении своих трудовых обязанностей. При этом данный факт был зафиксирован актом несчастного случая на производстве. Сам факт наличия травмы и причинения вреда здоровью не отрицается ответчиком, кроме того, вина работника не установлена. Истец связывает обязанность возмещения морального вреда работодателем получением травмы с тем, что со стороны работодателя были нарушены правила техники безопасности, указанные обстоятельства прямо отражены в самом акте о несчастном случае на производстве, а также не отрицаются ФИО5 Несчастный случай с ФИО4 произошел не в том помещении, на которое ответчик представил карту специальной оценки по рабочему месту, а на территории летней дойки. ФИО5, которая являлась ответственным лицом по соблюдению техники безопасности, не привлечена ни к дисциплинарной, ни к административной ответственности. Все это указывает на то, что со стороны работодателя допущены грубые нарушения техники безопасности, которые привели к получению ФИО4 травмы на производстве, что само по себе является основанием для взыскания компенсации морального вреда.
Представитель ответчика СПК «Карповский» ФИО3 в судебном заседании частично возражал против удовлетворения исковых требований, пояснил, что в судебном заседании не доказана взаимосвязь наступления гипертонической болезни у истца с последствиями травмы, полученной ею ДД.ММ.ГГГГ. Просил учесть, что истец действовала вне рамок своих должностных обязанностей, в ее должностные обязанности не входит принимать роды у коровы. Полагал, что истребуемая истцом сумма чрезмерно завышены, причинение морального вреда истцу ничем не подтверждается, Просил требования удовлетворить частично, и взыскать с СПК «Карповский» <данные изъяты> рублей в качестве компенсации морального вреда.
Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежаще. Ранее в судебном заседании возражала против заявленных требований, пояснила, что, действительно, ею не был проведен ФИО4 первичный инструктаж на рабочем месте. К какой-либо дисциплинарной либо административной ответственности по итогам расследования несчастного случая на производстве она не привлекалась. В момент произошедшего с ФИО4 несчастного случая она находилась на больничном.
Представители третьих лиц – Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Алтайском крае и Республике Алтай и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Алтайскому краю в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще.
В отзыве представитель Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Алтайскому краю указал, что в связи с полученной травмой ФИО4 была временно нетрудоспособна в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Истцу назначено и выплачено пособие по временной нетрудоспособности за 38 календарных дней в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. Заключением №ЭНС от ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай, произошедший с ФИО1, был признан отделением Фонда страховым. Процент утраты профессиональной трудоспособности не устанавливался. Полагают, что истцом не представлено причинно-следственной связи между полученной травмой и состоянием здоровья в настоящее время.
С учетом мнения участников процесса, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту решения – ГПК РФ), суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав участников процесса, мнение помощника прокурора Краснощековского района Башкатовой Е.В., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению с учетом степени разумности справедливости при определении размера компенсации морального вреда, изучив материалы дела, заключение экспертов, суд полагает требования истца подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью.
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации, расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены:
телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:
в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;
при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;
при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком;при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие);
при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном) в свободное от вахты и судовых работ время;
при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.
В силу ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Производственная травма, возникшая у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).
При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" судом надлежит учитывать, что положениями ТК РФ, регулирующими вопросы расследования несчастных случаев на производстве (статьи 227 - 231), предусматривается возможность квалификации в качестве несчастных случаев, связанных с производством, и составление актов по форме Н-1 по всем несчастным случаям, имевшим место при исполнении работниками их трудовых обязанностей, даже если в причинении вреда работнику виновно исключительно третье лицо, не являющееся работодателем этого работника. Следовательно, по всем случаям, признанным связанными с производством, пострадавший работник со дня наступления страхового случая в соответствии со статьей 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ вправе требовать обеспечения по страхованию.
П. 9 названного Постановления предусмотрено, что в силу положений ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
Частью 4 ст. 230 ТК РФ предусмотрено, что в случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте о несчастном случае на производстве указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.
Согласно пункту 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
В судебном заседании установлено, что истец ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ принята в СПК «Карповский» на должность оператора машинного доения коров (приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ), трудовой договор заключен на определенный срок, до окончания отпусков основных работников (л.д. 11-16,17,72).
Согласно п. 3.2.2, 3.2.3, 3.2.9 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и СПК «Карповский», работодатель обязан: обеспечить безопасные условия работы в соответствии с требованиями охраны труда; предоставить работнику оборудованное надлежащим образом рабочее место, обеспечить его оборудованием, инструментами и иными средствами, необходимыми для исполнения им трудовых обязанностей; возмещать вред, причиненный работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, иными нормативными правовыми актами (л.д. 11-16).
Пунктом 4.2 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ установлен режим рабочего времени: с 07-00 до 11-00 – перерыв на обед и отдых с 11-00 до 18-00; с 18-00 до 21-00, выходные дни согласно графику.
При приеме на работу ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 был проведен вводный инструктаж, о чем свидетельствует ее подпись (л.д. 76-77).
Согласно Должностной инструкции операторов машинного доения СПК «Карповский», утвержденной председателем П.Е.В. (далее – Инструкция), оператор обязан: подчиняться непосредственно бригадиру животноводства, а в вопросах технологии специалистам СПК; осуществлять запуск коров в доильный зал; производить доение коров согласно технологии; раздавать концентраты; следить за физиологическим состоянием животных; производить чистку стойл; производить чистку коров, дежурить, принимать участие в санитарном дне; участвовать в зооветмероприятиях (осеменение, прививки, лечение); производить уход и мытье за молочной аппаратурой; соблюдать правила производственной санитарии и техники безопасности (л..<адрес>).
ФИО4 с указанной Инструкцией ознакомлена не была, что не оспаривалось ответчиками в судебном заседании.
Инструктаж на рабочем месте при приеме на работу с ФИО4 не проводился, а был произведен ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после произошедшего с ней несчастного случая, о чем свидетельствует копия журнала инструктажа на рабочем месте, представленная по запросу суда, и не оспаривалось представителем ответчика в судебном заседании (л.д. 74-75).
Согласно материалам дела, а также пояснениям истца ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> часа <данные изъяты> мин. она приступила к вечерней дойке. По просьбе осеменатора П.Ж.И. она помогала вытянуть теленка, т.к. одна из коров не могла растелиться. В момент, когда вытянули теленка, она от приложенного усилия по инерции поскользнулась и упала на спину на бетонный пол и ударилась головой о рядом стоящую железную опору (столб).
Медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести КГБУЗ «<данные изъяты>» установлен диагноз: «<данные изъяты> (л.д. 80).
Согласно Акту № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденному председателем СПК «Карповский» П.Е.В., комиссия по расследованию несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. с оператором машинного доения коров ФИО4 установила, что несчастный случай произошел на территории летней животноводческой бригады № СПК «Карповский», расположенного в 7 км. в западном направлении от <адрес>. Обстоятельства несчастного случая: ФИО4 принята на работу в СПК «Карповский» ДД.ММ.ГГГГ оператором машинного доения в бригаду №. Оператор машинного доения подчиняется бригадиру ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. <данные изъяты> на работу, приступила к выполнению должностных обязанностей, а именно, к раздаче концентратов коровам, подготовке доильного аппарата к вечерней дойке. В <данные изъяты> ФИО4 прступила к вечерней дойке коров. В это время одна из коров не могла растелиться, осеменатор П.Ж.И. попросила помощи у животноводов и доярок, чтобы вытянуть теленка. В момент, когда вытянули теленка, ФИО4 от приложенного усилия по инерции упала на спину на бетонный пол и ударилась головой о рядом стоящую железную опору (столб). Ей помогли подняться, и она начала жаловаться на боли в голове, спине, груди. Затем животновод З.Ю.Н. помог ей выйти на улицу, где она потеряла сознание. По приезду скорой помощи была оказана медицинская помощь, и пострадавшая доставлена в КГБУЗ «Краснощековская ЦРБ», был поставлен диагноз: «ЗЧМТ Сотрясение головного мозга», степень тяжести травмы легкая. Причины несчастного случая: не проведение инструктажа по охране труда, выразившееся в не проведении первичного инструктажа на рабочем месте. Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО5, бригадир животноводства СПК «Карповский», допустила нарушение п.10 должностной инструкции, не провела первичный инструктаж на рабочем месте (л.д.89-90).
Данный несчастный случай квалифицирован как связанный с производством, оформлен актом формы Н-1.
Согласно пояснений представителя СПК «Карповский», акт по форме Н-1 в установленном законом порядке не оспаривался. Доказательства, опровергающие указанные обстоятельства, стороной ответчика суду не представлены.
Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ СПК «Карповский» создана комиссия по расследованию несчастного случая (л.д. 81).
Из протокола опроса очевидца несчастного случая П.Ж.И. следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 19 час. 16 мин. начала телиться корова, нужна была помощь. Она позвала животноводов и доярок, в том числе ФИО4 Они начали тянуть теленка, когда вытянули, ФИО4 упала на бетон, ударилась головой (л.д. 87).
По результатам расследования несчастного случая не выявлен факт грубой неосторожности работника, а также каких-либо нарушений со стороны работника.
Согласно п. 3.4 приказу № по СПК «Карповский» от ДД.ММ.ГГГГ, ответственным за охрану труда и пожарную безопасность при эксплуатации ферм, при уходе за животными назначена бригадир животноводства ФИО5 (л.д. 91-93).
Приказом №к от ДД.ММ.ГГГГ председателя СПК «Карповский» установлена компенсационная выплата в связи с несчастным случаем на производстве ФИО4 в размере <данные изъяты> руб. (л.д. 95). Последняя от получения указанной выплаты отказалась, что не оспаривалось сторонами в судебном заседании.
Бригадир животноводческой фермы СПК «Карповский» ФИО5 к административной и дисциплинарной ответственности не привлекалась, что не оспаривалось в судебном заседании.
Согласно должностной инструкции бригадира животноводства, утвержденной председателем СПК «Карповский» П.Е.В., с которой ФИО5 была ознакомлена, бригадир контролирует соблюдение работниками производственной и трудовой дисциплины, правил охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии и противопожарной защиты (л.д. 189).
Как следует из п.32 Постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
Как разъяснено в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст.151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п.2 ст.1064 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (п.1 ст.1070, ст.1079, ст.ст.1095 и 1100 ГК РФ).
В п.15 указанного постановления разъяснено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Таким образом, в судебном заседании с учетом всех исследованных материалов нашел свое подтверждение факт причинения вреда здоровью ФИО4 в связи с исполнением ей трудовых обязанностей в результате производственной травмы в период работы у ответчика, в связи с чем у истца ФИО4 возникло право требования компенсации морального вреда.
С целью определения степени тяжести вреда здоровью, причиненного ФИО4 определением Краснощековского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебно-медицинская экспертиза.
Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ КГБУЗ «<данные изъяты> <данные изъяты>»:
ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ были причинены следующие телесные повреждения: <данные изъяты>
Данные повреждения образовались от воздействия твердых тупых предметов и могли возникнуть при падении ФИО1 с высоты собственного роста (из положения стоя на плоскости) с ударами о бетонный пол и металлическую опору (столб), как указано в материалах дела.
В связи с полученной <данные изъяты> травмой, ФИО4 проходила стационарное лечение в КГБУЗ «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а затем амбулаторное долечивание до ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в связи с окончанием лечения по поводу полученной травмы была выписана к труду.
Полученные ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанные повреждения, в своей совокупности, причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного его расстройства на срок свыше 3-х недель, так как для выздоровления при подобных черепно-мозговых травмах необходим указанный срок.
Как следует из представленных медицинских документов, ФИО4 до событий ДД.ММ.ГГГГ обращалась за медицинской помощью по поводу <данные изъяты>.
Вместе с тем, при опросе ФИО4 сотрудниками скорой медицинской помощи сразу после травмы ДД.ММ.ГГГГ, она указала, что в анамнезе у нее имеется гипертоническая болезнь, и женщина состоит на диспансерном учете у терапевта, но постоянно лекарственные средства не принимает.
Экспертная комиссия считает необходимым отметить, что гипертоническая болезнь – это заболевание сердечно-сосудистой системы, характеризующееся стойким, длительным повышением артериального давления свыше 140/90 мм рт.ст. Причины этого заболевания до конца не выяснены, однако легкая <данные изъяты> (имевшая местоу ФИО4) никогда и никем не рассматривалась как причина развития гипертонической болезни. Кроме того, для развития <данные изъяты>, которая была установлена ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ года, необходим период времени, исчисляемый несколькими годами.
Таким образом, возникновение и течение <данные изъяты> у ФИО4, в том числе ее нахождение на «листке нетрудоспособности» в ДД.ММ.ГГГГ года, не связано с травмой на производстве ДД.ММ.ГГГГ.
Возражений по представленному экспертному заключению, вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ, ответчиками в судебном заседании представлено не было.
Оснований сомневаться в объективности и достоверности заключения комиссионной экспертизы у суда не имеется, учитывая профессиональные навыки экспертов, уровень их профессионального образования, стаж практической экспертной и медицинской деятельности.
Заключение комиссионной экспертизы в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, так как содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и полные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов. Суд находит заключение проведенной по настоящему делу судебной экспертизы ясным, полным, объективным, не имеющим противоречий, в связи с чем полагает, что экспертное заключение отвечает признакам относимости, допустимости, достоверности, основания сомневаться в его правильности отсутствуют.
Факт получения травмы на производстве именно ДД.ММ.ГГГГ также подтверждается медицинскими документами, которые обозревались в судебном заседании, и не оспаривается ответчиком.
На день рассмотрения дела степень утраты профессиональной трудоспособности не установлена.
Из ответа <данные изъяты>, что Отделением ФИО4 назначены и выплачены пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве за 38 календарных дней в размере <данные изъяты> руб. Единовременная и ежемесячная страховые выплаты Отделением не начислялись и не выплачивались, т.к. степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО4 не установлена.
Заключением №-№ о результатах экспертизы для проверки наступления страхового случая от ДД.ММ.ГГГГ ОСФР по Алтайскому краю несчастный случай, произошедший с ФИО4 на производстве, признан страховым. Вина пострадавшей в несчастном случае не установлена (л.д. 157-158).
Из информации, представленной <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ с работником СПК «Карповский» ФИО4 согласно схеме определения тяжести несчастного случая на производстве относится к категории легких, следовательно, расследуется комиссией работодателя самостоятельно.
Стороной ответчика в материалы дела не представлено доказательств осуществления каких-либо выплат истцу в счет компенсации морального вреда.
Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что причинение вреда здоровью ФИО4 состоит в прямой причинной связи с противоправными действиями работодателя, выразившимся в недостатках организации и проведении подготовки работников по охране труда, не проведении инструктажа по технике безопасности, не ознакомления с должностной инструкцией. Данный факт подтверждается имеющимся в материалах дела актом расследования несчастного случая.
По результатам расследования несчастного случая на производстве не выявлен факт грубой неосторожности работника, в акте о несчастном случае на производстве указан работник СПК «Карповский», допустивший нарушение требований должностных инструкций и требований охраны труда- ФИО5, при этом вина ФИО4 в произошедшем с ней несчастном случае на производстве не установлена. В процессе рассмотрения дела судом не нашел своего подтверждения довод стороны ответчика о допущенном истцом нарушении должностных обязанностей, в частности, принятия родов у коровы. Напротив, в судебном заседании было установлено, что при приеме на работу ФИО4 не была ознакомлена с должностной инструкцией, ей не был проведен инструктаж по технике безопасности. В связи с чем, оказывая помощь осеменатору в принятии родов у коровы ( также с участием и иных доярок), недавно принятая на работу ФИО4 не могла предполагать, что указанные действия не входят в круг ее должностных обязанностей. Кроме того, указанное обстоятельство не освобождает ответчика от компенсации морального вреда.
Как разъяснено в п.25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст.151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.26).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п.27).
Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
При определении размера компенсации морального вреда истцу заслуживают внимание ее доводы о том, что вследствие производственной травмы она более одного месяца была нетрудоспособна, испытывала по этому факту нравственные и физические страдания, не могла полноценно заниматься физическим трудом, обслуживать себя и помогать своим близким.
Суд считает, что факт причинения нравственных и физических страданий, испытываемых истцом в связи с производственной травмой подтвержден, в связи с чем, принимая во внимание характер и степень вреда, фактические обстоятельства, при которых ФИО4 получены повреждения, учитывая, что актом о несчастном случае на производстве установлена только вина работодателя, не обеспечившего безопасных условий труда на производстве, характер физических и нравственных страданий истца по поводу состояния своего здоровья после получения производственной травмы, а также тот факт, что истец более месяца находилась на стационарном и амбулаторном лечении, ее возраст, характеристики, учитывая требования разумности и справедливости, полагает, что сумма в размере <данные изъяты> рублей будет являться соразмерной степени нравственных и физических страданий, перенесенных истцом, и считает подлежащей взысканию в ее пользу с ответчика СПК «Карповский» в счет компенсации морального вреда. Сумму <данные изъяты> рублей суд признает несоразмерной нарушенному праву истца и не отвечающей требованиям разумности и справедливости, также и с учетом того, что в судебном заседании истцом не доказан факт причинно-следственной связи между получением травмы и имеющейся у нее гипертонической болезнью.
Таким образом, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.
В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителя (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
По смыслу названных норм права, предоставляя выигравшей стороне право на возмещение понесенных по делу судебных расходов, в частности на оплату услуг представителя, законодателем в императивном порядке определено, что такие расходы подлежат взысканию с проигравшей стороны, к которой на основании части 1 статьи 38 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся истец и ответчик. При этом основным критерием права на возмещение судебных расходов является удовлетворение (либо отказ в удовлетворении) исковых требований.
В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пунктах 11,12,13 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещении судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле в разумных пределах. Разумным следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку дела и другие обстоятельства.
Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 111 Кодекса Административного судопроизводства Российской Федерации, статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) при рассмотрении иска о компенсации морального вреда применению не подлежат.
Как усматривается из материалов дела, истцом ФИО4 были понесены судебные расходы за составление искового заявления в сумме <данные изъяты> рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, а также по уплате государственной пошлины в сумме <данные изъяты> рублей, что подтверждается чеком по операции от ДД.ММ.ГГГГ.
Разрешая заявление о взыскании судебных расходов, суд, принимая во внимание требования разумности и объем фактически оказанных услуг, выразившихся в составлении и подаче в суд искового заявления, ценность защищаемого права, доказательства, объем и сложность искового заявления, считает необходимым взыскать расходы по оплате услуг представителя по составлению искового заявления в размере <данные изъяты> руб., полагая, что указанная сумма отвечает критерию разумности, как с точки зрения размера взысканных расходов, так и с точки зрения объема оказанных услуг.
Кроме того, с ответчика СПК «Карповский» в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> рублей, итого <данные изъяты> рублей (<данные изъяты> руб.+<данные изъяты> руб.).
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.
Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Карповский» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО4 (паспорт гражданина №) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> (<данные изъяты>) рублей, судебные расходы в размере <данные изъяты>) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путём подачи апелляционной жалобы через Краснощековский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Т.Г. Васильева
Мотивированное решение изготовлено: 9 июня 2025 года